Глава 16

— Апчхи! — я вдохнула побольше пыли и от души с наслаждением чихнула. В носу свербило с тех пор, как порог новой комнаты остался позади, а света вокруг было так мало, даже посмотреть не на что.

— Вот и приводили всё в порядок ко дню вашего рождения, — объясняла Мира, споро протирая стекло мыльной тряпкой. Солнечный свет наконец-то смог пробиться через грязное окно, и я осмотрела подарок небес.

Оказывается, мне полагались новые покои! В день совершеннолетия все благородные леди перебирались в новый ареал обитания. И чем богаче род, тем изысканнее место миграции.

Мне полагался целый пентхаус. Большая гостиная с личным камином, темно-синим комплектом из дивана и двух кресел, письменным столом, несколькими шкафами темного дерева и мягкой кушеткой у окна. Из нее дверь в спальню — здоровенная кровать, встроенные в стену шкафы, женский уголок для прихорашиваний, столик у кровати, даже персональный маленький сейф. Кроме того, личная ванная и даже отдельная комната под гардероб. Роскошно, если сравнивать с предыдущей комнатой, та была прямо-таки спартанской по местным меркам.

— А тут что? — я открыла последнюю дверь и поморщилась от взвихрившихся клубов пыли.

— Это комната для расслабления, — заглянувшая Мира, указала рукой на какую-то мебель. — Здесь раньше была комната для массажа и медитации, вашей тетушке приходилось много упражняться в самоконтроле.

Покои не свалились из ниоткуда, раньше здесь жила тётя Лилина до своего замужества, теперь полагалось жить мне. Ха, вот это я удачно зашла!

— Унесите отсюда всё, — быстренько приказала я. — Вместо этого барахла принесёте кровать из моей старой комнаты. Один шкаф из гостиной переместить сюда, к стене. Будет еще одна спальня.

— Как прикажете, леди, — неуверенно замялась служанка. — Но позвольте полюбопытствовать, зачем?

Я только загадочно усмехнулась. Узнаешь позже, малышка.

— Мира, что б тебя, слезь оттуда сейчас же!

Нет, вы посмотрите, что она удумала! На кой ляд нужно вставать на подоконник и мыть окна снаружи, тянясь на цыпочках до верха? Ну можно же хоть немного поберечься!

— Леди Маргарет, я вовсе не больна! — возмутилась служанка. — Я… ой! — босая нога, наступившая на островок мыльной пены, соскользнула и неустойчивая конструкция из одной служанки полетела на пол.

— Оп-па! Ну что, вредничать еще будем? — спросила я упрямицу, перехватив тщедушное тельце до встречи с ковром из пыли. Перепуганные глазенки моргали со скоростью света, так что ответ «нет», и больше я её мнением не интересуюсь, пока сама голову включать не начнет. А собственные дрожащие от испуга пальцы можно спрятать за спину.

— Где остальные?

— Убирают хозяйские покои, пока господа в отъезде. А я здесь пока, тут еще много работы.

Да-а-а, тут как будто пару сотен лет не убирались, пыль-то многовековая, не иначе.

— Леди Маргарет, — лицо появившегося на пороге Феликса имело необычное выражение, как будто дворецкому прищемили что-то дорогое по самое не балуйся. — У нас проблемы.

— Что им вообще нужно? — негодующе шептала я, скидывая пропыленное платье и торопливо упаковываясь в чистое. Замудреные рукава путались, не желая приводить меня в порядок, а я беззвучно ругалась, как бабка на рынке из-за подорожавших помидор.

— Прибыли обсудить кампанию, которую вы затеваете, — спина дворецкого выражала весь скепсис и неодобрение нежданных гостей. Хотя я подозревала, что не одобрял он мои переодевашки при его скромной персоне, пусть и стоящей тылом. — А с ними и… сами увидите.

— Приветствую, лорды… и леди.

Да вашу Машу! Эти-то что тут делают?

В кресле гостиной, чинно развалившись, как в личном гробу, сидел уже известный господин, встреченный мною на праздничном салюте. А за ним…

— Что-то дворецкий не торопится докладывать о гостях! И служанки совершенно оборзели, даже чаю не предложили. Видимо, понахватались дерзости у кого-то — ехидным голосом донеслось со второго кресла, и на меня вызывающе уставилась знакомая шляпа.

К-а-а-а-кой сюрприз.

— Не знала, что за столь короткое время пребывания в гостях можно оказать такое внушительное влияние на окружающих, — задумчиво сказала я, присаживаясь на краешек дивана. — Феликс, будь любезен, окажи гостям подобающий прием.

Дворецкий молча поклонился и распахнул входную дверь.

Минута молчания затягивалась, пока я пыталась просемафорить глазами, что рано, рано таким образом гостей принимать, а неизвестные лорд и леди ошалело смотрели на невозмутимого дворецкого. Насладившись картиной «Благородные в шоке», Феликс невинно поинтересовался:

— Господа, чай подадут с минуты на минуту, желаете ли шоколадные булочки на десерт? — и не дожидаясь ответа вышел в открытую дверь.

— Гхм, — незамеченный мною ранее внушительной фигуры господин тонко улыбнулся, и неторопливо представился. — Маркиз Теодор Сатор, леди Маргарет, чрезвычайно рад знакомству.

Значит, папочка Лизаветы явился собственной персоной. Письменно негодовать дальше не получается?

— И я весьма рада нашей встрече, лорд Сатор, весьма рада, — в той же неторопливой и основательной манере склонила голову в знак приветствия. С этим товарищем прикидываться глупенькой девчонкой не получится, у него в глазах лёд в холодной воде плещется, покалывая мою самоуверенность рыбками-льдинками.

— Если позволите, леди, я бы хотел обсудить затеваемую вами аферу, в которую вы так неосмотрительно склонили мою дочь, — лёд из глаз переполз в слова, не оставляя сомнений в цели визита. Да, не чаи распивать прибыл маркиз и явно не любезничать. Ну так и я не нашкодившая трехлетка, не умеющая объяснить, зачем нужно было заливать клеем кошку. Объяснила через пару лет.

— Лорд Сатор, что вам известно о тонизирующих напитках? — спросила я, принимая чашку ягодного чая из рук дворецкого.

— Только маги-природники способны выращивать специальные травы, искусно приготовленные вытяжки из которых возвращают бодрость тела и духа магически одаренным воинам.

— А если я скажу вам, что существует растение, способное оказывать бодрящий эффект на человека в течении нескольких часов, которое можно смело употреблять как обычный напиток, выпивая его по утрам или в середине дня?

— Чушь, — фыркнула безымянная шляпа, щеголявшая сегодня широкополым головным убором небесного цвета. Может, она тоже лысая и прячет это?

— Скажу, что вы, леди, полезли совершенно не в свою сферу, — слегка надменно произнес Теодор. — С каких пор огненные стихийники стали интересоваться растениями?

— Нет совершенно никакой причины, по которой я не могу…

— Вы, леди, не можете, — перебил меня Сатор. — Не можете и не станете дурить голову моей дочери своими сказками про волшебный напиток. Тем более не станете склонять ее в финансовую авантюру, будучи даже несовершеннолетней.

Я внимательно посмотрела на собеседника. Весьма конкретно выражается мужик, прямо-таки на грани местных приличий.

— Неужели вас не прельщает идея подарить королевству новшество? — попробуем наоборот. Давим на восторженность, Ритка, давим. Глаза пошире, голос попридурочнее и типичный образ юной максималистки, считающей себя гением, готов. — О нас пойдут слухи и легенды, наши семьи станут богатейшими, открыв новую отрасль кулинарии, совмещенной с медициной, мы введем моду на употребление нового бодрящего вкуса!

— Слухи действительно пойдут, леди, — снова усмехнулся лорд Теодор. — Как о двух несмышленых фривольных девушках, что взяли на себя слишком много.

— Вам, барышня, следует думать о замужестве, о будущих детях, о долге каждой дворянки перед мужем и государством, а не затевать всякие глупости с этим вашим… кофием, — некрасиво выпятив губу, вышла на сцену шляпа. Так и буду ее звать, Шляпа. До чего же вредная особа, и что она тут забыла?

— Леди Вирджиния говорит правильные вещи, графиня, вам следует прислушаться к более опытной и мудрой женщине, — благосклонно кивнул маркиз и начало-о-о-сь…

Я даже не могу сказать, кто из них был петухом, а кто просто куковал. Наверное, тот мужик в кресле, очень уж у него скучающий вид. А эти два петуха, один красный, другой зеленый, продолжали нахваливать друг друга. Нет, с маркизом-то все понятно, здесь мужчины в принципе делают больше комплиментов прекрасному полу, а вот Шляпа явно заинтересована в собеседнике. Хм-хм.

— Благодарю за мудрость, леди, но, боюсь, мой будущий муж будет не в состоянии обеспечить супругу и потомков, а посему наша помолвка сейчас — дело зыбкое, — несколько капель чая выплеснулись на стол и подскочившая горничная быстро все вытерла сероватой салфеткой, тщательно промокнув поверхность.

Вместе с тем что-то царапнуло мой взгляд, какое-то маленькое несоответствие в происходящем, и я еле удержалась от осмотра присутствующих. Или не в людях дело? Тогда что мне не понравилось?

— Да как вы вообще! — дно чашки стукнулось о столешницу, а леди Вирджиния покраснела от гнева. — Как вы вообще смеете отказываться от такого, вы, маленькая, невоспитанная…

— Гхм, — громкий кашель господина в кресле прервал тираду бабы-шляпы. — Перестань, Вирджиния, не забывай, что мы в гостях.

Мамая миа, сколько эмоций! Мне нравится. Ну-ка, ну-ка…

— Что поделать, уважаемая леди, если благосостояние лорда Роберта оставляет желать лучшего, — я демонстративно вздохнула и снова взялась за чашку. — Вряд ли он сможет выделять на достойную жизнь своей дрожайшей половине по триста фионов ежемесячно.

— Сколько? — леди выпучила глаза, как муха во время проблем с желудком, а ее муж непритворно закашлялся, подавившись чаем. — Да на такую прорву денег целый дом благотворительности содержать можно! Куда вам столько средств, милочка?!

— Достойным супругам — достойная жизнь, — перефразировала я известные рекламные слоганы. — В конце концов, зачем жениться, если не можешь себе этого позволить? Если уж лорд Роберт желает, чтобы я сменила семью, фамилию, дом и родила ему детей, то к чему скупость, лорды и леди? В конце концов, я не требую сверх того, что привыкла тратить, а моя жажда деятельности позволит приумножить финансовое состояние доверившихся мне лиц.

Хорошо, что в этом мире нет телепатии, иначе я была бы погребена под шквалом обвинений в меркантильности, которые эта дама пыталась передать глазами и гневным распитием чая.

И вот оно! Наконец-то я это заметила — горничная, вытиравшая пролитый чай, снова бросила острый и выжидающий взгляд на Шляпу, как бы отслеживая разворачивающиеся события. Как это понимать, девица-красавица?

— В любом случае, — маркиз решил вернуть инициативу в свои руки. — Вы, досточтимая леди, слишком молоды и неопытны для подобных дел. Мы невероятно рады, что вы решили нас повеселить, — по губам ставшего мне неприятным типа скользнула презрительная усмешка, — пардон, посвятить в свои планы, но довольно, ваш дух авантюризма вреден. Вреден как вам, так и вашему окружению — отцу и будущему мужу, я уже про Елизавету не говорю. Позвольте откланяться, — недопитый чай остался на столе, а гость легко поднялся, прихватив трость из полированного черного дерева, которую я не заметила раньше.

— Верно, уважаемый маркиз, мы вас проводим, — засуетилась тётка, одной рукой подхватывая под локоть Сатора, а другой чуть ли не за шиворот цепляя мужа.

— Всего доброго, леди, — голос у молчавшего до сегодня мужчины оказался низким и даже приятным, а его Шляпа только фыркнула на вежливость мужа. Я уже говорила, что она редкостная хамка?

— Госпожа расстроена? — проводивший гостей дворецкий, подлил мне ягодный чай и положил на блюдце ароматную шоколадную булочку с помадкой. Я покрутила чашку в руках и со вздохом поставила на место, перехватив поудобнее сдобу и примериваясь к ее аппетитным пышным бочкам.

— Время решительных действий, Феликс, — говорить с набитым ртом неудобно, но так лучше думается. — Приготовь посыльного, я напишу несколько писем.

— Как прикажете, Ваша светлость. Кстати, о письмах, с утра доставлены два специальных послания для дома Амори́. В отсутствие графа вы имеете право вскрыть деловые письма, как наследница, — я с сомнением покосилась на слугу. А оно мне надо?

— Одно из них прямиком из порта, госпожа, от графини Майи Хортон, — поспешил уточнить дворецкий.

— Да? — я подпрыгнула на диване и рванула в сторону холла, где на специальном подносе лежала почта и свежая пресса.

Несколько личных писем для отца, одно для Роберта, поздравительные открытки, газеты — я перебирала руками бумаги, силясь отыскать нужный конверт. Наконец плотная шершавая бумага толкнулась в мою правую руку, в то время как левая собирала почту обратно на поднос, прибирая разведенный бардак.

Последней легла газета с кричащим заголовком и портретом королевской семьи, запечатленной на том самом балу, где мы с девушками произвели фурор. Заинтересованная событиями, я подхватила издание и пробежалась взглядом по первой странице. «Делегация горных послов прибудет сегодня вечером в королевский дворец, минуя ритуальное поклонение центральному храму Великого Мира. Ждать ли распрей королей? Алекс Мюрей, посетивший столицу соседней страны, привез неутешительные вести…»