Глава 7

Равномерная Вселенная

Мир Парадан

Величайший правитель и воин этого мира сейчас стоял на его руинах и всматривался в виды, которые окружали его.

Когда-то этот мир был процветающим и наивным… Но его жители посмели пойти против воли Хроники и ее смотрителей. Тогда-то мир и превратился в то, чем является сейчас.

А это были руины… Целый мир руин.

Ундиан Думий был одним из тех, кто сумел спастись, или лучше сказать — ему позволили, потому что он правил этим миром. Смотрители Хроники пришли к нему и дали шанс на спасение. Всего лишь нужно было преклонить колено и впустить в свою душу Хронику, что он и сделал. А затем своими руками уничтожить почти всё население планеты.

Конечно, Ундиан их не убивал, на это понадобилось бы много лет. Но он подписал приговор своей рукой, когда составлял списки тридцати тысяч тех, кого оставят в живых и выпустят из этого мира. Остальных ждала только смерть.

Жалел ли правитель об этом? Конечно же, нет… Ундиан давно понял, насколько Хроника безупречна. Она была теперь всем в его жизни и за нее он был готов погибнуть.

После того дня, когда это все произошло, им запретили сюда возвращаться, ведь это было их наказание, но выделили другую, совсем крошечную планету, где народ, который всегда славился своими воителями, смог восстановиться и окрепнуть.

Теперь же они были известны, как наемники Хроники. Одни из тех, которые не задают лишних вопросов, а лишь выполняют поставленные задачи.

— Никого не видно… — обратился к нему Увит Яростный, его правая рука. — Разбиваем лагерь или продолжаем осматриваться?

— Лагерь… — ответил он. — Хроника сказала, что они будут здесь. Осматриваться не имеет смысла, ведь она никогда не ошибается.

Было видно, что его слова слегка напрягли Яростного. Ведь ранее Ундиан уже сказал все четко, а тот решил осмотреться. Когда они выполнят приказ Хроники и вернутся, Ундиан сообщит смотрителям об этом случае, чтобы они провели разговор с его человеком. Он не может допустить, чтобы в его рядах затесалась ересь. Только то, что Увит был правой рукой, спасло его от немедленной смерти, а так он убивал и за меньшее.

Затем Ундиан окинул взглядом мир, в котором не был уже несколько сотен лет и начал проверять свои доспехи. Давно он не одевал полный комплект. Тот комплект, который нужен был для самых яростных сражений.

И если признаться самому себе, то считал, что это лишняя перестраховка, но было приятно, что Хроника заботилась о них, приказав пойти в полной боевой готовности и убить всех, кроме одного. Один человек должен быть схвачен и доставлен на материнскую планету Смотрителей, чтобы выжечь в нем ересь.

Он даже задумался, возможно, этот человек был важен. Мог быть таким же, как и он… Тогда он получит предложение от Хроники присоединиться к ним.

Не успел Ундиан додумать эту мысль, как вдруг с пространством начали происходить странности и его люди сразу принялись готовиться. Тридцать тысяч действовали, как один живой механизм. Каждый знал досконально, что ему делать и как себя вести.

Такой армией можно было сражаться против противника, который несколько раз превосходил в силе. А еще все люди здесь жили только войной и сражениями.

Увы, но были во Вселенной области, которые бунтовали против Хроники, но с каждой сотней лет их становилось всё меньше. Их спасало только одно, что они находились в слишком отдаленных местах или странах, куда сложно было попасть.

— Готовьте удар, каратели! — отдал приказ Ундиан, глядя на магические возмущения. — Как только появится первый враг, сразу бейте.

Он прикинул, что магические возмущения, похожие на круговые всполохи молний, нетипичны для телепортации даже для такого мира, как этот.

И вот случилось то, что должно было. Открылся портал и из него вышел простой человек. Судя по ауре, он не был слабым, но и сильным его не назвать. Однако, что удивило правителя, так это отсутствие нормальных доспехов. Кажется, парень попал сюда случайно, и теперь не понимает, где находится.

Возможно, стоит попытаться схватить его, но было уже поздно. Из небес в него ударил красно-желтый столб такой силы, что может сжечь даже сильнейшего.

Ундиан гордился, что у него есть маги, которые способны на такое заклинание. Оно считалось сложным и редким… А еще после него никто не выживал.

— Да ну! — нахмурился он и потянулся за клинком.

До этого дня никто не выживал, но то, что Ундиан увидел сейчас, его поражало. Парень продолжал стоять, как ни в чем не бывало, и теперь смотрел прямо в глаза правителю мертвой Империи.

— Взять его! — отдал он приказ и усмехнулся.

Пусть этот парень сумел выжить, но сегодня ему придется удивиться, ведь своих людей Ундиан считал лучшими в своей звездной системе.

* * *

— Удивительно… — прошептал я с улыбкой на лице. — Почему нас послали встречать таких слабаков?

— Они не слабаки… — спокойно отвечает Ратник. — Просто наши люди лучше.

— Это да! — с гордостью ответил Волчара.

Ратник и Волк сейчас стояли рядом со мной, наблюдая за тем, как сражаются наши люди. А сражались они просто превосходно. Я оценил врага, и мог бы даже поаплодировать ему за слаженность. Вот только шансов у них не было.

Тысяч двадцать пять их было… Но проигрывали нам практически всухую.

Легион вероятно слишком сурово принял к сведению слова про экзамен и другие миры. Хотя, тут я, наверное, немножко обманул. Ведь я привел их в другую Галактику. Но по-другому поступить не мог.

Только сюда я мог сейчас попасть и вернуться нормально обратно. Сидеть спокойно больше сил уже не было, ведь я был приверженцем тактики, что ударить первым — никогда не бывает лишним.

Враг, кстати, это и сделал. Я понимал, что когда сюда придем, что нас будут ждать хотя бы по той причине, что пробраться в это место было не так и просто. Даже Белла напряглась, но это по той причине, что мы проводили сюда ещё и армию, и от меня не ускользнуло чужое внимание, которое пылало ненавистью и алчностью. Однако эмоции были направлены не на моих людей или меня, а конкретно — на Кодекс. Как я это ощутил? Неважно, это просто так есть, и это факт.

Потому я и вышел первым, чтобы разведать, а они шарахнули по мне чем-то, что должно было разложить мою структуру на кусочки. Похожим заклинанием в Многомерной ставили клеймо на опасных преступников, дабы выжечь из них любую магию и не дать возможности когда-либо ей заниматься.

Увы… Моя структура оказалась крепче, и потому мне было только щекотно, а еще полезно. Ведь я почерпнул энергию, которая пыталась меня убить, а затем направил ее на свое развитие и прокачку своего ядра.

Интересный опыт — залить все новой для себя энергией и обновить структуру.

Вообще-то, думаю, все выходит очень даже странно. Ведь я наконец-то понял, что меня все время смущало. Я вспомнил, где я видел похожую энергию. Некоторые очень немолодые братья имели нечто похожее у себя. Когда увижусь с ними, то подробно обо всем расспрошу.

— Надоело… — выдохнул Волк. — Левый флаг… Двадцать шагов вперед!!!

Волку, кажется, было плевать что сейчас там происходит жесткое противостояние за каждый метр земли. Он просто отдал приказ, усилив голос, как я его учил.

И вот самое интересное. Легион выполнил его приказ и стал продвигаться вперед. Это называется авторитетом командира. Он говорит, что делать, а ты делаешь, даже если не можешь или больше нет сил.

Я же просто ждал, когда вражеский командующий, который стоит на пригорке и, кажется, переживает, начнет действовать. И, судя по всему, это совсем скоро будет. А если нет, то он просто лишится всей своей армии.

Прошло примерно еще полчаса, прежде, чем что-то начало происходить в рядах вражеского командования. Сначала вперед вышел человек, стоявший слева от командующего. Я кивнул Ратнику и тот пошел к нему навстречу.

Дальше мы просто наблюдали, как сражается Ратник, а у него там все было под контролем. Он умелый воин и хорошо знал свое дело.

А еще они по силе были на одном уровне и здесь всё решит мастерство. За Ратника я не переживал, а вот у Волка, судя по всему, будет противник посильнее. Однако, думаю, он тоже справится.

Эх, как давно я не видел вот таких вот сражений, которые проходят по некоторым негласным традициям. В конце будет дуэль — между мной и их главным.

И стоило мне об этом подумать, как я резко срываюсь с места и ловлю одной рукой лезвие, которое сумело пробить даже мой доспех и пустить мне кровь, а второй наношу свою удар, целясь в своего врага.

— Ну почти… — хмыкает он, глядя, как провалилась его атака.

— Ля ты, крыса… — покачал я головой, налетая на него и нанося новую серию ударов.

Конечно, это я сказал не в обиду Одину. Но то, как этот хрен чуть не снес голову Ратнику, другим словом я назвать не мог.

Он, как и я, наблюдал, как его человек сражается, а потом в один миг переместился и чуть не забрал его жизнь. Я едва успел.

— Остановись… и мы поговорим! — отбиваясь от меня, крикнул он.

— Нам не о чем с тобой говорить, — спокойно отвечаю и напитываю свое тело еще большей мощью, которую начинаю распостранять во все стороны, дабы заблокировать его воздействие.

Свою силу он распространял ковровым методом и она растеклась тонким слоем по земле. Это помогало контролировать пространство. Метод, мягко говоря, древний и устаревший.

Мы продолжали сражаться в полную мощь и мне пришлось отбросить несколько раз этого человека в сторону, как нашкодившего котенка. Это было сделано, чтобы не пострадали мои люди. Ведь энергии здесь были серьезные.

Волчара, кстати, тоже нашел себе противника, того самого, который спешил сюда на помощь.

— Ты не понимаешь, кто твой противник! Не смей меня швырять!!! — закричал он, глядя на меня.

— Не понимаю? — удивленно вскинул бровь. — Почему это не понимаю… Ты без двух минут труп…

— Смешно, — покачал он головой. — Если бы ты узнал мой возраст, то опешил бы… Я держу меч в своей руке больше лет, чем всему твоему Роду… Это столетия!!!

Он так смешно злился сейчас. Последним броском я сломал несколько вековых дубов, и все благодаря его крепкому лицу.

А про возраст мне было смешно… очень и очень смешно.

Ведь для меня он не больше, чем ребенок, и сейчас я это ему докажу. Однако убить так просто не могу. Мне надо, чтобы тайные наблюдатели показали себя, ведь у них есть то, что нужно мне!

Многомерная Вселенная

Химеролог Викториан

— Ну и что у вас здесь творится? — вздохнул он, прибывая на одну из планет, где жили некоторые его важные образцы. — Вторжение? Серьезно? Костяной Скульптор, что ли? — выпучил он глаза.

В небе, над этим зеленым миром, сейчас было множество костяных платформ, которые вылетали из порталов, и из них выпадали скелеты, которые не разбивались, а вполне были бодрыми.

— Нет, это уже наглость! Он что, не знает, кому принадлежит этот мир? — Викториан стал закипать.

Химеролог давным-давно облюбовал себе этот мир и поставил множество своих меток на тот случай, если кто-то еще его найдет и решит узнать, кому он принадлежит. Обычно, это помогало. Или во Вселенной что-то случилось? Викториан последние двадцать лет провел в своих лабораториях, поэтому был не в курсе. И хотя он не понимал, что происходит, но этот мир был ему нужен.

Опустив руку к земле, он запустил сложнейшее заклинание призыва. Планета начала слегка дрожать, причем вся…

Пройдет примерно двадцать минут, когда из ее недр появится охрана, которая находилась в спячке, и тогда Костяному Скульптору здесь ничего уже не светит. А вот Викториану потом придется заняться уборкой. Вот только это не проблема. Его называли Повелителем Химерологии не просто так. Ведь в его подчинении находилось множество разных существ, которых он создал. И там найдутся те, кто любит даже такие кости, которые заряжены некротикой.

Тем временем в небе происходили уже другие изменения. Платформы закончились, но порталы не закрылись. Сейчас из них начали выдвигаться огромные костяные трубы, которые были похожи на сумасшедше большие ребра, и все они направлялись к поверхности.

Викториану не нужно было быть тем, кто он есть, чтобы понять принцип их работы. Это быстрый переход армии Костяного Скульптора на его планету.

— Эх… Леса пострадают, а ведь их так любят мои питомцы, — пробормотал он.

Но это тоже можно восстановить. У него есть контакты друидов, с которыми он всегда работал.

— Ладно… Пора уходить, — открыл он портал через свой артефакт и уже хотел было в него шагнуть, как вдруг остановился.

Что-то было не так. Он прислушался и услышал по ментальной связи писк. Ему потребовалось меньше секунды, чтобы понять, что он означает.

Перед тем, как уйти, Валериан отдал массовый приказ всему живому, что принадлежит ему, спрятаться, и они это выполнили. Все, кроме одного маленького зверька, похожего на лисенка, но с кровью дракона. Он сообщил, что не может так поступить и просит прощения.

Это знатно удивило Викториана, если не говорить, что он поразился… Такого не должно было быть. Поэтому, недолго думая, Валериан побрел в лес, где находился его подопечный. Возможно, он попал в ловушку и не может выбраться или его схватили.

А вот его гибели Химеролог допустить не мог… Все-таки ему хотелось увидеть, что будет дальше, лет через триста, когда лисенок подрастет и выследит тех драконов, которые сожгли его стаю, из которой выжил только он один. И ему будет жаль, если он сейчас потеряет малыша или кого-либо другого.

Эта планета — один большой его заповедник, где у каждого животного есть своя история, и чаще всего она трагическая. Зато, когда-то они подрастут и геномы в их телах приживутся, тогда они смогут совершить свою месть или же вернуться домой.

Добравшись до опушки леса, Викториан опешил.

— Откуда она здесь⁈ — не смог он удержаться.

Его питомца держала на руках маленькая девочка лет восьми и плакала, обнимая. У питомца была перебита лапка, а их уже окружали зловещие скелеты. Вмиг он оказался рядом и разнес все эти гнилые черепушки голыми руками.

Древнему магу не нужно было оружие, он и сам был оружием, как сказал бы любой из Охотников. От Сандра, кстати, он и почерпнул эту фразу.

— Дитя… Откуда ты здесь взялась? — спросил он у девочки.

Судя по одежде, она была, если не знатной крови, но с очень обеспеченной семьи. Дорогая одежда, сделанная с помощью магии.

— Я… Я… Гладила лисичку… хнык… — заплакала девочка. — Папа… Разрешил…. Он сказал… Что… Придет… Позже… И заберет меня…

Викториан не знал, что это за беспечный отец, который мог оставить здесь свое дитя, но в то же самое время понимал, что до этого дня планета была безопасной.

А еще на нее попасть не так просто. Кто же тогда ее отец?

— Ой… Они идут! — вскрикнула девочка и прижала к груди лисенка.

— Не бойся… Они тебя не тронут, — поспешил успокоить ее Валериан.

К ним двигалась целая армия, но хватило одного взмаха рукой, чтобы они все перестали существовать, а их аспекты просто покинули тела.

Магия абсолютной аспектной воли… Это вам не детские шутки.

Так продолжалось некоторое время, пока Викториан не начал переживать. Он не мог уйти отсюда сейчас, ведь не мог бросить ребенка. А с другой стороны — забрать её с собой он тоже не может. Девочка выглядит такой слабой и хрупкой… В ней нет еще магии, а его портал специфический, не такой, как обычные.

И поэтому ему пришлось здесь застрять.

— Не открывай глаза… — спокойно обращался он к ней. — Скоро все закончится… Армия уже приближается.

— Да? — обрадовалась она и открыла глаза. — ОЙ! — тут же испугалась, когда увидела, что леса больше нет, а вся территория усеяна костями.

А Викториан задумался. Костяной Скульптор что, вообще страх потерял? Он сколько в этот мир своих войск перекидывает? Они идут таким потоком, что охраны может не хватить, а значит, нужно привести еще или начать действовать на полную мощь. Да только при этом ребенок может пострадать, поэтому Химеролог размышлял, как лучше поступить. Ведь сейчас он находится в слабой своей форме. Можно сказать, практически простой человек. Чуточку сильнее архимага. А на планету уже высадилось несколько миллионов мертвых, которые хотят жрать!

Можно снять все запреты с себя и своего тела, но в таком случае об этом месте могут узнать, отследив его по магической сигнатуре. А следить есть кому… И главное, сколько их не убивай, все равно приходят те, кто хочет украсть его разработки и секреты.

— Страшно… — вдруг сказала девочка. — Они хотят нас убить, я чувствую это…

— Не бойся, — подошел и погладил ее по голове. — Они тебя не тронут.

Девочка засмущалась.

— Мне не потому страшно… — прозвучал ее тихий голосок. — Скоро вернется папа… Он будет очень злой… Не хочу, чтобы это место пострадало… Здесь такие красивые зверушки… Они добрые.

— И я не хочу, — чисто на автомате ответил он малышке, вспоминая, сколько тут его трудов и уникальных геномов.

И тут до него дошло, что она сказала.

— Подожди… А не скажешь, кто именно твой папа? — вдруг закрались смутные подозрения.

— Ой! А вот и он! — радостно закричала девочка и бросилась к открывшемуся порталу.

Химеролог выругался, снимая с себя все ограничения, которые только мог. Ему срочно нужно было произвести экстренную эвакуацию всех жителей.

— Хм… — услышал он голос этого человека. — Закрой глазки, доченька… Папа сейчас всё уладит, и мы пойдем домой.

Что происходило дальше, Химерологу не хотелось вспоминать без ругательств. Он едва успел всех своих спасти, пока в это время человек уничтожал вообще всё на своем пути, за слезы своей дочери.

А ведь Викториану было даже немного жаль Скульптора… Стать врагом лучшего Полководца Многомерной Вселенной — это нужно, блин, иметь удачу…