Глава 23

Другой мир встретил нас не слишком радушно, как, впрочем и любой другой, в который ведут разломы.

Во первых, тут было душно. Жарко и влажно как в тропическом лесу. В нём мы, собственно, и оказались.

Во вторых, Карл запутался в лианах, который, на поверку, оказались хищными побегами одного растения. Лианы покрылись острыми шипами и попытались пустить зомби кровь. Наивные. Никакой крови, разумеется, не вытекло, но всё равно, обидно.

Собственно, вообще ничего не вытекло. Это только начиная с уровня рыцаря смерти в его жилах появится лютая отрава несущая смерть всему живому. Ну, почти всему. Зомби такой роскоши как лишние жидкости в организме лишены. Есть только не лишние.

С другой стороны, пробить кожу умертвию третьего уровня развития довольно проблематично. Эта чахлая лиана её даже не поцарапала бы.

К сожалению, Карл всё ещё был зомби первого уровня, поэтому его удалось поймать. Но даже так, в их неравной схватке, одержать победу удалось мертвецу.

А ещё, это место было переполнено Жизнью, что создавало целый букет непередаваемых ощущений. С одной стороны, мы, будучи приверженцами Тьмы, оказались во враждебной среде. Я прямо почувствовал, как ослаб как маг в этом месте.

С другой стороны, что я, что Митрофан, были живыми людьми и нахождение в подобной среде было весьма благоприятно для наших бренных оболочек. Особенно для Морозова. Его боевые мутации и усиливающие плетения были на основе магии Жизни и несколько усилились в столь питательной среде.

В предстоящей схватке, если таковая случится, именно ему быть основной ударной силой.

Беглый осмотр места, где мы оказались, ничего не принёс. Буйство зелени, сырость и парочка хищных растений. Вот и всё. Даже животных, на которых должны, по идее, охотиться лианы, не было. решили пробиваться вперёд. Это направление никак не отличалось от всех прочих, просто мне так захотелось, а соратники молча поддержали выбор.

Для удобства передвижения, создал пару тесаков и выдал их шедшим в авангарде зомби. Они не устают, так что пусть работают.

Примерно через полчаса, нам удалось выбраться в более разреженные заросли. Даже под ногами стало меньше хлюпать, что здорово ускорило наше продвижение.

Внезапно, лес оборвался довольно обширной поляной с низкой, но густой травой. А по центру свободного пространства обнаружилась грубовато сделанная, но легко угадываемая статуя хомяка. Зверька изобразили сидящим. Передние лапки поддерживал пухлые щёчки, свисавшие по обе стороны. Здесь же обнаружился и Сахарок.

Кот сидел возле статуи и буравил её немигающим взглядом.

— Что, мохнатый, нашёл своё тотемное животное? – пошутил Морозов.

Кот дёрнул ухом и нехотя отвёл взгляд от идола. Потом помотал головой, будто бы отгоняя наваждение и подбежал ко мне жаловаться.

Оказалось, статуя имеет гипнотический эффект, из-за которого зверь залип и не мог прийти в себя.

— Сдаётся мне, этот статуй стоит тут неспроста.

— А вот и идолопоклонники идут. – здоровяк показал на противоположный край поляны.

Там, из леса, выходила целая процессия роскошно разодетых… Хомяков. Впереди идущий, помимо золотого шитья на свободных одеждах, имел головной убор, больше похожий на тапочку. Тоже расшитую золотом и драгоценными камнями, разумеется.

Ах, да. Размером эти грызуны были едва ли не больше чем идол. Стоя на задних лапах, а они были прямоходящими, эти звери были мне по пояс.

Медленно шествуя, хомяки добрались до идола и стали выкладывать подношения. Для их переноски, они использовали, как несложно догадаться, защёчные мешки. Так что вскоре основание статуи было завалено всевозможными вещами, предметами, едой и даже драгоценностями.

Всё довольно специфичное, подходящее только для таких же грызунов переростков. Похоже мы попали в мир с довольно высокоразвитой культурой. Пусть и не гуманоидного происхождения.

Самое странное, на нас они так и не обратили внимания. Помитинговав немного возле подношений, хомяки. так же степенно, удалились. Ведомый любопытством, Митрофан решил подойти поближе к оставленному. Мой предостерегающий окрик не успел – здоровяк взял какую-то фигулину в руки, чтобы посмотреть поближе.

Идол, спокойно стоявший всё это время, всколыхнулся волной магии, как-то пометив нас и пронзительно заверещал.

— Ой. – только и смог сказать Морозов.

— Положи обратно, может пронесёт. – предположил я.

Увы, статуй верещать не перестал. Зато из леса повалили хомячки. на этот раз – боевые.

Видели хомяка в тяжёлых латах? Довольно потешное зрелище, пожри его гниль. Вот и мы сперва посмеялись. Ровно до тех пор, пока в нас не полетели арбалетные болты. Меня спас доспех, а бывшего гренадёра феноменальная реакция. он от них попросту отпрыгнул, покинув зону поражения.

Сангвис на бедре задрожал, просясь в бой. Не стал ему отказывать в этой мелочи. Пусть он и не способен масштабироваться как мои костяные клинки, зато гораздо лучше проводит некротику. одним махом я послал Волну Смерти, перерубившую первый ряд латников и умертвившую бежавших за ними арбалетчиков. Казалось, победа уже в кармане – нужно всего лишь перебить обычную пехоту. По началу, так оно и было. Меч с лихвой оправдывал своё имя, кроме как резнёй, этот бой я бы не назвал.

Однако, куда уж без этого замечательного слова, в бой вступили хомячки-маги. Причём, вступили они самым поганым образом – усилили своих союзников, подобно недавнему нечеловекопауку. Боевые хомяки, под воздействием магии Жизни, стали быстрее, сильнее и выносливее. Мало того, хомячья магия зачаровала ещё и их доспехи с оружием. Теперь толстые кирасы не резались как бумага, а мечи, со щитами даже могли сдержать мой удар.

Интереса ради, покидал в противников костяными иглами, но, ослабленное заклинание почти не возымело толка. Как и не сработало поднятие зомби. Грызуны были каким-то образом защищены от подъёма.

— Дело дрянь, учитель. Они не восстают.

— Я уже заметил. Предлагаю сделать тактическое отступление.

— Драпать? Ну уж нет, у меня есть идея получше. – Митрофан оскалился и в два прыжка оказался возле капища. Молодецким ударом ноги, он врезал идолу прямо в морду.

Хомяки разом застыли. Даже их маги перестали колдовать. А всё потому, что статуй зашатался. Поймав ритм раскачивания, Морозов повторил удар, свалив таки фигуру с постамента. От удара о землю, каменный идол раскололся на три части, а хомячье войско разразилось радостными криками.

Под нашими недоумёнными взглядами, они побросали оружие и даже пустились в пляс. Сами не заметив как, мы вскоре присоединились ко всеобщему веселью.

Сами собой появились столы с закусками и выпивкой. Нас усадили на самое видное место, как почётных гостей. и это после той бойни, что мы учинили.

Пребывали в шоке мы не слишком долго. Среди пушистой братии нашёлся древний, почти как я, телепат. Представился он Фомой, но просил называть, почему-то, Фомченко. Кое как, но он смог рассказать мне историю их народа.

Изначально, хомяки были довольно мирными созданиями. Врагов у них не было, а сражаться с соседями у них было не принято. Попросту незачем.

Всё изменилось с приходом “бога”. По началу его адепты вели себя мирно, пропагандировали любовь, мир во всём мире и всё такое. Единственное, что они просили делать последователей — жертвовать новому богу какие-нибудь мелочи. Пару зёрнышек, фрукт, мелкую монетку. Время, шло, паства увеличивалась. Вместе с ней, росли аппетиты объекта поклонения. Жрецы требовали нести зерно мешками, фрукты ящиками, а деньги полновесным золотом.

Хомяки, сами того не замечая, загоняли себя в долги и нищету, отдавая последнее жадному сверхсуществу. Дошло до того, что некоторые начали жертвовать самих себя, а потом и своих близких. Казалось бы, на этом всё, но жрецы нашли способ, как урвать ещё — из рабов своего господина они стали воспитывать воинов. В основном, из детей.

Новоиспечённые паладины отправились завоёвывать не принявших веру в жадного бога. А вернее, истреблять их. И присваивать все их ценности. Во славу “бога”, конечно.

На этом моменте, я попытался, почувствовать сломанный идол. И, кое-что нашёл. Едва уловимый, но очень знакомый след энергии Инферно.

Никакой это не бог, а очень ушлый демон отожравшийся на добровольных и не очень дарах. Разрушив идол, мы лишили его контроля в этой области, что стало поводом для праздника. Хомяки уже давно томились под его влиянием, но не могли сбросить ярмо сами, будучи посвящёнными демону ещё в детстве. Собственно, телепат, был одним из тех немногих, что жили ещё до прихода проповедников.

Была и другая новость. Этих идолов в мире ещё много, поэтому сюда отправят целую армию для усмирения непокорных.

Ну и как с ними воевать, если мы заперты на довольно ограниченной территории — разломы всегда ведут в конечный объём пространства, пусть он и может принадлежать целому миру. Так, например, в Инферно, нельзя путешествовать по всем доменам без разбора. Только по тому, в который забросило. Что, впрочем, не мешает местным обитателям ходить где им заблагорассудится. В нашем мире, кстати, тоже. Такая вот несправедливость.

— Ну и что ты предлагаешь сделать?

— Забери час-сть моего народа к с-себе. Ты же правитель в с-своём мире? Возможно, потом они найдут новый дом, ну а пока поживут у тебя. — телепат довольно быстро обучился нашему языку и стал вполне сносно говорить. Хотя и со своими особенностями — эс у него получалась с присвистом.

— Только если согласятся жить в лесу и прятаться от людей.

— Мы ещё помним как предки жили под землёй. С-с этим проблем не будет.

— Добро. Я возьму твоих соплеменников, если ты научишь их говорить на одном с нами языке. Иначе от этого не будет толку. И, кстати, что будут делать оставшиеся?

— Тогда мне придётс-ся пойти с-с тобой. — вздохнул старый грызун.

— Те, кто ос-станетс-ся, будут бороться против тирании жадного божка. С-скорее вс-сего, они погибнут, но погибнут хотя бы попытавшис-сь ос-свободить наш народ.

— Весьма благородно. А теперь скажи мне, есть здесь в округе мощный источник магии или сверхсильный монстр?

— Ес-сть. Ис-сточник и монс-стр при нём. Мы не ходим в его владения, а он не выходит за их границы.

— Отлично, покажешь где это?

— Там. — старый хомяк показал лапкой на одиноко торчащую гору, видневшуюся над лесом.

— Тогда собирайтесь. Когда мы убьём монстра, проход продержится не долго.

— Тогда нам придётся сражаться всем вместе. Что ж, такова цена которую нам придётс-ся заплатить.

— Вот только не умирай раньше времени. Я ведь и в посмертии достану.

— Ничуть в этом не с-сомневаюс-сь. — впервые за разговор, старик рассмеялся. Хотя в его исполнении, это больше напоминало кашель с чиханием. Весьма умильно получилось, следует отметить.

До горы дошли быстро. Всё же было недалеко. А вот границу пересекли с трудом. Линия колышков со всевозможными черепами оказала крайне угнетающее действие на моё пушистое воинство

Неожиданно, по пример как делать всем показал Сахарок. Кот, в лучших традициях шерстяных, уронил черепушку с ветки дерева. Затем прошёлся до следующей и тоже уронил, чтобы с любопытством понаблюдать, как она упала.

Хомяки, поняв, что ничего страшного не произошло, всё же пошли за нами. Не успели мы пройти и трёх шагов, как со стороны горы послышался рёв. А затем над ней мелькнула крылатая фигура.

— Серьёзно, дракон? — удивился Митрофан.

— Дракон, это даже интереснее чем лич. Он умеет летать!

Меня разобрал азарт. Химерные ракеты так и не прошли должных испытаний. Один сбитый беркут-разведчик не в счёт. А тут целая летающая рептилия. Вероятно даже огнедышащая.

— Морозов, будь готов меня заправлять, сейчас испытаем некро-пзрк в боевых условиях.

— Некро, что?

— Забей, сейчас увидишь.

Первые два снаряда устремились в небо на перехват летающей рептилии.

Как и ожидалось, одного птера, он сбил струёй огня, а вот второму удалось взорваться в опасной близости от крыла. Небо огласил яростный рык разозлённого чудовища.

Во второй волне было уже четыре ракеты. Две химеры были обычными, а две другие экспериментальными — они несли больший запас топлива и были начинены дополнительными поражающими элементами. Всё же моей основной целью было приземлить летуна — в небе с ним бороться бесполезно. Этот летающий огнемёт повышенной мощности попросту сожжёт нас всех за пару налётов.

Пока более мелкие химеры проводили отвлекающие манёвры, тяжёлые образцы зашли в традиционно опасную для авиаторов, заднюю полусферу. Когда рептилия отвлеклась на уничтожение мельтешащих перед носом некро-птеров, к ней, значительно ускорившись, метнулись мои дроны-камикадзе.

Видимо, дракон что-то почуял и в последний момент попытался уклониться, но сдвоенный направленный подрыв ракет не дал ему ни единого шанса. Ящер сорвался, в крутое пике с разорванными в клочья перепонками крыльев.

— Низко пошёл. К дождю. — философски заметил хомяк-телепат.

Мы согласно покивали, дождались пока ящер упадёт и пошли в его сторону. Особой надежды, что он свернул себе шею не было, но хоть какие-то повреждения он должен был получить.

Так и оказалось. Рухнула рептилия неудачно — спиной вниз, доломав крылья окончательно. Ещё и довольно крупная кость под углом вошла ему в лопатку, причиняя некоторые страдания. Ещё он ударился головой о камень. Об этом факте свидетельствовали обломки булыжника в ориентировочном месте падения думалки. Хотя, скорее жевалки, для дракона это оказалось незначительной мелочью. Похоже сотрясать в его черепной коробке попросту нечего.

Рептилия встала на уцелевшие лапы и внушительно заревела. Хорошо так, с огоньком. Только вышло как-то не страшно. В разинутую пасть влетело костяное копьё. Частично сгорело, конечно, всё же драконье пламя не хухры мухры, но и моя поделка не пальцем деланная. Как минимум — двумя. В общем, заноза в языке заставила ящера задуматься о своём поведении и пасть захлопнуть.

Едва дракон раскрывал пасть, как в неё влетал подарочек. Тогда он решил схитрить и пустить пламя через щель, но то ли огнеупорные свойства губ оказались недостаточно сильными, то ли занозы помешали, но фокус не удался. Факир был пьян, точнее обжёгся. Жалобно заскулив, ящер бросился в ближний бой.

Вот тут у него всё было в полном порядке. Бронированная чешуя, острые когти, ещё и весьма подвижный хвост. Настоящая машина для убийств.

Казалось, наши шансы выжить были совсем низкими. Дракон, это не некро-богомол — на дистанцию удара не подобраться.

Было, всё же одно но. В спине рептилии торчала кость. Фолиант возник возле меня и зловеще зашелестел страницами. На миг замерли все, даже дракон. Нужно было сказать что-то пафосное, но единственное что пришло мне в голову было только:

— Твоя душа — моя!

Дракон на это заявление фыркнул и попытался достать хвостом, когда его скрутило невыносимой болью.

Нет, я не применял проклятий. На рептилию они попросту не действовали. Подозреваю, что и любая другая магия тоже была бы бесполезна. Так называемой задней дверью вышла рана на спине.

Костный обломок торчал как антенна и отлично поддался моим воздействиям. Он пустил корни прямо в плоть ящера, повредив, в конце концов, тому позвоночник.

Даже парализованный, ящер остался опасен. Поняв, что ему пришёл северный зверёк, дракон решил “помирать с музыкой”. Неведомым мне образом, он со свистом набрал в себя воздух и выпустил тугую струю огня.

По счастью, никого из моих союзников на её пути не оказалось. Единственный кто попал в зону поражения, был я.