Глава 34. Чужак

Верея Из окна наблюдаю, как колдун разговаривает с кем-то. Мужчину я точно не видела раньше, но всё же что-то в его облике не даёт мне покоя. Острым коготком царапает по памяти интуиция. Чужак наклоняется и ловким движением хватает за холку лисицу. Небольшой, ярко-рыжий зверёк, извивается в его руках. Незнакомец смеётся, передавая лису в лапы колдуна. Старик рассматривает её как самый желанный подарок, довольно улыбаясь. Я прислушиваюсь, но всё равно не слышу, о чём они говорят. Старик вытаскивает откуда-то клетку и сажает туда лисицу. Бедный зверёк жалобно тявкает. Они лишь смеются. Колдун делает приглашающий жест, и внезапно нахмурившееся лицо незнакомца пробуждает в памяти неясные воспоминания. У меня такое ощущение, что улыбка и хорошее настроение не типично для него. И это меня запутывает. С учащённым сердцебиением жду, когда они войдут в избу. Я прячусь за занавеской возле печки. Оттуда мне и слышно хорошо, и видно. Входная дверь открывается, и я в щёлку наблюдаю, как они усаживаются за накрытым мной столом.  Хлеб, сыр, варёное мясо и немного овощей, старик не велел кормить чужака разносолами.  Зато приказал поставить большой кувшин бражки и объёмные кружки. Ни кваса, ни взвара подавать не велел. – Как твоя гостья? – как бы между прочим спрашивает незнакомец, опрокидывая в себя кружку бражки. – За ней не приходили? Старик изучающе смотрит не него. – А кто сюда пройдёт? – колдун высокомерно поднимает голову и смотрит на незнакомца как бы сверху вниз. У чужака застревает в горле кусок мяса. Он кашляет, а старик молча бьёт его по спине. Наконец-то незнакомец задышал. – Мы же с тобой договаривались, – ещё задыхаясь, произносит он. От наносной весёлости не остаётся и следа. Незнакомец разгневан не на шутку. Наконец-то он становится самим собой. – О чём? – невинным тоном осведомляется колдун, словно не замечая состояния гостя. – Как это о чём? – в голосе незнакомца появилась едва скрытая угроза. – Ты обещал, что пропустишь Альфу сюда и убьёшь его. От подслушанных слов меня бросает в холод. Лёд сковывает все внутренности, пробирая до костей. Кажется, я коченею. Брен в опасности, а я даже предупредить его не могу. Мысли заметались, словно потревоженный улей. – Мне Брен не мешает, и оборотни его тоже, – колдун демонстративно зевает, давая понять, что разговор его утомил. Я перевожу дух. Если колдуну неинтересен Брен, тогда зачем ему я? – Мне он мешает, – не скрывая своего негодования, кричит незнакомец. – Ты обещал мне его убить. Его лицо искажает гнев, только страх перед колдуном ещё удерживает его внутри. Незнакомец сжимает в руке глиняную кружку, из-под пальцев сыплется мелкая крошка. – Зачем мне убивать его? Он мне ничего не сделал, – колдун спокоен и даже расслаблен. Чем сильнее бесится незнакомец, тем спокойнее старик. Почему колдун даёт мне возможность подслушать? Неужели хочет спасти свою шкуру, когда Брен найдёт его? Насколько я успела узнать старика, он слишком высокомерен и горделив, чтобы спасаться. Такие идут на костёр и поют песни или читают заклинания. – Ты. Мне. Обещал, – чеканит каждое слово незнакомец, повторяя в исступлённой злобе одно и то же по кругу. Колдун даже бровью не ведёт. – Мне до смерти надоел Альфа, – взвился незнакомец. – Я хочу его империю. Ты обещал мне её. – А мне до смерти надоел ты. Вечный нытик. Как только тебя ещё слушаются в стае, – насмехается над ним старик. – Обещал я ему. Да с чего ты взял, что можешь приходить и что-то требовать от меня?! Черты старика меняются, становятся моложе, и от него веет такой силой, что чужак сжимается в углу. Колдун даёт понять, что может уничтожить его хоть сейчас, прихлопнуть, как комара. Постой, он сказал: «Слушаются в стае». Значит, незнакомец тоже оборотень. Я до рези в глазах всматриваюсь в его лицо и не нахожу знакомых черт. И всё же я его знаю. Морок! Как же я раньше-то не догадалась, что на нём морок. Вот и кажутся мне его повадки смутно знакомыми, а узнать, кто он, не могу. – Ты трус, – продолжает изгаляться над ним старик. – Хочешь трон, брось Брену вызов и возьми империю по праву сильного. От перспективы, нарисованной колдуном, незнакомца передёргивает. Я вижу, как бьётся жилка на его виске и нервно дёргается веко. Кулаки разжимаются в немом бессилье. И он, и колдун прекрасно знают, что вызов Брену означает верную смерть. – Ты слабак, если бы не мои заклинания, то не видать тебе должности как своих ушей. Брен сильный волк, я им восхищаюсь, но он не терпит возле себя слабаков, – жёстко произносит старик. – Если бы он знал, насколько ты гнилой, то не подпустил бы тебя близко. Скрежет зубов незнакомца отчётливо слышно в тишине дома. А моё сердце поёт, когда я слышу признание Брена, как вожака. Он действительно хорош, мой Белый Волк, мой Альфа, мой господин. Я сейчас готова прокричать слова признания с крыши. – Зачем тогда согласился приютить девчонку? – Тоном побитой собаки говорит чужак. – Возвращай её, раз не хочешь соблюдать условия договора. Старик с проворством, которого от него не ожидали ни я, ни чужак, наклоняется через стол и поднимает за грудки незнакомца: – Ты, червяк, ставишь мне условия? – глаза его делаются страшными, из них на чужака смотрит сама смерть. В ужасе я прячусь за занавеску, – Я не подчиняюсь глупым условиям. – Так отдай девчонку, – хрипит незнакомец. – Она останется со мной, – спокойно произносит колдун, отбрасывая его от себя. От такого резкого перехода мне становится не по себе. Я уже даже не реагирую на то, что вроде как решается моя судьба. Если старик не хочет, никто меня не заберёт. – Тебе самому нужна девчонка? – потирая горло, сипит чужак. – Нет, – улыбается жуткой улыбкой колдун, – мне нужен кое-кто другой и его я уже поймал. Вся остальная мышиная возня меня не интересует.