Глава 7. Возвращение Брена

Просыпаюсь оттого, что мне жарко. Что-то огромное, горячее греет мне спину. Открываю глаза, осторожно поворачиваюсь. Рядом спит огромный белый волк. Тот самый, в которого обернулся Брен. Он нашёл меня! Дурацкое ликование затопило душу, как вышедшая из берегов река. Мне бы испугаться того, что от оборотня не спрятаться, не скрыться. Из-под земли достанет. Не получается. Кроме радости от того, что Брен меня нашёл, другим чувствам сейчас нет места в моей душе. Зверь открыл глаза и потянулся. Я осторожно кладу руку ему на спину. Волк с любопытством смотрит на меня своими огромными жёлтыми глазами. Набираюсь храбрости и глажу его по мягкой шерсти. Интересно, волосы у Брена такие же мягкие? Краснею от своих мыслей, а волк издаёт звуки, похожие на смех. Я, гордо вздёрнув носик, поднимаюсь. Кладу одежду оборотня возле его бока и, отвернувшись, отхожу в сторону. Любопытство подстрекает меня повернуться и посмотреть на оборот огромного зверя обратно в человека. Страх же не позволяет мне даже скосить взгляд. – Ты решила сбежать от меня, Верея? – раздаётся возле уха разгневанный голос Брена. Я подпрыгиваю, как ужаленная от нелепого предположения, которое может стоить мне жизни. – Решила воплотить мечту в жизнь? – его голос утратил свою бархатистость и звучит, как будто идёшь по сухим листьям. Плохой знак! Очень плохой! Не надо хорошо его знать, чтобы понимать, что такой тон не к добру.  Я замираю. Даже дышать боюсь. – Какую мечту? – трусливо спрашиваю я, лихорадочно перебирая список своих грехов за последние дни. – Лишиться жизни, лишь бы не жить со мной, – сухо говорит Брен. Запомнил, ну надо же. Не думала, что мои слова будут иметь такое роковое значение уже на следующий день. – Ничего я не хотела воплощать, – буркнула испуганно я. – Тогда что ты тут делаешь? В противоположной стороне от лагеря? – недовольно спрашивает Брен. – Я же приказал тебе идти в лагерь. Я как-то непонятно выразился? Он считает, что я специально ушла в противоположную сторону. – Я пошла, но заблудилась, – тихо говорю я. – Не стала идти дальше, решила ждать, пока меня найдут. Глаза Брена сузились. В них засверкали молнии. Я затихла и вжала голову в плечи, стремясь стать как можно незаметнее. – Кто тебя должен был найти? – подозрительно спрашивает он. Я теряюсь. Как это кто? Кто должен был найти, тот и нашёл. – Кто-нибудь, – осторожно говорю я, а у самой такое ощущение, что ступаю по тонкому льду. Одно неосторожное движение и уйду под воду с головой. – А искать тебя не спешат, по-видимому, – ядовито произносит Брен. Я пожимаю плечами. Правда же, никто не ищет. Но, может, видели, что я шла к лесу с их Альфой и бояться идти искать. – Я случайно уснула, – пытаюсь я перевести допрос в более безопасное русло. Хотя и не понимаю намёков оборотня. – Зачем ты взяла мою одежду? – хмурится он, будто я совершила невесть какой проступок. – Я что, по-твоему, голый должен был идти в лагерь? Я молчу, опустив голову. Как-то не подумала о том, что Брену будет нечего надеть. Думала только о том, что одежду могут украсть. Вот дура-то, кто её украдёт в лесу? Но что сделано, то сделано. – Ты догнал его? – спрашиваю я, вспомнив, из-за чего я осталась одна в лесу. Это его вина, что я заблудилась. Зачем было так далеко заводить меня в лес? Сделать свои дела я могла и в видимой доступности лагеря. – Кого? – вновь вспыхивает, как щепка, Брен. – Убийцу, – робко говорю я, пожалев, что вообще спросила. Его вид не обещает ничего хорошего. – Ты слишком любопытная, или это дело рук твоего бывшего женишка? – рычит Брен. Я отстраняюсь, как от удара. Как он мог такое подумать обо мне? Сам же спасал меня от него. – Н-н-нет, – заикаюсь я, – как ты мог так хорошо подумать о Святозаре? Брен улыбается мимолётной улыбкой и вновь передо мной беспощадный Альфа. – С ним ты должна была встретиться в лесу? – кипит от гнева оборотень и в его лице проступают звериные черты. Я вскрикиваю от ужаса и закрываю глаза. – Нет, нет, нет, Брен, – вырывается у меня с перепугу его имя. – Никогда я бы не вернулась к Святозару. Ты же меня сам спас от него, а теперь обвиняешь. Оборотень дёргается при звуке своего имени и замирает, прислушиваясь. Я тоже слушаю. Себя, лес, оборотня. Но не слышу даже леса, страх от ненормальности обвинений заглушает все остальные чувства. – Слова, одни слова, а поступки говорят о другом, – набатом звучат его слова у меня в душе. Не верит! – Не пойму я тебя, Верея. Он подходит ко мне так близко, что у меня перехватывает дыхание. Замираю испуганной птицей. Грубо приподнимает лицо за подбородок, смотрит в глаза немигающим взглядом, я смущаюсь и отвожу глаза. Жаркая волна обдаёт меня с головы до ног, словно ко мне впервые прикоснулся мужчина. Страх постепенно уступает место какой-то непонятной истоме. Брен склоняется ко мне и требовательно целует в губы. Я дёргаюсь, но он крепко удерживает меня. Поцелуй становится всё более чувственным, и я боюсь, что отвечу ему. Я хочу ответить ему, раствориться в его ласках. Его поцелуи заставляют меня забыть обо всём, а главное, о ненависти к нему. Не могу я так быстро сдаться. Этого нельзя допустить. Брен, почувствовав перемену во мне, отстраняется и удивлённо смотрит. – Когда мы вернёмся в лагерь, я накажу тебя за непослушание, – говорит он, словно обещает что-то. – Ты должна слушаться своего господина.