Глава 35

— Я, кстати, так и не спросил. А какую должность тебе в Нью-Йорке обещают? Опять с низов подниматься наверх? Или сразу с повышением? Сколько ещё хорошеньких мальчиков у тебя будет под контролем? — Генри ехидно улыбнулся, глянув в глаза Сэм. Вот тут он не ревнует. Потому что давно понял, при всех его данных, она запала не на тело. Её подкупает его открытость и доброта. Его душа. Потому к подчинённым Саманту Хилт он точно никогда не будет ревновать. Даже если им придётся пожить отдельно в разных городах какое-то время.

Тема неожиданно перетекла в обсуждение работы. Сэм вздохнула, но поделилась.

— Начну помощником главы отдела, как и тут. Там большие деньги, большие объемы работы, мне тоже будет чему поучиться. А что? Почему ты… кхм.

Глупо спрашивать, почему это интересует Генри.

— Просто думаю, какие перспективы должны быть, чтобы потом приехать к тебе. Получается, когда ты станешь там главой отдела, есть шансы к тебе попасть помощником. — Задумчиво проговорил Линкольн.

Стоило Генри заговорить о перспективах, как Сэм изумлённо на него взглянула. Неужели Генри не только не против ее переезда в Нью-Йорк, так ещё и хочет добиться перевода тоже? Он не хочет расставаться и готов расти вместе с ней!

Он явно что-то ещё хотел сказать, но внезапный звонок телефона отвлек его. Он извинился, освобождаясь из объятий Сэм, и ответил на звонок. Мисс понимающе пожала плечами и села, давая Генри простор. Она взяла кота на руки, стала его гладить, делая вид, что не вникает в разговор.

Судя по интонации голоса Генри, ему звонил кто-то из родственников. А уж обращение «да, мам» сразу все прояснило. В этот миг рыжая не смогла сдержаться, глянула на Генри изумленно. Все ее существо сейчас отражало смятение. Неужели мисс Хилт из тех, кого никогда с матерями не знакомили?

Взгляд Линкольна был весёлый, он поглядывал на Саманту и положил ладонь на её бедро, нежно водя рукой по внутренней стороне, щекоча.

Вроде говорит с мамой, отвлечён, а все равно нашёл время подразнить Хилт. И откровенно улыбается, чуть ли не смеётся. Но Сэм воспринимала это по-своему. Она возбуждалась.

Мисс Хилт тоже положила руку на бедро Линкольна, но двинула решительно вверх, перемещаясь на диване так, чтобы оказаться между его ног, поцеловала внутреннюю сторону бедра, улыбнувшись, мол, тут «тепло?»

Генри сейчас в одних боксерах, доступ к его коже был открыт, так что лёгкий поцелуй вызвал у парня румянец, губы его дрогнули. Он улыбнулся и тихо выдохнул — «очень тепло», удобнее садясь, позволяя любимой продолжить эту сладкую пытку.

Сложно говорить с мамой по телефону, смотря вниз и видя это милое лукавое личико, что явно собралось мстить за то, что ему перестали уделять внимание. Впрочем… Генри вдруг широко улыбнулся и на какой-то вопрос в трубке ответил, что сейчас в гостях у девушки.

Даже выкрученный на минимум динамик все равно выдал явное восклицание с той стороны. И, похоже даже, что оно было радостное, поскольку в динамик сразу же затараторили так, что Линкольну пришлось на пару секунд отнять телефон от уха. Свободная рука ласково легла на макушку Саманты, поглаживая волосы.

Впервые Генри упомянул их отношения в разговоре с матерью. Все же далёкие родственники в Небраске вряд ли как-то смогут подмочить репутацию коллегам. Да и имени и о том, кто такая «его девушка» они не знают. Потому Генри мог позволить себе такую шалость.

Хранить секрет становилось сложнее с каждым днем, но теперь на душе сразу стало легче. Да и Генри хотелось поделиться этим счастьем с близкими. С теми, кто это может оценить и признать. Оставалось надеяться, что и Саманта поймёт, и не будет ругаться.

Но мисс Хилт на сложности Генри Линкольна было плевать. Она почувствовала себя неловко и уязвимо из-за его откровений и решила отплатить сполна. Поцелуи становились настойчивее, а пальцы пробирались под ткань боксеров Генри, щекоча кожу. Губы мисс накрыли головку прямо сквозь ткань нижнего белья, увлажняя ее слюной. Парень с трудом сдержал стон наслаждения, неловко закашлявшись, отчего на том конце телефона явно забеспокоились, и пришлось говорить, что все нормально. Невинный взгляд мисс Хилт в глаза Генри недвусмысленно намекает на желание развить эту игру в нечто большее.

Ласковые ладошки любимой стали его откровенно лелеять и даже чуть царапать, стягивая единственный элемент одежды. Генри смотрел на это зрелище, и в глазах его читалось желание, чтобы она продолжала.

Зубы Сэм подхватывают резинку, стягивая белье Генри вниз, пока ладошки, протиснувшиеся в проймы боксеров, как змеи, игриво скребут ноготками кожу.

Он, кажется, сказал, что у девушки… стоит ли так шутить? Может, быть скромнее и отступить? Головка члена шлёпает Сэм по носику, когда эта любопытная лисичка стягивает боксеры Генри еще ниже, а после начинает водить язычком по стволу, сексуально раскрыв ротик и щекоча влажную кожу дыханием. Его запах… Очень ей нравится. Неужели у них снова будет секс после того безумия в душевой кабинке парка?

Ноги Генри непроизвольно сгибаются в коленях и будто подталкивают Саманту. Впрочем, нет. Подталкивать стала рука, что отпустила затылок любимой на мгновенье, прежде чем вцепиться в густые волосы и чуть потянуть голову Хилт кверху. Она подняла взгляд…

Тёмные глаза Линкольна горели похотью и страстью. Он улыбнулся и взглядом указал на дрожащий член. Так сказать, он совершенно не против продолжения, хотя будет очень и очень сложно сдерживаться.

Тем более что отвечать на голос в телефоне нужно. Он задает простые вопросы. Можно было бы закончить разговор быстро и полностью насладиться любимой… но Генри лишь улыбается и отвечает матери по разным мелочам.

Видимо, желает испытать себя и постараться не отвечать на старания любимой привычными стонами и шепотом. Заставить себя терпеть и лишь потом, когда он дойдёт до предела… только вот будет ли Саманта это делать? Рискнет ли ещё раз сегодня пробудить в своём парне ту страсть, которая уже в парке была практически безумной и бесконтрольной.

Сэм улыбнулась, опуская глаза, послушно придвинулась ближе, принимая в ротик каменный стояк Генри. Да, она поддерживает эту пошлую игру, начиная томно ласкать его языком. Молодым парням нужно ведь чаще и больше, чем зрелым мужчинам. Мисс Хилт с радостью поможет! Бельё Линкольна летит в сторону, парень подгибает ноги, открываясь рыжей бестии, что сладко причмокивая губками, старается взять как можно глубже. При этом ее ручки все так же дразнят кожу, ласкают её, обхватывают мошонку, массируя, скользят ниже, до ягодиц и снова вверх.

«Вот так, мальчик, спокойнее…»

Держаться было сложно, когда Сэм принялась ласкать его активнее. Её горячий ротик и влажный язычок создавали контраст, от которого с одной стороны хотелось сжаться, а с другой — полностью раскрыться и отдаться чувствам.

Черт, зря он до сих пор пытается говорить с мамой по телефону. Мысли совершенно сбились в кучу и уже не представляли собой ничего адекватного. На все реплики матери Генри отвечал коротко, чуть ли не мыча сквозь сомкнутые губы.

Но это оказалось лишь началом…

Когда Саманта выпустила член из плена рта, парень на мгновенье подумал, что, все же, выдержал пытку. Оказалось, это было лишь началом. Нежный кончик её языка скользит вверх и вниз, отчего Линкольн не сдерживает стон, который сразу был слышан на том конце телефонного разговора. Парень с трудом заставил себя закашляться и прохрипеть в телефон, что видимо, простыл под кондиционером, отвлекая мать на новую порцию лекций о необходимости одеваться по погоде и правильной заботе о здоровье.

Она просто издевается… доводит его до крайнего состояния. Генри сжимает мышцы пресса, отчего член в маленькой ладошке любимой буквально дрожит от наслаждения.

— Все… нормально. Попью чай и пройдёт. — Генри хрипит в трубку, поскольку уже не играет. Только на таком тоне голоса он не будет стонать открыто. Наконец разговор завершается, мобильник летит в сторону, а сам парень откидывает голову на спинку дивана, закатывая глаза от удовольствия.

— Охренеть… черт… — он может теперь быть более откровенным, но кроме ругательств ничего не может выдать. Нет, ему приятно. Слишком даже. Лицо Генри красное от возбуждения, а тело слегка трясётся от удовольствия.

Мисс Хилт думала, что Генри не позволит и этого, что будет отстраняться, смущаться. Однако, как хороший мальчик, Линкольн стойко терпел ее посягательства, хоть и дрожал, краснея, как осиновый лист. Его ответы матери и задевали Сэм и беспокоили, она водила язычком по уздечке, головке, стволу Генри. Зелёные глаза уже неотрывно следили за Линкольном, страстно желая знать, приятно ли ему, хорошо ли… Каменный стояк, подергивающийся в скользкой, нежной ладони красноречиво заявлял о том, что ему нравится.

— Прости, не смогла себе отказать, — улыбнулась Сэм, заменяя язычок на подушечки пальчиков.

— Но ты такой милый сейчас! Расслабься… — подмигнула, беря в рот головку члена и принимая его так глубоко, как может. Она намерена снова доставить Генри наслаждение.

В висках и ушах бешено стучит сердечный ритм, так что Генри, хотя и нашёл в себе силы поднять голову и посмотреть на любимую, будто и не слышал ничего. Его нижняя часть живота сжималась от удовольствия бесконтрольно, будто желая поскорее разрядить напрягшееся тело, но из-за избытка ощущений и чувств он не мог этого сделать.

— Сэм… — хрипло выдавил из себя парень, будто умоляя Саманту не останавливаться.

Ему безумно приятно. У Линкольна нет возможности что-либо сказать, попросить или даже умолять. Он лишь вновь откидывается головой назад, жалобно застонав и задрожав ещё сильнее.

Жар её ротика сводил с ума. Бедра сами непроизвольно подались вперёд, отчего головка ушла ещё глубже даже того уровня, что взяла для себя Саманта.

Язык тела Генри Сэм начала понимать хорошо. Она не отстраняется, когда парень мощно задвигает свой агрегат глубже, но закрывает глаза, сдерживая дыхание и подавляя рвотный рефлекс. Головка входит в горячее, узкое горло, судорожно сжимающее её.

— Сэм… нечестно… хочу и тебя пол… пол… — Генри стонал все громче, низ живота стал каменным, а член в её рту дрожал и набухал все больше. Он близок к оргазму, но ему так не хочется получить удовольствие одному, что парень сопротивляется этому ещё немного, чуть-чуть, отчего уже даже становится больно.

Но по сжимающимся ногам Саманта понимает, что сейчас Генри сдастся. Что вновь готов разрядиться горячей тягучей спермой, которой даже после их недавнего секса будет явно немало.

Вдруг пальчик мисс погрузился по фалангу туда, где Генри этого совершенно не ожидал. Сэм знала, что это не создает сильного дискомфорта, но подарит массу новых впечатлений Линкольну. Она начинает лёгкие фрикции, едва ощутимые, но пробирающие парня до мурашек. Мисс синхронно с этим и шеей двигает, игнорируя слова Генри о том, что он хочет ласкать и ее.

«Не сейчас, малыш… потерпи немного… это только твой звездный час».

Она знает, что Генри готов разрядиться и хочет принять от него все до капли. Такого опыта у Линкольна точно не могло быть никогда, поэтому Сэм хотелось быть его первой и в этом. Даже если после он скажет, что никогда не хочет повторить…

Генри уже не стонет, а скулит от нового ощущения. Пальчик бережно проникает внутрь. Может парень и хотел бы отстраниться, но не может из-за непередаваемого наслаждения.

Тело само реагирует и призывно поддается вперёд. Ему нравится. Даже слишком. Такое может стать и новым фетишем для него.

Но все заканчивается в момент, когда подушечка пальчика Сэм задевает возвышение простаты. Это было похоже на взрыв. Внизу живота адски стянуло, с губ Генри сорвался стон, а он сам согнулся вперёд, жадно обхватывая руками голову любимой, не позволяя той отстраниться. Член проникает в её горло, изливается спермой.

«Да сколько же в нём⁈ — пронеслось в сознании Сэм, получающей порцию за порцией спермы, — вот только же пообедали! Черт…».

Он еле смог разжать пальцы и отстраниться, буквально развалившись на диване.

Генри дышит очень медленно и глубоко. Сердцебиение настолько сильное, что, кажется, будто сейчас его грудная клетка разломается. Сил нет даже посмотреть на Саманту, не то, что сказать что-то об этом тягучем запретном удовольствии, которое она подарила ему.

Но это было прелестно. Восхитительно. Охрененно. Анус все ещё сжимается и расслабляется ритмично, будто призывает ещё войти в него.

Странное чувство — быть в её полной власти… и вместе с тем ловить невероятное наслаждение. Бедный Генри начинает понимать, что при всей его мужественности, ему очень нравится быть и в подчинении Саманты. И это может открыть его совершенно с иной стороны.

Подперев голову рукой, она улыбалась ехидно, наблюдая за тем, как ее любимый переводит дух.

— Ты сволочь, мисс Хилт… это было нечестно… — Первое, что смог выговорить Линкольн, будто бы злясь, но по его улыбке и горящим глазам видно, что это не так.

— Ты знал, что сладенький во всех местах? — медленно облизнула пальчик, поднимаясь на коленях выше и заглядывая в лицо Генри.

— В следующий раз я сделаю это и языком и пальчиком! — видеть реакцию Генри так приятно. Он ведь хочет… Ему было приятно отдаться, явно понравилось.

— Я люблю тебя! — она обняла парня за талию и поцеловала чуть ниже соска, — ты такой милый…

Вспомнилось то ее желание, взять Генри на работе. А что если… нет, сейчас об этом думать нельзя.

— Черт. Ты та ещё штучка оказалась. Нет, я всегда знал, что рыжие те ещё затейницы, но ты переплюнула всех. — Засмеялся Генри, смотря, как любимая продолжает над ним издеваться, ведя себя нежно и аккуратно. Такой контраст его шокировал, но при этом и дико понравился. Ведь после страсти они могут быть расслабленными и спокойными.

— Надеюсь, твоя мама ничего не заподозрила… это было бы неловко.

— Нет, вряд ли. Конечно же, все может быть… но обычно она слишком сильно переживает за меня, потому любой такой момент отвлекает. Теперь, правда, буду каждый день писать ей, что в порядке, пока она не успокоится. — Ответил Генри, прижимая Саманту к себе.

Слушать о маме Генри было немного тоскливо. На миг Сэм ощутила укол совести за то, что позволила себе такие непотребства. Все же, мама — святое.

— Да, ты уж постарайся ее успокоить. Стоит ценить то, что имеешь. Родители ведь не всегда будут с нами.

— Прости, невольно напомнил. — улыбнулся легко Генри, поглаживая Саманту по спине. Ей без матери явно тяжело. Может это была одна из причин, почему Хилт старается быть сильнее всех. Потому что не хочет подобной судьбы себе.

Линкольн осознавал, что их отношения, такие чудесные сейчас, могут вскоре измениться. Каждый, так или иначе, начнёт диктовать свои условия… конечно, парень будет всегда стараться искать компромиссы, но с Сэм даже на них идти надо аккуратно.

Он и не задумывался об этом. Что его женщина, которую он любил, она правда сильнее его. Даже в сексе это куда чаще проявляется. И нравится ли ему такое? Сможет ли он не стать из-за такого и сам тираном, как её отец? Оставалось надеяться на собственную адекватность.

Замолчав на пару минут, прежде чем заговорил со смущением в голосе.

— Это было классно. Не думал, что мужчинам тоже может нравиться, когда их… в общем… надо будет повторить обязательно. — Честно признался Линкольн, прикусывая язык от смущения, чтобы не ляпнуть ещё чего. А то такими темпами он из надежного мужчины в её глазах превратится в сладенького мальчика. Так что придётся ради своего эго однажды «отомстить» любимой, чтобы она точно не забыла.

Сэм обнимала Генри, ласково поглаживая его живот ладошкой.

— Ну, на самом деле, у мужчин там довольно чувствительная зона, — кажется, мисс Хилт совсем не переживала о смене ролей в их отношениях. Это никакая не проблема. Можно ведь меняться, тогда широкую гамму ощущений получит каждый.

— Мне теперь неловко, что ты осталась без наслаждения. Я понимаю, что свой кайф есть и в таком… но мне некомфортно от осознания. — Вздохнул Генри. — Ах, ну… — Сэм закусила губу, смущённо отводя взгляд, — если это так тебя беспокоит, то я не стану отказывать себе в удовольствии.

Улыбаясь, мисс Хилт поднялась на ноги и, не сводя с сидящего на диване парня озорные зелёные глаза, наклонилась вперёд, снимая шорты. Ткань сползла вниз, Сэм переступила через нее, а после развернулась, демонстрируя стройные ножки, подтянутые тренировками бедра и кругленькую упругую попку в черных трусиках с кружевом именно на ягодицах. Сэм, дразня парня своим видом, упорхнула к полкам, что-то разыскивая.

Вернулась мисс Хилт с тем самым ошейником в руках, уже знакомым Генри.

— Тогда ещё немного побудь хорошим мальчиком для меня.

Забравшись коленями на диван, Сэм надела на Генри этот милый аксессуар и взялась уверенно за цепочку поводка.

— А знаешь, что делают хорошие мальчики?

Она поднимается на ноги, встаёт на диван, возвышаясь над Генри и улыбается. Смотрит сверху вниз, медленно опускает руку, берется за краешек ткани трусиков и тянет в сторону, открывая гладкий лобок и бархатистые половые губки, блестящие от влаги. Мисс Хилт возбудилась, когда игралась с Генри, а теперь и вовсе.

— Они старательно работают языком!

На плечо Линкольна опустилось колено Сэм. Она плавно приближается, устраиваясь прямо на его губах.

— Высуни язычок…

Кончик языка завороженного Линкольна ласково проходит между половых губок, слизывая влагу. Он наслаждается вкусом мисс Хилт, поражаясь тому, как ей идет доминантная роль.

Генри ласкал Сэм медленно, он ведь послушный мальчик. Потому старался держать себя в руках и подчиняться. Давящий на шею ошейник помогал об этом помнить, но руки все же нежно скользят по ножкам Хилт, оказываясь на бёдрах и жадно сжимая их, чтобы она никуда не делась.

Саманте понравилось открывать для Генри что-то новое, пробовать с ним что-то новое для себя. К слову, с Генри все было по-новому, необычно и очень вкусно. Нравилось смотреть в его глаза и видеть смесь дикого возбуждения, восторга и жажды. Ну а сейчас, когда ее тело плавно опустилось на лицо парня, мисс стала двигать бедрами, но не могла ожидать такого рвения со стороны Линкольна. Сейчас Генри не послушный маленький пёсик, который должен ублажать хозяйку так, как она хочет, но вдруг он стал перехватывать инициативу.

— Ом-мф… Генри…хах… — Сэм ослабила поводок, ощущая, что движения языка становятся напористее, агрессивнее и шустрее, — ммфф… хах…

Запрокинув голову назад, она застонала. Бедра Сэм задрожали от напряжения. В этой позе ей явно непросто переносить столь интенсивные ласки.

— Глубже… о-о-ох-х, — она направляет его язык в лоно, чувствуя, что долго не выдержит, и если Линкольн не даст ей кончить, это будет подобно смерти.

Генри не мог ответить на стоны любимой привычной ухмылкой или хотя бы взглядом, весь погруженный в ласку. Язык медленно проник в горячее тугое влагалище. И стал ритмично двигаться, имитируя фрикции. Нос Линкольна утыкается в клитор, он шумно сопит, обдавая его горячим дыханием, ещё больше стимулируя зоны наслаждения для этого тельца.

Бедная маленькая рыжая госпожа пусть и возвышается над ним, но её стоны красноречиво говорят, что она вся в его власти.

Глубже, быстрее. Жадно владеть ею, порочно трахать языком, проникая как можно дальше, чувствуя напряжение внутренних стеночек. Захлебываться от их влаги, с трудом дышать, но наслаждаться этим не меньше, чем Саманта.

Сэм попала, при том, крепко. Сильные руки Генри сжали ее бедра и не дали двигаться самой. Упираясь одной рукой в стену, мисс Хилт беспомощно дрожала. Только подумать! Он делает это в такой позе… Хотя должен был подчиняться сам! Мисс Хилт жалобно всхлипывает, кусая губы, и кончает так сладко, сжимая дрожащими ножками Генри, что на миг теряет связь с реальностью. Она роняет цепочку поводка и, накрыв ладошкой глаза Генри, будто запрещая смотреть на ее смущённое лицо, приходит в себя.

— Ты каждый раз меня поражаешь… и где научился только… — бормочет мисс, убирая ножку с плеча Генри и неуклюже опускаясь на диван, — но это было что-то… тебя не так просто держать в узде, да?

Генри недовольно заурчал, когда ему прикрыли глаза, пока любимая на дрожащих ногах слезала с него. Ох уж эта женская натура, после бурной страсти резко становиться застенчивыми.

— При моих размерах оральный секс был очень важен. Ну и ещё, как ты любишь выражаться, ты вкусная везде. — Засмеялся хрипло парень, смущённо поджимая ноги. Несмотря на уже два оргазма в ближайшие часы, у него уже вновь все встало. Но надо дать уже отдых им обоим, иначе они друг друга затрахают так до смерти. Чуть позже, пусть уляжется все сначала.

Вся красная, взмыленная, отводящая блестящий взгляд, рыжая мисс застенчиво кусает губы, словно девочка, тянется за салфетками. Кажется, она совсем не привыкла к нежности после секса, которые так любит Линкольн. Не приучена, что ли?

Теперь привести все в порядок. Салфетки утирают остатки их секретов с тел, с самого дивана. Потом следует душ, конечно же, теперь придётся ещё раз отмыться. И уже после этого можно удовлетворённо усесться вновь на диван, притягивая любимую поближе, ласково крутя меж пальцев слегка влажные пряди рыжих волос.

— Будь я безработным с кучей времени, я бы тебя брал везде и всюду, честно. Но поскольку мы оба работящие, вот нас и прорывает в свободное время неудержимо. Я это не боюсь, мне нравится. — Шепнул тихо Генри, чтобы не волновать любимую о том, что между ними происходит.

— Звучит чертовски заманчиво, — улыбнулась мисс Хилт, уютно устроившись на груди Генри, — я тоже не боюсь. С тобой не боюсь. Теперь. Мне даже нравится.

Для мисс Хилт это большое откровение, ведь она уже говорила, как ей важно доверие в отношениях.

Секс у них, и правда, чудесный. И каждый раз они открываются друг другу по-новому. Но вместе с тем дело не только в сексе. Страсть быстро пропадает, а вот чувства остаются. Именно эти моменты нежности он даже больше ценит. Но, конечно, не откажется никогда любить Саманту физически, безумно и неудержимо. Но сейчас ему тоже очень хорошо просто лежать и убаюкивать Сэм поглаживаниями.

— Тогда на сегодня будет с нас. Отдохнем и завтра. Перед рабочей неделей нужно много энергии. Начнется второй этап работы над проектом, непосредственно реализация. Это выезды на съемки роликов, встречи с актерами, опросы и т. д. и т. п. Может, мы даже реже видеться будем.

Она лишь хотела сказать, что не всегда у них будет получаться быть рядом в течение рабочего дня. Иногда придется разделяться, но это нормально. Лишь бы Генри не переживал.

Да, работа предстоит очень хлопотная, но чертовски интересная. Это уже не протирание штанов в офисе, а выезды, приключения.

— Ну, в полевых условиях я служил, так что ничего страшного не будет. — Улыбнулся Генри на замечание Сэм. Да, оказывается, не только в офисе приходится работать, а он и не знал. Точнее знал, но никогда на подобное не попадал. Согласование на месте, работа с другими людьми напрямую. Это будет интересный опыт.

— А ты мог бы пользоваться мотоциклом? Так будет быстрее, если нужно будет срочно съездить по делам в обход пробок.

— Да, почему бы и нет. Только тогда, мисс Хилт, обязательно одевайте одежду с брюками. Иначе полгорода увидит вашу сочную попку. — Линкольн игриво улыбнулся, поглаживая ягодицы мисс. — А она только для меня.

— Я уверена, ты будешь на высоте.

Она верит в Генри, знает, он справится. Сама ведь его выбрала на эту работу.

* * *

Тем временем среди неформальных служебных чатов расходится информация о том, что мисс Хилт проводит время с Линкольном наедине. И даже фото есть, где они вместе выбегают из душевой кабинки парка. Нет, конечно, встретились они случайно, и случайно вместе заперлись внутри кабинки. В общем, спящим влюбленным уже перемывали косточки.

— Не может быть у них романа! — Энни раздражённо кинула телефон на подушку, — он же мне нравится!

* * *

Остаток вечера они смотрели сериал, пили вкусный чай и ели булочки с разными начинками. Мав, мурча, кочевал с колен Сэм к Генри и обратно раз триста, не меньше. Он был счастлив, что его теперь тискают аж два человека, потому частенько даже не знал, к кому бежать в первую очередь, вызывая улыбки у обоих.

В конце дня, Сэм и Генри легли в постель. Спокойно, как престарелая пара, улыбаясь друг другу, обнимаясь, и легко чмокая друг друга в нос на ночь, шепча слова нежности и любви.

Так и прошли выходные для парочки. Как Сэм и сказала, они уделили выходной нежности и любви. Много разговаривали, баловали друг друга завтраками и ужинами. За воскресенье парень даже перевез кое-какие вещи, так что в ванной и шкафу появились моменты, говорящие о том, что тут живёт ещё и мужчина теперь.