Глава 15

Родовое поместье Андросовых

Главный зал для приемов

Окрестности Петербурга

Бал в честь двадцатипятилетия Екатерины Андросовой был шикарным. Сюда пригласили лучших шеф-поваров столицы. И даже сам Император отправил поздравительное письмо для дочери своего личного Лекаря и, без лишней скромности, можно было сказать – друга.

Поздравление Императора было зачитано вслух и воспринялось это всеми присутствующими, как само собой разумеющееся. Даже если бы он присутствовал здесь лично, никто бы особо не удивился, зная их близкие отношения.

Однако Император был очень занят. Последние события в Европе, и частично в Африке, сильно обострили международные отношения. И ожидаемо, сразу оживились многочисленные шакалы, что окружали огромную территорию Российской Империи по периметру, только и ожидая того, чтобы «русский медведь» споткнулся.

Князь Иван Васильевич Андросов находился в странном положении. И дело было не в Императоре, а во всего лишь скромном, по меркам огромной Империи, бароне по фамилии Галактионов.

Князь Андросов надеялся расставить все точки над «и». У него даже было несколько планов, точнее, реакций на возможные происшествия на балу. Уж слишком много друзей и доброжелателей ждали этот день рождения именно из-за опрометчивого заявления его сына.

Прислушавшись к себе, князь понял, что испытывает некоторое облегчение от того, что Галактионов не приехал вовремя на праздник. Привыкший держать всё под контролем, князь тут же мысленно одёрнул себя, поймав на мимолетной слабости. Отложить проблему – не равно её решить. Мнение, что если проблему не трогать, и она сама собой рассосётся, всегда сильно бесило князя ещё с самой юности. Как один из сильнейших Лекарей в Империи он знал, что проблема, все равно, что болезнь. Да, она может рассосаться, но вместе с телом владельца, улетев в воздух в дымном столбе крематория.

А князь Вербицкий, конечно же, не сдержался, и подошёл с тостом за именинницу, многозначительно улыбаясь и посматривая на часы, хотя и не произносил вслух фамилию Галактионова. Этот юный Александр нехило так встряхнул всю Империю. Обычно в столице всегда хватало собственных сплетен, и Иркутск вспоминали исключительно в рамках славных деяний благородных отпрысков многочисленных Родов, что вернулись оттуда. Сейчас же, наверняка, в Империи не осталось ни одного Рода, чья жизнь и бизнес так или иначе были связаны с Разломами, кто не знал бы про юного Истребителя, которого некоторые уже считали потенциальным Абсолютом.

Катерина сидела на диванчике, аккуратно подоткнув под себя пышное платье. Она принимала поздравления, благосклонно кивая головой. Рядом с ней стоял её брат Андрей со своей невестой. Также рядом находилась княжна Долгорукова и графиня Голдсмит – ещё одна тёмная лошадка, резкий взлет которой напрямую был связан с Галактионовым.

Кажется, эти ребята неплохо ладили между собой. А с другой стороны – как же иначе? Все они, кроме Голдсмит, знали друг друга с детства. Княжеских Родов в Империи было не так много, и в свой круг они пускали чужаков чрезвычайно неохотно.

Невольно Иван Васильевич улыбнулся ещё раз. Даже графья приближались к князьям после длительной проверки. А чтобы туда ворвался простой барон. Нет, он определённо хочет с ним поближе познакомиться.

Периодически, к княжне подходили люди, чье присутствие напрягало князя, но не пригласить их он не мог. Чёртова политика! Катя держалась молодцом и не велась на провокации, когда кое-кто поинтересовался «где ее жених?» Неожиданно, порадовал Андрюша, который чуть не полез в драку. Возмужал парень, ох возмужал! И характер у него стал жестче. И, похоже, за это также нужно благодарить Галактионова.

Около входа в огромный бальный зал возникло какое-то нездоровое шевеление. Иван Васильевич, разговаривающий со старыми друзьями, покосился в ту сторону и увидел, как его гвардеец направляется быстрым шагом к Катерине. Что-то ей сказал, на что она сделала отмашку, и заинтересованно посмотрела в сторону входа.

Широкая дверь распахнулась, и внутрь ступила странная процессия. Несколько гвардейцев в парадной форме ровным строем вышагивали, неся в руках какие-то предметы. Их возглавлял высокий лысый мужчина. У всех на плечах и на груди красовалась оскаленная морда медоеда, вплетённая в узор родового герба Галактионова.

Все вокруг начали перешёптываться, потому что мохнатый натурщик, с которого вполне могли нарисовать свой герб Галактионовы, гордо выхаживал рядом с гвардейцем, высокомерно поглядывая по сторонам. Крупная, и без сомнения, злобная тварь в декоративном голубом ошейнике, вёла себя очень прилично, пока кого-то не разглядел впереди. И тут же он с места, с пробуксовкой, газанул вперед. Кажется, у кого-то из дам в толпе случился сердечный приступ, а гвардейцы судорожно схватились за оружие, ведь медоед рванул по направлению к виновнице торжества.

Сам Андросов напрягся, не понимая, чего от него ожидать.

– Пупсик, сволочь ты этакая! – рассерженный женский голос громко зазвучал громко, хотя и с шипением, как будто девушка не хотела привлекать к себе лишнего внимания.

Медоед подкатился к ногам графини Голдсмит, и со всего размаху упал на спину, подставляя своё мохнатое пузико, чтобы она его почесала.

– Блин, тупица! Такой момент испортил… – эту фразу уже произнёс лысый гвардеец, неприязненно глядя на балдеющего зверушку.

В конечном итоге, гвардейцы подошли к Катерине и глубоко поклонились ей.

– Ваше Высочество! От имени моего господина, барона Александра Галактионова, мы пришли засвидетельствовать своё почтение и поздравить вас с днём рождения. И ещё, – лысый повернулся, и вперёд вышел мужчина средних лет в форме имперской армии с различиями подполковника.

– Заместитель командира Центра Истребителей Монстров, подполковник Давыдов, – кивнул он. – Я здесь по прямому поручению герцога… гхм… – он немного сбился, – Центра для того, чтобы пояснить отсутствие Истребителя второго класса барона Галактионова на столь торжественном и, несомненно, важном для него мероприятии. Спешу вас заверить, что сейчас он по приказу Центра, в интересах Империи и Императора находится в районе Африки, и никоим образом не успевает почтить вас своим личным присутствием.

Такое ощущение, что подполковник говорил какую-то заученную речь. После завершения последнего слова гвардеец очень непочтительно для целого подполковника задвинул его рукой себе за спину.

– Теперь наш господин просил передать вам подарки. Конкретно, вот этот – в качестве извинения за его отсутствие, – он протянул коробку средних размеров.

Катерина открыла. Стоящие за ней подруги и друзья с любопытством заглянули ей через плечо. Внутри, в мягкой обивке, лежала, сверкая фигурка неизвестного существа, вырезанная из цельного сапфира. Свет многочисленных ламп отразился внутри неё, и она буквально засияла.

– Дорогая штучка! – присвистнула княжна Долгорукова.

Екатерина и сама это знала. Будучи опытным Истребителем, она была в курсе расценок редких лутов, которые доставали из Разлома.

– Если это в качестве извинения, то что же будет в качестве подарка? – улыбнулась она.

Лысый гвардеец отошел в сторону, а затем махнул рукой. Двое гвардейцев принесли и поставили перед княжной большой сундук, сделанный из кожи какой-то рептилии.

– Интересная штука, – она провела рукой. – Из чего это?

– Разновидность змеи, а конкретно – матка-переросток Сапфировых Змей. Это так… праздничная упаковка, – хмыкнул лысый гвардеец, хотя еле сдерживался. – При желании можно использовать, как несгораемый сейф, – он снова хмыкнул. – Да и противовзрывной – с этим материалом очень трудно что-то сделать. Барон Галактионов водил рейд, который завалил бывшую владелицу этой кожи, – всё-таки не выдержал и поделился информацией гвардеец.

– Вероятно, он убил её лично? – хмыкнула Катерина, проводя рукой в длинной перчатке по слегка шершавой поверхности.

– Не совсем так, – внезапно смутился лысый гвардеец, и перевёл взгляд на медоеда, который уже сидел на жопке и преданно заглядывал в глаза Анны Голдсмит, что стояла около фуршетного стола, закидывая ему в пасть вкусняшки.

– Сержант Затупок постарался, – также задумчиво ответил лысый.

– Кто? Что?! – удивилась Екатерина.

– Ой, извините, – пришёл в себя гвардеец. – Это неважно. Подарок внутри. Код на замке – дата вашего рождения.

Екатерина ввела. С тихим щелчком крышка откинулась, и все стоящие рядом ахнули от шока.

– Папа!!!

Опытный Истребитель, светская девушка, которая весь приём сохраняла невозмутимое лицо и держала себя в руках, ошеломлённо посмотрела на отца.

– Секундочку, господа! – Иван Сергеевич поставил бокал, и быстрым шагом подошел к дочери, чтобы заглянуть в сундук.

Там, в надёжных креплениях, лежало два предмета – новенькие ножны, искусно сделанные из такой же кожи, как и сундук, и старый, но начищенный меч… родовой меч Андросовых. Давно утерянный меч…

* * *

Хозяин гостиницы, старый немец, с болью в глазах проводил меня при выселении, ещё несколько раз извинившись. Обычно тихая гостиница серьёзно пострадала в тот момент, когда на меня покушались незадачливые убийцы. Причём я старался быть аккуратным – Кодексом клянусь! Это всё эти рукожопы – то гранату кинут, то заклинание применят. Надеюсь, страховка покроет разрушения трёх номеров, из которых меня один за другим переселяли. Да и вообще я считаю – отели нужно строить из негорючих материалов.

А так всё было мило и хорошо. Я крепко высыпался в течение пары суток с краткими пробуждениями только лишь для того, чтобы ликвидировать очередного идиота, который покушался на мою жизнь. Ну, соответственно, еще я узнал, как идут у меня дела в именит, в основном, через Анну. Еще успел побеседовать с Волком. А ещё был странный звонок от Долгоруковой, которая хотела точно знать, что со мной всё в порядке. Странная девушка…

Анна всё-таки слетала в Париж, и попала на аукцион. И этот аукцион мог бы нас реально обогатить. В процессе торгов цена на шахтёрскую Камасутру увеличилась. В переводе на имперские рубли до цены почти в 5 миллионов. Связи со мной на тот момент не было, и Анна уже вытирала платком слегка вспотевшие руки, как тут на сцене возникла небольшая заминка. Распорядитель объявил, что лот снимается с торгов, так как он признан небезопасным для жизни людей, и нужно провести более тщательное расследование.

Ох, как ругалась и матюкалась приличная еврейская девушка. Поставила на уши весь аукцион, однако процедура была процедурой. Неизвестно, почему это было решено прямо в середине аукциона и лот вообще допустили до торгов. Анна предполагала, что это было сделано из благих намерений для защиты покупателя. Только с какой целью это было сделано – непонятно.

Учитывая, что аукцион проходил в Коронате, могли посодействовать местные. Хотя, что уж тут гадать. Как официальный полномочный представитель меня любимого, Анна расписалась в бумагах. Официальные лица её клятвенно заверили, что как только полное исследование будет завершено, ей тут же будет сообщено. Единственное, что она потребовала осмотреть камень на предмет подлинности.

И вот тут открылась интересная штука. Имеющая, практически, фотографическую память, девушка перед аукционом ещё более тщательно изучив фотографии, заметила, что изображение на камне отличалось от первоначального. При ближайшем рассмотрении она увидела, что там добавилось несколько картинок, где люди занимаются в противоестественных для человеческой физиологии позах сексом.

Брезгливо морщась, девушка попыталась разглядеть поближе, но на неё накатила брезгливость, и ей внезапно захотелось помыть руки с мылом. Два раза…

– Сколько людей, вы говорите, пострадали от этого артефакта? – она подняла голову и посмотрела на комиссара безопасности аукциона, который инициировал снятие.

Комиссар был, к слову, англичанином. Он посмотрел на девушку, которая сложила два плюс два.

– Сорок четыре человека, – слегка улыбнулся он.

И вот совпадение, на камне присутствовало ровно тринадцать новых сцен, в которых участвовало, в общей сложности, сорок четыре человека.

Анна поинтересовалась, может ли она снять с торгов, чтобы забрать этот камень себе. На что получила категорический отказ. Этот камень каким-то странным образом был признан опасным для всего человечества, и без экспертизы уже никак не обойтись.

Конечно же, мне первым делом вспомнился мой чудо-голем, который рисовал у себя на камне фигурки прибитых ассассинов. Но внутри того камня я не ощущал жизни, ведь я проверял. Тут два варианта – либо невнимательно смотрел, либо в тот момент у меня было слишком мало сил.

Ладно, проехали. Хотя пять миллионов чертовски жалко!

Ещё я обсудил с девушкой посещение Дня Рождения Андросовой. Проанализировав свои чувства, понимая, что я туда никак не успевал, я понял, что это доставило мне явное облегчение. Мне бы разобраться с теми девушками, что окружают меня. Хотя подколоть Андросова-младшего я всегда был готов. Да и вообще, не люблю я эти балы. С «невестой», подозреваю, я встречусь еще обязательно. Только место и повод выберу сам, потому что люблю контролировать ситуацию.

Честно говоря, я думал, что домой меня отправят быстрее. Но флот был при деле, а ближайший безопасный аэродром был как раз там, куда меня доставили. Правда, тут не было самолётов, а только станция дирижаблей. Но имеем то, что имеем.

Я немного расстроился, что не успел слить энергию в Печать из-за чрезмерной усталости и отсутствия концентрации. А сейчас делать это было уже поздно. Слишком много людей видели голубое кольцо. А если оно вдруг поменяется обратно на жёлтое? Начнут задавать странные вопросы. Насколько я знаю, в этом мире никому не удалось такое провернуть. Ну, кроме Архипа. Хотя тот сделал это явно не по своей воле.

Правда, лишняя энергия у меня была, и я немного поработал с теми Печатями, так сказать, наводя резкость и отшлифовывая энергетические каналы. В результате этого их работа стала почти идеальной. Вот что значит наличие свободного времени, которого в последнее время у меня катастрофически не хватало.

И вообще, где тот самый обещанный отдых? Пока я его не чувствовал. После восемнадцати лет скорость жизни ускорилась даже не в тысячу раз.

Две пересадки. И вот я уже, по прошествии трёх дней, выхожу на вокзале Иркутска, где меня встречают Волк… и почему-то Анна, и смотрят на меня они как-то странно.

– Что за херню вы мне хотите сказать? – нахмурился я.

Волк потупился. Анна же всегда считала, что лучшая защита – это нападение.

– Почему «херню»? А где же «здравствуй, дорогая»? Где приветственный поцелуй?

– Здравствуй, дорогая! – машинально махнул я. – Приветственный поцелуй будет после того, как ты мне все расскажешь.

Анна тяжело вздохнула и покосилась на Волка, который чувствовал себя очень неудобно – на нём лица не было.

– Если что, Волчара не виноват, – вступилась девушка за начальника гвардии. – Учитывая, что я оставалась за старшую в твоё отсутствие, то приказы ему тоже раздавала я.

– Да вашу ж мать! – не выдержал я. – Что произошло? Не тяните кота за яйца!

– Я тебе не всё рассказала об окончании дня рождения Андросовой.

– В смысле, не всё? Что там ещё могло бы случиться?

– В общем, – девушка замялась, – Екатерина настолько была впечатлена подарками и вниманием с твоей стороны, что официально и во весь голос объявила тебе благодарность. А также ляпнула, что помолвка княжны Екатерины Андросовой и барона Александра Галактионова официально подтверждена. И что в ближайшее время они, – тут она сбилась, – то есть вы… объявите дату свадьбы.

Кажется я нечленораздельно зарычал. Я хотел что-то сказать, но получилось только зарычать.

– Где Андросов?! – повторил я, прочистив горло.

– О, Андрей передавал тебе привет. И с глубоким сожалением сказал, что у него появились кое-какие срочные дела, и он еще немного побудет в имении у батюшки.

– Хитрожопый засранец! – с восхищением сказал я. – А что Андросов-старший?

– О, это нужно было видеть! Величайшего Лекаря Российской Империи, способного лечить почти все недуги у других, хапанул сердечный удар прямо посредине зала.

– Надеюсь, обошлось без последствий? – нахмурился я.

Я реально не желал старому князю такой судьбы.

– Так рядом же с ним был Андрей, так что всё в порядке. Но сам факт, – Анна внимательно посмотрела на меня. – Кажется, шутка затянулась.

Я открыл рот, чтобы прокомментировать, но потом понял, что цензурных слов для этого у меня нет. А Анна – всё-таки девушка.

Так, чтобы выпустить пар, мне нужно срочно кого-то убить! Кого-то очень сильного!!!