Пролог

Полотно шоссе плавно ложилось под колеса нашего автомобиля, мы с баронессой дружно сидели на заднем сиденьи, а Саша, ведя машину, озвучивал входящие данные:

— Граф Евтушенко Николай Викторович. Сорок три года. Разведен, условно вдовец. Имеет сына четырех лет, мальчик проживает вместе с ним. Супруга покончила с собой после позорного развода. Изменила графу, два года назад была застукана на горячем. Точнее на любовнике. В процессе размолвки любовник был убит, граф тяжело ранен. На текущий день Николай Викторович частично парализован, вбухал тьму денег на лечение и реабилитацию, но особого результата это не дало. В итоге наш граф практически банкрот и это с учетом того, что две трети его земель занимает довольно непростая аномалия класса С. Увы, у него нет денег даже на то, чтобы содержать слуг родового особняка — всё уходит на охрану поста.

— Ну и зачем тебе такой муж? — фыркнула тетушка Роза, поглядывая на меня с отчетливым скептицизмом.

— Он граф, — привела главный аргумент.

— Он нищий инвалид, — пренебрежительно фыркнула баронесса.

— Но при этом граф, — повторила с улыбкой. — Как мужчина он меня не интересует, а деньги мы зарабатывать умеем. Мне нужен его титул, а остальное у нас самих есть.

— Мужчина не только титулом умеет быть полезен, — сварливо заметила баронесса.

— Я знаю, — улыбнулась. — Но нам надо быстро и с гарантией.

— Ну, если в этом всё дело…

Задумавшись, Розамунда Людвиговна попросила показать ей фотографию графа и была приятно впечатлена его статью и в целом породистым лицом.

— Эх, где мои шестнадцать лет… — шутливо улыбнулась она, подмигивая мне. — Одобряю. А то, что болен, не беда. Любовь и забота и не таких с того света вытаскивали. Знаю я один эликсирчик…

— Тетушка, — хохотнул Саша с переднего сидения, — коньяк — не панацея всему.

— Но очень даже недурственный компаньон всему остальному, — легко парировала баронесса и, подмигнув мне, лихо приложилась к серебряной фляжечке, которую выудила из ридикюля.

Хах! Что-то мне подсказывает, эти смотрины будут выдающимися!