Глава 12

Если сперва я считал это пустой тратой времени и своеобразной трудовой повинностью на благо будущего моего Рода, то потом изменил свое мнение. В этот раз Хельгу словно подменили, и я смог достаточно адекватно оценить ее стиль ведения боя. Раньше она была какой-то нервной, и нередко необдуманно наносила удары, но в этот раз все было иначе.

Девушка выросла в моих глазах. Конечно, пока еще не как лидер – я не имел возможности это оценить, но как боец – это точно. Она больше не лезла на рожон, а свой Дар использовала разумно, эффективно и, что немаловажно, экономно. Наверное, поэтому она бесилась раньше, так как не хотела (или не могла) светить им передо мной. Однако, как я понял, прошлый урок был усвоен, и она теперь не скрывала силу в ущерб своей команде. Или она получила разрешение от своих родителей.

Когда на одну из девушку-Иста, что была с нами в группе, внезапно вылетел здоровенный комодский варан-переросток, который внешне очень хотел быть похожим на своих дальних родственников – драконов, то Хельга без раздумий ударила себя в грудь кулаком, а затем тем же кулаком по раскрытой ладони. Из ладони вылетел охрененное такое облако льда, которое своей аурой могло обжечь даже меня, благо я стоял не так близко к девушке, и мгновенно заморозила варана. Тот даже пискнуть не успел.

– Делаешь успехи, – похвалил я ее, а она только весело усмехнулась и, бросив на меня быстрый взгляд, небрежно произнесла.

– Веди дальше, командир…

Ну, я их и вел. Да так вел, чтобы было меньше риска и больше адреналина.

Не всегда опасность представляет собой большое скопление врагов. Ведь когда враги засели в грамотной засаде, даже при небольшой численности, они могут нести смертельную опасность. А впереди находился небольшой гротик, где твари сидели по центру у маленького озерца.

По правде говоря, у меня было больше вопросов к Архипу, чем к Хельге. Он решил, что Разлом чересчур сложный для девушки, а я вижу, что нет. Она вполне может справиться своими силами, что и делала, просто со мной это было намного безопаснее. Я точно не дам им умереть.

Пока я сражался плечом к плечу с ними, все мои мысли занимал мой дом. Как бы я не любил вот такие вот Разломы, но сколько, мать его, у меня сейчас дел дома – словами не передать. И главное – что за всем нужно проследить именно мне.

Одна только Красивая устроила стройку века. Шнырька показывал груды камней, которые прибавились у подножья горы. Такими темпами она очень скоро насыпет еще одну гору. С этим нужно было что-то делать, и варианты у меня были. А еще теперь в пещере живут слаймы, которым скучно, и которых нужно постоянно кормить. Как я предполагаю – работяги из них будут загляденье, но вот жрунишки они тоже не хреновые. Селяне сено только и успевают стягивать к подножью горы. Хотя проблем с этим пока нет. Сейчас слаймы жрут, но не приносят пользы, и это нужно как-то исправить.

Анна, пока я ехал сюда, прислала сообщение по поводу обустройства холодильных помещений. Уже шесть из них готовы, и все благодаря тому, что изголодавшиеся по работе люди работают быстро и споро. Мои селяне имеют силу и задор, а многие ветераны имеют достаточно технических знаний. Получился неплохой такой симбиоз.

Офис тоже закончили строить, и уже доделывают там отделочный ремонт, который будет указывать на статус нашей новой компании. Хоть и не понимает Анна, зачем такая спешка, а спешка, мать его, есть. Мне просто не терпится все запустить в работу. Но даже, когда запущу, это не будет финалом, о нет… Это только начало. Они все хотят увидеть Галактионова-бизнесмена? Они его увидят и поймут, как мы, Охотники, умеем вести дела! Хотя… вряд ли они знают об Охотниках.

Так незаметно, за всеми этими мыслями и управлением отрядом, я едва не проморгал момент, когда мы дошли до конца этих пещер и уперлись в кристалл.

– Прошу! – вежливо предложил я девушке уничтожить кристалл, ведь она это заслужила.

Я был сегодня немного удивлен. Думал… придется орать на нее, психовать из-за ее дебильных ошибок, а она взяла и удивила меня. Больше не допускала прошлых ошибок. Стала собранной, внимательной и… эффективной? Может, у них королевский дар такой? Быстрое обучение через боль?

– Какая же ты задница, Галактионов! – после уничтожения кристалла подошла ко мне Хельга, пока группа отдыхала.

– Я – задница? Это ты – маленькая заноза, которую повесили на меня, – с улыбкой изрек ей, и приготовился защищаться от негодующей ауры мороза.

Но нападения не последовало, хотя и хлынул от нее легкий холодок. Похоже, она уже отлично умеет управлять своим Даром, и наконец-то «отключила» его от своих эмоций. Молодец!

Вместо нападения она вздохнула.

– Я все понимаю, – удивила она меня своими словами. – Тяжело не подчиниться, когда в дело вступает моя мать. Но и ты хорош… Почему не позвонил и не предупредил меня? Ведь время у тебя было для этого. Приехал сюда, и сразу начал строить из себя моего папочку.

Ух… Даже непривычно видеть ее такой милой и благоразумной.

– Да фиг его знает, – пожал плечами, понимая, что доля правды есть в ее словах. – Кто же знал, что ты смогла вырасти и стать умнее? Не помнишь, как закончился наш прошлый рейд?

Вспомнил только про совместный рейд, когда пострадали наши сопартийцы, а вот про крушение не стал ей напоминать. Тем более, её вины там не было.

– Помню, – серьезно ответила она. – Именно поэтому я учусь на своих ошибках. Мой отец всегда мне говорил, что опыт приходит с трудностями, а ты не даешь мне в них окунуться.

Эх… Извини, девочка, но нет. Я не отпущу тебя на «вольные хлеба», даже несмотря на твой взгляд. Не хочу я потом выслушивать от твоей матери. Кстати, о ней.

– Ты не права, – без улыбки сказал я. – Твоя мать меня не запугивала, а если и пыталась, то это плохо у нее получилось. Не скрою – моя выгода в этом есть, но не угрозами я согласился на это.

– Да ну? – горько усмехнулась она.

– Угу! – твердо кивнул я.

– А хочешь проверим это? Как ты не боишься мою мать? – и почему у нее так озорно загорелись глаза? Я увидел, как в них пляшут ледяные чертята.

Не знаю, что она придумала, но вот на понт, как говорит Вася Крендель, меня точно лучше не брать. Не люблю я такие вещи, и всегда специально ведусь на них, чтобы потом обломать наглеца на его же поле.

– Давай, – пожал плечами, и издевательски улыбнулся. – Если сможешь.

Мы к этому времени как раз вышли из Разлома, и теперь дышали свежим воздухом, а не той смесью цветов, гнилых водорослей и крови тварей, которая был в гроте.

Да, там росли очень неприятные цветы, из-за чего Разлом и имел такой ранг. Если у тебя нет доспеха с фильтром, то тебе хана! Будешь бегать под кайфом и убивать розовых фей, пока тебя грызут комодские вараны.

У меня, кстати, «фильтр» собственной разработки, он не убирал запахи, а только эффекты, и я его подвязал на свои печати. Это нужно было на тот случай, когда запах реально мог спасти жизнь. Некоторых монстров нельзя увидеть глазами, зато на запах они отлично обнаруживались. И это один только из примеров.

Хельга точно что-то задумала, и полезла за телефоном.

– Алло, мама? – и что это может быть? Сейчас скажет, что отказывается от моей помощи? Ну, так я и не против. – Да, все хорошо… Вот звоню у тебя спросить совета… – сказала, и сделала паузу. – Что делать, если у меня уже вторую неделю тошнота и задержка?

Охренел ли я? Очень сильно… Я понял, что она хочет сделать. Впрочем, в эту игру можно играть вдвоем.

Судя по тому, что Хельга замолчала, значит ее мать тоже пока молчит. Шнырька, кстати, тоже был в шоке от такого поворота событий, и показал ей из теневого режима большой палец. Конечно же, она его не видела, но все равно, мелкий, однозначно, предатель!

Когда Лагерта спросила ровным, но мощным голосом «КТО?!» – я прекрасно это услышал, хотя до Хельги было метра четыре.

– Барон Галактионов, – грустно сказала она. – Ой… Мне пора бежать, меня снова тошнит!

И бросила трубку.

– Интересный ход, – похлопал я ей.

Действительно, я удивлен такому повороту, и отдаю дань ее смекалке. Думал, что просто закатит истерику, а она поступила красиво и очень… резко. В ход пошла тяжелая артиллерия? Но я же сам согласился, значит все законно?

– Я рада, что ты оценил. Как ты себя сейчас чувствуешь? – спрашивает и улыбается, что непривычно для вечно холодной Хельги.

Наверное, это вообще первый раз, когда я вижу вот такую ее улыбку, кстати, очень привлекательную.

Первой моей идеей было призвать единорога, и попросить ее погладить его, чтобы доказать, что она еще девочка. Но это слишком тонкая шутка, которую в этом мире точно не поймут. В моем прошлом мире гуляли подобные шутки – «Если эта благородная госпожа дотронется до белого единорога, то он порозовеет, у него отпадет рог и вывалятся глаза!» С шутки все смеялись, ведь им сразу было понятно, какая репутация у такой девушки.

– Я… как? – улыбка не покидала мое лицо. – Очень… гхм… бодрит! И скажу, что следующий ход за мной. Жди и бойся! Ха-ха-ха!

– Ну-ну! – окинула она меня веселым взглядом. – Ты тоже жди… Звонка от моей матери.

Сказав это, она развернулась и пошла к палатке, где ее люди приводили себя в порядок после Разлома. Я же пошел к «Буревестнику», залез в него, но уезжать не спешил. В голове прикидывал разные идеи для мести. Хотелось чего-то веселого… Но пока ничего в голову не приходило.

Послал Шнырьку на разведку. Подслушал, как Хельга с подругой делится своей шуткой. Подруга побледнела, а здоровяк Бьёрн резонно заметил, что жалко парня. Хороший был боец! Это они про меня, что ли?

Хельга всем запретила звонить родителям и докладывать, что это шутка. Ну, раз она сказала про родителей, отец, получается, еще не в курсе. Непорядок!

Подождал, пока она отправится в отдельную палатку для её личного королевского пользования, и послал Шнырьку спереть ее телефон. А уже с него отправил короткое сообщение ее отцу – «Мама, я беременна. Что делать?»

Дальше короткое ожидание, пока не увидел, что он прочитал ее сообщение. Затем быстренько удалил его, делая вид, что это она ошиблась адресом и удалила, пока он не прочитал.

Знаю, как аристократы помешаны на своих дочерях, а про отца Хельги я начитался уже достаточно. Однажды он уничтожил целое герцогство, вместе с его гвардией, за оскорбление своей дочери. А Хельга всего лишь отказала его сынку в танце, после чего тот среди своих друзей принялся распускать клевету – «что эта ледяная шлюха совсем зажралась, и не „дает“ порядочным господам».

Короче, суровый мужчина. Он совсем не сделал скидку на то, что тот аристократ был в жопу пьян, резонно заметив, что это не оправдание, а, наоборот, «отягощение». Тут я согласен – не можешь пить, не мучай печень.

Но я осознанно влезал в эту историю. Ведь, на крайний случай, я уверен в своих силах, а если что – они ничего не докажут, и узнают о глупой шутке их дочери.

Но на этом все не закончилось. Хельга имела неосторожность своему отряду сообщить информацию, что нашла новый Разлом, о котором специально не подаст заявку, чтобы я не пришел и не испортил ей удовольствие. Она запланировала поход на вечер, чтобы все успели отдохнуть. Разлом в этот раз был слабый, ведь все немного устали, и у них проблем с ним точно не будет.

Что ж, я вступил в игру, и сразу направил туда свой «Буревестник». Ну, после того, как дождался своих добытчиков с фурами. Теперь я еще немножко бизнесмен, и не планирую оставлять трупы комодских варанов внутри. С Хельгой я это согласовал. Она лишь пожала плечами, отказавшись от своей доли в «живом луте». Что ж, у богатых – свои причуды!

Я попрощался со своими бурчащими гвардейцами-разломщиками, которым придется самим вытаскивать трупы из Разлома из-за токсичной атмосферы. А именно добытчики смогут только снаружи помогать в загрузке рефрижераторов. Что ж, работа на меня – это не сплошное веселье, хоть я и стремлюсь к этому! Ха-ха…

Разлом был небольшим, и в нем жили гиены, вперемешку с крысами. Жаль, что я не взял с собой Одина. Он бы там устроил революцию, и привел своих братьев к нужной нам политике партии, и, наверное, перевез бы в мой особняк. Но раз нет со мной Одина, то пришлось по-быстрому призвать разных тварей, и с их помощью проводить быструю зачистку. А еще у меня в «Буревестнике» сидел Затупок, которого не взяли в прошлый Разлом, и грустно смотрел в окно.

– Вот и пришло твое время, товарищ старшина!

Там, где нормальному отряду потребовалось бы четыре часа, я справился за час, и жалел только о том, что не мог без палева вывезти отсюда тушки в свои морозильные камеры – иначе я испорчу весь «сюрприз».

Затупок показал себя во всей своей разрушительной красе, гоняя бедных гиен, как мышат.

– Хмпф!!! – фыркнул он, гордо выходя из Разлома.

– Ну да, ну да… Куда им до тебя – великого и ужасного!

Его морда задралась еще выше от гордости, и он толкнул ближайшее дерево, которое рухнуло на землю. Конечно, он тут же его обоссал, с чувством превосходства.

Затем мы быстро укатили отсюда, на случай, если Хельга приедет раньше, дабы поставить тут лагерь. Она, кстати, сможет понять по уликам, что я здесь был, если будет внимательной. А больше ничего меня выдать не может. На сайте я отметку не ставил, что беру его «в работу», тем более, не сообщил о закрытии. Военных там тоже не было, так как Разлом был «недозрелым». Ему до всплеска еще нужно было больше месяца.

После этого всего я помчался принимать работу у «холодильщиков», и разобраться с лишним камнем, который собрался у горы. Конечно, его можно продать, он стоит денег, так как гранит – порода крепкая и ценная, а камня там много, но это не мой путь. Зачем продавать, если он самому нужен?

Пока ехал по Галактионовке, обратил внимание, какие здесь паршивые дороги, если даже мой внедорожный «Буревестник» шатает. Сразу попенял своим предкам, которые не построили здесь нормальную дорогу, и крепко задумался.

– Давай сначала к Санычу, а затем к Петровичу, – скомандовал я водителю.

– Сейчас… секунду, – замялся он, и стал смотреть вбитые координаты в бортовом навигаторе.

В моих «Буревестниках» была самая совершенная навигационная система, в которой были сохранены координаты всех ключевых людей и мест, которые мне срочно могут понадобиться. Даже дом Сары Абрамовны там есть. Кстати, давно вестей от нее не было. А она точно знает про свадьбу – Аня говорила. Чую, что-то готовит!

Мужики находились в это время по домам, и мой приезд для них оказался сюрпризом, но на разговоры у меня не было времени. Загрузил их всех в транспорт, и погнал к горе. Правда, предварительно дал сигнал Красивой, чтобы отвела своих деток подальше.

– Ваш-бродие, а куда мы едем? – поинтересовался Петрович.

Блин, он так осторожно меня спрашивал, и мне захотелось пошутить о том, что везу предателей в лес! Но боюсь, их старые сердца могут остановиться быстрее, чем я успею сказать, что это шутка. Что-то Хельга во мне пробудила шутника, и как бы никто не пострадал после этого. Сандр всегда умел метко шутить, но не все эти шутки могли оценить по достоинству.

– Все увидите, не переживайте, не в лес ведь вас вывожу за грехи покарать, – все-таки не удержался от легкой подколки.

– Так что… там парни зря яму копают? – не удержался мой водитель от шутки.

Что-то Саныч побледнел слегка.

– Шутит он так! – пояснил я им, и вроде они поверили.

Когда добрались до горы, то мужики аж присвистнули от количества камня, который там лежал.

На месте я им объяснил, что у них есть всего два дня, дабы собрать все и вывезти отсюда. И сказал, что дарю им его на строительство нормальных дорог в деревне. Ну, и на другие строительные нужды, по их усмотрению. Конечно, они сразу сказали, что на дорогу этого не хватит, когда я им рассказал, какую хочу дорогу. А хотел я максимально простую мощеную дорогу из булыжника. Вот только эта самая дорога должна простоять, по меньшей мере, несколько сотен лет. А для этого нужно много копать, выстраивая мощную подложку.

Меня заверили, что они сами справятся, и от предложенной помощи, в виде строительной бригады, отказались. В действительности, там ничего сложного не было, и я был уверен, что у них все получится. Мужики заметно обрадовались, и рассыпались в благодарностях. Им понравилась идея нормальной дороги, которую не будет размывать дождь, делая из нее болото. Заодно рассказали мне историю, что у какого-то там Василия на той неделе лошадь, во время плохой погоды, на дороге сломала ногу, и сколько убытков это принесло работяге.

Красивой же сказал пока складывать камень в пещерах, которые уже успели расковырять, а через два дня снова скидывать вниз. Она немного расстроилась, что я не зайду к ней и не почешу ее, но послала сигнал, что все сделает. Доложила, что слаймы в порядке. Они жуют травку, и периодически устраивают какую-то феерическую «слаймовую дискотеку». Шнырька показал их пещеры – все были разрисованы разноцветными чернилами. И тут, и там виднелись на стенах ожоги и сосульки, но такова природа слаймов. Им нужно периодически сбрасывать напряжение, а моя задача – сделать это «сброс» полезным для меня.

Мы перевезли туда почти всех, кроме Валерчика, и парочки его друзей. С главным слаймом мне еще предстоит наладить нормальный контакт и узнать, на что он способен. По идее, он должен командовать остальными, но мало ли… Вдруг он не у всех в авторитете – нужно будет узнать об этом поподробнее.

Наведался еще в морозильники, и проверил их. Увиденным остался доволен, их было всего шесть, зато идет работа над остальными. Эти же полностью готовы к приему добычи и товара.

Значит, можно начинать! Следующая остановка – это усадьба. Здесь я проверил Бурбулиса, и пообщался с ним. Тот мне доложил, что все в порядке, и твари стали реже беспокоить. Потом послушал несколько его новых песен, которые он мне включил, и смог оценить его талант.

После него в очереди был Один. Тот был рад меня увидеть, и встретил церемонным поклоном. Начал рисовать мне на земле разные схемы, объясняя, чем он был занят. Не хотел он общаться образами, все стремиться стать похожим на человека. Речь пока еще не может освоить, и очень расстраивается из-за этого. Как я понял по его докладу, у Цербера дела идут хорошо, или лучше сказать, у вверенного ему участка фронта. Один со своими подчиненными задолбался вытаскивать трупы тварей, которые скапливаются вокруг Цезаря.

Цезарь хочет спать, а твари – прорваться сквозь него, поэтому постоянно будят его. А когда его будят, то он злится и убивает негодников. Тут я смог порадовать хвостатого, что скоро места будет больше в морозильном помещении, а то Один уже играет в тетрис, и пытается всех утрамбовать.

– Хочешь чаю? – спросила у меня Анна, когда я вышел из подвала.

Я при виде ее сразу вспомнил, что через неделю свадьба, но ничего толком для нее еще не сделал. Нужно костюм купить, и денег на нормальное платье ей выделить. Хотя она и так знает, где они лежат.

– Наверное, соглашусь на твое предложение, – подумал, что реально сегодня замотался. – Только пригласи, пожалуйста, за стол еще Волка, мне нужно с ним поговорить.

– Как скажешь, – улыбнулась она, достала свой планшет, и принялась что-то набирать.

С Анной мы уселись в гостиной, и поговорили о делах. Я ей рассказал, сколько всего успел сделать, а она в конце рассмеялась. Причину ее безудержного смеха я не понял. Вот честно, не понимаю, как новость о том, что я подарил работягам камень, может оказаться такой смешной.

Анна продолжала смеяться, и не могла остановиться.

– Звал? – даже Волк застал ее смех.

– Ага, присаживайся! Есть задание для твоих парней.

– Слушаю, – уселся он, а затем взял кружку, на которую я указал.

Он хоть и слушал меня, но посматривал на Анну, чтобы понять, почему та смеется.

– В общем, проследи, чтобы люди с Галактионовки успели за два дня все вывезти, – дал ему указание. – Если нужно будет, организуй любую помощь, транспортом или бойцами, неважно.

– Понял, – кивнул он. – А почему Анна хохочет?

– Сам не понимаю, – ответил ему, и с опаской посмотрел на нее, – может перетрудилась.

Анна наконец-то отсмеялась, и решила все объяснить.

– Представь себе, он не просто подарил им камень, который был добыт в горе, – начала она рассказывать, все еще хихикая. – А с суровым лицом приказал людям построить дороги, и как можно быстрее.

Волк сперва сидел с каменным лицом, и я было подумал, что он нормальный, но вдруг его тоже захлестнул смех.

Теперь я здесь был единственным человеком, который ничего не понимал.

– Так и сказал? Вот вам камень, а мне дорогу? – переспросил Волчара.

– Ага…

– Бедняги, – еще громче заржал Волчара.

Прошло минут пять, прежде чем они мне удосужились объяснить, в чем причина такого смеха. Оказалось, все банально просто, и мне стало стыдно.

Камень очень и очень прочный. Это я привык, что Красивая легко с ним справляется. А вот люди, у которых из инструментов только молоты, пилы и зубила, вряд ли смогут с ним совладать. Нет, у них конечно были нормальные инструменты, вот только их немного, и все они требуют расходников, будь то топливо, диски, и полотна к пилам. А раз у них нет возможности купить новые, то будут, буквально, все долбить и пилить руками. А еще я дал им указание, чтобы плитки на дороге были ровными, с умеренной щербинкой, и не скользили.

Тайна, почему Саныч и Петрович уходили такими озадаченными, раскрыта.

– Хорошо, что ты у меня есть, – наконец-то сказал я Анне, и обнял ее. – Действительно, неловкая ситуация.

– Ага, представляю, как они сейчас ломают голову.

– Мдаааа… ситуация, – протянул я. – Нужно все исправить. Выдели нужную сумму денег и купи на них инструменты, которые им пригодятся. Думаю, одним ручным инструментом они не обойдутся, а гор у нас много, так что камня будет завались. Купи станки для колки камня. Всё это запиши на баланс деревни для своих и моих нужд, пригодится.

– Конечно, без проблем, – вытерла она последнюю слезу. – С вас барон – 75 000 рублей.

Теперь озадаченным сидел я. Семьдесят пять штук, как с куста, блин! Проще продать камень или отложить. Однако дороги, сами по себе, не появятся.