Глава 23

— Поможешь мне с футболкой? — попросил с улыбкой Линкольн, когда обе бретельки с плеч Саманты были аккуратно сняты, а её одежда держалась лишь за счёт её рук, которые не позволяли ткани сползти на талию.

Сэм не двигается, когда Генри снимает с нее бретельки маечки и целует плечо. Мисс поднимается, выпрямляясь, чтобы поддеть низ футболки Генри и потянуть ее вверх. Сползая ниже, Сэм целует постепенно растущую полоску открывающейся кожи.

— Я помню, тут тепло, но не горячо, — улыбается, поднимая взгляд на парня, — твоя кожа так приятно пахнет, что я уже узнаю этот запах на полотенце…

Она, правда, нюхала его полотенце в ванной? Сумасшедшая мисс Хилт! Футболка ползет вверх, пока не вынуждает Генри поднять руки, чтобы стянуть ее полностью через голову. Но тогда и Сэм приходится поднять руки, её маечка соскальзывает вниз, укладываясь складками на животе, и открывает белоснежные амфоры грудей Саманты. У нее впечатляющий размер, дивная форма бюста, увенчанного маленькими розовыми сосками, словно вишенками на тортике.

— Ничего, что тут веснушки? — Саманта смущённо приподнимает ладошками свои сочные груди, — это не всем мужчинам нравится.

Генри не мог ответить ей, пораженный картиной, которая открылась перед ним. Соблазнительная грудь Саманты так и манила, чтобы с ней «поиграли».

Вопрос Саманты Генри понимает с трудом, его ладони вдруг бесцеремонно забираются под шорты, жадно сжимая округлые ягодицы мисс Хилт, оставляя недолгие красные полосы от пальцев. Он притягивает Сэм ближе к себе, вынуждая прижаться, обнять его за шею.

— Ты прекрасна!

Генри ловит губами сначала левую, потом правую округлость мисс Хилт, дразнит соски языком, посасывает и прикусывает губами. Саманта постанывает, томно прикрыв глаза, жар разливается волнами по её телу. Линкольн замирает, поднимает голову и улыбается, чувствуя, как тяжело дышит у его уха Саманта, как её ногти нежно царапают спину, его принося наслаждение сквозь лёгкую боль.

— Хочу поласкать вас в особом местечке, мисс Хилт. Не откажите и мне в ласковом прикосновении? — хрипловатым голосом спросил Линкольн, сглатывая слюну и облизывая губы. — Мне очень хочется доставить вам еще большее удовольствие.

Он явно возбужден и несколько потерян от этих эмоций. Глаза будто покрылись пеленой, но смотрят на Саманту внимательно, ища ответ на заданный вопрос заранее.

Ласка груди и поглаживания распаляют мисс так, что ткань её шортов уже чуть влажная. Видимо, ей и самой трудно терпеть и сдерживать страсть.

— Да…

Теперь уже мисс проявляет настойчивость и вынуждает Генри чуть отклониться, чтобы взяться за шнурок его штанов.

— Тогда это будет мешать, мистер Линкольн! — улыбается, целуя парня в нос. Кажется, встреча с его крупным калибром не пугает мисс Хилт, напротив.

— Согласен. Уберем все лишнее, — улыбнулся Генри, позволяя помочь ему раздеться. Конечно же, его тело только это и ждало. Крепкий большой член сразу же выскочил из плена ткани и призывно стоял, на глазах приобретая твёрдость. Проступающие вены слегка пульсировали, а головка уже была покрыта слоем смазки от возбуждения.

Руки Сэм касаются члена Генри, расправляют, оттягивая резинку штанов и белья, чтобы ему было просторнее.

Генри усаживается прямо и подхватывает мисс за талию, заставляя развернуться и сесть к нему спиной. Из-за этого член невольно прижимается к её животику, потому пришлось чуть устроиться удобнее, чтобы ручки девушки могли достать до него.

— А я вот не буду вас раздевать, мисс Хилт. Обожаю ласкать, пропуская руку под одежду, — прошептал Генри, проведя кончиком языка по мочке ушка Саманты. Его рука скользнула по её груди, животу и забралась под резинку шортиков и нижнего белья, ласково и аккуратно проведя фалангой по половым губкам.

— Только целуй меня, иначе я со стыда сгораю… такого никогда не делала…

— Не бойся, ладно? И говори, если что… А теперь позволь мне насладиться тобой, — его губы накрыли её в сладком томном поцелуе, пока палец осторожно раздвинул уже слегка влажные половые губки и позволил ладони скользнуть между ними, чувствуя жар лона Саманты.

В такой необычной позе мисс Хилт ощутила себя маленькой девочкой на руках взрослого мужчины, но… Генри ведь младше! Как это странно. Раньше ее привлекали только те, кто был старше как минимум на два года. Сэм думала, что только такие мужчины способны дать ей ощутить себя слабой и нежной малышкой, но нет. У Линкольна это получалось запросто. Его вкрадчивый шепот над ушком пробирал Саманту до мурашек. Она чуть раздвинула бедра, позволяя рукам Генри скользить под ткань одежды. Первые прикосновения самые горячие, непривычные, трепетные. Томное мычание мисс тонет в губах Генри, она раскрывает ротик, принимая его язык и от оральной фиксации низ живота сладостно сводит. Ее же тонкие пальцы ласкают головку, массируют, растирая смазку по упругой, горячей и каменной от возбуждения плоти.

Он изучал её медленно, будто оценивающе. Следил за реакцией тела, следил за её глазами и при этом целовал, проникая языком в её ротик, а свободная ладонь легла на грудь Саманты, сжимая нежно сосочек.

От проникновения пальцев между пухленьких губок, мисс Хилт потянула носиком воздух, прогнулась в спинке. Ей хочется большего?

Мисс Хилт извивается в руках Генри, дрожит и раскрывается. Ему это очень нравится, потому он не собирается теперь останавливаться. Ему хочется познать её тело в ещё больших вариациях.

Её маленькие ручки крепко держат его, ласкают и размазывают тягучую смазку по всей его длине, вызывая в ответ непродолжительное невнятное мычание во время поцелуя. Ноги юноши невольно слегка сгибаются, чтобы напряжение внизу живота стало сильнее… так куда приятнее.

Саманта отстраняется от губ Генри, но не отворачивается, выдыхает в его губы.

— Приятно, Генри… я слишком мокрой становлюсь, когда ты там меня трогаешь… немного смелее?..

Саманта дрожит, прижимаясь лбом ко лбу Генри. Она словно сильнее погружается в свои ощущения. Ее кожа становится розовой от прилива крови, движения более резкими и рваными от того, что пальцы, словно костенеют. Саманта смотрит в глаза Генри, ей хочется сказать ему, что сейчас чувствует, но вдруг, это лишь ситуативные эмоции? Опасается, но зато ее взгляд красноречивее слов.

— Смелее? Хорошо… я рад, что ты сама просишь о таком! — улыбнулся Генри, ловя губы Саманты. Его пальцы тут же становятся более настойчивыми и уверенными, ощупывают все уже признанные точки более интенсивно. Особенно ему нравится ласкать клитор. От прикосновений к нему влаги внутри Сэм становится больше, она так дрожит, выгибаясь всем телом, издает такие милые звуки.

Не предупреждая, Генри нежно и медленно вводит палец внутрь влагалища мисс Хилт. Внутри нее туго и горячо. Даже с естественной смазкой Сэм поддается неохотно, потому приходится делать все аккуратно и медленно, массируя преддверие круговыми движениями, расслабляя низ животика Саманты.

— Ты такая горячая и тугая, — шепчет Генри, целуя Саманту в шею и лаская её кожу языком, — ускоряйся… Я уже достаточно смазан для более интенсивной «игры».

Он говорит слегка завуалировано из-за стеснения. Но тело не обманешь: его член стоит уже крепко и весь блестит от смазки. Призывно дергается в руках Хилт, будто просит приласкать его получше.

Сэм сжимает член Генри обеими ладошками, массирует все быстрее. Пошлый звук становится громче, а когда палец Линкольна погружается в ее лоно, по телу рыжей проходит судорога. Она закрывает глаза, позволяя парню целовать себя снова.

— Ты просто каменный, Генри… и такой влажный… — мисс пробует пальчики, — и сладкий… я хочу как следует тебя распробовать. Больше, не сдерживайся!

Генри смотрит на то, как раскраснелась Саманта. На её действия с его смазкой. Аппетитно! Парень улыбается и кивает. Его пальцы движутся глубже и быстрее, лаская мисс Хилт активнее, из-за чего в комнате пошлые звуки становятся громче.

Вторая ладонь Линкольна уже не стесняясь терзает грудь мисс Хилт, покручивает и сжимает сосочек, вызывая в её теле дрожь наслаждения.

— Ты хорошо справляешься. Обожаю тебя, Сэм! — Шепнул Генри с ухмылкой.

Темп рук Саманты, ласкающих Генри, подстраивается под темп движений пальцев в ее лоне. Она сжимает крепче, стимулирует уздечку подушечкой пальчика, старается дать Генри ощущение тесноты в своих ладошках от головки до лобка, насколько это вообще возможно с таким внушительным размером. И пока Генри раскрывал горячую плоть Саманты, кусая ушко, она всхлипывает жалобно:

— Я скоро… Не могу больше…

Колени Сэм начинают дрожать. Они, то и дело сдавливают руку Генри, невольно замедляя его движения. Линкольн щипает сосочек мисс Хилт и она, не выдерживает, нежно вскрикивая.

— Генри! Ты… м-м-мф-ф-ф…хах… — но при этом ее хватка и не ослабевает ни на миг, — не честно!

— Нечестно ловить наслаждение? Или нечестно первой кончать? Старайся… тем более, ты… хорошо делаешь… — засмеялся хрипло Генри, ощущая, как Сэм стискивает его пальцы внутри. Похоже, настало время их финального аккорда. Тем более что ласки Саманты и ему очень нравятся. Он все ближе и ближе к тому, чтобы жалобно скулить и стонать, дрожать от боли в паху и желании освободиться, выплеснуть накопившееся.

— Когда буду… то направляешь ты, помни… куда будет… — он не мог уже говорить связано из-за зарождающейся волны наслаждения внутри и потому перешёл к крайним мерам, чтобы не закончить первым.

Безумие этой непристойной, взрослой игры набирало обороты. Саманта готова сдаться первой, она не может и не хочет противится натиску Генри, а он и не намерен ее щадить.

— Ты слишком хорош в этом, негодник! — выдыхает мисс, прогибаясь в спинке. Ей безумно хочется сказать ему тоже, что и он ей с такой лёгкостью, что обожает его и хочет, но… нет, спешить нельзя. Генри не поверит в ее искренность, ведь сама обозначала границы и рамки.

Мисс не желает отставать и хочет слышать Генри, заставить его быть громче. Член влажно хлюпает в ее ладошках, он очень горячий и просто каменный. Саманта начинает слегка вращать кистью, лаская головку сжатым кулачком. Она знает, что Генри скоро кончит и, раз уж он предлагает сам, направляет орган на свой животик. Интересно, много ли будет в это раз? Тогда она не смогла уместить наслаждение Линкольна в своем ротике.

Но вдруг второй палец протиснулся в Саманту, она взвизгнула, задрожала, приподнимая попку. Так что ей нравится, когда теснее⁈ Лёгкая боль доводит мисс Хилт до изнеможения, впрочем, она и не скрывала, что к этому испытывает слабость.

Саманта принимала сразу два пальца, жадно обхватывая их. Сначала она будто пыталась сопротивляться, но быстро сдалась, и пропустили их вглубь, позволяя Генри дарить ей не только быстрые движения, но и чувство наполненности, от которого Саманта была в восторге.

— Еще, ещё… грубее, Генри… — если бы парень не держал ее одной рукой, мисс могла и вырваться, сама насаживаясь на пальцы Линкольна.

— Хочу кончать вместе. Сэм, пожалуйста, ускорься ещё… — зашептал как безумец Генри, утыкаясь лицом в плечико начальницы и стал легко его покусывать, чтобы не оставить следов, хотя и желал бы впиться от души, чтобы заглушить уже не очень-то и мужественные стоны, которые все чаще и чаще срывались с его губ, вместо слов. Ноги поджались ещё сильнее, а пальцы внутри Саманты слегка сгибались, доставая до самых приятных точек.

— Глубже… прошу… вот так, да! Сюда… хах, боже!

Изгибающиеся фаланги возносят мисс Хилт до пика оргазма. Все её тело напрягается, сдавленное зубами, рукой и насаженное на пальцы, резко расслабляется, в конвульсиях. Мисс Хилт кончает громко и влажно, закатив глаза и приоткрыв ротик.

Генри уже не мог ответить на замечание Саманты, поглощенный их оргазмами, что были уже рядом… он ощущал, что его последнее действие явно стало последней каплей для Сэм, и её тело сдалось, сжимая его внутри так сильно, что он не мог и вытащить пальцы, только шевелить ими, доводя до оргазма.

Но и она не осталась в долгу, ускоряясь и терзая головку его члена очень быстро и сильно, что Линкольн уже не желал остановки, чуть двигаясь бёдрами навстречу, будто бы имитировал фрикции, только с кулачком Хилт.

Они кончили одновременно. Влажная смазка Саманты позволила руке выскользнуть из влагалища и остаться на промежности мисс. Горячая тягучая сперма покрывает её тело все больше и больше.

Они оба шумно дышали и с трудом отыскали губы друг друга, сладко сливаясь в поцелуе. Линкольн еле смог разогнуть дрожащие ноги. Горячие брызги семени опросили животик и груди мисс Хилт. Она испытала наслаждение и от этого тоже. Словно теплый воск оросил кожу, приятно стягивая.

— Ты просто супер, Сэм… давненько я не ловил такого удовольствия от мастурбации… — прошептал откровенно парень, проведя ладонью по телу Саманты, размазывая семя по её горячей коже.

Едва ее судороги стихли, Саманта ответила на поцелуй Генри с жаром, все ещё нежно поглаживая его член ручкой. Его влажные пальцы на ее гладком лобке кажутся тяжёлыми. Развратная, но очень горячая картина, полная томной нежности и затухающей страсти.

— А часто ты этим баловался? — засмеялась мисс, — но если честно, мистер Линкольн, вы лучшее, что случалось в моей жизни. Я… если честно, давно на тебя обратила внимание.

— Ну, я же не зря побежал тогда в ванную убирать всякое… думала, что шучу? — засмеялся хрипло Генри, наслаждаясь ощущением расслабленности, охватившим тело. Их нежностью. Саманта остывала медленно, отчего тело бросало в жар все больше и больше. Пожалуй, надо и правда принять душ и спать.

Взяв руку Генри в свою, Саманта сжала ее и, приподняв, поцеловала пальцы.

— Ты нравишься мне. И твой размер тоже. Хах! Однажды, я… Хотя, не важно. Час поздний. Пора приводить себя в порядок и спать. Вы что предпочтете: диван или мою постель? Правда, в моей постели может быть тесновато. Она твоей — не чета!

— Я к тебе в кабинет часто заглядывал. И на тебя заглядывался, — хмыкнул Линкольн, свободной рукой поглаживая девушку по голове.

— Ты, правда, думаешь, что я лягу на диване? Тесно на кровати… будет повод прижаться к твоей сладкой попке посильнее! — Генри издал тихий смешок, аккуратно помогая Саманте подняться и встать. — Так что смиритесь, мисс Хилт, ваш помощник будет с вами спать.

Генри и, правда, не стал даже задумываться насчёт того, где спать. Не предложи Саманта лечь с ней, он сам бы спросил позволения. А так парень он с удовольствием разделит с ней тесноту кровати в её спальне.

Время стремительно бежало вперёд, так что пока они привели себя в порядок, пока разобрались и постелились, уже было за полночь.

Возможность обнять Сэм, прижаться к ней, вдыхать аромат её тела — делала Генри самым счастливым человеком на земле. Он с удовольствием нырнул в кроватку, блаженно улыбаясь и подзывая Саманту ложиться рядом.

— Знаешь, Сэмми, ты просто великолепна. С тобой хочется быть все время, даже бы променял сон на возможность тебя обнимать и шептать глупости на ушко, или говорить на серьёзные темы. Жаль, что сон необходим, — уже в темноте и тишине Генри сонным голосом решил перед сном чуть поговорить с Самантой.

— Нет, мистер Линкольн. Без сна я вам быть категорически запрещаю, — засмеялась Саманта, устраиваясь рядом с Генри и покрепче его обнимая. Все же, ее постель полуторка и такому крепкому парню, как Генри Линкольн, в ней тесновато. Одежду надевать не хотелось и вовсе, но не спать же голышом! Поэтому Сэм нацепила сорочку, чтобы не было жарко.

— Вы ведь мой незаменимый помощник. Без вас я как без рук!

Ей нравилось иногда обращаться к Генри в подчеркнуто-официальной форме, будто дразнясь.

— Правда, посматривал в мою сторону? Правда считаешь меня такой замечательной? — мисс Хилт, поглаживает широкую грудь Генри, — на самом деле ведь это не так. Я обычная. Удивительный — ты, Генри. Во всех смыслах и отношениях.

Мав пришел спать к людям и пристроился, задевая пушистым хвостом Генри, прямо у него на ноге. Так получилось, что парня облюбовали и хозяйка и питомец.

— Нет-нет. Удивительная ты. Ум, красота, душа и все сразу… я просто восхищён, — засмеялся в ответ Генри, наслаждаясь теплом её тела. Уткнулся в её шею, прижимая к себе.

— Я так рад, что ты не боишься того, что между нами. Я это ценю, — пробормотал Линкольн, глупо улыбаясь белеющему в темноте потолку.

— Шутишь что ли? Я ужасно боюсь. Я в ужасе, — усмехнулась Саманта, — я переживаю, что сделаю что-то не так и потеряю тебя. У нас все только началось, но я… Ох, Генри. Я так хочу, чтобы все было хорошо. Но сейчас думать об этом — лишь сильнее волноваться. Поэтому, поспи. Утром мы едем на работу вместе. Думаю, ничего в этом страшного не будет. Если кто-то спросит, скажем, что встретились на светофоре, и я предложила тебя подвезти.

— Есть, мэм! — хмыкнул Генри. И правда, утомленным надо немного отдохнуть. Сон сморил так быстро, что Линкольн даже не заметил. Было так хорошо и уютно.

Непросто, что им придется скрывать отношения на работе, но об этом речь шла изначально. Генри был согласен.