Глава 8Р

Астик на плече Элиана медленно вжался в его шею, притворившись шарфом.

— Я… подрабатываю у Эйдена, профессор, — выдавил парень, неловко переступив с ноги на ногу. — В свободное от учёбы время.

Варгин слегка прищурился и перевёл спокойный взгляд с перепуганного студента на меня.

— Это… многое объясняет, — тихо произнёс он.

Элиан сглотнул и кашлянул.

— Я… мне, наверное, пора, — заторопился юноша, натягивая куртку. Астик от резкого движения едва не упал и возмущённо дёрнул хвостами. — Эйден, я завтра зайду. Профессор… до встречи на занятиях.

— Доброй ночи, — отозвался Варгин.

Парень кивнул нам и почти бегом бросился к выходу. Через пару секунд в коридоре лязгнул засов, хлопнула створка, и в лавке воцарилась тишина.

Крох плотнее прижался к моей ноге и отправил через нить образ: моя ладонь лежит на его загривке. «Я рядом, хозяин».

Варгин тем временем продолжал внимательно смотреть на меня.

— У вас способный помощник, — наконец произнёс он.

— Да, — ответил я. — Очень.

По какой-то причине мужчина совершенно не спешил прощаться.

— Профессор, — обратился я к нему. — Можно задать вам вопрос?

— Прошу, — он чуть склонил голову.

— Вы знали моих родителей?

Брови Варгина медленно поднялись, но тут же вернулись в исходное положение, а на губах впервые за весь вечер появилась тёплая улыбка.

— Знал, — наконец сказал он. — Причём довольно хорошо.

На улице мурлык завёл вечернюю песню, а в отдалении кто-то захлопнул ставни.

— Мы дружили семьями, — продолжил Варгин. — И я знаю вас с рождения, хоть нам и не доводилось встречаться часто.

Последние слова удивили меня.

— Лиам и Элинор по какой-то причине не любили показывать вас, — произнёс он, заметив мою реакцию. — Не приводили в гости даже к близким друзьям, а стоило кому-нибудь переступить их порог, как вы тут же исчезали.

— Почему? — тихо спросил я.

— Не знаю, — профессор покачал головой, — У них наверняка были на то свои причины. Однажды я спросил об этом Лиама, но он лишь отшутился и быстро сменил тему. Больше я с расспросами не лез.

— Понятно, — задумчиво обронил я.

В коридоре скрипнула половица. Повернув голову, я увидел подходившего ко мне зайцелопа. Люмин внимательно посмотрел на Варгина, а затем, ткнувшись носом в мой сапог, прислал картинку: я вручаю профессору морковку, а тот передаёт её ушастому. Видимо, после того, как старичок у Башни угостил его кусочком яблока, а я не приструнил проныру, зверь решил, что теперь всегда можно так добиваться желаемого.

— Не сейчас, — буркнул я.

Люмин опустил уши и демонстративно отвернулся.

Профессор посмотрел на небольшое окно, за которым уже густели сумерки, и накинул капюшон.

— Мне пора, — сказал он. — Буду ждать вас послезавтра.

— До встречи.

Он ещё раз окинул лавку внимательным взглядом и шагнул в коридор.

Я проводил гостя до двери и толкнул створку. Переступив порог, профессор остановился и, не оборачиваясь, тихо произнёс:

— Ваши родители по какой-то причине очень любили эту лавку, хоть многие и предлагали им переехать в центр. Я уверен, они обрадовались бы, узнав, что вы её не забросили.

Варгин, не дожидаясь ответа, ушёл.

Я закрыл створку, задвинул засов и прислонился спиной к деревянному полотну. Вот и выяснилось, почему этот человек когда-то заплатил мне золотую марку за лечение огненной кошки. Он таким образом решил помочь сыну погибших друзей…

Из двора донёсся «дзыньк» колокольчика, а вслед за ним возмущённый чих Люмина. Я тихо рассмеялся и расслабился.

Подогрев еду, я поужинал, но вкуса почти не почувствовал. Затем, ополоснув посуду, присел на табурет во дворе и задрал голову, наблюдая, как в темнеющем небе одна за другой вспыхивали звёзды.

Почему родители оберегали Эйдена от чужих глаз? По какой причине отказывались переезжать в центр? Непонятно, да и спрос…Стоп. Ларк! Дядя наверняка знает ответы. Вот только захочет ли он ими поделиться — большой вопрос… В любом случае стоит завести об этом разговор при первой же встрече.

Я зевнул, понимая, что пора наконец отдохнуть. Добравшись до спальни, быстро разделся, забрался под одеяло и, кое-как отвоевав у разомлевшего зайцелопа треть подушки, провалился в сон.

Меня разбудил сильный грохот. Придя в себя, я осознал, что кто-то со всей дури молотил по входной двери. Я подскочил, едва не запутавшись в одеяле, и задел бедром чей-то пушистый бок.

— Эйден! — донёсся с улицы приглушённый крик. — Открывай скорее!

Это же Келлен! Но… что принесло его посреди ночи⁈

Я перелез через тёплый комок, оказавшийся Люмином, на ходу надел рубаху, натянул штаны и, прихватив масляный светильник, поспешил в прихожую.

Через нить от Кроха, который уже дежурил в коридоре, прилетел образ: у входа двое с оружием, но опасности нет.

Я отодвинул засов и распахнул дверь.

На пороге стоял Дарен в пыльной куртке, с тёмным пятном на рукаве, а рядом нетерпеливо переминался грязный с ног до головы Келлен. От обоих ощутимо несло потом и прелой листвой.

— Эйден, — Дарен слегка склонил голову, — извините, что среди ночи, но нам только сейчас удалось выбраться из Леса.

— Там творится настоящая задница! — выпалил Келлен. — Я уж думал всё, обратно не вернёмся. Даже холмик начал искать, чтобы моги…

— Кел, заткнись, — резко оборвал его брат.

Корвин младший уставился на собственные грязные сапоги. Ничего себе… С чем же они столкнулись, раз даже всегда спокойный Дарен на взводе?

— Заходите, — произнёс я, отступая в сторону.

Они шагнули в коридор.

— Налить вам воды?

— Было бы очень кстати, спасибо, — Дарен выдохнул.

Я сходил на кухню, наполнил две кружки и вернулся. Дарен принял свою и сделал большой жадный глоток. Келлен и вовсе опустошил половину кружки залпом, а затем вытер губы тыльной стороной ладони, размазав грязь по щеке.

— Эйден, мы не хотим вас задерживать, поэтому позвольте перейти сразу к делу, — произнёс Дарен. — Нам срочно нужен корм.

— Шесть порций, как обычно?

— Да, — подтвердил он.

— Сейчас принесу, — я кивнул и направился к кладовой.

На улице царила прохладная ночь, заставившая меня невольно поёжиться. Быстро спустившись в погреб, я захватил шесть порций обогащённого корма и вернулся к Корвинам. Братья молча сидели на скамье, поставив пустые кружки рядом.

Дарен расстегнул куртку, его грудь часто вздымалась, будто он только что пробежал несколько километров, а Келлен рассеянно вертел в пальцах болт от арбалета.

— Держите, — я протянул мешочек старшему.

Добытчик кивнул, убрал ношу за пазуху, и, отсчитав серебряную и сорок медных марок, вложил монеты в мою ладонь. Я спрятал их в карман и скрестил руки на груди.

— Расскажете, что произошло в лесу? — поинтересовался я.

Келлен взглянул на брата, у которого после моего вопроса дёрнулся уголок рта. Спустя несколько секунд старший слегка кивнул и младший заговорил:

— Дичь, Эйден.

— А поконкретнее? — я приподнял бровь.

— Звери будто с ума посходили! — Келлен взмахнул рукой, едва не воткнув болт в плечо брата. — Рьяные одиночки принялись сбиваться в грёбанные стаи и нападать на каждого встречного. Те, кто раньше носа не совал из родного биома, массово разбегаются кто куда. А самое паршивое…

— Звери, никогда не нападавшие первыми, принялись… Атаковать, — неожиданно продолжил Дарен, подняв на меня взгляд. — Лес и прежде был опасен, Эйден, но годы опыта давали нам возможность прогнозировать предстоящие угрозы. Сейчас же все знания не стоят и медяка.

— И это на Первом слое! — мрачно добавил Келлен. — Боюсь даже представить, что творится ниже!

Я провёл пальцами по подбородку. По спине пробежал неприятный холодок.

— Безумие какое-то, — я выдохнул. — Вы же не собираетесь туда возвращаться?

— На рассвете выходим, — буркнул Дарен. — У нас нет других вариантов.

— Сраный заказ… — сквозь зубы процедил младший.

— Да вы с ума сошли! Никакие деньги не стоят подобного риска! — возмутился я.

— Да не парься, целитель, не из таких передряг выбирались, — грустно усмехнулся Келлен.

Дарен поднялся и застегнул куртку.

— Спасибо, Эйден, — произнёс он. — Ещё раз извините за беспокойство в столь поздний час.

Корвин младший вскочил следом, сунул болт в колчан и поправил перевязь с арбалетом.

— Если шкура дорога, не суйся сейчас в Лес, целитель.

— Спасибо, что предупредили, — ответил я.

Братья вышли, и вскоре их силуэты растворились в темноте улицы. Я задвинул засов, выдохнул и почувствовал, как Крох ткнулся холодным носом в мою ладонь.

Я потрепал его по загривку, унёс кружки на кухню и вернулся в спальню.

Ушастый за всё это время так и не сдвинулся с места, продолжая посапывать у края центра кровати. Я разделся, водрузил лампу на табурет и упал на постель, машинально положив руку на тёплую шерсть зайцелопа. Крох заскочил следом, немного потоптался в ногах и устроился поудобнее, опустив морду на лапы.

Что же происходит с Лесом? Сперва стали пропадать отряды, затем ужесточили правила спуска, а теперь и это… Сердце невольно забилось чаще, и я глубоко вздохнул. Ладно, подумаю об этом потом, а сейчас нужно хорошенько выспаться перед дежурством.

Я закрыл глаза и через несколько минут погрузился в сон.

Проснулся задолго до того, как за окном заскрипели первые телеги. В памяти ещё светился кошмар: приснилось что-то смутное про Лес, мокрую листву и чьё-то тяжёлое дыхание за спиной. Немного полежав в предрассветной темноте, понял, что больше не усну, и поднялся.

Через несколько секунд из кухни донеслись постукивание миски и обиженное фырканье Люмина.

— Иду уже, иду, — буркнул я.

Зайцелоп встретил меня с таким выражением мордочки, будто он выдержал семидневный пост.

— Сейчас покормлю, — произнёс я, направляясь во двор.

Утренняя суета поглотила с головой. Я разложил шарики в миски зверей, развёл огонь, позавтракал и, помыв посуду, на секунду задумался: стоит ли брать с собой что-нибудь из лекарств?

Впрочем, на этот раз я буду дежурным целителем Ассоциации, а в помещении точно должно быть всё необходимое для оказания помощи любому зверю. И всё же… что, если история с отравлением повторится, а у меня не окажется под рукой противоядия? Вряд ли, конечно, но лучше перестраховаться.

Я взял нож, побежал к грядкам и, срезав шесть сияющих красным светом листьев, отправился в лабораторию, где приготовил зелье «Быстрая Росянка».

Перед выходом натянул чистую рубаху и штаны. Затем, сунув в ранец две порции корма на завтрашний день и склянку с зельем, направился к двери.

— Команда, на выход, — обратился я к зверям.

Люмин вскинул уши и тут же прискакал, а Крох спокойно пошагал к створке.

Район Отверженных уже не спал, но ещё не успел проснуться окончательно. У колодца тянулась небольшая очередь из трёх женщин и сонного мальчишки, а по мостовой неторопливо громыхала пустая телега, запряжённая бурым толстошкуром.

Однако ближе к центру города улицы постепенно оживали: подмастерья тащили инструменты, девчонка с плетённой корзиной звонко зазывала прохожих: «Горячие лепешки, две за медяк!». А у фонтана ругались два возчика, не поделившие узкий разворот.

К воротам Ассоциации мы добрались достаточно быстро. Стражник окинул меня взглядом и протянул ладонь:

— Ваше удостоверение.

Я сунул руку в карман и протянул мужчине пергамент. Развернув документ, он бегло изучил его, кивнул и вернул мне.

— Проходите.

Внутренний двор Ассоциации в столь ранее время оказался пуст. Добравшись до главного корпуса, мы вошли внутрь и направились к доске с объявлениями. Возле неё уже стоял Зикариус Кринст.

— Доброе утро, — произнёс он, обернувшись на наши шаги.

— Доброе, — отозвался я.

— Пойдёмте, я познакомлю вас с коллегами.

Мы прошли по широкому коридору и, свернув в боковой проход, остановились у неприметной двери, ручка которой показалась мне отполированной немного сильнее соседних.

— Это блок целителей, — произнёс Кринст и толкнул створку.

За ней открылся длинный, светлый коридор, вдоль которого тянулся бордовый ковёр с золотой каймой. С потолка спускались изящные магические светильники, мягко заливая стены тёплым светом.

Я переступил порог, и Крох первым делом задрал нос, оценивая обстановку. Спустя пару секунд по нити прилетел образ, означающий, что опасности нет. Люмин же прижался к моей ноге и испуганно посмотрел на меня.

Я погладил ушастого, чтобы его успокоить, а затем перевёл взгляд на длинную скамью с мягкой обивкой, которая тянулась вдоль левой стены, разделяя двери.

Справа от нас высилась деревянная стойка, за которой, чуть склонившись над листами пергамента, сидела молоденькая девушка в светлом платье и сосредоточенно выводила буквы пером, прикусив кончик языка. Её тёмные волосы были собраны в две косы, переброшенные на грудь.

Увлёкшись работой, она не сразу заметила наше появление, но стоило Кринсту кашлянуть, как девушка вскинула голову. Увидев Зикариуса, тут же выпрямила спину, едва не опрокинув чернильницу, и принялась торопливо разглаживать ладонью складки платья.

— Доброе утро, целитель Кринст, — выпалила она.

— Доброе, Иста, — Зикариус кивнул. — Знакомьтесь, это целитель Эйден Моррис, сегодня он меня подменит.

Девушка перевела на меня большие зелёные глаза, мельком скользнула по Кроху и задержала взгляд на Люмине. Тот оценил повышенное внимание, моментально расхрабрился, отлепился от моей ноги и гордо вскинул мордочку. Иста расплылась в улыбке.

— Здравствуйте, — произнесла она.

— Здравствуйте, — отозвался я.

Встретившись со мной взглядом, девушка покраснела и тут же уставилась в листы.

Кринст покосился на меня, слегка усмехнулся и указал рукой налево.

— За первыми двумя дверями, — спокойно произнёс он, — расположены помещения для осмотра и лечения Мастеров Зверей. С дежурным целителем и его помощником я познакомлю вас чуть позже, но имейте ввиду: их работа вас не касается.

Я кивнул и вновь посмотрел на одинаковые двери из светлого дерева, на каждой из которых поблёскивала медная табличка с номером.

— Помещения целителей зверей располагаются по правой стороне, — Кринст развернулся. — Пройдёмте, я вам всё покажу.

Зикариус направился вперёд. Люмин, окончательно осмелев, бодро поскакал впереди, обнюхивая каждый угол, а Крох держался у моей ноги, внимательно отслеживая любые изменения вокруг.

Первая дверь была обита по краям металлической полосой. Кринст толкнул её, и мы оказались в просторном помещении с высоким потолком. Напротив входа располагались два больших окна, сквозь которые падали косые лучи солнца.

В центре высился массивный стол с вмурованными по бокам кольцами для фиксации. В полу рядом с ним был прорезан желоб с уклоном, ведущий к решётке у стены, видимо для того, чтобы вода и кровь стекали сами.

Вдоль правой стены тянулись стеллажи. На верхних полках поблёскивали зажимы, расширители, иглы разной кривизны, наборы скальпелей, щипцы и множество других. Ниже ровными рядами стояли склянки с аккуратными названиями лекарств.

Рядом виднелся таз для мытья рук и кувшин с водой на подставке.

Люмин тем временем обошёл стол по кругу, обнюхал ножку и поднялся на задние лапы. Не обнаружив сверху ничего интересного, мелкий переместился к стеллажам. В ту же секунду по нити прилетел образ: я открываю склянку, она оказывается с морковным соком, и передаю её Люмину, а тот принюхивается, округляет глаза и, причмокивая, выпивает всё до капли. Крох, устроившийся у двери, будто тоже уловил этот посыл и неодобрительно взглянул на ушастого.

— Здесь мы проводим осмотры, — произнёс Кринст. — Содержимое стеллажей сможете изучить чуть позже — я уверен, вам понравится, а пока пройдёмте дальше.

Вернувшись в коридор, мы дошли до следующей двери и переступили порог.

Это помещение по размеру и наполнению полностью соответствовало предыдущему, но со своими важными особенностями. Помимо двух окон напротив входа, в потолке располагались ещё два световых проёма. По всей видимости, мы оказались в пристройке, где отсутствовал второй этаж.

Отличная задумка! Благодаря такому комбинированному освещению тени от рук целителей днем не падают на операционный стол.

— Это помещение предназначено для операций, — пояснил Кринст. — Разумеется, если зверю требуется срочная помощь, можно начать работу и в смотровой, но без крайней необходимости желательно делать это здесь.

Я впервые в этом мире столкнулся с четким разделением на смотровую и операционную, и очень рад, что хоть в Ассоциации додумалась до столь разумного шага.

Мы вышли в коридор, и целитель толкнул следующую дверь.

— Здесь находится общая кладовая. Распределение происходит по тем же правилам: слева хранится всё для целителей Мастеров Зверей, справа для нас.

Я переступил порог, мгновенно ощутив прохладу, и осмотрелся. У стен стояли высокие стеллажи, забитые склянками, стопками тряпиц, мотками шёлковых нитей, а также всевозможными ящиками и мешками.

На одной из верхних полок я увидел ледяной камень, а несколькими ярусами ниже от него лежали подозрительно знакомые, завёрнутые в лоскуты ткани шарики.

— Смотрю, заметили, — слегка улыбнулся Кринст. — Это ваш корм. Как я и говорил, выдаю его интересующимся Мастерам Зверей.

— Хорошо, — отозвался я.

Люмин тем временем подобрался к ближайшему шарику, явно намереваясь провести «проверку качества». Я молча наклонился, подцепил его поперёк живота и переставил подальше от соблазна.

— Не балуйся, — буркнул я.

Зайцелоп фыркнул и сел на попу.

Кринст хмыкнул, кивнул, и мы вышли обратно в коридор.

Дверь напротив кладовой вела в раздевалку. Вдоль стен тянулись деревянные шкафчики с номерками, один из которых оказался открытым. Присмотревшись, я заметил лежащую внутри стопку вещей из ткани цвета слоновой кости, аккуратно перевязанную бечёвкой.

— Это ваш комплект одежды на дежурство, — произнёс Кринст. — Но переоденетесь чуть позже, сперва я познакомлю вас с коллегами.

Мы дошли до конца коридора и остановились у приоткрытой двери напротив входа. Из щели тянуло теплом и доносились приглушённые голоса. Кринст постучал по полотну костяшкой пальца, толкнул створку и сделал приглашающий жест, пропуская меня вперёд.

За порогом оказалась уютная комната. В центре стоял большой стол с шестью стульями, в углу располагалась печь с закипающим чайником, а у стены выстроились четыре длинные лавки, на которых при желании можно вытянуться в полный рост. На полке стояли кружки разных размеров, явно собранные по принципу «кому какая нравится».

За столом сидела сухопарая женщина лет пятидесяти со стянутыми в тугой узел седыми волосами и глубокими складками у губ. Сложив руки перед собой, она смотрела на молодого светловолосого парня с неподвижным выражением лица. Тот оперся локтями о столешницу.

А у окна, на одной из лавок, вальяжно развалился…

— Дальген?

Рыжеволосый крепко сбитый парень вскинул голову и, увидев меня, расплылся в широкой улыбке.

— Эйден!

Он мгновенно подскочил, шагнул вперёд, схватил мою ладонь и тряхнул так сильно, что Крох у двери слегка напрягся, взглядом спрашивая: «Свой?»

«Свой», — мысленно отозвался я.

— Рад тебя видеть, — я улыбнулся.

— Я тоже, — произнёс Дальген.

Кринст дождался окончания приветствия и указал рукой в сторону стола.

— Знакомьтесь, целитель Мастеров Зверей Эльза Корвейл, — представил он.

Женщина слегка склонила голову, не вставая.

— Целитель зверей Эйден Моррис, — отозвался я. — Очень приятно.

— Её помощник, Рейн, — продолжил Кринст.

Светловолосый парень молча кивнул.

— Ну а Дальген сегодня будет вашим помощником. Я посчитал, что рядом со знакомым гораздо проще освоиться.

— Это уж точно, — я с улыбкой посмотрел на рыжего.

Зикариус подошёл к печке, взял с полки кружку, налил в неё воды из чайника и сделал глоток. Затем, прислонившись плечом к стене, заговорил:

— Итак, Эйден, вашей главной задачей как дежурного является помощь зверям обратившихся членов Ассоциации.

Я кивнул.

— В основном это группы, вернувшиеся из леса, но у нас бывают и плановые осмотры, которые обычно проходят с утра до обеда, — продолжил он. — У Исты есть список, согласно которому она будет направлять к вам пациентов.

— Понял, — отозвался я.

Кринст обвёл всех долгим взглядом, допивая чай, затем поставил кружку на полку и направился к выходу.

— Тогда я пошёл, — произнёс он, остановившись у створки. — Удачи, целитель Моррис.

Я кивнул, и Зикариус вышел, тихо притворив за собой дверь.

В комнате на секунду повисла тишина, которую тут же нарушил Дальген.

— Ну что, — он хлопнул в ладоши. — Эйден, советую тебе переодеться, а то скоро нагрянут первые пациенты.

— Так и сделаю, — ответил я и повернулся к зверям. — Хвостатые, на выход.

Крох сразу поднялся, а Люмин, немного потыкав лапой в лавку, засеменил следом.

Мы вернулись в коридор и зашли в раздевалку. Я подошёл к открытому шкафчику, снял ранец и, развязав бечевку, развернул одежду.

Переодевшись в рубаху цвета слоновой кости, плотные штаны того же тона и фартук из чуть более тёмной материи с двумя глубокими карманами на животе, я аккуратно сложил свои вещи в ранец и убрал в шкафчик.

Выдохнув, бросил взгляд на зверей и произнёс:

— Ну что, мохнатые, пора работать.

Мы переступили порог и наткнулись на Исту.

— Целитель Моррис, — выпалила она. — Вас ожидает первый пациент.

Ребят, вроде бы сюжет постепенно набирает обороты? Что скажете? Нам интересно услышать ваше мнение.