Глава 9

Многомерная Вселенная

Изнанка Запретного мира

Три тёмные богини сидели на своем любимом пляже. Вот только удовольствия ни в их глазах, ни в их позах сторонний наблюдатель вряд ли бы заметил.

Алкогольные коктейли стояли нетронутыми, а вокруг царило молчание, прерываемое лишь шумом волн, которые ленивым прибоем накатывались на песчаный берег.

— И что будем делать? — Тёмная сидела на шезлонге, подтянув ноги и обхватив колени, как маленькая девочка, встревоженная или испуганная чем-то.

Хотя почему «как»? Богиням было тревожно. Очень тревожно. Ведь они осознали, в какую ситуацию прямо сейчас все они попали.

— Надо идти к Сандру, — Морана закуталась в большой клетчатый плед — так, что только глаза и нос торчали наружу.

— Ага, только его сейчас во Вселенной нет, — сказала Пандора, единственная из всех, которая пыталась показать, что сейчас всё в порядке и чувствует она себя комфортно. Она даже попыталась сладко потянуться на шезлонге, но её привычная кошачья грация отсутствовала, движения были резкими и дёргаными, что говорило о том, что Пандора тоже напряжена. Очень сильно напряжена.

— Да, но он же когда-нибудь вернётся? — возразила Морана.

— А если нет? — хмыкнула Пандора.

И все внезапно замолкли, с ужасом глядя в пространство. Их всех поразила одна и та же ужасная мысль.

А что будет, если действительно Сандр куда-то пропадёт? Их клятва сдерживать непрошеных гостей в этом мире никуда не денется. А то, что сейчас надвигается на Запретный мир, перемелет их без остатка.

Здраво размышляя, три богини пришли к выводу, что и Сандр тут вряд ли поможет. Но уж слишком верили они этому странному Охотнику. Ну, или хотели верить. Ведь если это не так, то они умрут. А умирать им совсем не хотелось.

— Костяной забрал Тириуса и Арона, — тихо прошептала Морана и зябко поёжилась под пледом.

Это были тоже страшные события. Костяной Скульптор забирал их братьев и сестёр к себе в вечное служение, убивая их, воскрешая и пересобирая — как тело, так и душу. Те кадавры, внутри которых хранилась сломанная божественная сущность, внушали реальный ужас — как своим видом, так и фактом своего существования. Существования, которое доставляло боль, как им самим, так и всем окружающим.

— Я не хочу стать костяком, — жалобно добавила Морана. — Я не хочу терять своё тело.

— Ну, ты богиня Смерти, — в первый раз за разговор хмыкнула Пандора. — Ты и так, вроде как, мертва. Тебе чего бояться?

А вот Моране было не смешно.

— Смерти бывают разные. И то, что делает Костяной, — это не смерть, это проклятье. Поверьте, подруги, я вам точно не пожелаю такой участи.

И снова девушки замолкли, погрузившись каждая в свои мысли. И так же одновременно они вытянули головы, заранее почувствовав гостя.

Беззвучно на их пляже проявилась прекрасная воительница в сияющих ледяных доспехах. На голове у неё был фирменный шлем с крыльями.

Фрида, мать всех Валькирий, явила своё присутствие трём тёмным богиням.

— Странно, — её красивое лицо исказила лёгкая усмешка. — Я думала, что вы сейчас бухаете с горя, заливая свою печаль и проблемы.

— Чё припёрлась? — Тёмная мгновенно выпрямилась, встала и вызывающе задрала подбородок. Одно дело — показать свою слабость перед старыми подругами, которые боятся точно так же, как и она сама, а другое — перед этой заносчивой светлой, которая явно пришла сюда поглумиться над ними.

— Я пришла к вам с информацией, — сказала Фрида. — Вы же уже поняли, что творится во Вселенной и что является главной целью всех армий?

— Да, уже поняли, — Морана не спешила вылезти из-под пледа, но скинула его, по крайней мере, с головы, и так же откинулась на шезлонге в более свободной позе. — А вот что собирается делать Один?

— Один? — Глаза Фриды на секунду сверкнули льдом. Улыбка стала чуть шире, но она была какой-то грустной. — Один вышел из игры. Он будет праздновать в Асгарде.

— Праздновать что? — удивилась Пандора.

— Да вот и я хотела бы знать, что, — развела руками Фрида, на секунду представ не богиней, а обычной уставшей женщиной, муж которой творит несусветную херню. — Но это не важно. Смысл в том, что армии Асгарда поведёт не он. Это будет Ульрих. Урождённый Сигурд.

— Вот как? — Тёмная быстро сообразила, что к чему. — Это получается, по этим человеческим законам он Сандру кто?

— Вроде как тесть, — улыбнулась Фрида.

— А ты, кстати, своего внука видела? — к Тёмной, хоть и ненадолго, но вернулось их обычное игривое настроение.

— Нет, — с грустью покачала головой Фрида. — В отличие от вас, у меня нет времени выстраивать свои проекции. Но я его чувствую. Собственно, именно поэтому я к вам и пришла.

— Тебе принести фотографию? — рассмеялась Тёмная. — Можем обеспечить. Ну а пока лови…

Она бросила мыслеобраз, в котором маленький Сан Саныч заливался смехом своим беззубым ртом, а его голубой и красный глазки взирали на смотрящего с какой-то взрослой иронией.

— Какой красавчик, — умилилась Фрида. — Спасибо. Но я не посмотреть на него пришла. Я — предупредить. Один давно не в себе. Я подозревала влияние инородных сил, поэтому сделала так, что Первородный Хлад ушёл из Асгарда. Ушёл в моём сыне и моей невестке. А вот то, что случилось дальше, вы сможете угадать сами.

— Он в маленьком Сашке? — вскрикнула Тёмная, догадавшись. — Но как это возможно? Как это может удерживаться в одном маленьком тельце? А если… а если он прорвётся? Этот мир ничего не спасёт! Это же… — Тёмная всполошилась и начала бегать по пляжу, заложив руки за спину.

— Спокойно! — Фрида подняла руку. — Спокойно. Он не вырвется. Душа Охотника не даст ему это сделать. Это единственная во Вселенной преграда, которая может удержать всё, что угодно.

— Так это было тобой подстроено? — выпучила глаза Тёмная, резко остановившись.

— Без комментариев, — хмыкнула Фрида. Но, судя по её глазам, прямо сейчас долбаная светлая испытывала какую-то дикую гордость. — Я пришла сказать о другом. Локи сошёл с ума. Он вбил себе в голову, что Первородный Хлад даст ему возможность освободиться от контроля Костяного. При этом его новые силы не только останутся, но и увеличатся. Он метит в высших богов, долбаный дегенерат. И он ни перед чем не остановится, чтобы добраться до этого ребёнка. Так что я предполагаю, что из всех бедствий, которые грозят этому несчастному мирку, первыми придут армии Костяного, и первым будет именно Локи.

— И что ты предлагаешь? — поёжилась Морана, снова машинально накинув на голову часть пледа.

— Нам надо его остановить. Остановить на подступах. Ведь если армия Костяного прорвётся в этот мир, то, даже несмотря на то, что там будет Сандр, этот мир может умереть. Поэтому, девочки, слушайте сюда!

* * *

Как только я и Первый Легион Земли вернулись в наше измерение, я почувствовал, как вокруг моего воинства начала закручиваться спираль самого Мироздания, определившая гуляющих вдали от «дома» детей, как инородные сущности. Встречавшие нас гвардейцы рефлекторно похватались за оружие, несмотря на то, что глазами видели — это пришли их боевые товарищи.

— Чёрт! — прорычал я, накрыв войско защитным куполом. — Белла, это что за хрень?

Эльфийка невесело улыбнулась.

— Это бонус для путешественников между мирами, если они не являются Странниками, как я, ну или Охотниками, как ты. В первом случае нас Вселенная вообще не видит, мы для неё нейтральны. Ну а у тебя слишком пластичная душа. Что касается обычных людей, ну, даже таких сильных, как легионеры… — Белла кивнула на моих бойцов, которые оружие не доставали, но были на всякий случай в боевой готовности. — … то Вселенная воспринимает их, как чужеродных микробов, которых нужно уничтожить. Ну или, если хочешь использовать другое выражение, — вылечить.

— Хрень какая-то, — сказал я. — Легионы ходят по разным мирам без всяких побочек!

— Это если они ходят в мирах одной Вселенной, — покачала головой Белла. — Здесь же ты сам видел: законы разные, физика отличается.

— И что нужно делать? — скривился я.

— Устраивать карантин. Очевидно же, — сказала Белла, взглянула на меня и рассмеялась. — Предупреждая твой следующий вопрос: на сколько? Я понятия не имею. Но… — она на секунду сбилась и задумалась.

— Что «но», Белла? — посмотрел я на неё, прищурившись.

— Я думаю, что в состоянии исправить это. Я смогу сделать своего рода прививку. Полноценными Странниками они не станут, но… — Белла настолько задумалась, что сложила одну руку на груди, а вторую положила на неё локтем и сейчас барабанила по подбородку пальцем. — Но это возможно.

— Что тебе для этого нужно?

— Не что, а кто, — сказала она. — Мне нужен Ларик и время.

— Сколько времени? — чётко, по-деловому, спросил я.

— Понятия не имею. А ещё мне нужно, чтобы этот щит продолжал стоять. Вот только для этого ж тебе нужно находиться здесь?

— Ага, — кивнул я. — Ладно, у меня есть идея. Волк, бегом к Кренделю! Тащи сюда стационарный барьер, точнее, четыре штуки. Будем изолировать ребят от Вселенной.

— Проблемы, командир? — отошёл Ратник. — Чувствую себя каким-то… гхм… лишним.

— Так и есть, — сказал я. — Вселенная считает тебя и наших ребят лишними. Но Белла обещала в этом помочь.

Через секунду Волк появился обратно. Из воздуха упали четыре тяжёлых контейнера.

— Экш-ш-шплуататор! — послышался, как всегда недовольный, голос Шнырьки.

— В общем, вот вам маленький отпуск, — улыбнулся я. — Оттопыривайтесь.

— Хрена се, отпуск! — сказал Ратник. — И что мы тут будем делать?

Ну да… Я оглянулся. Вышли мы из перехода на опушке леса. С одной стороны — картофельное поле, с другой — лес. Делать нехрен. Разве что картошку копать?

— Слушай, а если ребята перейдут под щитами на нашу базу «Байкал», ничего не будет? — спросил я у Беллы.

— Я не знаю, Сандр. Это и для меня в новинку. Но давай попробуем.

— Пробуйте, — хмыкнул я. — Короче, купайтесь, рыбку ловите. Отдыхайте. Как только Белла скажет, что всё в порядке, будем планировать наши действия дальше.

— И это что, такой карантин теперь каждый раз будет? — нахмурился Волгомир.

— Да не, в том-то и дело, Белла сказала, что всё порешает. Ведь так, Беллатриса?

Эльфийка не выдержала и рассмеялась.

— Великий Сандр! Кто бы мог подумать! Снова рассчитывает на бедную, слабую эльфийку!

— Буду должен, — буркнул я.

— Вот! — ещё шире заулыбалась Беллатриса. — Теперь другое дело. В общем, давай, вали отсюда и позови моего братца.

— Есть, мэм! — по-американскому образцу выпрямился я и отдал ей воинское приветствие.

— Кривляка, — хмыкнула Беллатриса, но хмыкнула удовлетворённо, после чего сразу повернулась к легионерам. — Ну что стоите? Хватайте контейнера, запускайте щиты, и пойдёмте. Ваш милостивый Сандр разрешил вам немного отдохнуть.

Я этого уже не слушал. Удостоверился, что стационарные щиты успешно развернули. Я осторожно убрал свой, убедился что все в порядке и Многомерная Вселенная не пытается «сожрать» моих воинов и вышел за его пределы. В мир сразу вернулись краски, звуки и запахи.

Рядом стоял Волк, задумчиво склонив голову набок, он глядел на меня.

— Не думал, что для тебя что-то может быть неожиданностью, — усмехнулся он.

— Слышь, умник, — покачал я головой. — Так-то мы тут первые космонавты… Ну, я хотел сказать, межвселенские путешественники. Подозреваю, что сюрпризов будет ещё целая куча, и далеко не все они будут приятны. А теперь давай-то, сгоняй к Ларику и попроси его присоединиться к Беллатрисе.

— А ты? — нахмурился на меня Волк, подозревая подвох.

— Не то, чтобы я тебе должен был докладывать, — хмыкнул я, — но у меня входящий звонок! — я выразительно постучал себя по голове.

Волк понимающе кивнул и исчез в Тени. Я же со вздохом уселся на траву. То раздражающее впечатление, преследовавшее меня в других Вселенных, было настойчивым вызовом. Кодекс пытался до меня достучаться.

Я на секунду подумал, а не смотаться ли мне в Арктическую крепость, в зал Пламени Кодекса, но, судя по силе сигнала, решил никуда не отлучаться. И был прав.

— Здравствуй, брат! — раздался в голове голос, который я не слышал уже очень-очень давно.

— Здравствуй, Первый! — на лице моём, помимо воли, появилась радостная, но слегка идиотская улыбка. — Рад, что ты в порядке.

— Ну, я бы так не сказал, мой добрый брат, — в голосе Первого Охотника появилась ирония. — Не в полной степени. Но, скажем так, всё вернётся на круги своя. Мне всего лишь нужно немного времени. Кодекс любезно предоставил мне возможность с тобой связаться, но времени не очень много, поэтому лови.

Не открывая глаз, я слегка дёрнулся, когда огромный пакет информации напрямую загрузился ко мне в голову. Что умел Первый хорошо, так это структурировать и передавать информацию без лишней воды. К примеру, Дэн так не умел: запихивал тебе в голову столько ненужного, включая парочку дежурных анекдотов, что иногда, чтобы добраться до сути, нужно было нормально там поковыряться.

У Мака тоже были проблемы с передачей информации, но уже другая проблема, нежели у Дэна. Старый Мак был мастером сокращения: он так боялся вложить лишнее и давал одну суть, что иногда с этого ни хера не было понятно, и приходилось додумывать оставшееся.

А сам я… Ну, в моей передаче информации тоже были свои нюансы. Скажем так, у меня постоянно цеплялось что-то лишнее. Я не мог с этим ничего поделать, но получалось стрёмно, когда в моём докладе о местоположении гнезда Смертельных Ужасов вплетался мой недавний отдых в таверне в компании парочки сисястых официанток. Но благодаря этому я был предметом неиссякаемых шуток, и каждый мой новый доклад ожидался моими братьями с большим нетерпением.

В общем, на всём этом фоне Первый — молодец! Будь как Первый!

То, что я сейчас увидел, это было ожидаемо, но чертовски неприятно.

Я видел костяные армии Скульптора, которые медленно, как заразная болезнь, распространялись по Вселенной, попутно захватывая богов и перерабатывая их паству в костяное воинство. Я видел Неназываемого и его Скверну. Хотя моя догадка была правильна: это была не его Скверна. Увидел я также и бой Первого с прорвавшейся Скверной, сложил два плюс два и мгновенно расшифровал свои ощущения в момент путешествия между Вселенными. То же самое я чувствовал в момент перемещения. И я точно знаю, в какой Вселенной находится сама Скверна. Чтобы туда идти, нужно сильно подготовиться. Один я туда точно не пойду. Мне нужен полный доступ как к Кодексу, так и к моим братьям.

Пустота, находящаяся за пределами Вселенной, собирающаяся вторгаться, также не добавила мне настроения. Причём в этот момент я чётко почувствовал печаль Первого. Я даже понял, по какому поводу: я был один из тех Охотников, который реально мог помочь братьям в борьбе против этого… враждебного образования.

Ну и на закуску — демонические легионы, которые, кажется, решили поиграть в бравых партизанов. Эти дегенераты всегда отличались непредсказуемостью и кривой логикой. В данный момент они даже невольно нам помогали. Я видел вспышки ожесточённых сражений, как против Костяного Скульптора, так и за закрытые дыры, которые не пускали Пустоту. Только к Неназываемому они пока не пробились — тот плотно сидел под своей защитой.

Но Первый хотел, чтоб я увидел другое.

Армия Вельзевула маршировала по грани Вселенной и маршировала в нашу сторону.

— Не успеете? — нахмурился я.

— Нет, брат мой, — сказал Охотник. — Они не высовываются в верхний мир, маршируют по плану Инферно, а мы там так быстро передвигаться не можем. И конечная цель — это твой мир. Именно так, — сказал он. — Старый Мак уже идёт с братьями, но ему нужно немного времени. Продержитесь.

Я усмехнулся, когда мне в голову пришла идея.

— Удержимся. Но мне нужна твоя помощь.

— Всем, чем смогу, брат мой. Но ты же понимаешь, наши силы взаимодействия с Запретным миром ограничены.

— Понимаю. Но то, что я попрошу, вы сделать сможете. Мне нужно, чтобы ты и Кодекс уговорили Свет зарядить шесть маленьких батареек…

Многомерная Вселенная

Инфернальный план

Дорога к Запретному миру

Вельзевул торопился. Он и его офицеры нещадно подгоняли низших демонов, дабы они шевелились быстрее. Тупое мясо не имело возможностей высших демонов, в том числе это ограничивало скорость их передвижения. И это чрезвычайно раздражало Вельзевула. Ведь, взяв исключительно офицеров, он бы уже ворвался в Запретный мир и разбил бы его оковы, уничтожив и сожрав мерзких человечков.

Но Вельзевул не мог этого позволить. Ведь в этом Запретном мире был Охотник. А ещё из него как-то странно пахло. Поэтому Вельзевулу нужна была его армия и его мясо, которое, как саранча, уничтожит Запретный мир, выпив все людские души. Львиная часть этих душ достанется ему, первому генералу, повелителю Инферно.

Боялся ли Вельзевул? Нет, Вельзевул ничего не боится. Возможно, он слегка опасался. И именно поэтому не вырвался вперёд от своей армии. Но он жил уже долгое время и несколько раз умирал, когда переоценивал собственные силы. А смерть для высшего демона Инферно, хоть и не окончательна, но чрезвычайно неприятна. А ещё это большая потеря времени, которая также ему была ни к чему. Так что — армия дойдёт вся! Тем более, что Охотники не успевали.

А больше ему бояться было некого. Парочку армий союзников Охотников уже попытались прощупать их на марше, но, получив по зубам, отступали, поняв, что демоны не планируют останавливаться, и в случае, если они попытаются встретить врагов грудью, то попросту умрут.

Оставалось совсем ничего до Запретного мира. Вельзевул невольно притормозил свои войска. Он чувствовал душу Охотника. Однако тот не спешил ему навстречу.

«Что это? Перерождённый Охотник испугался?» — это доставляло удовольствие инфернальному генералу. Что его смущало? Этот странный, давно забытый запах, который покрывал тело высшего демона неприятными мурашками. И он понятия не имел, что это такое.

Войска вышли на позицию. До Запретного мира оставался один рывок. Его офицеры смотрели на него несколько недоумённо. Вот же, протяни руку — и множество вкусных человеческих душ. Чего мы медлим? А Вельзевул сам не понимал, чего он медлит. Но он стряхнул головой, сбрасывая наваждение. Нужно выполнять то, за чем они пришли.

— В атаку! — рявкнул он, и орды демонов с гиканьем понеслись вперёд, медленно, шаг за шагом, поднимаясь из Инфернального плана вверх, в многоступенчатую Вселенную, чтобы в конце концов появиться в обречённом мире.

Дарованный смертным во спасение! Во благо и защиту! Озари меня благодатью своею, позволь стать воплощением силы твоей! Не устрашусь я ужасов тьмы и тварей, что обитают в ней, но найду силы в сражении с ними! Укажи сиянием своим путь мечу моему!..

…эти слова, которые раздались из ниоткуда, набатом отразились в голове у Вельзевула.

Более того, он видел, как вздрогнула его армия. Нет, низшие демоны и бесы, в большинстве своём, были слишком молоды, чтобы помнить эту смертоносную молитву. Они продолжали бежать с воплями и гиканьем вперёд. А вот их старшие собратья и офицеры — многие офицеры Вельзевула — помнили ту войну. Войну, которая едва не уничтожила весь Инфернальный план.

Очисти мой разум! Укрепи духом своим тело моё и душу мою! Азм есмь помазанник и проводник воли твоей! Карающая длань, что сразит вечного Врага!

Вельзевул зарычал и начал оборачиваться, пытаясь понять, в чём же дело и откуда это идёт.

И он увидел их.

Шесть ярких белых силуэтов опускались с неба подобно ангелам. Но они не были ангелами. У них не было крыльев. Пять человеков и одна человечка, с улыбками на лице и мощью истинного Света внутри себя. И последнее ввело Вельзевула в настоящий ужас.

Орден Паладинов выжил… И сейчас шесть его представителей шли на битву с демоническим воинством. А каждый из них был буквально переполнен мощью. Вельзевул затрясся всем телом. Эта мощь… Истинный Свет… могли призвать всего два человека: Командор и Боевой Капеллан Ордена. Только у них были силы, только им отзывался Свет. Но он видел своими глазами, что прямо перед ним целых шесть человек, души которых были напитаны сейчас истинным Светом по самые уши!!!

Это невозможно! Это невероятно!

— Внимание! — заорал Вельзевул, собираясь командовать отступлением, но не успел.

СВЕТ ДАРУЕТ НАМ СИЛЫ!!! ЗА ЧЕЛОВЕЧЕСТВО!!! СДОХНИТЕ, ТВАРИ!!!

И светящиеся силуэты ударили… Ударили со всей силой Истинного Света!