39. Когда узнаёшь, что твоё хобби – это уже политика
Лиля стояла перед зеркалом, критически оглядывая себя. Анна возилась с её волосами, а она изо всех сил пыталась не сорваться в панику. Закончившееся действие конфеты одновременно отдавало и полной расслабленностью всех мышц в теле, и особо острым ощущением мандража.
«Бал. Королевский бал. Бал, на котором… всё может пойти к чертям. Может по-традиции снова проведем его с советником?»
Эффект конфеты полностью рассеялся, оставив после себя разбитое тело и обострённые нервы. Хочется лечь, укрыться одеялом, запереться в комнате и не высовываться до следующей зимы.
Анна, между тем, ловко закалывала её волосы.
— Анна… а ты будешь на балу? — мрачно поинтересовалась Лиля.
— Конечно! Мы втроём стали влиятельными фигурами, поэтому обязаны посещать все официальные мероприятия. Этого требует этикет… — Анна подмигнула в зеркало и с довольным видом заколола ещё одну шпильку.
Лиля моргнула.
— Втроём? Это про чайную?
Она резко обернулась, и аккуратно собранная причёска тут же рассыпалась, как карточный домик.
Анна с выражением разочарованной матери, чьё дитя сломало вазы ради эксперимента, упёрлась руками в бока.
— Так, а ну-ка назад.
Лиля покорно повернулась обратно, ловя взгляд Анны в зеркале.
— Да, про чайную. Кто-то уже называет нас «рукой дворца».
Лиля ошарашенно уставилась на своё отражение.
— Так… То есть… Всё настолько серьёзно?
Хотя… а чему она удивляется? Толпы людей. Ажиотаж. Очереди. Полгорода уже зависело от их лавки, а она только сейчас это осознала.
Она дёрнулась, чтобы снова обернуться, но Анна молниеносно сжала её за плечи. В зубах у неё были зажаты шпильки.
— Анна… а почему ты до сих пор моя служанка, если мы такие важные шишки?
Анна моргнула.
— Важные… что?
— Ну, уважаемые люди в городе.
Анна фыркнула.
— Ой, отличное выражение, надо запомнить.
Она ловко закрутила ещё одну прядь и продолжила, не выпуская шпильки изо рта:
— У тебя вообще-то уже есть другая служанка. Назначили почти сразу, как стало ясно, что с чайной всё серьёзно. Она делает большую часть дел в комнате.
Лиля уставилась на неё в ужасе.
— Что?
— Но я подумала, что лучше буду помогать тебе до бала, — Анна усмехнулась, — чтобы ты не нервничала ещё больше.
Лиля резко развернулась, растрепав все старания подруги, и крепко обняла её.
— Анна! Я не знала этого! Ты потрясающая! Я так ценю твою помощь!
Анна покраснела, но улыбнулась, вынимая шпильки изо рта, и вкладывая их в ладошку Лили.
— Ох, Лиля… Я рада, что подружилась с тобой.
Анна отстранилась первой и с притворным возмущением посмотрела на Лилю, как парикмахер, чью работу только что варварски уничтожили.
— Ну всё, я сдаюсь. Ты безнадёжна.
Лиля только невинно улыбнулась.
— Прости-прости, но мне нужно было тебя обнять!
Анна вздохнула, покачала головой и вытерла руки о фартук.
— Ладно, пойду сама готовиться.
— Ты уже выбрала платье?
Анна многозначительно приподняла бровь:
— Я не настолько безответственна, как некоторые. Не удивлюсь, что если бы не подарок — ты бы пошла на бал в своем сером балахоне.
«Ах, сером балахоне? Это ты не видела в чем у нас подростки ходят, вот бы я посмеялась!»
Лиля скорчила недовольную гримасу, но подруга уже скрылась за дверью, оставив её наедине с собой.
Лиля присела на край кровати, любуясь своим отражением.
— Выгляжу на миллион. Если не золотых, то как минимум бронзовых монет.
Зеркало подозрительно заскрипело, словно разминало голосовые связки перед очередной порцией язвительности.
— Надо же, кто проснулся. Говорят, ты — мое подсознание.
— Хорошо, что ты начала прислушиваться к умным людям, — съехидничало зеркало. — Плохо, что сидишь с недоделанной прической в такой важный день.
Лиля вздрогнула. Это и правда. Анна сдалась, не закончив укладку, так что теперь придется доделывать самой. Она схватила шпильки и начала подкалывать выбившиеся пряди.
— Забавно, что на тебе платье от советника и колье от короля, но при этом они неожиданно сочетаются, — протянуло зеркало с явно недобрым весельем. — Мужчины жаждут видеть тебя в красном.
— Забавно, что вообще советник подарил мне платье, а не новую порцию книг. Он же так высмеивал короля за это… Я думала, это подарок Феликса.
— Все-таки умом ты не блещешь. Я сразу понял, что это от советника, — зеркало хмыкнуло. — От короля вырез был бы глубже.
Лиля поперхнулась воздухом. Зеркало довольно рассмеялось своим неприятным скрежетом, а потом продолжило:
— Но сидит намного лучше, чем твои обычные платья. Думаю, советнику понравится, — оно удовлетворенно хмыкнуло.
— Для моего подсознания ты слишком нагло себя ведешь.
— Ну какое есть. Возможно, стоит смириться и научиться с этим жить, — как-то слишком философски заметило зеркало.
— Помниться в начале ты хотело, чтобы я нравилась королю. Что поменялось? — Лиля настороженно прищюрилась, переводя тему на волнующий ее вопрос.
— Были обнаружены новые данные, — неопределенно ответило зеркало.
Лиля готова была поклясться, будь оно человеком – оно бы отвело взгляд в сторону и начало присвистывать, шаркая ногой.
«Надо выбить из него правду!» — подсказало сознание, и Лиля уже собиралась в буквальном смысле приступить к битве, но в дверь настойчиво постучали.
Лиля вздрогнула.
— Лиля, — раздался громкий голос Арчибальда. — Если ты собрана, я пришел тебя проводить!
— О, что-то новенькое, — зеркало фыркнуло.
Лиля злобно покосилась на него, откладывая битву и шантаж, который уже запланировала.
«Может, ты и моё подсознание, но тебя бы стоило отшлифовать хорошенько…»
Она прищурилась, но махнула рукой и направилась к двери.
— Удачи на балу, — неожиданно бросило зеркало ей в спину.
Лиля замерла на полсекунды.
«Странное ощущение. Когда зеркало милое — это тревожит куда больше, чем когда оно язвит…»
Но она быстро отогнала неприятные мысли и распахнула дверь.
— Арчи! Не ожидала тебя здесь увидеть!
Королевский повар выглядел на редкость элегантно: строгий сюртук, шейный платок из дорогого шелка, сколотый элегантной брошью. Выглядел он так, будто его только что срисовали с иллюстрации к дамскому роману о высшем свете девятнадцатого века. Из ее мира конечно.
Арчибальд смущённо накручивал ус на палец.
— Я решил проводить тебя… и убедиться, что конфета больше не действуют. Как ты себя чувствуешь?
— Отлично, — улыбнулась Лиля. Но заметив его прищур, поспешила добавить: — Хотя немного тревожно. Действие конфеты закончилось.
Арчи удовлетворённо кивнул и галантно подал ей локоть. Лиля аккуратно взялась за него и они двинулись по коридору в неловком молчании.
— Тебе очень идёт это платье, — попытался он сделать комплимент.
Лиля чуть не фыркнула. В его исполнении это прозвучало очень неловко, все-таки руководить оркестром поваров скалкой ему шло гораздо больше.
«Ощущение, будто на бал меня ведёт медведь… Но это точно лучше, чем с советником или королем! Кстати, медведь наш возможно принц…»
Она замедлила шаг, размышляя, как сформулировать вопрос так, чтобы не выглядеть полной идиоткой. Но в итоге махнула на это рукой:
— Арчи, — она потупила взгляд, а потом всё же спросила напрямик. — Ты ведь брат короля?
Арчибальд остановился как вкопанный. От неожиданности даже выпрямил руку, и её ладонь соскользнула. Он нахмурился… и вдруг расхохотался так, что его голос эхом разнёсся по коридору.
Лиля не была уверена, радует её эта реакция или пугает.
— С чего ты это взяла?! — Арчи наконец отсмеялся и уставился на неё так, будто она только что выдала лучший стендап года.
— Ну… — Лиля сглотнула, не зная, стоит ли вообще продолжать.
— Ну?! — переспросил он с нажимом.
— Есть мнение, что магия земли исчезла, потому что метка Феликса была второй. А первый наследник… не смог её принять, — осторожно произнесла Лиля, стараясь не сдать Берга. Она и сама не понимала, почему так защищает старика, но что-то внутри подсказывало — он не заслуживает неприятностей.
Арчибальд резко сощурился.
— Это Берг тебе сказал?
«Ой-ёй… Миссия по сокрытию информаторов провалена.»
— Ему же ничего не будет? — затараторила Лиля. — Он ничего плохого не имеет в виду…
— Мы знаем, — хмыкнул Арчибальд. — Я его допрашивал после истории с покушением. Почти безобиден.
— Так ты всё-таки брат короля? Он прав на счет метки?
Она снова схватила его под руку и чуть притормозила, не давая свернуть в коридор, ведущий к бальному залу.
Арчи посмотрел ей прямо в глаза.
— Нет. Я — нет, — твёрдо сказал он.
В голосе было что-то… даже слишком твёрдое. И он вдруг так решительно продолжил идти, что Лиле пришлось поспешно шагать рядом.
Она хотела спросить ещё. Очень хотела. Но коридор уже заполнялся людьми, а впереди замаячили королевские гвардейцы.
«Почему моё нехорошее предчувствие только усиливается?»