Глава 14Р

Поясница отзывалась глухим нытьём, а пальцы слегка подрагивали. Узел вытянул из меня гораздо больше сил, чем я рассчитывал. Дойдя до бани, взял кусок мыла и направился к колодцу.

Зачерпнул полное ведро, опустил в него кисти рук и едва не зашипел. Вода оказалось настолько ледяной, что обожгла кожу не хуже кипятка, зато с помощью мыла помогла смыть с ладоней остатки удобрения и тёмные полоски земли из-под ногтей. Я тщательно умылся, провёл влажными пальцами по затылку, выдохнул и нащупал на деревянном срубе чистую тряпицу.

— Так-то лучше, — пробормотал я, промакивая лицо и вытирая руки. — Хоть на человека стал похож.

Тряпица отправилась обратно, как и мыло. Я только успел выйти из бани во двор, как вдруг со стороны входной двери донёсся уверенный неторопливый стук.

Через нить от Кроха тут же прилетел спокойный образ: у порога стоят трое мужчин, плечи опущены, ладони на виду — опасности нет.

— Принято, мохнатый, — тихо отозвался я.

Крох поднялся, отряхнулся и направился в тень от загона. Люмин даже ухом не повёл. Продолжая самозабвенно демонстрировать миру свой пушистый живот на грядках, он всем видом сообщал, что у занятого зверя есть дела поважнее всяких гостей.

Я завернул на кухню, подошёл к входной двери и положил ладонь на засов.

— Кто там?

— Эрек, — отозвался хрипловатый голос с той стороны. — Хозяин Шипа.

Вспомнив мужчину, чьего зверя недавно вылечил, я сдвинул засов и открыл створку.

Эрек стоял на пороге в потёртой кожанке с латками на локтях и массивных сапогах на двойной подошве. Его лицо выглядело не загнанным, как во время нашей первой встречи, а спокойным, почти расслабленным.

Слева от него маячил приземистый старик на голову ниже Эрека, но шире раза в полтора. Густая русая борода с серебряной проседью была заплетена в две короткие косицы и перехвачена тёмными кожаными колечками. На переносице красовалась горбинка от старого перелома, а в правом ухе блестело простое медное кольцо.

Справа переступал с ноги на ногу высокий, худощавый мужчина с гладко выбритым подбородком и длинными чёрными волосами, собранными в низкий хвост. На безымянном пальце незнакомца виднелся массивный костяной перстень с едва различимой резьбой.

— Здравствуйте, — сказал я.

— Привет, Эйден! Мы хотели бы купить корм, — Эрек слегка улыбнулся уголком рта.

— Извини, если не вовремя, — добавил бородач, скользнув взглядом по моей мокрой рубахе.

— Всё в порядке, — отозвался я, шагнув в сторону, и указал рукой в направлении главного зала. — Заходите.

Бородатый хмыкнул и, обойдя Эрека, первым переступил через порог. Следом за ним неторопливо прошел длинноволосый, а последним шагнул хозяин Шипа.

Я затворил створку и последовал за ними. Оказавшись в главном зале, бородатый остановился у стола, опёрся ладонями о столешницу и с любопытством оглядел склянки на полках. Длинноволосый встал чуть в стороне, заложив руки за спину, а Эрек привалился плечом к косяку.

— Прежде чем начнём разговор, позвольте представиться, — произнёс бородач. — Меня зовут Тибор, глава семьи Крамер.

Он хлопнул себя ладонью по широкой груди.

— Очень приятно, — отозвался я.

— Это мой младший сын, — Тибор повёл подбородком в сторону Эрека. — А это, — его взор на мгновение сместился на длинноволосого, — Иннар, племянник.

— Эйден Моррис, — представился я.

— Это мы знаем, — обронил Тибор.

Иннар слегка наклонил голову.

— Рад знакомству, целитель, — прозвучал его спокойный, чуть тягучий голос.

— В первую очередь хочу поблагодарить тебя за спасение Шипа, — продолжил Тибор. — Его потеря разбила бы сыну сердце, ведь он очень любит своего зверя.

Эрек шаркнул ногой по полу.

— Не стоит, — я мягко покачал головой. — Лечить зверей — моя работа, и, честно говоря, я сам радуюсь, когда удаётся их спасти.

Улыбнувшись, мужчина открыл рот, чтобы продолжить разговор, но… внезапно замер, глядя за мою спину.

Я обернулся и заметил Кроха, который не торопясь обогнул сапог Эрека, внимательно оглядел притихших гостей и устроился у моей левой ноги, привалившись боком к голени.

Брови Тибора медленно поползли вверх, а косицы на бороде слегка качнулись. Он сделал полшага в сторону и наклонил голову, чтобы рассмотреть Кроха под другим углом.

Иннар подался вперёд, и костяной перстень слегка стукнул о пряжку его ремня, а Эрек лишь усмехнулся и сложил руки на груди.

— Я же говорил! — произнёс он. — А вы заладили: «Что ты выдумываешь».

— Подожди, Эрек, — тихо отозвался Тибор, не отрывая взгляда от Кроха. — Ты видел хоть кого-то похожего в моих атласах?

— Нет, отец.

Тибор повернул голову к племяннику.

— Иннар?

— Я бы запомнил, — спокойно ответил тот.

Я не удивился, ведь давно понял, что Крох не так прост.

— Эйден… — Тибор наконец оторвал взгляд от Кроха и посмотрел на меня. — Где ты его взял? Если это не секрет, конечно.

— Купил на рынке, — спокойно отозвался я.

— Хм… А кто-нибудь, — он ненадолго замолчал, — смог определить, что это за зверь?

— Увы, пока нет. Все говорят одно и то же: Кроха нет ни в каких известных им атласах, — я пожал плечами, — так что в тех, что вам доводилось читать, он вряд ли был.

— Читать… — мужчина тепло усмехнулся. — Мы, молодой человек, их не читаем, а составляем.

— Вот даже как, — тихо произнёс я, вспоминая поход в «Золотую клетку».

Насколько я помню, все звери, представленные в магазине, проходили оценку по атласу, издаваемому Первой Академией. Как же он назывался?..

— Я думал, атласы составляют Академии, — произнёс я.

— Так и есть, — Тибор кивнул головой. — Наша семья уже три поколения составляет атласы магических зверей и издаёт их под контролем Первой Академии. Благодаря этому я знаю всех зверей, вписанных в каждое издание, и могу с уверенностью заявить: твои знакомые совершенно правы — твоего мохнатого там нет.

Мужчина обошёл стол и невероятно плавно для своей комплекции присел на корточки перед Крохом. Зверь поднял на него глаза, спокойно выдержал взгляд, но вскоре отвернулся, потеряв к гостю интерес.

— Хм, — выдал Тибор и потёр косицу пальцами.

Иннар слегка дёрнул уголком рта.

— Дядя, — произнёс он, — мы пришли сюда не за этим.

— Помню, помню, — буркнул Тибор и поднялся, хлопнув себя по бёдрам. — Но, с твоего позволения, целитель, сегодня вечером я зарисую его для нового издания.

— Конечно, — отозвался я.

— Тогда пора переходить к делу, — он сунул большие пальцы за пояс. — Целитель, сможешь продать нам по десять порций корма, который помог Шипу?

— Конечно, подождите минуту.

Я сходил в погреб, отсчитал тридцать шариков и разложил их по трём холщовым мешочкам.

Вернувшись в главный зал, положил корм на столешницу.

— Тридцать порций, по пятнадцать медных за штуку.

Кивнув, Тибор вытащил из-за пазухи кожаный кошелёк. Его толстые пальцы не сразу смогли справиться со шнурком, но через пару минут передо мной лежали монеты.

— Девять серебряных, — пробубнил он, пододвигая ко мне горку.

— Спасибо, — произнёс я, пряча марки в карман.

— Хорошо, что Шип к толковому целителю попал, — обронил Тибор, убирая мешочек за пазуху. — У нас в отряде давно такого не было.

— Хорошие целители — огромная редкость, — согласился Иннар, повторяя движение дяди.

— Я просто сделал свою работу.

Тибор хмыкнул и переглянулся с племянником.

— Скромничает, — буркнул он. — Молодой ещё.

— Все такие первые пять лет работы, — отозвался Иннар. — Потом это проходит.

Эрек тихонько фыркнул и шагнул ближе к столу.

— Эйден, — произнёс он, — на самом деле мы пришли не только за кормом.

Я перевёл взгляд на старика.

— Слушаю.

— Наш отряд… Скажем так, не совсем обычный, — медленно начал Тибор, подбирая слова, — Дело в том, что мы занимаемся… приручением зверей.

Я глубоко вздохнул. Приручители. Те, о ком мне недавно рассказывал Варгин.

— Не самые известные, — продолжил Тибор, внимательно глядя в моё лицо. — Но в столице нас знают. Мы берёмся далеко не за все заказы, но если соглашаемся, то обязуемся достичь результата. Вот только последний спуск… Прошёл не по плану, — он бросил взгляд на сына.

— Но заказчик оказался терпеливым, — добавил Иннар. — Ведь он прекрасно знает, с кем работает, и уверен, что мы рано или поздно справимся.

Тибор сцепил пальцы на животе.

— Мы редко приглашаем целителей в отряд, ведь… Довольно требовательны, — продолжил он, внимательно всматриваясь в моё лицо. — Но скажу честно, нам бы очень хотелось поработать с тобой, поэтому мы предлагаем тебе отправится с нами в Лес, а точнее на Третий слой.

В зале на пару секунд воцарилась тишина. Я машинально опустил ладонь на загривок Кроха, и почувствовал, как под пальцами напряглись его мышцы. Внутри вспыхнул профессиональный интерес, как в прошлой жизни, когда мне неожиданно предлагали ассистировать на операциях у животных с редким заболеванием.

Мне предоставилась возможность увидеть, как работают приручители. А восприятие каналов позволит понять, что именно они делают со зверями… И, возможно, узнать, как приручать зверей, не ломая их.

Но вдруг в памяти всплыли предостерегающие голоса братьев Корвин, которые предупредили меня о чертовщине, происходящей на Первом слое Леса. Что же в таком случае творится на Третьем, я даже боюсь представить… Да и Зикариус посоветовал не покидать лавку без нужды…

Я закусил щёку изнутри и ещё раз пробежал глазами по их лицам. Тибор смотрел спокойно, без давления. Иннар мягко, а вот Эрек замер, почти не моргая, как человек, который всем сердцем хочет услышать «да».

— Я благодарен за предложение, — наконец произнёс я. — Но вынужден отказать.

Тибор медленно опустил уголки рта.

— Дело твоё, целитель, — в его голосе прозвучало искреннее сожаление. — Если вдруг передумаешь — ищи кого-нибудь из нашей семьи в Ассоциации, кто-то всегда там находится.

Он шлёпнул широкой ладонью по столешнице и двинулся к выходу. Эрек забрал мешочек с кормом и последовал за ним. Иннар на прощание слегка кивнул Кроху.

У двери они один за другим пожали мне руку. Ладонь Тибора оказалась тёплой и жесткой, у Иннара — сухой и прохладной, а у Эрека — крепкой, покрытой мозолями.

— До встречи, целитель, — тихо сказал Эрек.

— До встречи.

Я отворил створку и едва не ударил Элиана по носу.

Парень стоял у порога с поднятой для стука рукой. На его плече взъерошенным комком сидел Астик, всем видом показывая, что его хозяин в очередной раз застыл столбом в самый неподходящий момент.

Разглядев за моей спиной три фигуры в коридоре, Элиан моргнул. За секунду на его лице сменились три выражения: «здрасьте», «ой» и «я лучше отойду». Парень вжался спиной в косяк, освобождая гостям проход.

Тибор мимоходом скользнул по нему взглядом, Иннар чуть приподнял уголок рта, а Эрек слегка кивнул.

Повернувшись, они размеренным шагом направились по улице. Тибор сразу же что-то тихо забубнил Иннару, а тот односложно отвечал.

Элиан так и остался стоять у косяка, не отрывая от их удаляющихся спин широко раскрытых глаз, пока троица наконец не скрылась за углом, а затем медленно повернулся ко мне.

— Эйден, — он выдохнул. — Это же…

— Покупатели, — отозвался я. — За кормом приходили.

Астик потянул носом воздух и тихо чихнул.

— Клиенты… — произнёс Элиан. — Эйден, это Крамеры! Ты вообще знаешь, кто они такие⁈

— Приручители.

— Ты неисправим… — Элиан замотал головой. — Ладно, я пойду в лабораторию, — буркнул он и юркнул мимо меня в коридор.

Я улыбнулся и уже потянул руку, чтобы закрыть створку, как вдруг зацепился взглядом за знакомую фигуру в конце улицы, неторопливо направляющуюся в сторону лавки.

— Сегодня, видимо, день визитов, — пробормотал я.

Гость остановился в двух шагах от порога и слегка склонил голову.

— Целитель Моррис, добрый день, — произнёс посыльный семьи Валленхоф.

— Добрый, — ответил я.

— Господин Валленхоф просит уделить ему немного времени. Желательно сейчас, если это возможно.

В принципе, всё, что я запланировал на сегодняшний день, уже сделал, так что до вечера совершенно свободен.

— Хорошо, только подождите минуту, мне нужно собраться.

Посыльный кивнул и отступил в сторону, заложив руки за спину.

Я ещё раз умылся, переоделся в чистую одежду и потуже затянул ремень на поясе. Крох уже стоял у двери, а Люмин же продолжал валяться у грядки в позе счастливчика.

— Ушастый, подъём.

Зайцелоп нехотя приоткрыл один глаз, вздохнул и соизволил подняться. Затем отряхнулся так, что длинные уши хлопнули его по щекам, и, обиженно дёрнув носом, поскакал к выходу.

Когда мы вышли на улицу, посыльный молча двинулся вперёд, а я последовал за ним. Крох засеменил слева, чуть позади меня, а Люмин справа, периодически отбегая в сторону, чтобы понюхать травинки у мостовой.

Район Отверженных жил привычной суетой. У соседнего дома двое мальчишек катили по мостовой колесо от телеги, а старик в окне второго этажа орал на них, требуя немедленно прекратить этот шум. Впрочем, кричал он без всякой надежды быть услышанным.

Посыльный провёл нас мимо Ассоциации, направляясь в сердце столицы. Чем ближе мы подходили к Центральному кварталу, тем спокойнее становилось вокруг — каждый звук теперь доносился отчетливее: шорох метлы, отдалённый перестук копыт, чьи-то размеренные шаги.

Вскоре посыльный свернул в широкий, обсаженный подстриженными деревцами проулок, который неожиданно упёрся в кованую арку с двумя раскрытыми створками решётчатых ворот. Над ней, на чёрной железной пластине с потускневшей позолотой, значилось: «Улица Каменных Грифонов».

По обе стороны от ворот в каменных нишах находились искусно высеченные грифоны в полный рост, с распахнутыми крыльями и приоткрытыми клювами, а рядом с ними стояли двое стражников.

Один из них был постарше, с аккуратной короткой бородой и спокойным взглядом, а второй — помоложе, чисто выбритый и чуть выше первого.

Посыльный уверенно подошёл к ним. Старший стражник кивнул ему, как давнему знакомому, и перевёл взгляд на меня.

— Этот господин с вами? — тихо спросил он, не отрывая глаз от моего лица.

— Всё верно, целитель Моррис направляется к господину Валленхофу по его личному приглашению.

Стражник слегка отступил в сторону, освобождая проход, и мы шагнули под арку, на мостовую, выложенную светлым камнем в косую ёлочку.

Улица Каменных Грифонов оказалась невероятно красивой. Вокруг высились особняки в три, а некоторые и в четыре этажа, облицованные то тёмным гранитом, то светлым мрамором. Резные карнизы украшали окна с изящными витражами.

Посыльный, не оборачиваясь, провёл меня мимо двух одинаковых фасадов и остановился у третьего.

Я задрал голову и оглядел дом, который на общем фоне выглядел довольно… сдержанным. Три этажа тёмного, почти чёрного гранита, без резных карнизов, но с узкими витражными вставками в окнах. Над входом не было ни флагов, ни щитов с родовыми гербами.

Зато по обе стороны от двери стояли каменные постаменты со скульптурами оскаленных медоедов. Хищники вырезаны настолько точно, что, казалось, они вот-вот оживут, спрыгнут на мостовую и бросятся в бой.

Посыльный поднялся на крыльцо и толкнул тяжелую створку.

— Прошу, целитель.

Я переступил порог и последовал за проводником, который сразу же двинулся вперёд по длинному коридору. С левой стены на меня смотрели портреты, по всей видимости, предков семьи Валленхоф. Между массивными рамами находились трофеи: череп с глубокой трещиной через левую глазницу, огромные клыки на бархатной подложке и серебристая шкура, растянутая от пола до потолка.

Крох поднял голову и, мимоходом посмотрев на шкуру, тут же перевёл взгляд вперед. Люмин же остановился с круглыми глазами и потянул к меху нос.

— Люмин, — тихо позвал я.

Зайцелоп мгновенно повернулся с виноватым видом и понёсся меня догонять.

Посыльный повёл меня вверх по широкой дубовой лестнице. На площадке между этажами стоял шкаф с тремя моноклями на бархатной подкладке — экспозиция, явно рассчитанная на гостей.

Лестница вывела нас в широкий коридор. Мужчина свернул в боковой проход и, остановившись перед высокой дверью с резной филёнкой, слегка постучал.

— Войдите, — донеслось изнутри.

Посыльный распахнул створку и отступил в сторону. Я шагнул внутрь.

Кабинет оказался просторным, но без лишнего шика. Под ногами слегка поблёскивал тёмный паркет, на котором располагалась серая шкура неизвестного мне зверя с длинным ворсом. Шкафы с книгами поднимались до потолка. Посреди комнаты высился стол из морёного дуба, за которым восседал крупный широкоплечий мужчина с тяжёлым подбородком и аккуратной щетиной, а напротив него расположились два глубоких кожаных кресла.

Его тёмные глаза скользнули по мне, Кроху и Люмину, абсолютно ничего не выразили и вновь вернулись к моему лицу.

Отодвинув в сторону стопку пергаментов, он кивнул на одно из кресел.

— Целитель Моррис, — произнёс мужчина низким спокойным голосом без приветственной теплоты. — Присаживайтесь.

— Здравствуйте.

Я опустился. Крох бесшумно устроился у моей левой ноги, а Люмин потоптался у входа, обнюхал паркет и со страдальческим вздохом плюхнулся на попу.

Мужчина проследил за зайцелопом тяжелым взглядом и вновь посмотрел на меня.

— Меня зовут Гордан Валленхоф, — он сложил пальцы домиком. — В связи с недавними обстоятельствами наша семья была вынуждена на время приостановить закупку вашего корма, однако ситуация успешно разрешилась, и я предлагаю возобновить поставки.

— Не вижу никаких препятствий, — кивнув, спокойно ответил я.

— Только теперь меня интересует исключительно улучшенный корм, — Гордан чуть подался вперёд и стукнул пальцами по столешнице. — Сколько порций в день вы готовы поставлять без потери качества?

Я мысленно прикинул. На текущий момент мой лимит — сто обогащений. Конечно, можно назвать эту цифру, но… скорее всего, ко мне скоро нагрянут клиенты из Ассоциации, а упускать шанс завести полезные знакомства — верх глупости. Так что…

— Пятьдесят, — отозвался я. — За исключением дней, когда я буду в Лесу или занят сложными пациентами.

Гордан несколько секунд молча смотрел на меня, а затем кивнул.

— Меня это устраивает, — наконец отозвался он.

Мужчина вновь сделал паузу, после чего продолжил:

— Также я предлагаю взять на себя поставку сырья. Раз в неделю к вам будет приходить мой человек, который по вашему списку доставит любые ингредиенты по сниженной цене.

Я приподнял брови.

— Насколько сниженной?

— На треть. По некоторым позициям — наполовину.

— А взамен?

Он позволил себе намёк на усмешку.

— Вы обязуетесь не заключать аналогичных контрактов с другими торговыми домами.

Воздух в кабинете будто слегка потяжелел.

Вот оно что. Я опустил взгляд на свои руки, и перед глазами мгновенно всплыли почерневшие дёсны Шипа, тёмные паутинки в белках глаз, чёрный сгусток, который пытался пробить стенку канала, и спокойный голос Зикариуса: «Я изучу вопрос».

Если Ассоциация, убедившись в эффективности моего корма, отправит ко мне предстателя, чтобы выкупить партию шариков для исцеления существ, заражённых чужеродной маной, то отказывать тем, кто станет использовать их для спасения питомцев, я просто не имею права.

Я поднял глаза.

— С торговыми домами — обещаю. Но я хочу заранее оговорить одно важное исключение.

Гордан слегка нахмурился.

— Поясните, — наконец обронил он.

— Не исключено, что со временем мой корм понадобится Ассоциации зверей, — я выдержал небольшую паузу. — Если так случится, я хочу иметь возможность его продавать.

Где-то за окном раздался резкий вскрик птицы.

Валленхоф несколько секунд смотрел на меня, не моргая. В его голове явно прокручивались сотни вариантов, зачем мне это нужно и нет ли в моих словах подвоха.

— Хорошо, — наконец произнёс он. — Ассоциация — исключение.

Я моргнул.

— И последнее, — продолжил Гордан. — Если из-за обязательства передо мной у вас возникнут проблемы с… третьими лицами, сообщите мне.

— Хорошо.

В кабинете вновь повисла тишина. Люмин мирно сопел, прикрыв нос лапой.

Гордан поднялся и протянул мне руку через стол. Я тоже встал и, отметив, что мужчина оказался выше меня на полголовы и шире в плечах раза в полтора, пожал его сухую невероятно сильную ладонь.

— Идите, — он отпустил руку. — Завтра днём к вам придёт Рейхард, назовёте ему список ингредиентов.

Я кивнул и повернулся к двери, Крох бесшумно поднялся, а Люмин с обиженным фырканьем оторвал нос от лапы, мол, я только устроился, имейте совесть.

В коридоре под ногами тихо скрипнул паркет. С противоположного конца навстречу мне вышла Мира в простом домашнем платье без вышивки. Её тёмные волосы убраны в гладкий хвост, а на лице отсутствовала привычная маска снежной королевы. Однако стоило ей перехватить мой взгляд, как её глаза мгновенно похолодели.

Рядом с ней грузно перекатывался с боку на бок железношёрстный медоед. Заметив Кроха, зверь мгновенно остановился и пригнул голову. Его ноздри расширились, и он сделал короткий шаг вперёд, после которого у хищников обычно начинается «разговор».

Крох на секунду перевёл на него взгляд и… демонстративно отвернулся.

Медоед замер на полушаге, и в его маленьких глазках появилось растерянность.

Мира положила ладонь ему на загривок и слегка надавила. Её взгляд скользнул по мне, и я успел заметить, что у неё под глазами залегли тени, которых раньше не было.

— Эйден, — с показным холодом произнесла она.

— Мира.

Она слегка кивнула и скрылась за одной из дверей. Медоед развернулся и, бросив на Кроха последний взгляд через плечо, мол, мы ещё с тобой не договорили, потопал по коридору, громко стуча когтями по паркету.

Посыльный, не комментируя увиденное, направился к лестнице, а я последовал за ним.

— Дальше я сам, — сказал я ему у крыльца. — Спасибо.

Кивнув, он остался стоять у двери.

Я шагнул на мостовую и направился в сторону Района Отверженных. Солнце уже клонилось к крышам особняков, и тени от каменных грифонов вытянулись длинными косыми полосами.