Глава 31. Испытания

Глава 31. Испытания

Все адепты, отобранные для участия в походе в разлом, были освобождены от занятий и направлены на полигон. У Романа Фёдоровича Самсонова волосы на голове вновь стояли дыбом. Причина оставалась неясной: то ли вид разношерстной группы вызывал у него такое состояние, то ли мысль о предстоящем ведении нас на корм монстрам.

Я выхватила из стайки адептов знакомые лица и слегка удивилась, увидев Ростовского Константина. Рядом с ним стояла девушка с пронзительно-зелёными глазами. Мгновенно напрягла память, соображая, на кого она так похожа, и тут же сразу вспомнила: Шуйская Василиса вместе со мной пробуждала источник света. Вероятно, это её старшая сестра. Какая же она красавица! Юноши, словно по команде, выворачивали шеи, одаривая её жадными взглядами. Но Константин, напротив, излучал скуку, будто ему давным-давно всё опротивело, или же он, как победитель, был уверен, что эта дивная девушка — уже его добыча.

— Всем заткнуться! — рявкнул Роман Фёдорович, и адепты, словно по щелчку пальцев, мгновенно сомкнули губы, вытянувшись по струнке. — Со всеми из вас я знаком, поэтому не вижу смысла представляться ещё раз. Сейчас я буду называть ваши фамилии и магический ранг, а вы делаете шаг вперёд. Державин Семён Терентьевич, маг огня ранга архимага.

Я едва сдержала свист, когда вперед вышел парень подтянутого телосложения. Ростом под два метра, с широкими плечами и узкими бедрами, он невольно приковывал взгляд. Футболка, облегающая тренированное тело, лишь подчеркивала его атлетичность. Было ясно: этот юноша не проводит вечера, просиживая в общаге, а спешит на тренировки, закаляя себя. Я поёжилась, глядя на него. На улице было от силы градусов пять, хотелось накинуть тёплую шубку и укутаться шарфом. Вспомнив, что парень – огневик, я едва не шлепнула себя по лбу. Люди стихии огня чувствуют себя комфортно в любую погоду.

— Шуйская Диана, маг огня, мастер, — прогремел басистый голос Самсонова.

Я вздрогнула, вырванная из задумчивости. Пока я увлечённо разглядывала Державина, из строя вышли уже пять адептов. Запоминать всех не было ни малейшего желания, но Шуйскую я приметила сразу. Диана и вправду была хороша.

Длинные тёмно-коричневые волосы с отливом каштана струились волнистым водопадом, обрамляя лицо и скрывая от взглядов тонкую талию. В ней было особое очарование, и она прекрасно это осознавала. Многие девушки мечтали о такой изящной родинке над верхней губой. Княжна не просто шла — она плыла, словно лебёдушка. И, конечно, понимала: все взгляды парней прикованы к ней.

Краем уха я слышала, что после третьего курса адепты полностью погружаются в развитие своего источника силы. Теперь становилось понятно, почему четверокурсники и пятикурсники носят столь высокие ранги, отличаются только девушки.

— Ростовский Константин Андреевич, архимаг стихии огня, — прокричал преподаватель, а моё сердце отчего-то застучало учащённо..

Княжич Ростовский заметно изменился с нашей последней встречи: стал выше ростом, плечи раздались, во внешности появилась настоящая мужская стать, а вместе с ней — и та самая харизма, которую невозможно подделать.

Встав в одну линию с остальными учащимися академии, Константин, повернув голову, посмотрел на меня. В глубине его серых глаз ясно читалось: «А ты-то здесь каким боком?».

Так и подмывало показать ему язык, но в этот момент я увидела, как Диана схватила Константина за руку — словно намекая: «Он мой».

Я лишь улыбнулась краешком губ и гордо вздёрнула нос.

— Я не понял, а что у нас здесь за переглядывания? — раздался голос Хромуса у меня над ухом, а следом и хихиканье Бориса.

Я мысленно усмехнулась: наверняка этот мелкий проказник прикрыл рот костяными лапками и давится от смеха.

— Старый знакомый, — буркнула я в ответ и тут же обрадовалась, услышав собственную фамилию:

— Распутина Екатерина Георгиевна, целитель, ранг мастера!

Я вышла вперёд и вдруг уловила восхищённый гул голосов. Оглянувшись в недоумении: кому это аплодируют?

— А глазища — словно два океана? — воскликнул один из адептов. — Екатерина, я сражён наповал вашей красотой!

— Княжна, вы покорили моё сердце! — подхватил другой юноша, приложив руку к груди и закатив глаза в притворном обмороке.

— Сердце находится чуть левее, — невозмутимо поправила я, отворачиваясь, и по полигону прокатился дружный смех.

— Отставить смешки! — рявкнул Самсонов, едва сдерживая улыбку. — Продолжаем знакомство.

Двое весельчаков, обративших на меня внимание, оказались: Богров Семён Борисович — маг, владеющий искусством управления пластами земли, ранг — архимаг. И Высоцкий Сергей Владимирович — архимаг стихии воды.

Богров сильно мне напоминал такого здорового медведя, показывающего всем свою силушку. Ему осталось только развести руки в стороны, тряхнуть своей пышной чёрной шевелюрой и издать гневный рык.

Высоцкий Сергей был раза в два меньше телосложением Семёна, но это не говорило, что он слаб. Я предположила, что его сила заключается в гибкости тела, наверняка владел какими-то восточными боевыми искусствами, так сейчас пользующимися популярностью в России. К тому же голос графа был похож на журчащий ручей. Он то был едва различим, то грохотал, и отчего-то не хотелось становиться у него на пути, ясно понимая, что снесёт своим напором.

Пока раздумывала над парнями, Роман Фёдорович закончил перекличку и стал разбивать нас сначала на две группы, а затем на команды, состоящие из пяти человек. В нашу пятёрку входили: я, Высоцкий, Богров, Шуйская, Державин. Самсонов сразу назначил Державина капитаном команды. Все подметили, что в нашей команде два огневика. Наверняка Исаев рассудил, что из Шуйской никакой маг, и поэтому заменил воздушника на огневика, считающегося сильной боевой единицей в разломе.

— А почему это у Державина две девушки, а у нас ни одной? — с обидой в голосе выкрикнул Лебедев, пятикурсник огневик в ранге архимага.

Я сильно удивилась тому, что из выбранных для похода ребят, кроме меня и Шуйской, не было ни одного адепта рангом мастера. Диана понятно, ей ранг повышать незачем, а вот на отделении целителей не торопились обучать мастерству. Сразу вспомнились слова Веры Петровны: «Ни одна аристократка не собирается после окончании академии заниматься целительством. Все девушки спешат выйти удачно замуж». Получается, такая же картина с девушками и на других факультетах. Это надо же иметь такое упорство учиться ещё два года, не имея никакого желания заниматься развитием магического дара. Все думы лишь о выгодной партии.

— Отставить вопросы! — рявкнул Самсонов. — Сейчас первая группа идёт за мной, вторая отправляется на трибуны, садится на лавочки и ждёт.

Чего ждать Роман Фёдорович не сказал, но мы вскоре и так поняли, к нам подошёл Исаев Андрей Викторович. Окинув нас хмурым взглядом, он заострил внимание на Шуйской и чему-то своему усмехнулся.

— Так, адепты, — начал он издалека. — О вашей физической подготовке я в курсе. Вы отправитесь в разлом под моим руководством. Будете слушать меня внимательно, вернётесь домой в целостности и сохранности. Относительно двух леди в нашем отряде. На следующие занятие волосы заплести в тугие косы и убрать под защитную одежду.

— Но… — начала было возмущаться Диана, но физрук её перебил.

— Выслушивать ваши рассуждения я не намерен, увижу, что одеты не по форме, волосы обстригу.

— Ах! — возмутилась Шуйская, но больше ни одного слова не вымолвила.

— Вы все должны понимать, что поход в разлом — это не проход по магазинам в поиске наряда, — вновь раздались смешки, но Исаев не обратил на них внимания. Он стал расхаживать взад-вперед, закинув руки за спину, бросая на нас сосредоточенные взгляды. — Вы должны понимать, что в любой момент на вас может напасть монстр, и от вашего умения работы со стихиями и командной работы будет зависеть не только ваша жизнь. У нас очень мало времени на подготовку, но я прекрасно знаю ваши достижения в технике и работе со стихиями, а также физической подготовке. Слабых звеньев не вижу, считаю, что Роман Фёдорович распределил вас правильно. К моему счастью, некромантов исключили из списка и заменили их на боевые единицы, таким образом усилив отряды. Очень верное решение принял наш государь. Перед нами стоит задача пойти в разлом отрядом из двадцати человек, мы это и сделаем. Для чего вас разбивают на группы? А для того, чтобы вы не сбивались все вместе, а шли командами. Так вам легче будет помочь при угрозе или нападении монстров, а сейчас все встаём и отправляемся на склад за спецснаряжением и рюкзаками, — сказал он, увидев возвращение первого отряда.

Я и не подозревала, что в академии имеются обмундирование и амуниция. Кладовщик окидывала каждого из нас цепким взглядом и выдавала каждому рюкзак и армейские ботинки с высоким голенищем на толстой подошве.

— Вешаем рюкзаки себе за спину и отправляемся опять на полигон, — скомандовал Андрей Викторович, мгновенно напомнив мне его занятия по физподготовке.

Ощутив все прелести увесистого рюкзака, я представила, как иду с ним по разлому, и прокляла всех руководителей академии, а также Романова с его причудами.

На полигоне Исаев приказал нам скинуть рюкзаки и освободить их. Вскоре мы переглядывались, наблюдая одну и ту же картину амуниции.

— Вижу, вы рассмотрели необходимое снаряжение для похода в разлом. Сейчас слушаем меня внимательно, я говорю, вы выбираете и откладываете в сторону. Первое — обмундирование, состоит из куртки и брюк, сшитых из специального защитного материала. Одним словом, в холод не замёрзнете, в жару потеть не будете, а в дождь не промокнете.

Все молча взяли пакет с одеждой, которую надевают охотники, и отложили в сторону.

— Второе — обувь и систему индивидуальной защиты, в которую входят: бронежилет и шлем...

— А шлем зачем?! — перебила Диана нашего руководителя.

— А это чтобы твою умную голову не пробила клювом или хвостом очаровательная птица цив или скапер, хотя от его жала ты не увернёшься. Одного не пойму: Шуйская, зачем тебя внесли в список?

Девушка бросила невольный взгляд на княжича Ростовского, и всё стало ясно. Для сближения пар родители проплачивают преподавателям, и вот здесь вышла осечка. Разлом — это тебе не танцы с бубном под ёлочкой или эстафета. Но списки составлены, утверждены и уже не подлежат пересмотру.

— Следующий пакет — это средства обеспечения жизнедеятельности, чтобы не терять времени, вы дома всё разберёте и будете в курсе, что у вас лежит в рюкзаке. Прошу обратить особое внимание на флягу с водой и зелья: усиления, исцеления и от ядов.

— Если есть зелья исцеления, зачем нам в походе нужен целитель? — язвительно произнесла Диана, окинув меня пренебрежительным взглядом.

— Отставить вопросы! — гаркнул физрук. — В сумке со специальными инструментами находятся: собранные носилки, спальные мешки, нож и посуда. Сейчас при мне вы всё разберёте, проверите целостность и сложите аккуратно. Завтра в восемь утра прийти на полигон в полной экипировке с рюкзаком за спиной. Каждого проверю и, если увижу небрежность, заставлю бегать по полигону весь день. Все всё ясно?!

— Так точно! — ответили мы вразнобой, увидев недовольный взгляд Андрея Викторовича, бросились к походным вещам и стали их рассматривать и складывать в рюкзак…

— Шуйская Диана, чтобы у вас больше не возникало вопросов, отвечу на ваше замечание, — хмуро наблюдая за нами, неожиданно произнёс Исаев. — Целитель в разломе — это неоспоримое подспорье в спасении жизни раненых. Зелья исцеления служат для обработки ран и противоядием. Но они не могут наложить вам жгут в случае сильного кровотечения и не бросятся вам на помощь при потере сознания. Так что считайте, что вашей команде фортуна повернулась лицом.

— А мне кажется, что Павлова Берта Антоновна куда больше разбирается в целительстве, и почему-то она досталась первой группе, — не унималась княжна, держа в руках небольшой пакет и не зная, что с ним делать.

— Здесь я с вами не могу не согласиться, — заявил физрук, качая головой. — Вот если бы целительницы не спешили выходить замуж, то, возможно, у нас с вами был бы целитель ранга архимага, а то и выше. — Это сухпаёк, — не выдержал Исаев, раздражённо обращаясь к Шуйской. — Положите его к средствам жизнеобеспечения, кто знает, сколько мы задержимся в разломе.

— Но ведь Распутина не одна достигла ранга мастера. У них в группе какой-то там Вальтер тоже на ранг мастера перешёл, — не хотела сдавать свои позиции девушка.

Я хихикнула, поняв, что Диана открыто меня ревновала, а наш руководитель крякнул, пройдясь рукой по голове, словно проверяя, на месте его шевелюра или осыпалась от такого вопроса.

— Отставить разговоры! — рявкнул он так, что вороньё, сидевшее на ветвях, вспорхнуло, закаркав, полетело прочь, а мы удвоили старание по сбору походного рюкзака…

Два дня пролетели незаметно. Мы учились разбиваться на пятёрки, ходить в линейку за Андреем Викторовичем, и это сильно мне напоминало выгул гусыней своего выводка. В данном случае это был гусак, не терпящий никакого повиновения.

Шуйская наматывала круги по полигону за обман. Она ополовинила рюкзак, оставив в нём средства обеспечения жизнедеятельности. Выбрала, так сказать, самое для неё важное. Ещё и спорила, идиотка. Только окрик Исаева, что он отстранит её от участия в походе, заставил девушку одуматься и прийти в полной экипировке.

До разлома нас подвезли на специальном транспорте, служащем для перевозки людей. Меня удивил не видневшийся вдалеке разлом, а защитные укрепления, выстроенные по периметру города. Выходит, в случае прорыва монстры встретят на своём пути десятиметровую преграду, которая уничтожит их залпами орудий.

Так как я шла последней, приостановилась, чтобы рассмотреть устаревшее по моим меркам оружие, но явно имеющее эффективность в сражениях. В разломах огнестрельное оружие быстро выходило из строя, поэтому пользовались мечами и магией.

— Распутина! — услышав голос нашего командира, я подпрыгнула.

Обхватив лямки рюкзака, пустилась догонять наш небольшой отряд, не обращая внимания на смешки и улюлюканье охранников, стоявших на укреплениях. Я прошла широкую арку ворот, представив ненадолго, какой толщины должны быть сами ворота и какой механизм их двигает, и пустилась вперёд.

Погода стояла пасмурная, с неба моросил мелкий дождь. Он хоть и не причинял никакого вреда нашей одежде, а вот сапоги разъезжались по накатанной дороге, идущей между молодым лесом. Унылая пора наводила тоски и тревоги.

К московскому разлому мы вышли, словно рыбы вынырнули из воды. Вход в него загораживали высокие ели, поэтому мы слегка растерялись, увидев перед собой мерцающее пространство. Мне пришлось наблюдать, как один за другим участники похода исчезали в сером мареве. От незнания, что нас ждёт впереди, сердце от волнения заколотилось в учащённом ритме. Мы договорились с Хромусом, что в случае опасности он придёт мне на помощь, когда я его позову. А всё из-за моего вредного характера и желания самой понять, чего я стою в неординарных ситуациях.

Пройдя плотный слой, я оказалась в окрестности, напоминающей чем-то местность после катастрофы. Всюду стояла тишина, нарушаемая разговорами адептов. Слева от нас находилась гряда невысоких гор, справа — уходящая за горизонт водная гладь, над которой мерцала серебристая дымка. Растительность была скудной: мелкий кустарник да пожухлая трава, росшая на почве бурого цвета.

— Наша задача — пройти по разлому, встретить монстров, убить их и вернуться домой в целости и сохранности. С этой минуты вы должны быть предельно осторожны и сообщать своему командиру о любых изменениях в ландшафте или почве, выбившихся из обычного вида в вашем понимании и привлёкших внимание. Не стесняйтесь, если вы ошибётесь десять раз и напрасно побеспокоите ваших старшин. Лучше переб…, — Исаев не договорил, прочистив горло покашливанием, вздохнув, развернулся и неторопливо пошёл вперёд.

Я внимательно осматривалась по сторонам, а вот шедшая впереди меня Диана что-то бурчала себе под нос. Видно, ей надоело, что у неё нет слушателей, тогда она остановилась и, приблизив лицо ко мне, зашипела:

— Я вообще не понимаю, почему должна идти среди нищих оборванцев.

Я вздёрнула брови, посмотрев вслед уходящим парням, достойных светиться своим образом на страницах модных журналов.

— Они все графы, а я княжна. К тому же их рода обнищали. Ты не поверишь, родители Державина Семёна заложили родовые драгоценности, чтобы их сын учился в московской академии. Так скажи мне, разве может такой парень учиться вместе с нами?

Я пожала плечами.

— А почему нет? Кто знает, сегодня у него в кармане нет ни гроша, а завтра ему на голову состояние упадёт.

— Ты точно не от мира сего, — процедила Шуйская. — Откуда ему взяться, состоянию? Родственников у них богатых нет. Может, надеется выгодную партию в академии подцепить, так зря надеется, ни одна состоятельная девушка в его сторону не посмотрит. Ну, может, только ты. Говорят, ты родовое имение Распутиных продала. Что совсем туго с деньгами.

— С деньгами у меня всё отлично. А то, что я продала, не твоего ума дело. Иди лучше отряд догоняй, а то какая зверушка нападёт, а у тебя и меча нет.

Диана оглянулась и, заметив, что ребята ушли метров на сто, ринулась их догонять. Я торопливо пошла следом, удивляясь уму княжны, заточенному только на богатство.

Примерно через час пути мы все стали уставать. Наш отряд растянулся, словно ниточка с нанизывающимися на неё бусинами. Не забывая о наказе Исаева, я смотрела по сторонам. Над озером продолжала мерцать серебристая взвесь, что-то мне напоминающая, а вот что, так и не могла вспомнить. Чтобы занять мозги, я рассматривала камни с необычно гладкой поверхностью. Может, я бы остановила отряд, но большая его часть уже вошла в лес, и я поняла, что не докричусь Андрея Викторовича, тогда крикнула Державину:

— Семён… Посмотри вправо, камни какие-то необычные.

— Да в разломах всё необычное, — усмехнулась Диана и зашагала к камням, чтобы доказать, что я трусиха. — Стой, дура! — крикнула ей, предчувствуя недоброе.

— Шуйская, выполнять команду! — взревел Державин, запустив фаербол в скопление гладких камней.

Раздался невыносимый для слуха визг. То, что мы посчитали камнями, зашевелилось, приподнялось на длинных лапах и помчалось на нас.

Диана замерла от ужаса и не могла сдвинуться с места. Державин стал выкрикивать команды, и в сторону косхов полетели один за другим огненные шары. С данным видом шестиногих тварей справиться было сложно. Они ловко уворачивались от опасности, приседали или поднимались на длинных конечностях, оканчивающихся острыми твёрдыми серпами в виде кос, отсюда и такое название. Бытует мнение, что данный вид мутировал из косиножек. Головы у тварей большие, морда вытянута вперед, как у собаки, с острыми зубами. Большие уши расставлены в стороны. Хорошие локаторы для улавливания колебания земли и движений воздуха. Если отряд нарывался на косхов, никто не выживал.

— Диана, беги! — крикнула я, попытавшись докричаться до неё сквозь писк и шум взрывающихся фаерболов.

На наше счастье, девушка отмерла от страха, развернулась и помчалась в нашу сторону. Неожиданно она запнулась о небольшой камень, торчащий из земли, упав, вся сжалась в неудобной позе, стараясь не двигаться. Я побежала к Шуйской навстречу и понимала, что не успеваю. К ней уже подбежал косх. Щелкнув жвалами, он махнул длинной лапой и отсёк Диане ногу, которая запнулась о камень, и девушка не успела подобрать её к себе.

Девушка закричала не своим голосом. Косх замахнулся лапами, чтобы располовинить добычу, но я уже была рядом, призвав биоэнергию, наполненную некроэнергией, выпустила её из себя, направляя в бежавших косхов. Когда стоявшая перед нами тварь упала и задёргалась в предсмертной агонии, я бросилась к Шуйской. Но она, посмотрев на меня, завизжала не своим голосом.

— А-а-а… Уберите её от меня! У неё глаза чёрные! Чёрные… Чёрные…

Я коснулась лба девушки, погружая её в сон, тут же бросилась к обрубку ноги. Остановив кровотечение, подняв голову, добила последних косхов и, скинув с плеч рюкзак, достала складные носилки. В это время ко мне подбежали парни.

— Что она кричала? — поинтересовался Державин.

— При нервном срыве и быстром оттоке крови словила галлюцинации, — промямлила я, развернув носилки. Смотреть на ребят было страшно, я не знала, исчезла ли чернота из глаз. Я и предположить не могла, что при использовании некроэнергии у меня меняются зрачки глаз.

— Что будем делать? — поинтересовался Богров.

— Кладём ей на носилки и несём, — скомандовал Семён.

— Да я не об этом. Будем догонять своих или вернёмся?

Пока двое из моей команды вели разговор и укладывали бессознательную Шуйскую на носилки, моё внимание привлекла мерцающая взвесь над озером, которая стала надвигаться на нас.

— Мне кажется, на нас движется блуждающий разлом, — прошептала я, тяжело сглотнув, полила срез на ноге зельем исцеления, а затем восстановления и укрыла Диану легким покрывалом.

— Бред, — выплюнул Высоцкий. — Ну не может быть такого, чтобы войти первый раз в разлом и напороться сразу на такие неприятности.

— Отставить панику! — сипло произнёс наш командир, наблюдая, как вода пошла рябью и из неё стали вылезать сначала лапы с острыми когтями, а затем и монстры с острым игольчатым гребнем.

— Би… Бигоны! — закричала я. — Надо быстрей уносить ноги с этого места. Жратвы им пока хватит, а потом могут и на нас перекинуться.

Наклонившись, схватила ногу Дианы, подсунула под покрывало, пристроив её рядом с местом отреза конечности.

— Я чего-то не догнал, — раздражённо бросил Высоцкий Сергей. — Может, ну её, эту ногу? Нести-то нам.

— Сергей, перестать ныть. В академии профессора-целители смогут восстановить целостность ноги, — ответила ему.

Мы подхватили носилки и посмотрели на Державина. Лицо его было напряжённым.

— Куда рванём, к своим или домой? — продолжил Высоцкий.

— К своим резона идти нет. Они зашли в лес, нам там с носилками будет тяжело идти. И мне кажется, что мы упустили время вернуться домой по обратной тропе. Катерина оказалась права. На нас движется блуждающий разлом. Сейчас он разрастается и перекрывает нам дорогу назад. У нас один путь — успеть дойти до гор. Это даст нам возможность укрыться от воды. Если хотим жить, срываемся с места и двигаемся на предельной скорости.

Путь к горам был неблизкий, но никто не роптал. Два раза водная гладь пыталась захватить нас в капкан, но спасибо Богрову. Поднимал пласты земли, и пока вода пыталась перескочить высокую насыпь, мы неслись вперёд.

Мне казалось, что ничему в жизни я не радовалась, как виду каменистых гор и скал. Мышцы ныли от ношения тяжести, грудь горела огнём. Мы упали на холодные серые камни, тяжело дыша, и наблюдали, как вода лениво набегает на предгорье. Прощупав и не найдя того, за кем гналась, она отступала и вновь бросалась в надежде выхватить добычу, так ловко ускользнувшую от неё.

— Нам нужно искать укрытие, — вытерев мокрый от пота лоб, устало произнёс Державин. — В горах монстров не меньше, чем на суше, но их хоть видно, а из воды в любой момент может вылезти тварь похлеще бигона.

Спорить никто не стал, водная гладь окружала нас со всех сторон. Тяжело встав, мы поправили лямки от рюкзаков и, подхватив носилки, осторожно пошли покорять горы.

Едва завидев чёрное зево пещеры, не раздумывая, ломанулись вовнутрь. Видно, подсознательно каждый из нас видел защиту среди каменных стен.

Положив носилки на камни, парни упали практически там, где стояли. Немного отдышавшись, Державин попросил Богарова.

— Закрой проход. Боюсь, унюхав притягательный вкус крови, по нашему следу уже идут монстры. И нам сильно повезло не нарваться на них раньше.

Семён без разговоров выполнил приказ, сдвинув с места каменную глыбу, закрыл ею коридор света. Державин подвесил над сводом пещеры небольшой светящийся шар, и мы практически одновременно полезли в рюкзаки. Пить хотелось неимоверно.

Утолив жажду и немного перекусив, закрыв глаза, я приступила к лечению Шуйской, благо она находилась в метрах восьми от меня. В данный момент я не задумывалась, как буду оправдываться перед руководством, когда выясниться, что нога у Дианы находится в целостности. Лечением занималась, пока шла, нельзя было упустить время. Ткани отмирают быстро.

Я так углубилась в сращивание костей, вен, кровеносных сосудов и кожного покрова, что не сразу отреагировала на прикосновение.

— Кать… Кать... Очнись, — шептал надо мной взволнованный голос Высоцкого.

— Что случилось? — распахнув глаза, я только сейчас уловила в пещере тошнотворный запах палёного мяса.

— Не хотели тебя тревожить, но в этом логове мы оказались не одни. Видишь ещё один проход, так вот в нём живёт колония арахнидов. Мы хотели покинуть пещеру, но услышали доносившийся злобный рык из-за каменной глыбы, закрывающей проход. Тогда Семён принял решение сжечь паучью стаю. Он вошёл в их логово и долго поливал тварей огнём. Едва выйдя из пещеры, упал. Мы не знаем, что с ним.

Я вскочила, как шальная, бросилась к Семёну. На ходу посылая импульс энергии для осмотра.

— Ух ты ж, — чуть не завыла я, прикусывая пальцы.

— Что с ним? — одновременно взволнованно спросили парни.

— Несите его к моему месту. Сильное истощение, — соврала я, раздумывая о том, как буду латать его порванные и сгоревшие энергетические каналы и ядро силы.

Первым делом я вытряхнула из рюкзака маленькую шкатулку, открыв крышку, взяла три камня силы и разложила их на теле командира. Первый на лоб, второй на грудь и третий на солнечное сплетение.

— Не мешайте мне и не отрывайте от лечения Семёна, — попросила их и, закрыв глаза, растерялась, не зная, к чему приступить. Отбросив лишнее волнение, первым делом начала восстанавливать всю его энергосистему. Сколько ушло у меня на это времени, я не знала. В какой-то момент поняла, что, если сейчас не попью воды, сама лягу рядом с Державиным.

— Пить, — прошептали мои пересохшие губы, и их мгновенно коснулся холод металла. Живительная влага смочила рот, потекла нектаром по гортани, попав в желудок, стала наполнять организм силой. Напившись вдоволь, я приступила к воссозданию источника силы. Он больше походил на корку застывающего вулкана. Из трещин проскакивали вспышки, словно моля о помощи, и я давала её, вливая биоэнергию, приступив к рубцеванию расщелин. Последним штрихом было прохождение моей энергии по неровной окружности и удаление всех шероховатостей. Семён издал облегчённый вздох, словно всё это время был невольным свидетелем его исцеления. — Всё… Жить будет, — прошептала я, облокачиваясь о холодный камень.

Неожиданно возле входа в пещеру послышались грозные рыки, скулёж и предсмертный вой.

— Эй! Есть там кто живой?! — послышался до боли знакомый голос.

На меня накатила апатия, слезы горошинами покатились по щекам. Если бы кто знал, как же я устала.

Богров быстро сдвинул валун, и мы на некоторое время прикрыли глаза от света, заполнившего пещеру.

— Эк куда вы забрались. Еле нашёл вас, — по-доброму выкрикнул Володя, а я сидела со счастливой дурацкой улыбкой на лице и смотрела, как он подходит ко мне.

Присев на корточки и стукнув меня по кончику носа, он вздохнул.

— Больше никаких походов в разломы. Ты у нас одна и должна думать, что будет с твоими подданными.

— Да знаю я, только права голоса еще не имею. Да и если бы меня сегодня не было, то Шуйская осталась бы без ноги, а Державин — магическим инвалидом, он все каналы пожёг, когда нас защищал, — прошептала я и напряглась, услышав мерзкий скрежет когтей о камни.

Из прохода, где было логово арахнидов, показались длинные мощные лапы с острыми когтями на концах, а затем мощные хвалы и мохнатая морда. У меня закружилась голова от одной мысли, какого размера должен быть сам паук.

— Все марш к Катерине, — крикнул Володя, взмахнув мечом, бросился на тварь.

Я прикрыла лицо руками, прислушиваясь к ругательствам и звукам, и каждый раз содрогалась, когда они были громкими.

Володя вышел из пещеры с мечом, с которого капала зелёная жижа, и мешочком, набитым камнями. Тряхнув его, словно взвешивая на глаз, он оскалился. «Добро ваш друг поработал, когда очнётся, отдам, а сейчас быстро перекусывайте и на выход. Пора домой».

Задержаться пришлось на полчаса. Двух бессознательных людей мы бы не смогли нести. Я привела в чувство Державина, влив в него зелья восстановления, и дожидалась, когда он наберётся сил. Семён бросал на меня хмурые взгляды, а я делала вид, что ничего не произошло.

Володя повёл на горную тропу, ведомой только ему.

— Ребятки, вы не бойтесь, я этот разлом вдоль и поперёк прошёл. Плохо, что вы на косхов напоролись. Хитрые твари. А вот блуждающий разлом стал даже для меня неожиданностью. Но ничего, я его подкормил монстрами, уже стал отступать.

Так за разговорами Володи мы не заметили, как вышли к выходу из разлома. К счастью, нам не нужно было идти до защитного периметра столицы, так как нас встречала группа охотников. У мужчин лица посветлели, когда они нас увидели. Быстро перехватили носилки и чуть ли не нас собирались на руках нести, но мы все дружно отказались. А вот от поездки в грузовике не отказались. Побросали рюкзаки, расселись по местам и покачивались при езде по ухабистой дороге, переглядываясь устало.

— На, держи… Это твоё, — протянул Володя мешочек Державину.

Тот удивлённо взял мешочек, развязал горловину и с удивлением уставился на гору серых сапфиров.

— Что это? — недоумённо проговорил Державин.

— Собрал трофеи после твоего боя, — со смешком ответил Володя. — Серые сапфиры — очень редкие экземпляры. Один по цене на аукционе может достичь пяти миллионов.

До окончания поездки Державин сидел, словно его веслом по голове огрели. А я вспомнила наш разговор с Дианой и хихикала про себя. Бывает в жизни, что и манна небесная свалится на голову. Теперь Державину не позавидуешь, девки облепят, словно пчёлы сахар.

Оказалось, что первый отряд и наша раздробленная часть встретили в лесах стаю летунов. Напали они внезапно, завязался бой, который длился около двух часов. Летуны ловко прятались в кроне деревьев, и приходилось сдувать их магией ветра и нещадно поливать их огнём. Так увлеклись, что не сразу заметили, что рядом нет команды Державина. Бросились искать, но напоролись на отдыхающих на берегу бигонов. Пришлось уворачиваться от их острых ядовитых игл и отступать. Да и понятно стало, что вы либо ушли, либо вас поглотил блуждающий разлом.

Когда прибыли в академию, нас встречали чуть ли не все преподаватели. Васнецов театрально смахнул слезу и заявил, что даёт всей академии три дня отдыха. Плюс было ещё два выходных, и того я целых пять дней объедалась и валялась на кровати.

Когда вернулись в академию, то первой для нас новостью было введение в учебную программу нового урока «Разломы и борьба с монстрами». Данное занятие должно быть первым. Перекинувшись парой острых фраз с Викторией и пожелав ей икоты на весь день, я открыла дверь и замерла. Возле учительского стола стоял человек, которого я когда-то выдернула из лап смерти. В котором по венам текла моя кровь. Он смотрел на меня одним глазом, второй скрывала черная повязка. По лицу тянулся уродливый шрам от когтей монстра.

Я машинально схватила палец, на котором было колечко, и, вспомнив, что сняла артефакт, спокойно вошла в аудиторию.

Дорогие читатели!

Прошу прощения за возможные ошибки в тексте. Сегодня я завершила работу над второй частью и не успела проверить её.

Благодарю всех, кто помогал мне в создании этой истории. Ваши комментарии вдохновляли меня на продолжение. Надеюсь, история о Кисс и её друзьях тронула вас, и вы с нетерпением ждёте третий том, где мы продолжим путь Катерины по извилистым дорогам жизни.