Глава 24

У меня окончательно пропал аппетит. Как теперь выполнить обещание, данное Милене! Если она выйдет замуж за Леонида, тоже станет членом королевской семьи. Лучше бы с ней не ссориться…

- Что тебя так расстроило? – невозмутимо поинтересовался Гордей.

Вот бы мне научиться прятать эмоции за маской безразличия!

- Почему ты думаешь, что я солгала?

Возможно, он ничего не знает, и лишь пытается уличить меня во лжи.

- Уверен, ты не хотела расстраивать тетушку, - ответил Гордей. – Но мне можешь сказать правду.

- Не хотела… расстраивать? – растерянно переспросила я.

- Мне показалось, у тебя к ней особенная симпатия. Разве нет? Ты даже попросила ее о наставничестве. Так удивительно… Помнится, когда мы познакомились, ты ее сильно боялась. Согласилась целоваться с незнакомцем, лишь бы не получить выговор за ночную прогулку.

Так и знала, что мне это еще припомнят!

- Да, а вы, ваше высочество, помнится, сказали, что у меня отвратительное воспитание. И посетовали, что в детстве меня мало пороли, - усмехнулась я.

- Опять на «вы»? – вздохнул Гордей. – Прости, тогда я не знал, что ты росла без родителей. И все же ты еще должна мне третий поцелуй.

- Тебе нравится вгонять меня в краску?

- Да, - признался он. – Очень. Ты невероятно милая, когда смущаешься. Но не меняй тему разговора. Ты обещала рассказать правду.

- Я еще не доела, - ответила я, схватив нож и вилку.

Кусок не лез в горло, мясо застревало в зубах. Во дворце хорошо готовили, и обычно я наслаждалась едой, но сейчас не чувствовала ни вкуса, ни запаха.

На десерт мне принесли пирожное: воздушный бисквит, пропитанный сиропом, взбитые сливки и клубника в шоколадной глазури. Кажется, я слишком долго на него пялилась, потому что Гордей вдруг извинился.

- Прости, - сказал он. – Похоже, ты такое не любишь. А я хотел тебя порадовать.

- Люблю. – Я взглянула на него виновато. – Засмотрелась. Очень красиво… оформлено. – И смущенно засмеялась. – Наверное, ты не поймешь. Принцы едят такие пирожные каждый день.

- Вовсе нет, - возразил Гордей. – Меня не баловали в детстве. И на королевском столе такие десерты бывают только по праздникам.

- О-о… - протянула я. – Так это… специально для меня?

- Риша, почему у меня такое чувство, что ты заговариваешь мне зубы? – прищурился Гордей. – Хочешь увильнуть от разговора? Не получится.

- И в мыслях нет, - проворчала я. – Что еще ты хочешь услышать? Честное слово, я не знаю, кто меня запер.

- Но у подвала ты была не одна.

Слуги, убрав со стола, покинули комнату. Мы с Гордеем пересели за чайный столик. Я – с десертом, он – с чашкой крепкого чая.

- Не одна, - вздохнула я. – Но я пообещала, что не назову имени.

- Это глупо, - сказал Гордей. – Вас видели вместе. Почему ты ее покрываешь?

Я положила в рот клубнику, и сладкий сок, перемешанный с шоколадом, растекся по нёбу.

- Хочешь о чем-то попросить? – догадался Гордей. – Так смотришь…

- Не уверена, что имею право просить о чем-то, - усмехнулась я, проглотив вкуснятину. – Ты очень много для меня сделал. И я благодарна тебе за все…

- Риша, хватит, - перебил меня он довольно резко. – Не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной. Если хочешь чего-то, просто скажи. Так даже проще. Я совершенно не умею угадывать женские желания.

- Умеешь, - возразила я, зачерпнув ложкой бисквит и сливки. – Можешь не верить, но только ты и исполняешь мои желания.

- Ты очень искусно заговариваешь мне зубы.

- Я плавно подвожу тебя к главному. Понимаешь… Я не хочу портить отношения… с будущей родственницей.

- С будущей ро… Что?!

- Милена уверена, что выйдет замуж за Леонида. И не смотри на меня так! Я говорю искренне, а ты буравишь меня взглядом, как будто я преступница.

- Да не ты… То есть… - Гордей шумно выдохнул и потряс головой. – Можно с начала? И по порядку. Вас с Миленой видели вместе, когда вы уходили, поэтому скрыть ее имя не удастся. Однако, будь добра, расскажи уже, что произошло!

Я и рассказала, не забыв упомянуть и о якобы пропавшей кошке княгини Воронцовой, и о том, что котенка специально спрятали в подвале, опутав сетью.

- Но я не видела, кто запер дверь, - сказала я в заключение. – Это правда. Слышала, как Милена вскрикнула. Вроде бы от испуга. Мне кажется, она не обманывает. Нам нечего делить, и я ничего плохого ей не делала.

- А кому делала? – мрачно поинтересовался Гордей. – Если скажешь, проще будет найти преступника.

- В том-то и дело, что никому, - вздохнула я. – Кроме тех сладостей…

- Это же не ты!

- Больше ничего не приходит в голову. Я старалась вести себя тихо. И у меня даже получалось! До той ночной прогулки…

- Да уж…

Гордей сидел на стуле так ровно, что я невольно ему завидовала. Сразу видно, выправка! Меня учили держать осанку, и я даже добилась определенных успехов, но все же долго не выдерживала. Спина начинала болеть, колени – дрожать. Так и хотелось поменять позу.

- А почему тебе не нравится Милена? – спросила я. – Ты так и не объяснил.

- Неискренняя она, - поморщился Гордей. – Ей статус нужен.

- А у вас тут, в принципе, иначе? – фыркнула я.

- У нас?

Вот же! Опять чуть не прокололась.

- У вас, во дворце, - выкрутилась я. – Девушки участвуют в играх, чтобы выйти замуж за достойных мужчин. Состязания, баллы… А искренние чувства где?

- Ты такая наивная, - улыбнулся Гордей. – Мужчины присматриваются к девушкам на балах, во время совместных развлечений. И девушки тоже выбирают, кто им по душе. Умения у всех примерно одинаковые, и составить нужную пару труда не составляет.

- Так игры… ненастоящие?!

- Только… тс-с-с! Я тебе об этом не говорил. Хотя… – Он посерьезнел. – Нет, игры настоящие. Но правила немного другие. Только наивные девушки вроде тебя верят, что могут выиграть хорошего мужа.

Давненько меня наивной не называли. Впрочем, это означает, что я неплохо притворяюсь. С другой стороны, в этом мире я чувствую себя неуверенно, оттого и выгляжу наивной.

- Риша, прости, но я вынужден тебя оставить. – Гордей поднялся. – Ты не расстроишься, если я попрошу тебя не ходить на состязания, что скоро начнутся? Не могу тебя сопровождать и, откровенно говоря, боюсь, что с тобой опять что-нибудь случится.

- Не расстроюсь, - улыбнулась я. – Лучше отдохну перед ужином. А ты не расстроишься, если я не надену платье из золотой шелковой парчи?

- Почему? Оно тебе не нравится? Прислать другое?

- Гордей, остановись, - попросила я. – Верю, что тебе все равно, иначе ты не просил бы моей руки… Однако вспомни, кто я. И я хочу быть собой… при знакомстве с родителями будущего мужа. Я надену свое платье.

- Послушай, это не имеет никакого значения…

- Для тебя! – перебила его я. – И твои родители сделают вид, что не узнали платье дочери. Но для меня это важно!

- Хорошо, я понял, - кивнул Гордей. – Поступай, как тебе удобно. Пойдем, я провожу тебя.

Отсидеться в покоях не удалось.

- Я ее тут одну не оставлю, - заявила княгиня Воронцова племяннику. – За ней же глаз да глаз нужен. Тем более, теперь, когда она – твоя невеста.

Я даже за спину Гордея отступила. Может, его матушка все же добрее, чем тетушка?

- Тогда я приставлю к ней охрану, - предложил Гордей.

И этот туда же!

- Я за ней присмотрю, - «смилостивилась» княгиня. – Карина, от меня ни на шаг!

- Да, ваша светлость, - пробурчала я.

- Заодно посмотрим, как ты держишь слово, - добавила она, когда Гордей ушел. – Я не возьму на себя ответственность, если ты опять что-нибудь выкинешь.