Глава 10

Второй этап был немного посложнее — нам надо было ликвидировать наркоточки. Причем это были не точки сбыта, а полноценные производства. Всего два. Одно на таком же неприметном складе на задворках грязного переулка, причем ночью там тоже работала бригада, с помощью автоматизированного конвейера прессуя, фасуя и пакуя «веселые таблеточки», а второе в полуподвальном помещении здания под снос. Раньше там была какая-то фабрика, но уже лет пятнадцать здание было заброшено и заколочено, но ушлый Зябликов приспособил часть подвала под свои нужды, облагородив его по минимуму, чтобы только крысы не бегали. И люди там тоже не спали.

Сложнее всего было понять, на добровольной ли основе там трудятся те же фасовщики и просто рабочие, больно уж неказисто они выглядели, больше походя на рабов, чем на людей, довольных жизнью, но Саша поступил проще: сначала мы вырубили наблюдение, затем он активировал артефакт, глушащий связь, следом бросил в помещение несколько шашек со слезоточивым газом и нам оставалось только встречать выбегающих из подвала людей в свои жаркие объятия и для начала просто оглушать.

Всех.

Когда стало ясно, что на десяток заморенных рабочих с явными следами избиения и голодания приходится восемь мордоворотов с автоматами, рабочие были аккуратно перенесены в кузов нашей Газельки, мордоворотов Саша вернул обратно в цех, напоследок угостив свинцом в головы, а само помещение заминировал.

И первое, и второе. Каких-либо документов мы там не нашли.

Рабочих мы отвезли к ближайшему храму в соседнем районе, где помогали в том числе обездоленным и малоимущим, выгрузили их на травку и уехали раньше, чем они начали приходить в себя.

Если не будут глупить, то наладят свою жизнь.

Оставалась предпоследняя точка — автомобильный салон. На часах было уже к четырем утра, когда мы подъехали к красивому сплошь остекленному зданию, издали изучили интерьер и вполне приличную защиту, а потом приступили к реализации плана «якобы рейдерский захват».

Первым делом видеонаблюдение — зациклить. Затем артефактная сигнализация — обойти. Следом многоступенчатые электронные замки — вырубить.

Ну а потом оставалось лишь практически бесплотными тенями проникнуть в кабинеты бухгалтерии и директора, забрать все более или менее важные документы и ноутбук, навести тотальный беспорядок и подорвать пяток самых дорогих, уже забронированных на выкуп автомобилей.

О, да-а-а!

— Хорошо горит, — задумчиво щурилась я, наблюдая за разгорающимся пожаром в зеркало заднего вида, пока Саша вел нашу машину в сторону частного дома Зябликова. — Как думаешь, пожарные успеют приехать?

Неопределенно дернув плечом, Саша вдруг глухо пробормотал:

— А машины всё-таки жалко. Хорошие. Были…

— Да? — Я повернула к нему голову, внимательно присмотрелась к его сосредоточенному лицу и поджатым губами и, кажется, кое-что поняла. Улыбнулась, прищурилась и вкрадчиво поинтересовалась: — Саш, а Саш… А хочешь, я тебе машину подарю? Красивую-ю…

Он покосился на меня, хмыкнул и снова сосредоточился на дороге.

А минуты через три заявил:

— Танк хочу.

Епт!

Ну-у-у… Допустим!

— Большой? — уточнила, ехидно улыбаясь.

— Большой, — кивнул.

— С длинным дулом?

На меня снова покосились, начиная что-то подозревать.

— Это что сейчас за грязные намеки, я не понял? Всё у меня нормально с дулом!

Не удержавшись, расхохоталась в голос. Да так смачно, что аж слезу в конце вышибло.

Саша, кажется, обиделся.

— Прости, — продолжала хихикать, не в силах остановиться. — Ну прости-и-и… Я же шучу, ты знаешь. Просто, к месту пришлось. А какой именно ты танк хочешь? Ну, чтоб я знала. Дорого они вообще стоят?

— Относительно, — проворчал братишка всё ещё оскорбленным тоном. — Проблема в том, что танки могут состоять только на вооружении императорских войск. Частным лицам их иметь нельзя.

— А если очень хочется? — уточнила вкрадчиво. — Ни за что не поверю, что местные аристократики не нашли хоть одну лазейку.

— Да понятно, что если постараться, то можно, — усмехнулся Саша. — Найти через какую-нибудь военную часть и не особо добросовестного командира, оформить, как бронированный грузовик, и будет всем счастье. По большому счету нам и так неплохо подфартило, когда к нам Дудин заглянул с наёмниками. Семь БТР — это весьма неплохой подгон. Один, правда, попал под обстрел Орешкина и восстановлению не подлежит, но это мелочи. В принципе мы сейчас очень даже достойно оснащены. Меня больше Румянцев беспокоит.

— Что такое? — нахмурилась.

— Притих, — скривился Саша. — Но точно что-то задумал. Алиевы (это родня Мамедовых) присматривают за ним вполглаза. Поначалу вроде копошился, смотр своих войск устроил, учения, а как на нас Дудин напал и мы его размотали, притих. Но что-то точно задумал, у его особняка на днях видели одного типа, о котором в городе нехороший слух ходит. Менталист, кстати…

— Тот самый?

— Возможно, — кивнул Саша. — При этом живет человечек аж во Владимире и что-то мне подсказывает, что основное время кормится с руки князя. Понимаешь?

— Кольт — великий уравнитель, — хмыкнула пренебрежительно, произнеся крайне странную фразу, но суть её была лично мне понятна. — Ты, кстати, оборудовал машины оружием?

— В первый же день, — ухмыльнулся братишка. — Пистолеты, автоматы, гранаты, винторез. Под твоим сидением. Сидушка теперь откидывается вверх и внутри бронированный ящик с артефактным глушителем. Ни одна сторожевая псина не найдет. Кстати, чем больше общаюсь со своим наставником, тем больше мне нравится именно артефактное направление собственного развития. Всё-таки я больше технарь, чем гуманитарий. И что самое интересное… — он ненадолго замолчал, а его взгляд был направлен четко на дорогу, которая плавно ложилась под колеса нашего автомобиля, — я словно вспоминаю многое заново. А кое-что знаю даже больше, чем Цацкис. Это… интригует. А ты?

— А что я? — буркнула с внутренним напряжением.

— Вспоминаешь?

— Бывает, — ответила откровенно нехотя. — Но не то. Не то, что хотелось бы. Ни имени, ни статуса. Ни понимания, кем я была.

— Богиней? — хмыкнул и снова покосился.

— Смешно, — улыбнулась натянуто. — Это как меня тогда приложило, что я умерла?

Точнее: как нас приложило?

И кто?

Вспомнился вдруг тот странный эпизод, когда мы чуть не поругались в аномалии. Кого я тогда обещала уничтожить? За что? И не убило ли это меня саму, как грозился тот тип?

И мог ли он быть… Сашей?

— Мы вспомним. Мы обязательно всё вспомним, — пообещал-поклялся мне братишка, а следом уже совсем другим, злорадно-предвкушающим тоном произнес: — Приехали.

Дом, где жили Зябликовы, располагался на респектабельной улице в окружении ничуть не менее респектабельных домов. Не став подъезжать слишком близко, а притормозив за три дома на противоположной стороне, мы немного посидели в машине, наблюдая нездоровую суету у нужного нам участка. Судя по беготне охраны и воплям Зябликова, он был уже в курсе подрывов. Может даже всех. Но вот три машины с натужным визгом шин скрылись вдали и мы, натянув балаклавы пониже, отправились на дело.

Наружнее наблюдение, сигнализация, замки… Это всё было, но не казалось уже особо сложным и вскрывалось только так. То ли мы поднаторели в этом незаконном деле, то ли Зябликов не счел нужным защитить себя сильнее, но в доме мы оказались уже через семь минут и быстро вычислили, что из людей тут остались только молодая жена Зябликова, два охранника и три единицы прислуги.

Охранников вырубил Саша, прислугу заперла в их комнатах я, ну а дальше мы просто пробежались по самым главным помещениям дома, первым делом заглянув в хозяйскую спальню и кабинет.

Жанна Зябликова была… наверное, красива. Не знаю.

Надутые губы, искусственные груди, фарфоровые зубы, нарощенные ресницы, брови-гусеницы, неестественно тонкая талия, пятисантиметровые ногти… Стоило мне её увидеть, как в первую очередь стало жалко дурочку, но потом она так пронзительно завизжала, что стало жалко уже свои уши и вырубила я её безо всякого сожаления.

Нет, не убила. Её и так жизнь наказала…

Но связала и кляп в рот вставила.

А потом мы занялись мародеркой!

Саша вскрыл и обчистил сейф, я забрала все до единого украшения Жанны и самого Зябликова, который явно увлекался золотыми цепями и перстнями, а потом мы нашли парочку заначек с наличностью и стало ясно, что вылазка определенно удалась. В непримечательных чемоданчиках модели «дипломат», похожих друг на друга, как близнецы, общим количеством семь штук, находилось ровно двести десять миллионов рублей пятитысячными банкнотами.

На всякий случай проверила одну пачку и убедилась, что это не фальшивка.

А потом задумалась…

Это заначка на черный день, аналог банковского вклада или приготовлено для оплаты чего-нибудь?

Впрочем, какая мне разница?

Сто процентов деньги накоплены не праведным трудом. А значит самое время пустить их на доброе дело!

— Ты всё?

— Да.

— Уходим.

Подхватив коробку с документами, сумку с драгоценностями и дипломаты, мы покинули гостеприимный дом, оставив хозяевам напоследок «подарочек» в виде артефактной вонючки, которая делалась умельцами на основе белкунсовых выделений.

Воняло это немилосердно и после того, как вонючкой пропитывалось помещение, проще было его снести, чем отремонтировать, пытаясь вывести запах.

Он не выводился.

Так-с…

— А что в коробке? — полюбопытствовала, когда мы уже ехали домой, в сети через анонимайзеры были размещены все до единого ролики о плохише Зябликове.

— Особо не рассматривал, — неопределенно дернул плечом братишка. — Папки с документами, кое-какие артефакты в коробочках, немного наличности… пистолет. Ты как по самочувствию? Будем спать или сразу в аномалию пойдем?

Прислушавшись к себе и посмотрев на часы, которые показывали седьмой час, я сцедила зевок в кулак, а потом уверенно произнесла:

— Кружечка кофе и я в строю. Не хочу ждать, всё равно не усну от волнения, только время зря пройдет.

Загадочно улыбнувшись, Саша кивнул, словно точно знал, что я отвечу именно так.

До своего особняка в Карабаново мы добрались без приключений, занесли будущие раскроечные и швейные станки и парты с учебниками в мой кабинет, пожелали семье доброго утречка, выпили по порции чернейшего и бодрейшего кофе, переоделись, взяли оружие, рюкзаки и отправились в Мавринскую аномалию ловить гипножаб и делать им лоботомию, потому что для последнего ритуала были нужны именно мозги крупного магического существа, склонного к ментальной магии.

Пока ехали, я вдруг вспомнила о княжне Барятинской и рассказала о ней Саше.

— Что думаешь?

— Барятинские? — Братишка задумался. — Странно. Что им могло у нас понадобиться? Пока не пойму. Для промышленного шпионажа наш учебный центр — не та фигура на глобальной доске влияния. Предупрежу Тюменцева. В следующий раз не забывай говорить о таких вещах сразу.

— Ну простите, — я сморщила нос, — не придала особого значения. Сама не понимаю сути.

— Значит, есть подвох.

— Значит есть, — признала неохотно. — Ладно, впредь буду внимательнее.

На КПП мы были ровно в восемь, до болота дошли ближе к десяти, первую жабу обнаружили уже минут через пятнадцать, а ещё через три она не выдержала бренности бытия и сдохла.

Сложно жить с артефактным копьем в левом глазу и огненным клинком в правом.

А вот потом начались сложности…

Второй жабы нигде не было видно!

— Ладно, сама прискачет, — раздраженно процедил Сашка, когда мы уже битый час прочесывали болото, но всё бестолку. Только тучи москитов разогнали. — Давай, садись в ритуал, а я покараулю. Аж кулаки чешутся кому-нибудь морду набить. Не люблю, когда случайность портит планы.

Глянула на него с легкой тревогой, но в душе была благодарна, что он отдает эту жабу именно мне. А ведь мог бы воспользоваться правом силы и провести первый ритуал сам…

Но нет. Вот этим и отличается настоящий мужчина от прочих.

В итоге пока я вскрывала гипножабе черепушку и аккуратно вынимала наружу студенистые мозги, Саша разметил площадку под ритуал, дополнительно обезопасив её дымной завесой от москитов, я потом я села в центр, всосала порцию чужих мозгов, старательно не думая, какие они на самом деле гадостные на вкус и прочие ощущения, разложила дары стихии и сконцентрировалась на задаче.

Печать накрыл купол…

И мой дух вышибло из тела!

Лишь на миг я увидела себя-нынешнюю, неподвижно застывшую в позе лотоса, а потом меня утянуло неведомой воронкой в совершенно иное место и я очутилась в незнакомом, роскошно обставленном помещении.

И увидела себя.

Или не себя…

Чуть выше, изящнее. Светлее волосы, выразительнее глаза непривычного ярко-синего цвета цвета с фиалковой каймой. Моложе. От силы лет шестнадцать. Одета девушка была в простую тунику с пряжкой на левом плече, талию обозначил золотистый поясок-тесьма.

А сама девушка рисовала.

Переместившись так, чтобы видеть полотно, я с изумлением узнала на нём легендарные Египетские пирамиды. Вот только они стояли не посреди безжизненной пустыни, а утопали в тропической зелени, и то тут, то там были заметны яркие акценты и буйство жизни.

Вот яркий попугай присел на пальму. Вот юркая змея свесилась с ветки. Вот стайка бабочек порхает над экзотическим цветком. Скарабей сосредоточенно катит свою добычу, муравьишка тащит гусеницу… Все при деле.

И вроде бы просто картина, но… Нет. Она была живой!

Деревья шестели листвой, попугай чистил перышки, змея медитативно покачивалась, а бабочки натурально порхали над цветком, свободно перемещаясь по полотну.

Фантастика! Что это за магия⁈

— Дорогая! — В комнату, которая больше напоминала огромный зал музея своими мраморными полами и колоннами, стремительно вошел незнакомый мужчина. Смуглый, мощный, одетый как воин древности, но помимо доспехов на его плечах лежал роскошный алый плащ. — Ликуй и пой, твоя помолвка — дело решенное!

— Было б чему радоваться, — презрительно скривилась девушка. — Этот варвар и ногтя моего не стоит. Отброс с дикого севера.

— Дорогая, — мужчина резко посуровел и в его глазах мелькнуло что-то явно непростое. — Ты знаешь правила. Ты обязана подчиниться и выйти замуж за того, кого нашел тебе Совет.

— Конечно, отец, — подозрительно нейтральным тоном произнесла девушка, в глубине глаз которой зарождалась буря. — Конечно…

Неожиданно реальность дернулась и стала непроглядным туманом, меня снова куда-то потащило, а спустя некоторое время я очутилась совершенно в другом месте. Но снова увидела ту блондинку!

Это была спальня. Определенно. Огромная, роскошная. Полноценный музей!

Панорамные окна не были застеклены, но их прикрывали несколько слоев тончайшего тюля, слегка сдвинутого в сторону, и я могла увидеть, что снаружи ночь, но если хорошенько присмотреться, то видно море и величественный маяк, освещающий старинную гавань.

Впрочем, за оконо я бросила лишь один взгляд, а потом моё внимание прикипело… к сове. К бронзовой сове, сидящей на ветке!

Быть не может…

Краем глаза отслеживая, как девушка в одной полупрозрачной сорочке сидит перед столиком с зеркалом и методично расчесывает свои роскошные белокурые локоны с золотым отблеском, а на лице её застыла маска безучастности, я подлетела ближе к сове и попыталась изучить её от и до. Та или не та? Или просто похожа? Но как, черт возьми, сильно похожа!

Приход незваного гостя мы пропустили обе.

Ещё секунду назад в комнате были только мы одни, а уже в следующую он стоял за нашими спинами и смотрел на хозяйку спальни через отражение.

А вот я отступила на шаг, чтобы видеть обоих, и изумленный выдох замер на моих губах.

Саша⁈

Или…

Нет?

Высокий. Смуглый. Мускулистый. Чуть вьющиеся каштановые волосы с отчетливой рыжиной зачесаны назад. Лицо гладко выбрито и отчетливо виден широкий упрямый подбородок. В глазах — сполохи огня. А вот одежды на нём… Немного. Буквально одна грубая набедренная повязка из куска ткани и широкий кожаный пояс с перевязью под меч.

Судя по тому, как девушка напряженно замерла, гость был нежданным. И незванным.

Но уже в следующую секунду она продолжила как ни в чем не бывало расчесывать свои волосы, ледяным тоном отчеканив:

— Кто ты такой и что тебе надо, северянин? Ты, видно, жаждешь смерти, раз тайком пробрался в мои покои… Или ты даже не знаешь, где находишься? — на последних словах в её тоне проскользнули саркастично-уничижительные нотки.

Вот только варвар ими не проникся.

Коротко хмыкнув, он сделал шаг вперед, но не к девушке, а ко мне. Я даже растерялась.

Но нет… Он подошел к сове и просто положил на её голову свою широченную лапищу, отчего в птичке что-то щелкнуло и я сразу поняла — артефакт сломан.

Только после этого таинственный незнакомец метнулся к блондинке и, молниеносно ткнув по нескольким нервным точкам, отправил её в беспамятство. После чего пугающе легко подхватил на руки… И вышел через окно.

А для меня реальность снова укуталась в туман.