Глава 3

Лазарет Центра Истребителей монстров

город Иркутск

Хельге давно не было так стыдно. Честно говоря, в её жизни почти никогда не было места стыду. Во-первых, из-за правильного воспитания, в результате чего девушка вела себя исключительно согласно строгим заветам Рода и отца. Ну, а во-вторых, испытывать стыд принцессе Северного Королевства – вы серьёзно? Да, это несколько отдавало высокомерием и снобизмом, но тем не менее, как говорил отец, лишняя рефлексия не способствует становлению воина. Начинаешь сомневаться в себе – жди беды. А стыд – это в какой-то мере тоже самое сомнение в себе или своих поступках.

Однако то, что случилось сейчас, заставило испытывать принцессу прямо-таки дикий стыд. Она понимала в глубине души, что её вины в произошедшем нет. Маршрут самолёта был проложен после тщательного изучения, и эти две иномирные твари, попавшиеся на их пути, выглядели, как досадная случайность. Ну, для всех, кроме её отца и его Службы Безопасности. Но это совсем другая история. Прожив долгую жизнь, полную опасностей, отец ничего и ничего не оставлял на волю случайности. И если в появлении летающих тварей виноват кто-то из ныне существующих людей, король Северного Королевства обязательно до этого докопается.

Поднятый на уши иркутский Центр не добавлял девушке спокойствия. Двенадцать групп пошли в Эпицентр на её поиски. Среди них были потери. Да, все они не дошли до центра, некоторые даже не вошли в Разлом. Но погибли два человека, пятеро были ранены в результате нападения диких тварей. А ещё одна группа еле унесла ноги, когда наткнулась на неожиданную миграцию «диких» людей, которые каким-то образом умудрялись жить на территории Эпицентра. Жить годами, а то и десятилетиями. Каким образом они взаимодействовали с тварями – оставалось загадкой для всего остального человечества. Но абсолютно не было загадкой их отношение к людям и Истребителям. Как правило, их стычки заканчивались гибелью. Да, в большинстве своём гибли Истребители.

Вот и сейчас четверо раненых и оставленный бронетранспортёр – можно сказать, что группе повезло. Всё это рассказал Андрей Андросов, который лично занялся восстановлением её разума и тела. Странная ситуация – в лазарете Центра находились хорошие Одарённые-лекари, которые несмотря на их снобизм, такой характерный для врачей, без разговоров уступили королеву юному княжичу, признав его превосходство.

А еще девушка была смущена своей неожиданной реакцией, направленной на её спасителя. Да, Александр повел себя, как герой, совершив невероятный поступок. Кроме этого, он вынес Олафа и Юргена с их оружием, даже захватил тела пилотов. Очень достойный поступок!

Но вот стоило ли ей рыдать у него на плече? Хельга каждый раз заливалась краской, вспоминая об этом моменте. Ей было стыдно за свое поведение, но… эти сильные руки и голос, что успокаивал её, давая чувство защищенности и уверенности.

Она разговаривала со своей мамой, и та озаботилась подарком юному Андросову. Какой всё-таки маленький мир. Её мать – могущественная Снежная Королева была обязана отцу Андросова. Теперь же её дочь лечит сын Андросова.

С телом у Хельги всё было в порядке. А вот с Разумом… Именно поэтому, проконсультировавшись с отцом, Андрей оставил девушку на три дня в коме, дав перевозбуждённому разуму успокоиться.

Он почувствовал и, примерно, воссоздал картину произошедшего. И у него было всего два вопроса. Точнее – одна благодарность и один вопрос. Благодарность адресовалась Вселенной за то, что девушка выдержала это испытание. А вопрос заключался – как, чёрт побери, Галактионов, мало того, что это пережил, так ещё, судя по всему, справился с первопричиной этого тяжелого состояния?! То, что он справился, свидетельствовал его же отчёт о закрытии чёрного Разлома. Да, на нём всё ещё висел статус проверки, не позволяющий добавить репутацию Истребителю. Но кажется, этот временный статус в данном случае будет перманентным. Трудно представить, что кто-то из инспекторов пойдёт проверять ТУДА.

Король Ульрих одновременно испытывал чувства ярости и благодарности. Ярости к чуть было не произошедшей трагедии, и благодарности к барону Галактионову. Он серьёзно рассматривал возможность прилететь в Иркутск и поблагодарить героя лично, но дела королевства этому не способствовали. Поэтому в Иркутск отправилась Снежная Королева, которая вот уже два дня не может согласиться с Александром о встрече.

Но у молодого барона был всё это время тупо отключён телефон. Его секретарь вежливо говорит, что «как только, так сразу», а его помощница виртуально разводит руками, так же говоря, что ничем не может помочь. И, не привыкшая к такому, Королева злилась. Её совсем не успокаивали слова Андросова-младшего, что в случае с Галактионовым – это нормально. Ещё больше её злила фраза, сказанная с целью развеселить, но произвёдшая абсолютно противоположный эффект, что «Лучший способ встретиться с Галактионовым – это устроить какую-нибудь эпическую зарубу, и он тут же появится сам». Это, кстати, было мнение не только Андрея, а всех Истов Центра.

Через день Хельгу официально выписывали. Снежная Королева была полна решимости сесть в машину, и без звонка и предупреждений явиться в Галактионовку. Уж если она решила кого-то отблагодарить, то она это непременно сделает. Хочет этого вторая сторона или нет.

* * *

Некоторые спросили бы меня – зачем мне нужна гвардия, если я ношу внутри себя силу намного более смертоносную. Ну, тут есть нюансы.

Иномирные твари, которых я сейчас материализовал, отлично проявляют себя в Разломах против других тварей. Это происходит из-за того, что противостоящие мне противники хоть сильные и злобные, но, как правило, тупые.

Прожив долгую жизнь и повидав на своём веку огромное количество чудовищ, я встретил всего несколько из них, что были умнее среднестатистического человека. В «среднем же по палате», чудовища с разгромным счётом уступали человечеству, которое в своём доме, на матушке Земле, вне Разломов с удовольствием использовало смертоносные игрушки развитой цивилизации.

Моих тварей встретил шквальный огонь. Успеха им удалось добиться только с первыми караульными, рассеянными по периметру в лесу. Стоило одному из них поднять тревогу, как вся группа врагов, до этого находящихся в состоянии сжатой пружины, распрямилась и начала чётко отрабатывать приказы командиров.

Похоже, в этот раз Алмазный прислал ребят посерьезнее. Либо же, в отличие от первой группы, нынешние меня немножко зауважали. С одной стороны, уважение – это хорошо. А вот с другой – я бы предпочитал расправиться с ними без лишних потерь.

Взрывы гранат, всполохи огня, крики и вопли перемешались. Гвардейцы Доброхотова оставили позиции около бесполезных сейчас орудий, укрывшись за бронёй бронетранспортёров, что использовались в том числе и в качестве тягачей. БТРы развернули орудия и открыли огонь по моим тварям. Судя по тому, как разлетелся в клочья один из пещерных медведей, буквально перед этим выдержавший половину очереди, снаряды в ленте были разбавлены антимагическими боеприпасами. Предусмотрительно и неприятно, да. Неприятно для меня.

Ожидаемо, лучше всего сработали птицы. Их резкое пике из темноты достигло результата. Удар клюва иномирного орла пробивал пехотный шлем как картон. Головы гвардейцев взрывались как спелые арбузы. Вот только их товарищи не зевали. Из двадцати птиц, на второй заход удалось пойти только восьмерым. Ещё минус восемь вражеских солдат после второго пике и воздушной армии у меня не осталось.

Вот пал последний пещерный медведь, забравший с собой одного и покалечив второго бойца. И Шнырька мне показал, что обе группы моих бойцов уже вышли на позицию.

Я быстро окинул взглядом поле боя, размышляя – призвать ещё зверей или посмотреть на работу своих бойцов. Отметив, что мои твари поработали неплохо. Треть врагов была убита. Ещё часть ранены, некоторые критически. Поэтому я всё-таки решил дать шанс своим бойцам. Тем более, что враги были в замешательстве. Нет, паники и растерянности среди них не было, что подтверждало моё мнение о том, что нам противостоят хорошие бойцы. Но всё-таки наша атака стала для них большим сюрпризом – очень неприятным сюрпризом.

– Группа «Альфа» на позиции. Группа «Виски» на позиции, – раздался у меня в гарнитуре доклад командиров группы.

– Работаем! – тут же раздался голос Волка.

И парни начали «работать».

Я стоял неподалёку. Мне не нужно было подходить близко, у меня есть Шнырька.

Я уже почти было скривился от действий моих гвардейцев, ведь они открыли огонь… конечно, очень точный и смертоносный огонь, но совсем не по тем целям, по которым нужно было. За броневиками скрывалась пятёрка сильных Одарённых, которые и положили почти всё моё монструозное войска. И именно с них надо было начать…

Упс! Сорян, парни…

Один из Одарённых, за которым я сейчас наблюдал, схватился за шею, из которой уже торчал знакомый зеленоватый кинжал. Похоже, Паша Ким прислушался к моим рекомендациям, потому что за долю секунды на моих глазах чёрное пятно яда вместе с кровью распространилось в голове Одарённого. Вся кожа почернела, глаза лопнули, со страшным хрипом Одарённый помер от сильнейшего яда. Очень неприятно помер.

А вот и одна за другой полетели сюрикены русского самурая Такеши. Эти звёздочки он притащил с собой, и они тоже были непростые. Да, противники у него тоже сегодня были достойные, поэтому одной, даже двух не хватило, чтобы пробить доспех. Но я был свидетелем, как он за секунду совершает с двух рук шесть бросков. И именно так получилось и сейчас. Из шести звёзд две достигли цели, «уронив» ещё одного Одарённого.

А потом из ниоткуда возник всклокоченный Призрак с неестественно горящими в темноте глазами. Шнырька работал ещё и в качестве микрофона, поэтому до меня долетело радостное «Сюрприз!!!», с которым мой неадекватный боец насадил одного за другим, как бабочку на иголку, двух сильных Одарённых.

Последний успел среагировать, бросив в него огненную технику. Вот только Призрак со зловещим хохотом ушёл из нашего мира, а огненный шар врубился в борт стоящего рядом БТРа, снеся у того башню. Ни хрена себе сила! Да он сам как чёртова пушка! Но эта «пушка» смогла произвести только один выстрел.

Из тени, не так эффектно, как призрак, возник Ким, в руках у которого было ещё два ножа. Голова Одарённого неестественно откинулась назад, когда его горло одним движением слева направо было перерезано. Ну а дальше уже виденная мной картинка – почерневшая кожа, лопнувшие глаза.

Вот так, за несколько секунд, враги остались без своих командиров. И вот тут-то они всё-таки поддались панике. Но, с другой стороны, я их прекрасно понимаю.

Точные выстрелы невидимых снайперов выбивают твоих товарищей слева и справа. Скупые расчётливые очереди винтовок косят других. Непонятное расплывчатое пятно со зловещим смехом возникает тут и там. И твои боевые товарищи падают, разрубленные практически надвое. И посреди всей этой катавасии откуда-то с неба раздаётся тонкий, но очень восторженный писк, от которого почему-то кровь стынет в жилах.

– Ш-ш-ш-шабакам ш-ш-ш-шабаш-ш-шья ш-ш-шмерть!!!!

Командир первой обнаруженной группы оказался парнем не очень смелым, но с очень здоровым чувством самосохранения. Видимо, получивший оповещение от умирающих товарищей основной ударной группы, он побросал пушки и миномёты и прямо сейчас, не мало не скрываясь, улепётывал прочь.

Это мне всё показал Шнырька. Я нажал на клавишу передатчика.

– Волк, это Сандр.

Да-да, я взял себе позывной «Сандр», поддавшись романтике войны, привнесённой Волком, ведь произносить «Александр Галактионов» по рации долго. Походу, все решили, что это сокращение моего имени. Но мне-то отзываться на это очень привычно.

– Там кое-кто свалить решил, – я «переключил» Шнырьку на него, и Волк тихо ругнулся.

– Работаем! – буркнул он. – Разреши поднять «Буревестник» в воздух.

– Разрешаю, – кивнул я, понимая, что иначе мы их не догоним.

Неподалёку раздался гул и над поляной пронёсся один из моих «Буревестников», как раз с гулом забирая колёса внутрь и выводя наружу пилоны с ракетами.

– Ты там поаккуратнее, – не удержался я, чем вызвал весёлый смех у Волка.

– Повредим только то, что необходимо повредить, – засмеялся я.

– Ну да, я так и думал.

Волк «Плюшкин» ещё похуже чем я. И если есть хоть один шанс захватить вражескую технику, то он этим воспользуется.

Я вышел на поляну, которая сейчас была ярко освещена горящим БТРом, попавшим под дружественный огонь. И ещё несколько костров поменьше были раскиданы по округе, что являлись результатами применения техник, либо взрывов гранат.

Мои гвардейцы уже стояли по периметру. Лицо, оснащённое прибором инфракрасного видения, дёрнулось в мою сторону. Рука на винтовке на полсекунды напряглась и тут же расслабилась. Гвардеец опознал меня, коротко кивнул и продолжил наблюдение.

Я пошёл дальше, пытаясь разобраться, кто здесь командиры групп. Все мои ребята выглядели как какие-то персонажи из фантастических книг. Последнее специальное снаряжение и оружие на лицах – спецшлемы с навесными приборами инфракрасного наведения. Для меня все они были на одно лицо. Отличалась лишь тройка ассассинов. Ну и Призрак, который задумчиво сидел на корточках около какого-то трупа, и рылся у него в кармане.

Я заинтересовался и подошёл ближе. На моих глазах этот странный чувак вытащил курительную трубку с каким-то табаком, уселся на землю и деловито начал её набивать.

– А как ты узнал? – заинтересовался я, ведь я видел, что он не шмонал всех подряд, а целенаправленно подошёл к этому бойцу.

– По запаху, – улыбнулся он, достав зажигалку, и глубоко затянулся, блаженно прикрыв глаза. Выпустив дым, он протянул мне. – Будешь?

– Курение вредит вашему здоровью, – автоматически сказал я.

Конечно же, я не поверил про его уникальный нюх. Хотя этот человек полон сюрпризов.

Оставив кайфующего бойца, я пошёл осмотреть трофеи.

– Отличная арта! – хлопнул по стволу одной из шести пушек гвардеец и откинул забрало.

Я опознал под ним улыбающееся лицо Игоря Харченко – командира группы «Альфа».

– Имперская разработка, последняя модификация. Кажется, им ещё и двух лет нету. Не все регулярные подразделения имперской армии ими еще оборудованы, а тут гляди-ка, – одобрительно сказал он.

– Хорошая штука? – хмыкнул я, даже не пытаясь показаться знатоком.

– Отличная! – сказал он. – И боеприпасов хватит, чтобы устроить маленькую победоносную войну, – улыбнулся Игорь. – Обрати внимание, командир, – он кивнул на отдельно лежащие возле каждой пушки ящики, которые, в отличие от обычных деревянных, были сделаны из металла, причём не простого металла. – Антимагические снаряды. Дорогая штука!

– Эффективные? – тут уж меня действительно обуяло любопытство.

– Ну, скажем так, один такой снаряд при прямом попадания «Буревестник» выдержит. А вот если бы его накрыл совместный залп всей батареи, – он сокрушённо покачал головой. – Тогда могли бы возникнуть проблемы, – он тут же улыбнулся, – Хотя попасть в «Буревестник» – так ещё задача!

– Это да.

Я услышал далёкие взрывы ракет и тут же раздался голос Волка:

– Остатки врага ликвидированы. Собираем трофеи и выдвигаемся на базу.

– Принято, – хмыкнул я и огляделся. – Ну что же, давайте поступим так же, как дядя Волк. Соберём трофеи и отправимся на базу.

Замок Годдартов, подвал

г. Кёнигсберг

Прусское Княжество

Генри Годдарт скривился от слишком пронзительного крика, что издал его братец. Неплохой Одарённый, он был слишком умным и слишком жадным, чтобы не попытаться. А ещё слишком завистливым. Отец не зря оставил Род на Генри, а не отдал его Фрицу. Он знал, что у своего среднего сына разума сильно больше, чем у старшего и младшего. Причём старший Герман просто улетел на другой континент заниматься своими делами, а вот младший не смог простить возвышения Генри, хоть и являлся долгое время фактически правой рукой. Но сейчас он перешёл все границы.

Генри был готов даже простить его развлечения со своей супругой, ведь братьев у него всего двое, а жён может быть сколько угодно. Но он не мог ему простить то, что уже некоторое время он фильтровал информацию в угоду своей любовницы – этой шлюхе Аманде, к которой, надо признать, Генри испытывал достаточно тёплые чувства. Это был главный косяк Фрица. Он предпочёл главе своего Рода эту распутную дрянь.

Генри даже был готов простить и, надо сказать, прощал периодическое воровство из бюджета Рода, эти жалкие копейки его непутёвый братец тратил на свои извращённые развлечения. Бог с ним, оно не критично. Преданность – это единственное, что требовал Генри от своего младшего брата. И тут он не справился…

Очередной вопль с виду невредимого человека, прикованного к стулу, потряс подвал для пыток. Напротив него сидел сухенький китаец, по виду запредельного возраста. Его лицо напоминало мятый пергамент. Узких глаз практически не было видно. Была видна лишь довольная ухмылка его тонких губ. Мастер Ляо был экспертом по добыче информации. Ему не нужно было даже дотрагиваться до своего «пациента». Он всё делал дистанционно, воздействуя на нервные окончания жертвы. Он очень хорошо знал и, более того, любил своё дело.

Вот и сейчас он виртуозно играл на нервных окончаниях Фрица, как виртуоз на музыкальном инструменте, касаясь нужных клавиш или струны в нужное время, чтобы получилась прекрасная симфония. В данном случае – симфония боли.

– Пощади! – заорал Фриц. – Ты же брат мне! Я тебе всё рассказал! Я отдал тебе все данные! У меня больше ничего нет! Ничего!!!

– Я это знаю, – кивнул Годдарт.

И он это действительно знал, ведь рядом с мастером Ляо сидел молодой паренёк с безумным взглядом – его дальний родственник с интересным даром, который он взял к себе на службу, такой себе своеобразный «детектор лжи», который практически со стопроцентной вероятностью определить, говорит человек правду или врёт.

Генри получил всё, что он хотел. Собственно, сейчас та боль, которую испытывал его старший брат – это было своеобразным наказанием. Он пока не хотел его убивать, ведь этот убогий прав – он его родная кровь и брат. Опять же, что делать с Амандой – он ещё не решил. Пока что она не знает о том, что её сообщник во всём признался. И Генри, будучи очень прагматичным человеком, при этом очень амбициозным, мог понять её действия. Она тоже таким образом пыталась бороться – бороться за их сына. Амбициозная женщина, но, чёрт побери, какая же она шлюха!

– Ляо, надави побольше. И смотри, чтобы не сдох. Но этот козёл должен ответить. И если можно, Мастер, – широко улыбнулся Генри, – направь всё своё умение этому кобелю куда-нибудь между ног.