Глава 22Р

Стражник с рыжеватыми усами посмотрел на меня с таким спокойствием, будто сообщил прогноз погоды.

— В смысле придётся отложить? — уточнил я, хотя прекрасно расслышал его слова с первого раза.

— В прямом, целитель, — безрадостно ответил он. — К нам поступило распоряжение губернатора — пускать в Лес только тех, у кого есть пергамент, подтверждающий наличие магических каналов.

За спиной раздался громкий выдох, и Торвальд шагнул вперёд, подвинув меня плечом.

— Это что ещё за хрень⁈ — рявкнул он. — Вчера пускали, а сегодня нет?

— Вчера — это вчера, — сухо отозвался стражник. — За последнюю неделю на разных Спусках пропало ещё три отряда, и власти решили принять меры.

— И с каких пор губернатор решает, могу я ходить в Лес или нет? — прошипел Торвальд.

— С сегодняшнего утра, — невозмутимо ответил стражник.

Варрен сплюнул под ноги, да так смачно, что Люмин с интересом наклонился изучить результат. Кельн прищурился, глядя на стражника, а Дрог молча жевал загубник незажжённой трубки.

Леннокс растерянно переводил взгляд с одного на другого. Хольц держался чуть в стороне, опершись на посох. Казалось, он стоял настолько неподвижно, что и вовсе превратился в часть пейзажа, но я заметил, как стражник слегка кивнул ему, будто старому знакомому, а тренер моргнул в ответ.

— У кого есть подтверждение? — спросил я у отряда.

Торвальд резко обернулся ко мне, приоткрыл рот… и закрыл. Варрен отвёл взгляд, Кельн хмыкнул, а Дрог вынул загубник изо рта и принялся рассматривать его, будто увидел впервые. Леннокс же виновато развёл руками.

— И где это подтверждение выдают? — я вновь взглянул на стражника.

— В Ассоциации Зверей, — он мотнул подбородком в сторону центра.

Рыжеусый наклонился ближе и сбавил голос:

— Целитель, советую поторопиться, там наверняка уже столпотворение.

Я кивнул и обернулся к отряду. В груди закипела злость, но старался не проявлять эмоций.

— Пойдемте в Ассоциацию, — произнес я.

Мы развернулись и направились в сторону центра. Мужики ворчали на ходу, как рассерженная стая ворон.

— Скоро и воздух будут продавать по пергаменту, — бурчал Варрен, перекидывая арбалет на другое плечо. — «Предъявите разрешение на вдох».

— А заодно и на выдох, — хмыкнул Кельн. — Иначе штраф.

— Чей-то племянник, не иначе, сядет на новое место и неплохо наварится, — добавил Варрен. — В столице по-другому не бывает — один закон и десять родственников при кормушке.

Дрог, молчавший всю дорогу, внезапно выдал:

— Губернатор сам дерьмо.

И вновь замолчал, будто исчерпав месячный запас слов.

Торвальд двигался впереди, и, судя по выражению лица, мысленно вскрывал грудную клетку кого-то чиновника. Леннокс с камнегрызом держались ближе ко мне, бросая косые взгляды на рыжебородого.

Хольц шагал рядом со мной, его посох отбивал по мостовой ровный ритм. Тук. Тук. Тук.

— Раньше такого никогда не было, — тихо сказал он, глядя перед собой. — Даже в мои молодые годы.

— Слишком много отрядов стало пропадать, — сказал я так же тихо. — Это странно.

— Может быть и так, — неопределённо ответил он, перехватив посох поудобнее.

Я покосился на его непроницаемое лицо, но не смог разобрать, что он имел в виду.

На повороте к центральным улицам Люмин вдруг остановился, от чего я едва не наступил на него. Зайцелоп уселся, навострил уши и уставился на противоположную сторону дороги, где какой-то мальчишка нёс в корзинке морковь с рынка.

— Даже не думай, — сказал я.

Люмин вздохнул с таким видом, будто я лично лишаю его последней радости в жизни, и затрусил дальше. Крох, шедший с другого бока, бросил на него усталый взгляд.

Силок примостился на плече Кельна, а прыгун взобрался на спину василиска, который шагал рядом с Брумишем и грызом, замыкая шествие. Мальчишка лет двенадцати, увидев нашу процессию, остолбенел с открытым ртом и выронил лепёшку.

— Закрой рот, муху съешь! — крикнул ему Варрен, и парень захлопнул челюсть с громким щелчком.

Напряжение в груди чуть отпустило. Одна хорошая шутка посреди паршивого дня тоже лекарство.

У ворот Ассоциации было шумно. Вход обступила толпа, которая с каждой минутой только росла. Добытчики в кожаных куртках с прорехами, мелкие отряды по три-четыре человека и одиночки со зверями у ног.

Стражники замерли плечом к плечу, полностью перегородив вход.

— Внутрь могут пройти только члены Ассоциации! — громко и устало, явно в пятидесятый раз за утро, повторил стражник. — Распоряжения пускать посторонних нет!

— Так нам сказали идти сюда! — прокричал какой-то мужик.

— Ждите.

Кто-то в толпе ругался так изобретательно, что я мысленно снял шляпу, а Торвальд, услышав пару особенно удачных оборотов, впервые за утро одобрительно хмыкнул.

Я начал проталкиваться вперёд, Люмин тут же крепко вцепился в мою штанину, а Крох пристроился вплотную с другой стороны. Следом медленно двигался Брумиш, в наглую раздвигая мешающих людей.

— Доброе утро, — сказал я, когда наконец добрался до ворот. — Моему отряду необходимо получить документы, подтверждающие наличие магических каналов.

— Вход разрешён только членам Ассоциации, остальным — ждать.

— И сколько?

— Сколько потребуется.

Я выдохнул и обернулся к отряду.

— Решай проблему, целитель, — процедил Торвальд. — Такими темпами мы сегодня никуда не уйдём.

— Подождите здесь, я что-нибудь придумаю, — бросил, потянувшись за удостоверением.

Хольц молча достал из-под плаща своё, мы показали их стражнику, он внимательно изучил оба документа, после чего кивнул и отошёл в сторону.

Мы миновали подворотню и оказались во внутренней территории. За спиной тут же раздались возмущённые возгласы, однако стражники мгновенно захлопнули дверь, отсекая гул толпы.

— Куда пойдем? — спросил я, осматривая двор.

— Для начала — в главный административный корпус, а там разберёмся, — ответил Хольц.

Мы двинулись вперёд, через несколько минут толкнули створку в здание, внутри которого сразу столкнулись с новой толпой. Десятки сапог шаркали по полированному полу, и отовсюду доносился приглушенный гул голосов.

Я оглядел зал и насчитал человек сорок. Многие сбились в группы и обменивались новостями или вполголоса переругивались, а кто-то уже откровенно ворчал, привалившись к стене. Очередь длинной дугой вилась через весь зал и уходила вглубь коридора.

— Какой-то наглец прошёл без очереди в кабинет! — возмущался молодой парень с синяком под глазом. — Это что за порядки⁈

— Говорю вам, отряд Берды не вернулся, — бубнил кто-то у стены. — Три дня назад ушли, уже должны были подняться.

— А я слышал, что позавчера на Пятом спуске четверо пропали.

— Точно тварь какая-то новая завелась. Не припомню, чтоб сразу несколько отрядов…

— Да хватит каркать, ослорог тебе в рот!

В это время Хольц уже махал кому-то в толпе. Отследив его взгляд, я заметил плечистого мужика с седеющей бородой и облезлым зверем у ног. Заметив тренера, он кивнул в ответ, и мы приблизились к нему.

— Здорово, Хольц, — поприветствовал бородатый низким голосом. — Ты-то что тут забыл?

— Да то же, что и все.

— Вот уж не думал, что тебе нужно это подтверждение.

— Не поверишь, я тоже.

Они обменялись ещё парой фраз и бородатый дёрнул головой в глубь зала:

— За нами будете, мы как раз последние в очереди.

— Хорошо, Берг.

Ещё немного поболтав, Хольц попрощался, и мы отошли в сторону. Люмин нервно потянулся носом к моему сапогу, проверил, что я рядом, и успокоился. Крох уселся напротив, спиной к стене, едва заметно повиливая хвостом. Брумиша пришлось оставить во дворе, так как зверь наотрез отказался находится в толпе людей.

Очередь медленно ползла. Каждые пять-семь минут из кабинета выходил очередной человек с листом пергамента в руках.

— Слышь, парень, — раздалось сбоку.

Я обернулся и заметил щуплого мужика, который с бесцеремонным любопытством разглядывал Кроха.

— Это кто? — спросил он.

— Зверь, — отозвался я, пожав плечами.

— Вижу, что не курица. Вид какой?

— Неизвестный.

Мужик нахмурился и явно хотел спросить что-то ещё, но Хольц чуть заметно шевельнул посохом. Незнакомец почему-то сразу отшатнулся и больше в нашу сторону не поглядывал.

Я посмотрел на тренера, но он сделал вид, что не заметил моего взгляда. Да кто же он такой…

Через несколько минут подошла наша очередь, и Хольц первым скрылся за дверью. Вскоре он вышел, держа в руке свёрнутый пергамент.

— Твой черёд, — вполголоса произнес он, проходя мимо меня.

Я кивнул, оставил зверей снаружи и толкнул дверь. Внутри оказалось небольшое квадратное помещение со столом у окна, на котором теснились стопка пергаментов, чернильница и печать Ассоциации.

За ним восседали двое — сухопарый мужчина лет пятидесяти с тонкими губами, и писарь помоложе с коричневыми от чернил пальцами.

— Здравствуйте, — поздоровался я.

— Предъявите ваше удостоверение, — вместо приветствия бросил тонкогубый, не поднимая глаз.

Достав документ, протянул его мужчине. Он бегло ознакомился с содержимым и вскинул на меня суровый взгляд.

— Моррис, — тихо произнёс он, будто пробуя фамилию на вкус. — Эйден.

Писарь скрипнул пером по пергаменту.

— Проходите в соседнюю комнату, — сказал мужчина, возвращая мне лист.

Я прошёл через боковую дверь и… Застыл. В центре помещения висела полупрозрачная сфера размером с кулак, внутри которой медленно плавали серебристо-голубые нити, похожие на мелкие молнии в замедленной съёмке. Похожую я видел… В Башне, когда развивал каналы, только там она гораздо больше!

— Стойте на месте и не двигайтесь, процедура безболезненная, — произнес тонкогубый, входя следом.

Он приблизился к сфере и вскинул над ней ладонь, а я поймал себя на том, что непроизвольно сжал кулаки.

Мужчина едва заметно шевельнул пальцами, и внезапно я почувствовал тепло, которое зародилось в груди и начало распространяться по всему телу. Через несколько секунд мне показалось, будто кто-то приложил ухо к каналам и принялся их… Слушать. Ощущение казалось очень странным, но оно продлилось всего лишь три удара сердца, а затем тут же исчезло.

Я сглотнул. Ничего не болело, тело даже не вспотело, хотя во рту почему-то мгновенно пересохло.

Неожиданно сфера вспыхнула, нити света вырвались из нее, ударились о невидимую преграду, вернулись, на миг сложились в плотное ядро, и вновь превратились в медленные молнии. Я замер, не понимая — всё идёт по плану или что-то не так?

Брови мужчины сошлись к переносице, он наклонил голову, внимательно разглядывая сферу, будто пытался посмотреть на нее под другим углом. Затем кинул на меня быстрый взгляд, но почти сразу вновь уставился на нити.

Наконец, он развернулся и направился к двери.

— Следуйте за мной, — бросил мужчина, не оборачиваясь.

Я двинулся за ним. Тонкогубый остановился у стола, наклонился к писарю и что-то прошептал ему в ухо, после чего парень макнул перо в чернильницу. Быстро что-то написав, он поставил печать, немного подождал, пока подсохнут чернила, и протянул мне лист пергамента.

Взяв его в руки, прочитал: «Мастер Зверей E класса, 3 ранга. Подтверждено Ассоциацией Зверей», печать, подпись.

Интересно… Здесь написано всё то же самое, что выдавала мне Система, ничего нового… Но тогда почему он так удивился? Да чёрт его знает… Главное, что официально я обычный E классовый Мастер Зверей, и меня это полностью устраивает.

— Благодарю, — бросил я, свернув пергамент.

— Не за что, — ответил тонкогубый.

— Подскажите, — продолжил я, — у ворот ждёт мой отряд из пяти человек. Им тоже нужны документы. Можно ли пригласить их для проверки?

— Они члены Ассоциации?

— Нет, обычные добытчики.

— Тогда ничем не могу помочь, — он кивнул головой в сторону выхода. — Не задерживайте очередь.

Я вздохнул, развернулся и толкнул дверь. В коридоре первым делом поискал глазами Хольца, и… застыл.

У стены, в общей очереди, выстроился весь отряд Торвальда, довольные, как коты у опрокинутой крынки со сметаной.

Я медленно повернул голову к тренеру, который стоял у противоположной стены, опираясь на посох, и рассматривал потолок. Почувствовав мой взгляд, он едва заметно качнул головой, будто говоря: «Не спрашивай».

Кивнув, я подошёл к Хольцу и прислонился плечом к стене. Люмин тут же примчался и устроился у моих ног, а Крох занял пост рядом. Торвальд поймал мой взгляд и самодовольно ухмыльнулся.

— Зачем вообще нужно это подтверждение? — спросил я у тренера.

— Кто знает… — неопределённо ответил он и замолчал.

Примерно через час, в течение которого Хольц больше не проронил ни слова, все члены отряда получили документы.

— Пойдем, целитель, — бросил Торвальд. — Лес нас заждался.

— Пойдем, — сказал я.

К полудню мы вновь добрались к Седьмому спуску. Стражник с рыжеватыми усами, увидев нас, улыбнулся.

— Получили? — спросил он.

— Ага, — ответил я, протягивая лист.

Он взял пергамент, пробежал глазами и вернул. Проверив остальных, стражник произнёс:

— Всё в порядке. Пять серебряных за вход и проходите.

Отсчитав монеты, я передал их мужчине.

— Удачи, целитель, — сказал он, принимая марки. — И… Береги себя.

После его слов ворота со скрежетом распахнулись, открывая путь к Спуску.

— Пойдем за хозяином, друг, — прошептал я бронебрусу, так чтобы услышал только он. — Теперь уж точно пойдем.