Глава 18

Имение Вербицких,

где-то под Петербургом

– Он не берёт трубку, Геннадий Павлович, – доложила секретарша князю.

– Звони настойчивее. Он должен быть в доступе.

Пять минут ожидания, пока князь мерил шагами свой просторный кабинет, изредка прикладываясь к бокалу с коньяком, что держал в руке.

– Геннадий Петрович, дозвонилась!

Князь быстро вернулся в кресло и взял трубку стационарного телефона, сделанного на заказ из черной кости разломной твари.

– Алло, Игорь, ты там совсем охренел?!

– Дядя… – послышался недружелюбный и не очень здоровый голос одного из трёх Абсолютов Империи. – Ты выбирай выражения. Сейчас ты с Абсолютом Империи разговариваешь.

– Сейчас я разговариваю с бестолковым племянником, с которым творится чёрт знает что в последнее время!

– Ты ничего не знаешь, дядя, – начал возражать Игорь, но князь его перебил.

– Я всё прекрасно знаю! В последнее время у тебя всё идет наперекосяк! Я уже не говорю о твоих профессиональных проблемах! Ты почти месяц не можешь закрыть второй радужный Разлом. И слухи об этом, уж поверь мне, расползлись по всей Империи! Хорошо, что сейчас Пушкина в столице нет. Но до меня дошли слухи, что Потёмкин планирует туда Алексеева отправить. Самого молодого имперского Абсолюта хотят отправить вместо тебя. Ты представляешь, какой это позор для Рода?!

– Да мне насрать на Род, – уныло проговорил Игорь.

– Что?!! – завопил старший князь. – Тебе насрать на Род?! Ах ты, щенок!!! Да как ты смеешь?! Ты всему обязан Роду! Понимаешь? Всему! Ты не представляешь, сколько усилий стоило замять ту историю с Глыбой!

– Дядя, я Абсолют, и не нуждался в помощи.

– Да, ты Абсолют. Вот только трус и подонок никому не нужен в Империи! Ты понимаешь, что в тот момент ты был на грани?! Император пересмотрел своё отношение, и он реально хотел тебя покарать!

– Да это всё слухи, дядя…

– Слухи?! Ах, ты скотина!!! – завёлся он.

– Так, дядя, хорош уже. У меня болит голова, я не сплю уже которые сутки.

– Да, и об этом я тоже знаю! Как и про проблемы с потенцией. Что с тобой творится, Игорь? До меня доходят странные сведения, что ты уже обратился к психиатру.

– Врут! – тут же быстро ответил Игорь, и по его тону князь понял, что нихрена они не врут.

Он сделал два глубоких вдоха-выдоха, намахнул полупустой стакан дорогого коньяка, и постарался успокоиться.

– Ладно, я тебе звоню не для того, чтобы поучить тебя жизни. Пока. Время пришло. Помнишь, я говорил о том «перегрузочном» Разломе, куда должна была попасть Андросова? Так вот, она туда зашла. Вот только есть один нюанс. И, судя по тому, что я слышал, эта информация тебя должна подбодрить. Вместе с ней туда зашёл Галактионов со своей гвардией. Действуем так, как договаривались. Но только ты имеешь возможность убрать этого идиота так, что никто не подкопается.

– Я не могу сейчас, дядя. Никак не могу.

– Что?! – снова заорал Вербицкий. – Ты боишься этого баронишку?

– Причём здесь «боишься»? Этот юнец борзый, да, но где он, а где я? Даже не смешно. Я реально не могу. Только позавчера вышел из Разлома. И потерял одного из своей Звезды. И сам еле унёс ноги. Я выжат, как лимон, дядя, и мне нужно время, чтобы восстановиться. Да и вообще… – Абсолют Вербицкий вспомнил, что лучшая защита – нападение. – Нахрена мне нужна эта дефективная? Её даже трахнуть нельзя.

– Трахнуть? И это говоришь ты? Ты можешь трахать кого угодно, когда угодно, и как угодно. Андросова нам нужна для усиления нашего Рода, и увеличения влияния на её отца. Я же тебе, идиоту, сто раз объяснял! Ты заходишь, спасаешь, все довольны, забывают старые обиды, и вы играете свадьбу. Да, и пусть она дальше лазит по своим Разломам. Даже если ты не захотел бы брать её в свою пятёрку. Ну сдохнет, так и ладно. Союз Родов – намного важнее. Ты ведь помнишь? Мы же с тобой сто раз это обсуждали!

– Сейчас я не могу, дядя. Физически не могу, – продолжал настаивать на своём Игорь. – Всё, пока.

И он бросил трубку.

– Да как так-то?!! – заревел князь Вербицкий, схватил бутылку, и швырнул её в дорогое зеркало из разломного хрусталя.

Зеркало со звоном рассыпалось, как и тот миллион рублей, который он потратил за него на аукционе. Но Вербицкому было не до того. Он чувствовал, что терял контроль над ситуацией. Когда-то, когда у него в Роду появился Абсолют, он понял, как устраивать дела в этом мире, и продвигать своё влияние. Он сделал многое, даже устроил несчастный случай со своим родным братом – отцом Игоря, который «не так» влиял на воспитание сына. Вот только этот Абсолют оказался сильным внешне, но очень хрупким внутри. С его непомерным ЧСВ, он не выдержал испытание «медными трубами».

Раздался звонок по телефону.

– Князь Андросов на проводе, – доложила секретарь.

Князь Андросов… Ну, по-хорошему не получилось, значит, будет по-плохому. У хорошего интригана всегда есть план «Б», и «В», и «Г» тоже.

* * *

– Стоять, никому не двигаться! – я поднял предупреждающе руку над головой, останавливая своих бойцов, которые сильно оживились, увидев живого противника.

Да, пусть у них не было сейчас огнестрельных ништяков, которыми в обычном своем «мирском» существовании они были обвешаны, как ёлка игрушками, но большинство из них владели дистанционными техниками. А ещё у них были арбалеты – вполне технологические, которые обошлись мне в кругленькую сумму.

Судя по противостоявшим нам монгольским «нетоварищам», со снарягой у них было похуже. Но зато их было раз в пять больше.

Я убрал Аквилу в ножны и пошёл вперёд, миролюбиво подняв обе руки над головой. Конечно же, до этого напитав свой доспех до предела.

– Здравствуйте, уважаемые, – легко кивнул я. – Какими судьбами?

– Шакал ты, и ишак тебе уважаемый, а не доблестные воины хана Батыя Четвёртого, владыки степи и повелителя молодых кобылок.

Я хмыкнул. Монгольский язык у меня был не в приоритете. Интересно, о каких кобылках велась речь?

Моя ухмылка не ускользнула от внимания узкоглазого вожака, и тот тут же взъерепенился.

– Эй, чё начинаешь, а?! Ты чё лыбишься, ишак? Воины хана сейчас поимеют тебя и твою женщину!

– Неужели? – недобро продолжал улыбаться я.

– А ещё всех твоих ишаков поимеют! – он провёл рукой, охватывая всех моих улыбающихся бойцов.

Я смутился и повернулся.

– Никто в монгольском не разбирается? Он реально сказал «поимеет»?

– Так и есть, командир, – кивнули сразу двое из моих бойцов.

Неудивительно. Монголы всегда были теневыми врагами Империи, а спецназовцы часто действовали на их территории, так что язык потенциального противника знали.

Я повернулся и хмыкнул.

– Слышь ты, дегенерат, «имелка» у тебя ещё не выросла.

– Александр, отойди. Мне кажется, эти степные уроды слишком много о себе возомнили, – Катя выступила вперёд.

Я сразу запротестовал.

– Эй-эй, стой! Даже не думай! Не вздумай применять против них свою Дар.

– Я и не собиралась, – пожала плечами Катя. – Я же не дура. Так, немножко шугануть. Кроме моего прикосновения есть ещё много интересных вещей.

– Да, я видел эти «интересные вещи», – сказал я. – Но пока… нет.

Сзади что-то заверещал узкоглазый, но активных действий не предпринимал.

Я прислушался.

– Последнее предупреждение! Слишь, сложите оружие и идите с нами, на! Мы обещаем вам гуманный суд нашего повелителя.

– Минуточку, – нахмурился я. – Какой суд? Ханство и Империя же не воюют. А мы сейчас Истребители, встретившиеся в Разломе. Мы должны оказывать содействие друг другу.

Мои слова вызвали весёлый смех.

– Последнее предупреждение, ишак! – ощерил неполнозубый рот первый.

Как он достал меня этим «ишаком»!

– Сорян, сержант, – посмотрел я вниз на Затупка. – Но тебе пора на боевое задание. Родина зовёт!

В этот раз не было времени эффектно раскручивать медоеда за хвост над головой, поэтому я просто схватил его за шкирку и кинул в морду вожаку монгольской бригады.

Секунда, и монгол остался без головы. Да, похоже, он был неплохим Одарённым. Я даже почувствовал, что он предусмотрительно поставил доспех. Вот только сержант Затупок тоже был не пальцем деланный. А ещё он имел неограниченный доступ к моей силе и зачерпнул, как всегда чуть больше, чем требовалось. Нет, не от природной жадности. Жадность ему была неведома. Скорее, от природной тупости.

Когда он махнул напитанной лапой, голова у монгола взорвалась, как натуральная кровавая граната, забрызгав всех его подчинённых за спиной. Затупок же, используя уже начавшее оседать на землю безголовое тело, как трамплин, оттолкнулся задними лапами и прыгнул вперёд в самую гущу врагов. Оттуда послышались ругань и крики боли.

Второй раз Затупок промахнулся, и ни к кому не запрыгнул на плечи. Он упал на землю, и просто начал отрывать то, до чего мог дотянуться – нижние конечности бравых монголов.

– Огонь! – кивнул я.

Залп арбалетов снёс первые ряды монголов. Парочка наиболее сильных сдержала недешёвые магические болты своими техниками, а я махнул рукой.

– Отходим, быстро!

– Но… – открыла рот Катя.

– Я сказал – быстро!

Мои гвардейцы, в отличие от Катерины, знали, что спорить со мной бесполезно и, на ходу перезаряжая арбалеты, побежали в указанную мной сторону.

– Но твой медоед! – открыла рот Катя, но всё же побежала впереди меня.

– А что медоед? Сержант пал смертью храбрых, переколошматив, как минимум, дюжину врагов.

– И ты так просто об этом говоришь? Твой уникальный питомец только что погиб!

– Подумаешь… Ему не впервой, – хмыкнул я, заслужив странный взгляд.

Сержант Затупок и вправду пал смерть храбрых, и сейчас валялся, высунув язык, всячески изображая павшего героя. Монголы же потратили достаточно много сил, чтобы прибить наглую зверюшку, и только сейчас с воплями и криками бросились за нами в погоню.

А ещё я увидел, что к этой полусотне (ну, точнее, уже после встречи с Отморозком – примерно четырём десяткам) присоединяются ещё их товарищи, прибегающие из двух открытых Разломов. Но вот только для них был сюрприз. Я почему начал убегать, и почему именно в эту сторону? Потому что из четырёх других Разломов, которые вели совсем не в наш мир, из них сейчас вываливались иномирные твари – злобные и, кажется, очень голодные.

– Куда мы бежим? – спросила у меня Катерина.

– Как куда? Туда, за чем пришли. За ценным лутом. Вот только немного другой дорогой.

– А откуда ты знаешь, где этот «ценный лут» лежит, и какая ведет к нему дорога?

– Вот так взял и рассказал тебе все свои секреты, – хмыкнул я. – Поверь мне, дорогая, просто поверь. Привыкай к этому слову. Если собираешься со мной сотрудничать, то эта просьба от меня будет частой.

– Вот ещё… Сотрудничать… – хмыкнула Катя.

Но я видел, что это было скорее по привычке, чем от конкретного протеста. Всё-таки, она была умной девушкой и примерно могла оценить мой потенциал, даже по косвенным признакам.

– Возможно, нам нужно выйти из Разлома, переждать всё здесь происходящее, и зайти снова? – выдвинула ещё одну теорию Катерина.

И снова я одобрительно кивнул. Всё правильно. Опытные Истребители, как и опытные Охотники, долго и счастливо живут исключительно потому, что трезво оценивают свои силы и возможности. Отступить, дать местному трындецу закончиться, и зайти обратно – решение грамотное. Вот только никуда мы выйти уже не можем.

– Окно Разлома, через которое мы зашли, превратилось в какую-то херню. Сейчас он стало похоже на каменную преграду, по которой идут волны, – постарался я описать Андросовой ту картинку, что показал мне Шнырька.

– Чёрт меня дери, перезагрузка! – скривилась Катерина. – Кажется, нас кто-то подставил!

– Перезагрузка? – удивился я. – Что это такое?

Я реально с этим никогда не встречался.

– Такое бывает. Есть нестабильные Разломы, которые исчезают в одном месте, и появляются в другом. А есть Разломы, которые пытаются перезагрузиться, но что-то у них не выходит. Как правило, они подвисают на некоторое время. Вот только внутри них происходит чёрт знает что, – Катя хмурилась, что-то припоминая. – Причём, как правило, это происходит через определённые промежутки времени. Если отец получил данные об этом Разломе, то сведения о том, что он перезагрузочный, должны были быть, и время перезагрузки тоже указано.

– Кажется, кто-то намеренно утаил эту информацию. Какая неожиданность, – хмыкнул я, махнув рукой. – Привал.

И плюхнулся на камень, доставая водичку.

– В мире аристократии кто-то подставил твоего батюшку, личного лекаря Императора. Какая неожиданность!

– Галактионов, я тебя попрошу! – голос Кати настроился на серьёзный лад.

– О чём ты меня попросишь? Не говорить правду об аристократических интригах, и что я о них думаю? Хорошо, я не буду говорить об этом. Давай поговорим о чём-нибудь другом.

Катя прищурилась, ожидая ценных указаний. Я обернулся. Мои ребята уселись, как всегда подальше, дав нам возможность поговорить.

– Слушай, я, конечно, понимаю, с твоим Даром с мужчинами у тебя никак. Но как ты свои сексуальные вопросы решаешь? Когда ты к себе рукой прикасаешься, сама у себя силы не вытягиваешь?

– Ах ты ж! – Катя размахнулась и решила влепить мне пощёчину, разом позабыв про опасность.

Я же с улыбкой перехватил её руку, и продолжал весело наблюдать за её выражением лица. Злость у неё мгновенно сменилась ужасом, когда она поняла, что натворила. Она тут же попыталась выдернуть свою руку, но не тут-то было. Я держал её крепко. Ужас сменился непониманием. Она широко распахнула глаза.

– Но как ты…

– Честно? – сказал я. – С трудом.

И отпустил её руку. Действительно, я проделал это с большим трудом. Моё нынешнее тело использовало почти весь свой потенциал, чтобы удержать мою душу внутри себя. Мне бы моё тело из прошлого мира, я бы вполне смог заняться с Катей сексом прямо сейчас. Ну, конечно, если бы она этого захотела.

Девушка раскраснелась, и выглядела очень привлекательно.

Так, стоп, Сандр! Понятно, что у тебя давно не было женщины, но не настолько же…

В общем, ощущения были неприятные, но вполне контролируемые.

На Катю же больно было смотреть. У неё только что треснул весь мир. Она не понимала, как это так – человек, с которым она только что соприкоснулась, остался живым, и при этом еще улыбался.

Как ей объяснить, что если проводить аналогию, то это примерно так, как пятнадцатитонный кран хочет поднять корабль весом в десятки раз превышающий его грузоподъемность. Единственное, что кран может сделать – выдернуть какую-нибудь плохо прикрученную штуку.

А ещё у него может к хренам поломаться стрела или сдохнуть двигатель. Да, при длительном контакте могла поломаться сама Катя, так что я особо долго контакт не держал.

Но зато, в этот момент, я сделал это не просто для того, чтобы показать Кате, кто здесь папка. В основном я это использовал, чтобы быстро провести сканирование её хранилища душ. В нём было семь человеческих душ, которые наверняка доставляли Катерине дискомфорт, ведь внутри неё им совсем не нравилось. А она, подозреваю, понятия не имела, что они там есть, и что с ними делать.

Ну, с этим я как раз могу помочь. Но основная идея не скинуть этот болезненный балласт, а научить девушку его не собирать заново. Опять же, я не был специалистом, но алгоритм был примерно понятен. Если у меня всё получится (если я вообще захочу этим заниматься), то Катя сможет стать первоклассным убийцей, а души будут пролетать через неё со свистом, отдавая часть своих сил, очищаясь и улетая на перерождение, или куда там ещё. Но здесь предстоит много работы, очень много работы.

– Как ты смог? – Катя всё недоумевала.

– Потом расскажу. Я же тебе говорил, что я чёртов гений. Ты, смотрю, не восприняла мой посыл всерьёз.

– Да как это вообще возможно?

– Так, хорош! – сказал я. – Много вопросов, – я быстренько заглянул через Шнырьку. – Там наших узкоглазых друзей немного проредили, и сейчас их гонят в нашу сторону, – я повернулся к бойцам. – Приготовиться! На двенадцать часов порядка трёх десятков монголов. Но не торопитесь стрелять. Не они наши проблема, а те, кто гонит этих бедолаг прямо на нас.

Имение Андросовых,

город Иркутск

– Господин, нас атакуют, вставайте! – посреди ночи в дверь забарабанил начальник личной охраны Андрея Андросова, что был пристален его отцом.

– Света, просыпайся!

Княжна Морозова быстро выскользнула из-под одеяла. Гвардеец тактично смотрел в сторону, но видно, что он был сильно напряжён.

На улице раздавались взрывы.

– Кто это, Сергей? – спросил Андросов, быстро одеваясь.

– Без понятия. Они без опознавательных знаков, но подготовились крепко. Похоже, там даже тяжёлая техника. А учитывая, что мы находимся в городской черте, и я ещё не вижу полицию, значит люди они не простые.

– Насколько всё плохо? – спросил Андрей.

– Я не знаю. Пока держимся.

– Можешь поворачиваться, Сергей.

Светлана была уже полностью одета, и перехватывала резинкой свои волосы в хвостик – так, как она всегда тренировалась или ходила в бой.

– Я взял на себя смелость связаться с вашим отцом. Он уже звонил вам, но телефон отключён.

– Да? – Света быстро схватила свой телефон, что стоял на беззвучном. В нём как раз был вызов. – Да, отец?

– Светлана, что происходит?

– Я не знаю. Я сейчас у Андрея. Какие-то люди штурмуют его усадьбу.

– Какие у вас силы?

– Ваше Высочество, у нас здесь четыре десятка человек без тяжёлого оружия, – вмешался по кивку Андросова его начальник гвардии. – Только у наступающих, похоже, это оружие есть.

– Вы что там, в вашем Иркутске, вообще охренели?! Тяжёлое оружие в городе, без объявления войны? Андрей, ты мне что-то недоговариваешь?

– Никак нет, Ваше Высочество. Я без понятия, что это. Сейчас попробую связаться со своим отцом.

– Бесполезно, он вне зоны доступа. Прямо сейчас я звоню в имперский гарнизон. Скоро будет подмога.

– Минуточку, князь, – перебил его Андросов.

– Что?

– Там что-то говорят по громкоговорителю.

Он прислушался. Выстрелы снаружи прекратились.

– Внимание! Вы окружены. Сдавайтесь, и никто не пострадает. Нам нужен только княжич Андросов. Княжич, вам не будет причинён никакой вред. И да, княжна Морозова может выйти прямо сейчас, и проследовать в любом нужном ей направлении. Вы не являетесь стороной конфликта, и мы приносим извинения за доставленные неудобства. Предлагаю прекратить бессмысленное сопротивление и сдаться. Повторяю – нам нужен только княжич Андросов, которому мы гарантируем полную неприкосновенность. Нам нужно всего-навсего перевезти его в безопасное место и поговорить.

– Папа, ты это слышал? – спросила Светлана у трубки.

– Да, я это слышал. Ублюдки знают, кто такие Морозовы и, походу, обсираются, – Светлана невольно поморщилась, ведь с ее милого батюшки сейчас слетел весь покров цивилизованности, и наружу вылез старый имперский волчара, что долгие годы сдерживал дальние рубежи Империи, возглавляя 1-ю гвардейскую армию Его Императорского Высочества. – Андрей, ты здесь?

– Да, здесь, Павел Константинович!

– Андрей, без обид. Отпусти Светлану. А сам выбирай одно из двух – или сдавайся, или попытайся сопротивляться. В любом случае, я обещаю тебе свою поддержку. В ближайшее время попытаюсь поставить кого-нибудь из своих под ружьё, и прийти к тебе на помощь.

– Папа! Я не брошу Андрея ни в коем случае, ты что такое говоришь? – вскинулась Светлана.

– Твой отец прав, – сказал Андросов. – Любимая, выходи. Я сам справлюсь.

– Слушай своего жениха, женщина! – вскипел Морозов-старший.

– Нет! Вы оба несёте чушь! – закричала Света. – Я останусь здесь, и мы будем сражаться. Правда, Андрей?

– Правда, любимая.

– Твою мать! – раздался очень скорбный, и очень расстроенный голос Морозова-старшего. – Какие же вы дети! Гвардеец, ты здесь?

– Так точно, Ваше Высочество.

– Береги их, подмога скоро будет. Да, я знаю, что ты не мой гвардеец, а гвардеец моего друга князя Андросова. Но если с княжичами что-то случится, уж поверь, я тебя достану.

– Папа, зачем ты… – начала Света.

Но гвардеец просто кивнул.

– Принято, Ваше Высочество. Они будут в порядке.

– Я очень рассчитываю на это, гвардеец, – ответил князь. – И в случае, если ты сдержишь слово, поверь, моя благодарность будет безмерна. Света, Андрей, держитесь подальше от боя.

– Отец, мы взрослые люди, поэтому пока!

Света потянулась и бесцеремонно нажал «отбой».

Андрей весело на неё посмотрел.

– Вместе до конца?

– Вместе до конца, любимый, – сказала Морозова. – А ты чего хмуришься?

– Да вот, в процессе хотел Саню пригласить на вечеринку. Ведь если бы я этого не сделал, он бы мне это обязательно припомнил.

– И что? – с некоторой надеждой в голосе, помимо воли, спросила Светлана. Иметь под боком Галактионова, как она уже поняла, это почти стопроцентный шанс на успех, практически, в любом деле.

– Абонент – не абонент. Похоже, он в Разломе.

– Ну что ж, тогда справимся сами, – она быстро поцеловала Андрея в губы, и перехватила свой меч.

Волосы её вспушились, как всегда было в первые секунды постановки духовного доспеха. Кажется, даже глаза у неё засветились внутренним огнём.

– Ну что, Сергей, рассказывай откуда они лезут? – повернулась она.

– Но, Ваша Светлость…

– Давай без «светлости», Сергей. Сейчас здесь я самый сильный боец, и все об этом знают, – она повернулась к Андрею, и подмигнула. – А ты сделай так, чтобы «твоя любимая попка» осталась в целости и сохранности. Сегодня тебе придётся прикрывать мой тыл…