Глава двадцать первая

– Вот значит как! – Едкий голос Ольсена раздался примерно через час, когда скалистый участок дороги закончился и тропа пошла между редких кустов по пологим предгорьям. – Пока невеста в Цитадели, мой правнук чародейку охмуряет!

– Дед, займи свое место в отряде и не вмешивайся в мою жизнь. Я сам в ней разберусь.

– А грубить любимому деду некрасиво, – не отставал Ольсен, пользуясь тем, что отряд растянулся по тропе и никто не может их подслушать.

– Да? – изумился Берест, крепче прижимая к себе куницу, которая успела к этому времени перебраться к жениху на колени и, обняв его за шею, поведать все свои мысли о тех вещах, какие считала важными в их совместном будущем. – А если этот дед сам показывает любимым правнукам такой пример, откуда им знать, красиво это или нет?

Дед сердито фыркнул и уставился на незнакомую чародейку, но Веся упорно молчала. Хотя и отлично понимала, именно ее мельник пытается вызвать на спор, а не ястреба. Только ей этот спор был вовсе не нужен, потому девушка нежно водила пальчиком по гладкой щеке жениха и размышляла, на сколько хватает действия зелья, которым в Цитадели пользуются все чародеи, и прихватил ли его Берест с собой.

– А девица у тебя, похоже, немая? Как ты с ней изъясняться будешь?

– Ну не все равно тебе, дед? Девица моя, и мне нравится ее молчаливость. А ты лучше вернись на место, пока Саргенс не начал ругаться.

Веся с легкой досадой вздохнула, ну как она могла забыть про учителя! Ведь вполне возможно, сейчас чародей проверяет, как они справятся с назойливыми попутчиками, желающими от дорожной скуки разузнать все чужие тайны.

Девушка нахмурилась, пытаясь придумать, как бы незаметно, но верно отправить Ольсена подальше, туда, где должен сейчас бежать его тэрх. И через несколько минут, не слушая беззлобных препирательств деда с внуком, решительно собрала на кончике пальчика каплю своей силы и представила, как она стрелкой летит в зверя мельника.

Сначала Весе и самой не поверилось, что у нее все получилось, но когда громадный тэрх, послушный толкнувшей его вперёд чужой воле, прибавил ходу и через минуту уже бежал шагах в двадцати впереди, довольно хихикнула.

– Веся… – внимательно вгляделся в полузнакомое личико ястреб, – я чего-то не понимаю… Ольсен на нас обиделся, что ли?

– Нет, – удивилась Веся, – а с чего ты взял?

– Я сегодня вдруг начал видеть ауры. Мне Феодорис объяснил, что те, кто не видит их до ритуала, начинают видеть после, для того все и делятся силой.

– Правда? Как хорошо, – обрадовалась девушка, и ястреб сразу заулыбался, искренность ее слов он не мог не чувствовать. – А почему ты спросил?

– Я видел сиреневый шарик, размером с бусинку, он полетел с твоего пальца в Ольсена.

– Нет, неверно, не в Ольсена, а в тэрха. Я сейчас учусь выращивать тэрхов, у меня утром такое задание было. Скоро мой Проныра станет таким же большим, и тогда его никто не узнает, а цвет я ему немного поменяю. А сейчас я просто бросила немного силы тэрху деда и приказала ему идти вперёд. Как я тебе объяснила, каждое движение и слово может быть проверкой. А я очень хочу, чтобы чародеи поняли, мне можно верить… и не держали в крепости.

– А если они вдруг скажут… можно уйти уже сегодня?

– Не поверю. И никуда не пойду. У меня стало намного больше силы, и я хочу узнать, куда ее тратить с пользой и как научиться оставлять часть магии на всякий случай, – печально вздохнула Веся и крепче прижалась к груди жениха. – Не сердись.

– Солнышко… ты со мной, и это главное… не волнуйся за меня, я никуда от тебя не денусь и не отстану… и все ты решила правильно.

– Только, Дест… – вспомнила куница через долгие десять минут, – не зови меня больше Весей. И я попытаюсь не звать тебя Берестом. Сам понимаешь, чем раньше мы начнём отвыкать, тем лучше… Я постараюсь не забывать.

– Ты права… Эвеста… Эвес… Эвис… может, Веста? Или слишком похоже? – задумался ястреб, не переставая нежно поглаживать невесту по плечу, по спине, по нежной щечке и стараясь не смотреть на ее припухшие губы. – Лучше, по-моему, просто Эви… или Весточка… а тебе как нравится?

– Мне пока никак, – огорчённо вздохнула Веся, – и это плохо. Мне теперь во всем чудятся чародейские загадки и проверки, и я уже думала… может, Феодорис проверяет, не выберу ли имя, слишком похожее на прежнее? Вот ты сколько лет жил с чужим и никто не заподозрил! А ведь они похожи… если подумать. Интересно, кто такое выбирал?

– А ведь ты права… чародеи и выбирали. Значит, точно снова проверка… Весенка, какая ты у меня сообразительная!

– Я рада этому. Приятно, когда жениху хоть что-то нравится, особенно чужое имя, – сделала печально-лукавое личико куница и едва не задохнулась от жаркого поцелуя. – Дест! Ты же сам говорил, что на сегодня хватит?!

– Я соврал… мне никогда не хватит. И ты снова права, я никак не могу привыкнуть… Пока ехали, столько раз смотрел на тебя и шептал, как воришка… Веся… Весенька… Даже не думал, что ты возьмешь мой браслет. И я хотел рассказать… ведь тогда, давно, вечером, я выпил совсем немного, просто и правда было весело… а тут ты стоишь… и такой свет необыкновенный, волшебный… меня так к нему и потянуло. И только сегодня я понял, ведь это я тогда ауру первый раз разглядел. А у тебя она особая, сиреневая…

– Перестань… а то я плакать начну.

– Не нужно, солнышко мое сиреневое… – Ястреб задумался и вдруг весело хмыкнул: – А знаешь, мне теперь твое новое имя очень нравится. Ты не забыла, про святого духа Эвеса, живущего в цветущей сирени? А про старинную богиню семейного очага Весту все помнят. И теперь я знаю, почему у тебя такое имя, ты святой сиреневый дух моего семейного счастья.

– Берест… – потянулась к нему Веся и, вздохнув, поправилась, – Дест… а ты мое счастье. И зови меня просто Эви, я выбрала. А все остальные пусть зовут Эвеста… я же чародейка!

На обед Саргенс остановил отряд возле небольшого и довольно невзрачного трактира, стоящего при въезде в село, и отправился разговаривать с хозяином, а путники с удовольствием слезли с тэрхов. Даже самое удобное седло начинает казаться пыточным приспособлением, когда сидишь в нем несколько часов.

– Я бы тебя не узнал, – грустно и еле слышно вздохнул Радмир, проходя мимо дочери, – если бы княжич обнимать не начал…

– Но это же хорошо? – резонно заметила Веся и побежала умываться, чародей предупредил, что обед всего полчаса.

Князь только вздохнул ей вслед, разумеется, с одной стороны, хорошо, но когда не узнаешь родной дочери и должен верить рассудку, а не собственным глазам и сердцу, то почувствовать себя счастливым за ее судьбу почему-то не получается.

– Трактирщик сказал, с той стороны еще никто не приходил, – сообщил Саргенс, когда все собрались за длинным столом в единственном зале трактира, – значит, путников может быть несколько. Думаю, она могла идти с ними. Но мы все равно проводим вас до самого поворота, оттуда у нас своя дорога.

Веся поняла, что говорит он это не столько для них, сколько для воинов отца, и смолчала, хотя вначале собиралась предложить чародею разбудить Рыжа. Если отец прикажет, послушный зверь будет следить только за встречными и не станет обращать внимания на нее.

– Может, мне поехать впереди? – Как выяснилось, у князя был заготовлен свой способ не пропустить сестру. – Мимо меня она не пройдет, издали рассмотрит.

Ольсен горько поморщился, вот его точно не следовало пускать вперёд, мимо него Кастина пройдет, задрав голову… или, еще хуже, упадёт в обморок. Придётся Весе лечить свою наставницу… и неизвестно, чего она той про него наговорит.

Он покосился на чародейку, в которой только при очень пристальном разглядывании можно было найти общие черты с княжной из клана Куницы, и тяжело вздохнул. Сам виноват, не следовало так нападать на девчонку. Ей сейчас и без него непросто… ну так ведь добра же и хотел. Такие, как она, обычно не переносят жалостливого сюсюканья, зато от колкой насмешки еще сильнее стискивают зубы и наперекор судьбе преодолевают очередное лихо.

– Я сделал по-другому, – любезно улыбнулся Саргенс, отрывая румяную ножку от жареного гуся и вручая ее ученице. – Эвеста, здешний хозяин отлично готовит гусятину.

– Спасибо, Сарг, я попробую, – небрежно поблагодарила Веся, сидевший рядом жених следил, чтобы ее тарелка не пустовала. – Дест и так меня обкормил… считает слишком худой. И как ты поступил? Успокой нашего гостя, он опасается разминуться со своей родственницей.

– Просто попросил хозяина послать на тот конец деревни своего прислужника, там на перепутье харчевня побольше, и хозяйка – его родная сестра, если прошел кто-то незнакомый, обязательно рассмотрит во всех подробностях, такая любопытная.

– Не иначе из клана Белок, – фыркнул один из воинов, и незаметно появившийся хозяин подтвердил:

– Оттуда и есть. Хотя и куницы, как я слыхал, не далеко ушли?

– Не о том разговор, – холодно остановил трактирщика чародей, и тот мигом стал серьезнее борзой, ставшей на след. – Твой парнишка еще не вернулся?

– Потому я и пришел. Вернулся он. Говорит, никого похожего пока не было, но гонец, что обедал час назад, сказал Маве, будто обогнал небольшой обоз из Ясновеня, первый, прошедший после зимы через перевал.

– Значит, мы скоро с ними встретимся, – довольно кивнул Саргенс, подумал и постановил: – После обеда воины пересядут на лошадей и не спеша поедут к повороту, а мы отправимся вперёд. Как встретим обоз, разобьём шатер и подождем остальных.

Веся сразу сообразила, ради чего чародей придумывает такие сложности, не желает, чтобы встречу мельника с бывшей возлюбленной наблюдали посторонние, и оказалась права.

Едва путники выбрались за село, Саргенс погнал своего тэрха вперёд с невероятной скоростью, но как только воины на лошадях скрылись из виду, остановил на миг уменьшившийся отряд и подал Ольсену простую цепочку.

– Надень, в ней заклинание личины. Не нужно сразу пугать Кастину. Шатер для женщин поставим первым и поодаль, и ты туда вообще не подходи, пока Эвеста с нею не поговорит. Попутно подлечит и немного намекнет… Готов? Едем.

Небольшой обоз Веся, ехавшая после обеда без жениха, пересевшего по приказу чародея на освободившегося тэрха, заметила издали, с вершины небольшого холма. Впрочем, его почти одновременно рассмотрели все, хотя на полноценный обоз несколько растянувшихся по дороге телег да десяток всадников тянули с большим трудом. И все погнали тэрхов еще быстрее, желание проверить, едет с ними Кастина или нет, сжигало не одного Ольсена.

– Добрый день, – зычно крикнул Радмир, по уговору ехавший во главе отряда, и встречные мужчины облегченно заулыбались, задвинули мечи в ножны, а луки за спины, – моей сестры с вами нет?

– Тут я, – бледная, с синими тенями под глазами травница приподнялась на телеге и тотчас бессильно упала назад, – прихворнула чуток.

– Нужно забрать ее с собой, – немедленно изменил заготовленный план Саргенс, – у нас зелья хорошие и целитель с собой. Радмир, ты не против?

– Разумеется, не против, спасибо вам за заботу, – сообразительно закивал князь, – а куда отправимся?

– Тут недалеко от ближайшей деревни поворот на южную дорогу, а у моста застава. Вот там и встанем на ночлег.

– Там следом за нами мои воины на конях едут, объясните им, где меня искать, – приказал князь обозникам, пока Саргенс с Берестом ловко заворачивали молчавшую Кастину в мягкую кошму и устраивали на сиденье позади Веси.

И никто, кроме Саргенса, не заметил, как уже привычно сорвалась с пальчика юной чародейки капля сиреневого света.

Но даже чародей не мог проверить, какой приказ выдала своей силе целительница, словно впервые увидевшая свою любимую наставницу. А Веся приказала поддержать изношенное сердце, поторопить действие снадобий, уже выпитых Кастиной, и начать очистку и омоложение печени, почек и прочих органов. То самое, доступное целительницам омоложение, которым пользовались все женщины клана Куницы, кроме Кастины.

– Ни к чему мне это, – категорически отказалась она, когда Веся попыталась лишь заикнуться, – все знают, почистишь печень и селезенку, а через месяц начнут разглаживаться морщинки да заблестят глаза. И тогда мне пару рысей придётся у своей избушки постоянно держать, чтоб у путников дурных мыслей в головах не заводилось. И дай мне верное слово, что никогда без моего ведома такого заклятья на меня не напустишь.

Но ведь отныне Веся больше не Весеника? И не княжна, и даже не куница, хотя в душе всегда такой и останется. Зато появилась у нее маленькая лазейка нарушить данное слово, ведь подозрительно будет выглядеть, если чародейка Эвеста не станет лечить незнакомую ей путницу из-за честного слова сидящей где-то в башне Цитадели княжны Весеники?

А кстати! Ведь говорил что-то Феодорис про разрешение пройти в половину, где живут наказанные, и самой посмотреть, как там все устроено? Решено, как только вернётся, попросит ее сводить… вместе с Берестом, конечно. И Анса возьмут… а то он сегодня смотрел из дверей конюшни на уезжавшего брата так тоскливо… Весе даже совестно стало, хотя знала – едут они по делу, а вовсе не на прогулку.

Ну а последним приказом Веся погрузила пациентку в сон, чтобы подольше не отвечать на ее вопросы и указания.

– Спит? – подъехав ближе, заглянул в лицо травницы превратившийся в незнакомого конопатого старика Ольсен. – Может не стоит… ей сразу-то говорить, пока она слаба? Я подожду… с вами поеду.

– Саргенса спроси, – не повелась на его виноватый взгляд куница, – как скажет, так и будет.

– Какая ты стала… – поджав губы, мельник направил тэрха к чародею, – послушная!

Как ответил мельнику Саргенс, Веся не слышала, но отряд не остановился и не повернул назад, и стало ясно, ради прихотей Ольсена чародей свои планы менять не захотел.

Застава была небольшая, из тех, какие поставил Илстрем на своих землях в самых удобных для прохода к Ставину местах. Обычно в них жили несколько старых воинов, присматривающих за обозами да обучающих парнишек, желавших весной вступить в отряды князя.

– Ардест, – придержал тэрха чародей, – тут ты поведёшь отряд. У тебя же княжеский амулет при себе?

Нарочно при всех сказал и голоса не понизил, раскусила Веся хитрость Саргенса, значит, хочет, чтобы спутники считали княжича равным ему чародеем. Ну и Береста проверить, как справится с возвращением в семью, ведь чародей не мог не знать, какие амулеты надеты на новом ученике.

– Хорошо, – еле заметная усмешка скользнула по губам княжича, и он уверенно двинулся к запертым воротам.

– Кто таковы? – где-то над головами путников приоткрылась дверца узкого оконца.

– Княжич Ардест со спутниками, – строго и слегка надменно произнес Берест, и Веся успокоилась, даже она сама не узнала бы по этому ответу жениха.

За стеной несколько секунд медлили, потом цепи заскрипели и ворота медленно начали подниматься.

– Почему у вас ворот скрипит? – едва попав во двор крепости, напустился на стражника княжич. – Смазать некому? Кто тут командир?

– Уехал он, – угрюмо буркнул воин, – твой батюшка всех командиров в Ставин собирает, или не знаешь?

– Так ведь не сегодня? – притворно нахмурился Берест и бросил быстрый взгляд чародею. – Я сам туда еду.

– Ну да, завтра… – затосковал парень, – но он загодя выехал… в дороге всякое может случиться.

– Чего тут может случиться, всего полдня езды? – не поверил княжич и махнул рукой. – Ладно, потом разберусь. Есть у вас комнаты для гостей? Мы тут заночуем… у князя Радмира сестра приболела. Ей и целительнице отдельную комнату нужно.

– Да вон все на втором этаже свободны, – махнул в сторону каменного дома воин, – нас мало, внизу умещаемся.