Глава 21

Выбросив передряги с Красноярским из головы, устроилась за самым дальним компьютерным столиком и, пока загружалась система, написала Надиру сообщение, чтобы меня сегодня не ждали. Якобы Псковский должен передать дела новому председателю факультета и ввести в курс политики партии, а это надолго. Откуда ж друзьям знать, что обиженный моим упрямством Гриша тупо скинул документы на планшет и гуляй, Вася?

Вылазка в ректорат однозначно стоила всей этой канители с председательством. Я убила сразу двух жирных кроликов!

Во-первых, теперь у меня есть название ритуала, информационному голоданию пришёл конец. А во-вторых, нехорошие догадки на счёт ректора подтвердились железобетонно. Интуиция и Зэд из финального видения не обманули: наш генерал-шантажист не моргнув глазом позволил ритуалу свершиться, а затем виртуозно прикрыл убийц. Интерес его исключительно денежный, поэтому вряд ли икс-игрек-зэд посвятили ушлого офицера в свои планы на Тобольскую. Тем не менее, он виновен не меньше их.

С радостью добавила имя Тихона Викторовича на «Доску расследования» в графу «пособники».

Компьютер без проблем считал удостоверение с председательским допуском и выдал сладкую надпись: < Доступъ къ раздѣлу «Кровавые ритуалы» разрѣшенъ. Введите запросъ>.

— С превеликим удовольствием!

Уже через полминуты передо мной высветились две книги: справочник с сакральными символами и объёмный талмуд с полным перечнем кровавых ритуалов с описаниями. Скачать их для домашнего пользования на личный планшет по понятным причинам нельзя, только просмотр онлайн.

Пропустив историческую справку и семантику происхождения, сразу загрузила фотографию круга и запустила анализ соответствия.

Результат не заставил себя ждать. Ритуал, стоивший жизни двух девушек, носил подходящее название — «Смертельный союз» и входил в раздел Высших практик Крови, что значит, для его исполнения требуется высокий ранг силы у всех участников, включая одну из жертв. Отчасти поэтому в Российском Княжестве практикуется очень редко. У нас не так-то много сильных псиоников, готовых рискнуть головой, если поймают.

— Теперь познакомимся поближе.

Щёлк.

Ритуал «Смертельный союз», класс сложности 10/10.

Для проведения требуются: ритуальный круг с тремя кольцами, трёхгранный нож из стихийной стали, точно настроенные хронометры, три исполнителя и две жертвы — Первая (главная) и Вторая (расходный материал).

Первую жертву — поли-практика не ниже шестого ранга силы — помещают в ритуальный круг, её клинки замыкают на символах практикуемых ею стихий. Этой несчастной выступила Василиса Тобольская.

Ко Второй жертве требований и меньше, и больше одновременно. Не важно, стихийник она или пустышка, главное условие заключено в другом: ею в обязательном порядке должен быть уроженец пространственно иного — отражённого — мира, душа которого по всем критериям совпадает с душой Первой жертвы. Требуемый процент совместимости не менее 95, в противном случае возникнет ошибка. Честь стать расходным материалом по стечению обстоятельств выпала мне, Ирэн Листьевой.

Обе жертвы должны умереть от удара клинка в сердце, причём одновременного! Максимально допустимая разница между двумя убийствами не более пяти минут, пока оторванные души блуждают в эфирном пространстве и способны пересекать границы миров. Душа Первой жертвы навсегда уходит в Вечность, в то время как душа Второй начинает новую жизнь в наглухо обнулённом теле Первой.

— Значит, Ирэн всё-таки умерла, — невесёлый вывод оставил гадкое послевкусие на языке. Знала, что оно так и есть, а всё равно грустно. — Ладно, что там дальше…

А дальше исполнители. К убийце Первой жертвы не предусмотрено никаких особых пожеланий, сойдёт любой поли-практик от десятого ранга и выше. Это Игрек, неизвестный родственник Василисы.

Куда более интересны требования к убийце Второй жертвы — Иксу. Уроженцы иных миров по здешним улицам не ходят, и чтобы достать их, требуется владеть уникальным и крайне редким навыком построения порталов в отражённый мир. В школах, само собой, такому не учат. Овладеть умением разрывать пространство можно только путём целой серии кровавых ритуалов со смертью жертв. Фриц клыкастый, оказывается, тот ещё монстр! А ведь какая душка на личико! Судя по Рождественскому балу из видения, весьма галантный джентльмен, знатный, богатый… и лично знакомый с моим отцом.

Наконец, третий участник, он же Координатор ритуала, тот, кто направляет оторванную душу Второй жертвы в тело Первой, а затем возвращает его к жизни, — псионик Зэд«Фиолетовые Глазки». По-настоящему жуткий тип.

Удар в сердце трёхгранным лезвием из стихийной стали оставляет страшную рану. Даже самому крутому целителю стихии земли не под силу воскресить и вылечить получившего её человека, тем более с чужой душой в довесок. Провернуть подобное способен только псионик…

— От тринадцатого ранга и выше! — Я схватилась за голову. Лучше бы за валидол, но его не было. — Пресвятая дичь раздери меня когтями, тринадцатый ранг! Минимум!

Мощный нокдаун перешёл в глубокий нокаут.

Тринадцатый ранг в псионике равен двадцатому в любой другой стихии. Таких спецов в Великом Княжестве по пальцам пересчитать, и все они так или иначе на виду.

Интересно, Зэд тоже был на Рождественском балу? Или он вообще не местный? В Азии псиоников несравнимо больше, чем у нас, и высокого ранга они достигают чаще. Мистер Фиолетовые Глазки вполне может быть представителем монголоидной расы: китайцем, например, или японцем, а то и вовсе индейцем из Английской Америки. Почему нет? Я не видела Зэда и его настоящего голоса не слышала, этот хмырь предпочитает общаться телепатией, поэтому не могу назвать ни национальности, ни возраста, ни даже пола.

М-да. Угораздило Василису нарваться на таких крутых ребяток! Неудивительно, что ректор покрывает их. Попробуй тут, откажи.

«Смертельный союз» ритуал сложный, но короткий — на всё про всё десять минут. Собственно, как он происходит, я видела из первого ряда, причём с обоих ракурсов.

Акт 0, закадровый. Переместившись в иной мир, Икс непонятно каким образом находит девушку, чья душа обладает высокой совместимостью с душой Васи — хорошенькую, но глупенькую блондинку Кристину.

Акт 1. Пока Икс обрабатывает девушку в ночном клубе, где Ирэн полирует стаканы, Игрек и Зэд тащат Василису на ритуал в подвалы института.

Акт 2. Стрелки часов сходятся на отметке «пора убивать». Игрек без особого труда справляется с Васей, когда как Икс буксует. Неожиданное вмешательство Ирэн не позволило ему заколоть Кристину вовремя, и хорошенькая блондинка убежала. Чтобы хоть как-то спасти ритуал, Икс в срочном порядке вынужден убить Ирэн, но уже поздно.

Акт 3. Ритуал выдал критическую ошибку. Так понимаю, душа Ирэн оказалась совместима с душой Васи меньше, чем положено по инструкции. Допустимое время воскрешения истекло, а тело уже обнулённой Васи до сих пор не получило новую душу и более того — начало высасывать из Зэда эссенцию стихий взамен утраченной. Почуяв запах керосина, псионик тут же останавливает ритуал.

Акт 4. Дело провалено. Убийцы считают Василису окончательно мёртвой и бросают в архиве, прямо в ритуальном круге. А она выживает, выживает вопреки всем обстоятельствам! За счёт выкачанной псионики или по какой-то другой причине, но факт свершился — душа Ирэн нашла дорогу к телу Васи и таки умудрилась в нём прижиться. Сделав вдох, девушка «два в одном» открывает глазки, а затем на автопилоте возвращается к себе в комнату и ложится спать.

Акт 5, заключительный. На следующее утро в попытке замести следы ректор поднимает знатный переполох и перекладывает всю вину на Васю, которая вместе с обнулением так удачно получила амнезию. Благо, Ирэн хватило ума не болтать о своём истинном происхождении. Убийцы считают, будто душа Васи вернулась обратно в тело и… собственно, всё. Отныне на Тобольской можно ставить крест: её обнуление абсолютное противопоказание к повторному ритуалу, а необратимая амнезия надёжное алиби для преступников. Но на всякий случай они всё же просят ректора понаблюдать за деви́цей. Мало ли чего всплывёт так некстати? По всем правилам Василиса должна быть покойницей, а не разгуливать по институту.

И-и-и занавес.

— Спектакль что надо, — поёжилась, вновь ощутив ледяной ветер смерти каждой клеточкой тела.

Удача, что моя душа — душа Ирэн — оказалась всё же подходящей для тела Васи. Кто бы тогда вывел ублюдков на чистую воду и… убил их? Правильно, убил! Буквам не жить, даю слово. Как-нибудь, когда-нибудь, но однажды и непременно!

Теперь о том, ради чего вообще шарманка играла.

Суть «Смертельного союза» заключена в замене души и полном обнулении потенциала жертвы. Неудивительно, почему выбор убийц изначально пал именно на Кристину. Такая безобидная девочка, на слово поверившая во влюблённого вампира, идеальный кандидат для самых низких вещей. Напуганная перемещением и лишённая сил, без которых ей светит статус крепостной, она легко поддастся управлению и станет послушной марионеткой — ключиком к Тобольской губернии.

Как же я раньше-то не поняла⁈ Мама прямым текстом написала, что меня выдадут замуж за родственника, если я не восстановлю положенный ранг силы. Уж не за того ли, который Игрек?

— За него са́мого, — постучала ногтем по фотороботу в телефоне.

Что ж, половина мотива понятна: получить абсолютную власть над одной из самых богатых и влиятельных губерний. Только это ещё не всё.

«Я не собираюсь рисковать своей эссенцией ради маленького винтика в большой игре с множеством переменных. Она не единственная, будут другие».

— Другие не так важны, как Тобольская.

«Для дела они все равнозначны!»

Большая игра, значит. Хорошо бы ещё узнать, против кого?

Но самое страшное во фразе Зэда отнюдь не это. Он сказал, что я не единственная, что будут другие. Возможно даже, они уже есть…

Время за разбором полётов пролетело незаметно. Майское солнце коснулось крыш, голографический циферблат на стене библиотеки показал восемь вечера. Хватит на сегодня кровавых ритуалов, а то ещё кошмары начнутся.

Чтобы успокоить взбудораженные чувства, я переключилась на эссенцию стихий. Доступ «Б» открыл возможность скачивания продвинутых техник ВЗ- из каталога для олимпиадников и, что важнее всего, справочник по псионике для практиков от пятого ранга и выше с описанием техник самоисцеления, ситуативного иммунитета к стихиям и небольшим набором ментальных воздействий. Пока есть возможность, надо готовиться потихоньку. Артефакты в моей эсс-системе не ограничивают псионику, и я почти не сомневалась, что однажды сумею взять пятый ранг.

Чего, к превеликому сожалению, не скажешь о стихии воздуха. С ней надо конкретно поднажать! На браслете по-прежнему горят только три индикатора, а дата конца уже не за горами. Мама писала, что отец с князем Красноярским запланировали приём в честь помолвки (или её окончательного разрыва) на 18 мая, через три дня после итоговых экзаменов по эсс-фехтованию. Как подумаю, мандраж пробивает, а рука сама тянется к телефону узнать цену на билет до Америки.

— Сохраняй трезвую голову, Вася, — одёрнула себя. — Не так страшна помолвка, чтобы паниковать раньше срока. Под венец тебя не потащат. По крайней мере, не на следующее утро.

Согласно законам Княжества, со дня помолвки до дня свадьбы должен пройти минимум год. Иначе неприлично. Надо же высокоморальной общественности убедиться, что грядущий союз случился не с целью скрыть греховную беременность невесты. Так что время найти выход будет.

— И снова ты в библиотеке!

Надир крутанул соседний стул задом наперёд и плюхнулся на него со всей дури, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. Такой большой парень, а так неслышно ходит.

— Привет, Вась.

— Здоро́ва, — улыбнулась ему. — Что-то вы рано вернулись с гуляний, там ведь ещё салют в одиннадцать. Вика хвасталась, будто он станет самым высоким, масштабным и феерическим за всю историю Екатеринограда!

— Поэтому его увидят из любой точки города, и толкаться на Кафедральной площади вовсе не обязательно. Держи сувенир, госпожа председатель факультета «Логистики», — он протянул мне леденец в виде двуглавого орла на палочке.

— Апельсиновый?

— Не, просто оранжевый. Ты что, весь день здесь провела? — Надир выразительно кивнул в сторону небольшой горки одноразовых стаканов из-под кофе возле клавиатуры.

— Был повод.

Подманив друга поближе, открыла страницу кровавых ритуалов и щёлкнула на «Смертельный союз».

— Ты побывала в кабинете ректора, — догадался парень. — Как вижу, успешно.

— Более чем! Подозрения подтвердились: Тихон Викторович не просто так замял расследование. Он заодно с преступниками.

В прошлый раз я уже рассказала Надиру часть правды о ритуале, отмалчиваться сейчас нет смысла. Показав всё, что перекачала из ректорского компьютера в свой телефон, коротко обрисовала сделанные выводы. С небольшой корректировкой в угоду здравой предосторожности, разумеется. Якобы меня — Василису — преступники всё же успели воскресить, но сделали это куда раньше, чем убили неизвестную девушку из другого мира, а когда поняли это, быстренько свернули лавочку и сбежали. Вопреки их гнусной задумке, я всё та же Тобольская. Не без странностей, конечно, но ведь после смерти всегда возвращается кто-то другой, как однажды выразился блондинка. Маркер успешного ритуала — обнуление без какой-либо возможности восстановить эссенцию стихий впредь, а я практик воздуха. Шах и мат вам, три латинские буковки!

— Всё это дурно пахнет, — поморщился Надир. — Похоже, тебя едва не сделали частью чего-то очень нехорошего.

— Неплохо бы выяснить, чего именно?

— Как?

— А вот тут понятия не имею, — честно призналась. — Решим по ходу дела, когда придёт момент.

— Не передумала молчать? Если не хочешь афишировать своё имя, подбрось анонимное письмо княжеским следователям, дальше пусть раскапывают сами. У них всяко больше опыта и возможностей.

— А ты уверен, что никто из них не подкуплен, как наш ректор? На одних догадках дело развалится ещё до его начала. Даже если нет, моё имя всё равно всплывёт в обязательном порядке, и тогда заговорщики поймут, что я помню больше, чем говорю. В таком случае жить мне останется недолго.

— Логично звучит, — хмуро кивнул Надир.

— Нам нужно достать доказательства, весомые и неопровержимые, чтобы никаких сомнений и арест на месте без права на звонок адвокату.

— Александровские планы у вас, Василиса Тобольская!

— Сочту за комплимент.

— А не боишься влезать в эту гадость?

— Меня уже влезли, — пожала плечом с деланно равнодушным видом. — Меньшее, на что имею право, это знать — зачем.

— Значит, узнаем, — Самаркандский ободряюще подмигнул. — А теперь выключай компьютер, пойдём на вертолётную площадку на крыше, там Вика и кое-кто из наших. Сегодня ведь праздник! Не дело заканчивать его на минорной ноте.

— И поэтому надо подниматься на крышу?

— Оттуда шикарный вид. Будем смотреть салют и загадывать желания на каждую красную звезду.

— Они ж всё равно не сбудутся, — хохотнула я.

— А ты загадывай чего попроще. Новую машину вселенная тебе не подарит, но вот шоколадкой вполне угостит.

— Шоколадкой, говоришь? Ловлю на слове!

— Эй, не меня лови, а вселенную!

— Ничего не знаю.

Заразительное настроение друга стёрло часть тревоги, за что ему большое спасибо. На крышу я поднялась без тяжёлых мыслей о заговорах, убийцах и псиониках баснословного тринадцатого ранга. В глазах прыгали цветные зайчики фейерверков, в душе царила пустота. Я получила название ритуала, но вкус победы оказался подпорчен. Красноярский начал сомневаться на мой счёт и о странной сценке в ректорском кабинете уже не забудет.