Глава 17

У меня было достаточно времени оценить Катю, как бойца и не только, пока мы проходили этот Разлом. Она оказалась довольно интересной в плане своих способностей. Первичная оценка была не совсем точной. Если я сперва думал, что ее Дар схож с моим, то теперь точно знаю, что это не так.

Она не складирует души, и даже не собирает их. Это что-то другое, и не совсем история из моего прошлого мира. Я бы даже сказал, что у нее Дар первостихий или что-то в этом роде. Она близка к смерти, однозначно являясь при этом живой.

Думаю, что если она сможет взять под контроль свой Дар, то сможет в будущем лечить. Но не так, как все остальные Андросовы, нет… Далеко не так… У нее будет узкий спектр лечения, и довольно редкий. Например, вылечить проклятие или порчу. Да-да, такое тоже существует и довольно часто использовалось в прошлом мире. Хотя и в этом тоже. Аристократы немало денег тратят на защиту и артефакты, что считается особо действенным против этой гадости.

С другой стороны, тут еще играет большую роль Дар у «задетого» человека. Чем сильнее Дар, тем быстрее он сжирает порчу. И действительно большие проблемы они могут доставить только простым людям без Дара и способностей.

Вся специфика Дара Катерины заключалась сейчас в том, что она временно забирала в плен души и выпивала эманации смерти, которые испускал человек или существо перед кончиной.

Неплохой Дар, и душам не вредит. Даже можно сказать, очищает их, делая чище перед отправкой дальше. Ну, а что при этом человек помирает? Так-то побочный эффект «лечения души». Зато там, на небесах или в другой жизни спасибо скажут. Ха-ха! Но при этом они будут все равно сопротивляться, ведь очищение – это боль для душ, и им это не нравится.

А вот это самое «очищение» – даёт Катерине силы, и хорошо дает! То есть она перерабатывает боль и страдания, «забирает» их и превращает в чистую энергию, которая усиливает её саму.

Если с иномирными тварями всё происходит легко и просто – очищение, усиление и «лети птичка в свой загробный мир!», то с людьми у неё возникают проблемы. Так просто человеческие души не очистишь, ей бы Учителя толкового, вот только, похоже, в этом мире считают этот Дар проклятием и воспользоваться им никто не умеет. Вот и страдают. Нужно подумать, короче. Крепко подумать!

А вообще… Гхм… А ведь Катя-то получается в перспективе натуральная ИМБА! В этом мире привыкли письками меряться, в смысле – «видимым и осязаемым». То есть физические драки, силовые техники и вот это вот все. И в почёте – силовые «решалы».

Тех же, кто наводит порчу, проклятие и прочую лабуду, во-первых, ненавидят, а во-вторых – боятся! И противодействия им почти нет. Даже Лекари не всегда могут справиться с насланным проклятием, особенно, когда оно поражает душу. Хотя нет вру… Читал что порчи выжигают силой, вот только лечить укус комара раскаленной кочергой через задницу – такое себе… А вот Екатерина… Она просто «сожрет» проклятие, усилиться а затем сожрет и незадачливого автора проклятия! Очень удобно иметь такую рядом с собой… Так, стоп, Сандр! Не торописька! Размечтался тут…

– Сейчас бы ризотто… – вздохнула девушка, присаживаясь на камешек.

– Ага! – не мог не согласится с ней. – Вискаря со льдом тоже не помешало бы.

– Пффф… – наморщила он свой носик, – шампанского холодного…

О том, что сейчас бы еще провести ночь с одной или двумя прелестницами, я решил не говорить. А то вдруг захочет меня прибить. Конечно, я ничем ей не обязан, но ведь женщины очень нелогичные существа. Да и не выйдет у нее ничего. Не хочу разрушать ее мир и показывать, что не способен умереть от ее Дара.

Отдых проходил нормально, и без проблем. А иначе и быть не могло, ведь его организовал я.

Шнырька все разведал, и я скомандовал привал, давая возможность бойцам и девушке отдохнуть. Лично мне было скучновато, хотя должен согласиться, что Разлом интересный, но не настолько, сколько ожидается от следующего. Того самого, который ее отец подготовил для нас.

Этот же Разлом сейчас был полон всяких зверо-людей. Одни летающие, другие бегающие, были и плавающие, а вот ползающих еще не видел.

Ничем особым они не выделялись, кроме сильного тела и злобного внешнего вида. Встречались и такие, которые были подобны ящерицам и имели зеленую чешуйчатую кожу. Одного завалил, который напоминал лохматого вепря с такими же клыками. Странно это… Обычно – один Разлом – один вид тварей. Ну, хорошо, два, три… А тут прямо зоопарк какой-то!

Убивать их было легко, так как очень мало интеллекта было в их башках. Жизнь в пещерах не шла им в радость. Сама локация тоже заслуживала отдельного упоминания.

Все думают, что это пещеры, но это лишь частично так. Если мы пройдем еще около километра, то выйдем в лесочек, который появился среди непроходимых гор, и там тоже есть спуск в другую пещеру. Еще есть подземная река, в которой плавают странные твари, похожие на русалок и акул. Такая себе смесь странных любовных отношений.

– Александр, вы не хотите немного отдохнуть? – подошел ко мне один из гвардейцев, и указал на миниатюрный лагерь, который они разбили.

В лагере пылал костер, на котором уже стоял чайник и заваривался ароматный кофе. Люди перекусывали тем, что взяли с собой, и просто отдыхали.

Видно разницу наших походов. Для меня это словно я возвращаюсь домой, Разлом – мой дом родной. А остальные напряжены, и внимательно следят за каждым шорохом.

– Спасибо, но я не устал, – поблагодарил бойца. – Вы лучше отдыхайте, а я пойду на разведку, и скоро вернусь.

– Один? – не понял он, шучу я или нет. – Не положено, как бы… – замялся гвардеец.

– Отдыхай! – похлопал я его по плечу и, развернувшись, зашагал прочь.

– Подожди, я с тобой! – окликнула меня девушка.

Еще одна беда на мою голову. Как же я привык в Разломах делать то, что мне хочется, и не возиться с лишним грузом.

– Тоже отдохни, – проигнорировал ее желания. На удивление, девушка послушалась. Не всё так плохо!

Но один товарищ со мной все же отправился. Тяжело было отказать Затупку, он и так тупой, да еще и упрямый.

Кстати, вел он себя сегодня супер-культурно, чем порадовал. Но думаю, все равно придется краснеть за него, не может быть все идеально.

На разведку пошел не зря, так как Шнырька доложил мне о проблемах. В нашу сторону двигался большой отряд зверо-людей, похожих на волков.

Я по доброте душевной, а еще своей природной алчности решил отправиться сам. Таким своим деянием я дам людям время отдохнуть, а еще получу всю энергию себе. Да, вместе с несъедобными зверо-людьми были их питомцы – похожие на волков, вот их-то души я с удовольствием «скушаю».

Встречать всех решил по-хитрому, хотя мог и в лицо, но нужно не сильно испачкаться, ведь я сегодня с девушкой. Как же было хорошо одному ходить по Разломам.

Дабы не работать самому, я забрался на выступ так, чтобы меня не могли легко достать. Затем накинул на проход иллюзию, и теперь вместо него все будут видеть сплошную стену. А на стену накинул другую иллюзию, но уже прохода. Перед ненастоящим проходом оставил стоять Затупка, который так и не понял, что он приманка. Но думаю, что ему плевать на все это.

Сидит на жирной жопке довольный медоед, отчего только непонятно, и лижет камень, который лежит перед ним.

А я лишь качаю головой, глядя на эту картину.

– Лицо Рода, сука…

Нализавшись камня, он вдруг чихнул, и ударился об него носом, и конечно сразу подумал, что это камень виноват. Убивать камень он не стал, но наказать, по его логике, требовалось. Как итог… камень был обоссан.

Через минуту появились враги, и тут ему уже было не до камней, хотя он и выискивал следующий, который хотел облизать или обоссать, так я и не понял.

Они ворвались, на задних лапах, вполне по-человечьи, а вот морды у них были уже волчьи.

Затупок обрадовался новым «друзьям» и что-то весело улюлюкая, побежал к ним. Но они не оценили его дружелюбие, и не стали останавливаться всей толпой, а подумали, что двоих сотоварищей вполне хватит. Ну и несколько ручных тварей. При этом я не видел, чтобы они общались между собой, возможно у них есть легкая телепатия стаи.

Пупсик обиделся при виде того, что вся толпа пробегает мимо, огибает его, и бежит прямо в стенку. У него от удивления аж глаза вылезли из орбит, он же считал себя сильнейшим и непобедимым.

А тут его прямо таки облили презрением. Первый волчара, прибежавший к нему, умер от разрыва пасти. Медоед своими лапами сразу разорвал ее. Второго он ударил в живот, пробил его, и зацепившись там за внутренности, потянул их на себя. Волчара в агонии лупил его своими когтистыми лапами, а медоед смотрел на него, как на гав**о. Если бы он умел говорить, то уверен сказал бы – «И это ты называешь ударом, поц?»

Затупок презрительно ухмыльнувшись, нанес свой удар, при этом держа врага за внутренности.

Что я могу сказать… Размотал он волчару… В прямом смысле этого слова.

В то время за его спиной тоже было интересно. Волко-люди добежали до стены и… некоторые убились об нее. Бежали быстро и резво, были полностью расслаблены, и вышло так, что просто сломали себе шеи.

Конечно, всех таким способом не убить, но тоже неплохо. А чтобы битва была точно выигранной, без потерь для моего внешнего вида, а точнее, модного спортивного костюма, что всё еще оставался сравнительно чистым, я призвал на помощь пещерного медведя.

Когда он зарычал на всю пещеру, я вначале испугался, чтобы мои не рванули сюда, но все было в порядке. Шнырька мне показал, что они даже не услышали.

Медведь и Затупок быстро разобрались с врагами, но их было мало, не больше тридцати штук. Еще и такие нежные, умирали от одного удара лапы.

Шнырька за это время нашел, откуда они прибыли, и как оказалось, есть логово, в котором около сотни голов. Сотня голов, конечно, могут доставить проблемы. Я обратил внимание на своего израненного мишку, который был еще жив, но ему было хреново, мягко говоря. Серьезных ран ему не нанесли, лишь царапины, но те начали гнить буквально на глазах.

Попросил мелкого проверить еще раз их логово и найти, что это за когти такие. Выяснилось, что они их смачивают в крови каких-то гусениц, которые обитают здесь. Для себя запомнил не подходить к ним без лишней нужды, а вот с логовом решил сразу разобраться, чтобы не ударили мне в спину.

Призвал трех каменных черепах, двадцать летучих мышей и пятнадцать змеек, а еще, как вишенка на торте, одного кислотного слизня. Затем вспомнил про крыс, у меня их дофига. Отправил и их сотню. Жаль, Одина не взял с собой – вот бы одноглазый сейчас повеселился! Завершил все тремя пещерными медведями.

Свою задачу я выполнил, и думаю, что лагерю мохнатых гавнюков наступит конец.

– Собери там все ценное, и сложи в мой рюкзак. Что не влезет, то сложи где-то у входа, – дал приказ Шнырьке.

– Ш-ш-ш-ш-шлушаюсь и повинуюш-ш-ш-шь! – появился рядом со мной Шнырька в темно-фиолетовом балахоне, который закрывал его мордочку капюшоном, и отвесил полупоклон.

Пока возвращался назад, то мониторил ситуацию с логовом, там все шло штатно. Зверо-люды умирали быстрее, чем моя армия.

Когда я вернулся на свою стоянку, там уже половина дела была сделана.

– Тебя долго не было, проблемы? – спросила нахмуренная Катя, и вопросительно посмотрела на меня.

Видно, что она не устала, ей просто здесь было скучновато. Конечно, я же не пускал ее в места, где было слишком опасно. И вообще, этот Разлом странный, что-то в нем не так. Слишком легкий, а приз сладкий. И до самого конца некоторые группы доходили, но алтарь так и не забрали, что вообще нелогично. Шнырька посмотрел туда лишь мельком, в своем быстром рывке, ведь далеко было, а лишнюю энергию тратить не хотелось. Все равно, по ходу дела, дойдем.

– Никаких проблем, там все чисто, – с улыбкой отвечаю ей и подаю руку, чтобы помочь встать.

Вот только я забылся. Она только с иронией на меня поглядела.

– Тогда стоит завершить привал, и дальше выдвигаться. Не хочется здесь оставаться на ночевку.

– Почему это? – удивленно выпучил я глаза. – Боишься замерзнуть? Так я могу согреть, не переживай.

Девушка оценила шутку, улыбнувшись.

– Боюсь… твой труп будет теплым первых пять минут, а дальше мне все равно придется остаться одной.

Какая она жестокая, и в сказки не верит. Ведь выпустила при отце силу, и я не умер. И даже не закашлял… Могла бы сообразить, что к чему. Или думает, что это отец заблокировал ее влияние, чем спас меня?

Все может быть…

Мы закончили привал, и двинулись дальше.

– Никаких проблем, говоришь? – хмыкнула она при виде растерзанных тел людо-волков.

– Так, а какие проблемы? Всего лишь маленькая кучка дефективов, не больше.

Ну, не мог я серьезно относиться к тем, кто сам убился об стену. Сюда бы Одина, и он в одиночку мог захватить весь этот Разлом. Но Один молодец! Он остался охранять поместье, я ему полностью доверяю. Такого малого, фиг, проведешь, а пока на нас никто не собирается нападать, он не теряет времени зря, и прокачивается в моем подвале.

Уже пришлось часть не особо интересных частей монстров тайно отвезти к Архипу. Он, слава Кодексу, не задает лишних вопросов и понимает, что есть темы, которые не стоит поднимать. И это было в первый раз, когда добро повез не я, а Волк. Справился он нормально, и теперь сможет постоянно выполнять эту функцию для меня. Специально звонил Архипу и узнавал, все ли в порядке. А то он тоже своенравный человек, и с кем попало дел вести не будет.

– Так и не было проблем, – даю ответ, переступая через волчару с порваной пастью и запахом аммиака.

Когда только успел Затупок? И какого размера у него мочевой пузырь? Может он как у Шнырьки – подпространственный и безразмерный? Какое-нибудь чёртово озеро мочи, что требует выхода через маленького медоеда? Да ну, нафиг!

Двигались мы плавно и размеренно. Битвы были короткие, и не слишком много встречалось врагов, так как мы зашли на территорию летающих существ, когда вышли из пещеры. Вот с ними, вообще, песня.

Убиваешь штук двадцать, а остальные сами разлетаются в разные стороны. Как в одном анекдоте, который я подслушал в Центре. Когда убиваешь одну муху, все улетают готовиться к похоронам. Юмор так себе, но под ситуацию подходит.

– Не вижу их, – сообщает Катя, готовясь применить одну из своих техник.

– Смотри внимательнее, они могут выскочить в любой момент, – говорю я, сдерживая улыбку.

Моя шалость напрягла всю группу, и они стали всматриваться в крону деревьев. Вся фишка в том, что эти летающие полу разумные твари имеют способности хамелеонов, и могут мимикрировать с поверхностью.

Вот теперь группа и шарахается каждого дерева, ожидая нападения. Только Андросова и Астахов выглядят спокойно – вот что значит опытные Исты. Мои гвардейцы-разломщики, не боясь никого из рода людского, всё ещё с осторожностью относятся к разломным тварям. И правильно делают – целее будут!

Не знают они, что эти твари за всю свою историю не теряли стольких своих собратьев здесь. Для них смерть десятка-двух – невосполнимая потеря, если учитывать, что их гнездо насчитывает всего полсотни.

При этом оно находится высоко в горах над одной из пещер. Вот пещера интересная, а гнезда нет. Шнырька показал мне, что там есть остатки от присутствия человека. Все стены расписаны магическими ритуалами, которые я не понимаю. Может техника и методика совсем другая, и я этого не знаю и не понимаю, или просто время уничтожило большую часть фрагментов, и теперь это все не имеет смысла.

Прошли мы лесок и направились в новую пещеру, которая у входа решила преподнести сюрприз.

– Подождите меня, – останавливаю отряд, и захожу первым.

Как же все охренели, когда в тот же миг меня проглотила здоровенная пасть змеи, которая растянулась на весь проход.

– Командир!!! – услышал я крик своих гвардейцев.

Вот что вы кричите? Мало того, что спасать надо, так еще криком созывают всех тварей с округи. Нужно будет поработать с ними над этим моментом. Конечно, это замешательство не длилось долго, но и его может хватить в другой ситуации.

Сейчас лупят по морде змеи всем, чем можно, так как ее морда перекрыла вход в туннель.

Главное, падла такая, вырыла себе туннель, и лишь голова под потолком висела для атаки.

А если она сожрет больше, чем сможет вместить? Дура же застрянет в своем тунельчике.

Знал ли я о змее? Конечно, знал… Пошел, потому что дурак? Нет… Это обучение для моих гвардейцев, и честно говоря, кидал понты перед Андросовой. «Хороший понт – дороже денег» – это знает каждый Охотник, особенно когда торгуется, беря контракт на очередную тварь. Р-репутация!

В момент, когда змея думала, что проглотила меня, еще до того как ее пасть закрылась, я просто вытащил меч, и сделал два точных и сильных удара. Один пробил кость черепа изнутри, и дошел до мозга. Второй разрезал ее щеку, через которую я выпрыгнул, чтобы не оставаться в зловонной пасти.

Одной из причин моего поступка было то, что я знал – тварь сильна, и не хотел доводить до длительной битвы. Ведь гвардейцы мои все еще нужны. И они, как ни крути – начинающие Исты, за обучение которых я в ответе. Конечно, они не раз еще будут оказываться в похожих ситуация но тогда, пожалуй, моя совесть будет чиста. Можно сказать, что это профессиональное. Охотник не любит терять своих птенчиков на лёгких прогулках.

– Помогите мне! Кажется, она сдохла, – слышу знакомый голос моего персонального Иста – Гриши Астахова. – Черт, да осторожно, не убейте босса!

Мне было грустно и смешно.

– Что же ты за падла такая? – тихонько зашептал себе под нос, глядя на все это.

Даже Катя сейчас не может скрыть свои переживания на лице. Она, скорее всего, переживает, что друга брата убили, когда она была рядом или боится получить нагоняй от отца.

Все стараются… Почти все…

Затупок, сука, лижет камни, и плевать ему, что хозяина там сожрали. Сожрали? Ну и фиг с ним, Аннушка – главное целая, а она ему постоянно пузико чешет, да и кормит вкусно.

Когда вернемся, я отдам его в секцию дрессировки служебных собак. Может кнут, пряник и электрошокер научит его хоть какой-то дисциплине! Хотя… Задолбаюсь компенсацию родственникам погибших кинологов-инструкторов платить. Эх! Всё самому! Всё самому!

Хозяин святое!

– Его здесь нет… – слышу, полный печали, голос Кати.

Почему-то мне стало ее жаль, как бы еще не расплакалась.

– Сожрала уже? – а это кто такой у нас умный? – Ай!

А вот и карма настигла его в виде подзатыльника.

Когда меня обнаружили, я сидел у входа, и жевал бутерброд.

– Долго вы своего господина и жениха спасаете. Меня там уже три раза эта падла переварила, – кинул им упрек, смотря на них с веселой улыбкой.

– Ты… – дошло до Кати, как я их развел.

– Хм… – пришлось встать, и сделать пару шагов назад. – А чего это у тебя ручки так светятся?

Ух… Не стоит злить Катю… Не знаю, что в голове у этой фурии, но это точно было не назвать играми. Она реально целилась в меня своими сферами, которые и камень плавили, а если попадет в живого, то и мой уже немного пожеванный костюм прожжет и душу в рабство заберет, минут на десять.

– Успокойся, пожалуйста… – не очень хочется быть ее грушей для битья.

А она еще меч вытащила. Кажется, она мою смерть восприняла ближе к сердцу, чем я думал.

– Успокоюсь… – покладисто кивает девушка, и ее меч покрывает серая дымка. – Сейчас отрежу тебе кое-что, и успокоюсь.

– Для справки! – отбивая ее удар, произношу я. – Если ты отрежешь мне палец, то твой Дар убьет меня. А у меня дома Кара не кормлена, и Затупок еще тупой.

Девушка никак не хотела успокаиваться, она уже вошла в раж, и стала только ускоряться.

Вот он, характер…

Ладно, с этим пора заканчивать, а то только силы зря тратит, а в нашу сторону движуться очень неприятные типы. Пауки, которые плетут неправильную паутину. Шнырька все мне показал. На их паутине не вяжущее вещество, а кислота. Наверное, так даже будет надежнее, я их, кстати, уже хочу себе.

Как закончить с девушкой, у меня было два варианта. Один победить, второй уничтожить.

Решил победить…

Пропускаю ее меч над своей головой, изгибаясь, как акробат, и падаю на мостик, но в последний момент резко выпрямляюсь обратно, и совершаю эффектный прыжок с переворотом ей за спину, оказываясь сзади, чего она явно не ожидала.

– Любимая… прошу тебя, успокойся, – прямо в лицо шепчу девушке, и делаю максимально любящий взгляд.

– А???…

Катя в полном ступоре зависла. Помнится мне, Хельга на поцелуе тоже поплыла.

– Ты… – не знает она, что сказать. – Дурак…

Ее щеки заливает краска, и она отходит от меня. Всё, Катя пришла в себя. Так мне показалось вначале, но теперь я вместо агрессивной Катерины вижу смущенную девушку, которая не знает куда себя деть, и толком не может говорить.

Интересненько с ней.

Что интересного могло произойти дальше в таком дурдоме?

Конечно, многое, и все сразу. Выбежали из туннеля паучки, которые встретили «смущенную Катю» и умерли, когда она поняла, как сейчас выглядит, и насколько я выбил ее из колеи.

Убила всех!

Дальше, как назло, Затупок провалился в яму. Не знаю, кто этот умелец, но явно был разумным, раз устроил в проходе волчью ловушку, прикрытую плитой.

Колья, что были из железа, затупились об Затупка, а некоторые даже согнулись. А он живой и злой, как Кара, увидевшая белку, которую не может достать, рыча, пытался оттуда выбраться.

– Бош-ш-ш! – вынырнул мне на плечо Шнырька. – Што-то Ш-ш-ш-ш-шыкотно…

– Не понял? – повернул голову к нему, пока нас никто не видит. – Что уже случилось?

– Ш-ш-ш-ш-шопа… Шлучилаш-ш-ш-шь.

Какая жопа, я понял сразу, когда он мне показал, как наш выход из Разлома кристаллизуется, а в разных местах открываются другие выходы. Точнее, входы!

Могу себя поздравить, я стал свидетелем рождения новых Разломов. Хреново, что в Разломе, который мы так и не зачистили. Плохо то, что каждый выход имел где-то свой вход. И сейчас со всех Разломов сюда спешат разные твари. Но среди них только одну тварь можно назвать по-настоящему страшной.

Люди… Много людей, которые врываются в Разлом, и они из нашего мира.

Вот вы какие… Монголы… Кажется, самое веселое у нас впереди.

Усадьба Андросовых

Окрестности Петербурга

Иван Васильевич Андросов довольно потирал руки. Он нашёл достойный Разлом для молодёжи, осталось только, чтобы ему окончательно подтвердили его бронирование.

Андросов пил чай, курил трубку и насвистывал веселую прилипчивую мелодию, что застряла в голове с утра, и не отпускала, пока её не напоешь, когда раздался телефонный звонок.

– Иван Васильевич, звонит мужчина… Представился Андреем Потаповым, командиром Гвардии Рода Галактионовых. Соединить? – это была его секретарша.

– Конечно! – тревожно выдохнул Андросов. Его охватило плохое предчувствие. Очень плохое!

– Иван Васильевич, здравствуйте! Потапов беспокоит по поручению Александра Галактионова.

– Слушаю тебя! Что случилось?

– Разлом, куда они зашли, ушёл на перезагрузку.

– Как? Что?! Почему? – Андросов не справился с нахлынувшими эмоциями.

– Без понятия, это мне из Центра подсказали, я сам не мастак в этом, извините. Мои парни, что сопровождали рейд-группу, видео прислали. А временный начальник Центра – Архип Глыба идентифицировал это явление, назвав его «перезагрузкой». Насколько я понял, оттуда теперь не выйти, а только зайти… – Потапов замолчал, как будто сверялся с чем-то или с кем-то. – Есть шанс, но нужно специальное оборудование. Его обычно Абсолюты с собой таскают. Еще говорят, у Вербицкого оно есть…

– Спасибо, Андрей, на связи!

Иван Васильевич бесцеремонно бросил трубку, и тут же начал обзванивать своих людей. При фамилии «Вербицкий» у него в голове что-то щёлкнуло. И через полчаса он получил информацию, которую и ожидал.

Этот Разлом ему подсунули Вербицкие, даже не через третьи, а тридцать третьи руки, когда он через свои связи искал «интересные Разломы». А он, старый дурак, сам не проверил!

Князь Андросов набрал номер, и с той стороны раздался приятный женский голос.

– Приемная князя Вербицкого, чего изволите?