Глава 28

Первые два дня после снятия проклятия стали для Максима поистине самыми невыносимыми за всю жизнь. Его допрашивали в управлении службы магического контроля, проверяли разными аппаратами, снова допрашивали, и снова проверяли. Боясь наболтать лишнего и тем самым еще глубже увязнуть в разбирательствах, Максим упорно настаивал на версии о том, что впервые встретил Звездову в день исчезновения кофейного вкуса. Он изобразил ситуацию так, будто стал жертвой ужасающей ведьмы, а Стася его спасла. Максим понятия не имел, чем грозит Стасе вмешательство в действия Звездовой, и хотел по возможности оградить ее от последствий.

Наконец ему вернули украденные Звездовой ключи и машину, а потом отпустили, предупредив о том, что могут вызвать в управление в любой момент. Максим отправился домой. Просторную квартиру в центре Мовки он купил сразу, как вернулся в город после смерти отца. Он специально выбрал помещение со свободной планировкой и лично участвовал в разработке индивидуального дизайна. Теперь его убежище от житейских невзгод представляло собой огромное пространство, разделенное на зоны. Здесь можно было и серьезно поработать, и весело отдохнуть, и приготовить вкусный ужин. Кругом царил творческий беспорядок, но при этом Максим точно знал, где что лежит.

Максим вошел в прихожую, запер дверь, привалился к стене и медленно сполз на пол. Он до того вымотался, что едва мог ходить. Максим обвел взглядом обожаемую квартиру, и она впервые показалась ему пустой и унылой. Обычно он старался в свою берлогу никого не приглашать, разве что давно знакомую уборщицу, которая четко следовала его инструкциям и ничего не сдвигала с места. Максим не любил, когда кто-то подбирался к нему слишком близко. Дома он предпочитал сбрасывать все маски и наслаждаться отдыхом и покоем.

Но на этот раз ему почему-то стало одиноко. На ум пришли дни, проведенные рядом со Стасей. Максим осознал, что, несмотря на проклятие и кучу проблем, он не отказался бы снова пережить те мгновения. Стася словно излучала свет и тепло, возле нее душа наполнялась радостью, а жизнь – смыслом.

– Стася, – прошептал Максим с тяжким вздохом.

Они так и не увиделись после происшедшего в лаборатории. В управлении сказали, что Стасю забрали родственники, а ее официальным представителем выступила главная ведьма. Максим даже не смог ее поблагодарить и попросить о дальнейшем общении. Ему так много нужно было ей сказать. Но что если Стася вовсе не собиралась поддерживать знакомство? Все же Максим теперь не имел ничего общего с милым псом Максом.

Он с трудом поднялся на ноги и побрел в гостиную, соединенную с кухней. Желания поесть не возникало, зато хотелось узнать последние новости и немного отвлечься от общения с ищейками службы магического контроля. Максим развалился на необъятном диване и включил телевизор, занимавший без малого половину стены.

По всем каналам только и делали, что обсуждали последние события, связанные с возвращением кофейного вкуса. По официальной версии властей на одном из заводов по производству быстрорастворимого кофе произошла авария, что и стало причиной инцидента. Глава управления службы магического контроля заявил, что одаренные здесь ни при чем, и призвал граждан проявлять привычную толерантность в отношении ведьм.

– Сплошное вранье, – поморщился Максим и переключил телевизор на канал светских новостей. Не мешало бы выяснить, что изменилось в среде богатых и знаменитых за время его отсутствия.

– Сегодня владелец сети гипермаркетов «Добро», Владислав Добраков, сделал официальное заявление, – вещала платиновая блондинка с приклеенной улыбкой на подкаченных губах. – Его единственная дочь и наследница многомиллионного состояния, Станислава Добракова, скоро выйдет замуж за главу компании Шкурабс, Дениса Шкурова. Помолвка состоится в эти выходные и будет отмечаться в загородном особняке Добраковых. Торжество совпало с двадцать вторым днем рождения Станиславы. Планируются масштабные развлечения. Представители нашего канала приглашены. Следите за новостями и узнавайте первыми о событиях светской жизни.

Максим похолодел и стиснул в ладони пульт с такой силой, что тот затрещал. На экране телевизора высветились фотографии Шкурова и Стасиной семьи. Максим помнил изображение Шкурова в деловом журнале, его же использовали для передачи на телеканале. А вот Стасино фото он видел впервые. На нем она мало походила на себя в жизни. В невыразительном светлом платье, с идеально выпрямленными волосами, с макияжем, сглаживающим яркие черты лица, и с бесконечной тоской в глазах. Она стояла между отцом и матерью, о которых Максим и раньше много слышал. На заднем фоне виднелся баннер прошлогодней выставки достижений пищевой промышленности.

Максим нажал кнопку удержания кадра и погрузился в воспоминания. На ум пришли разговор Стаси и Томы о проблемах с родителями и сообщение Звездовой с угрозами. Неужели все дело в навязанном браке с этим унылым Шкуровым? Максим, конечно, и раньше слышал о договорных браках среди людей своего круга, даже сам подумывал жениться, чтобы поправить дела компании. Но всерьез он никогда не рассматривал такой вариант, хотя Звездовой и наплел про несуществующую невесту. Думал, это остудит пыл Вики и поможет от нее избавиться, только все вышло наоборот. Но разве можно кого-то заставлять выйти замуж? Дикость какая-то. И ладно бы за кого, но за Шкурова…

Максим знал Дена чуть ли не с детства. Их отцы когда-то были партнерами. Они вместе организовали сомнительную фирму, а подзаработав легких денег, разошлись и больше не общались, делая вид, что незнакомы. С чем именно это было связано, Максим не представлял, зато отчетливо помнил, как его папаша вечно соревновался с главой Шкурабс за первенство на рынке. Кажется, эти двое что-то не поделили в прошлом и продолжали конфликтовать уже на новом поприще, время от времени скупая акции компании конкурента.

Максим терпеть не мог Дена за бесконечное занудство. Весь такой из себя правильный: прекрасный сын, выдающийся ученик в школе, вежливый участник светских мероприятий. Аж зубы сводит от его ослепительной безупречности. Еще и отец постоянно тыкал Максима в успехи Дена. В итоге, встречая Шкурова-младшего, Максим не упускал возможности привлечь к себе внимание окружающих, а серьезного и отутюженного соперника из-за этого никто не замечал.

Последнее время Максим только и делал, что щелкал Дена по носу и обходил его компанию во всех рейтингах. Шкуров злился и каждый раз бросал на Максима угрюмые презрительные взгляды, если вдруг им доводилось пересечься на деловом мероприятии. И этому мрачному типу должна достаться Стася? Максим вспомнил, какой сияющей, непосредственной и счастливой она была, какое искреннее восхищение вызывала у людей. Все на нее смотрели, как на лучик жаркого солнца в пасмурный день. Если Ден станет ее мужем, то просто раздавит бесконечными требованиями, правилами и ограничениями. Иногда Максиму казалось, что Шкуров в принципе не способен на сильные эмоции, а живет в болоте посредственного скучного существования.

– Стася с ним зачахнет, – с горечью пробормотал он.

– Точно подмечено, – раздался из коридора знакомый мужской голос.

Максим резко обернулся и во все глаза уставился на вошедшего в гостиную седовласого мужчину в дорогом костюме-тройке, скроенном в слегка старомодной манере.

– Ты кто такой? – выдавил Максим, ища в заднем кармане джинсов брелок с кнопкой охранной сигнализации.

Черные глаза мужчины сверкнули зловещими алыми искрами, и пальцы Максима обожгла боль. Он зашипел и отдернул от брелока руку.

– Какого черта?! – прорычал он, вскакивая с дивана.

Мужчина вальяжной походкой пересек комнату и занял кресло напротив окна.

– Вижу, ты уже в курсе последних новостей. – Он кивнул в сторону телевизора, где все еще отображались фото Шкурова и Стасиной семьи. – И что думаешь? Позволишь им выдать Стаську замуж за этого невнятного типа?

– Стаську? Невнятного? – машинально повторил Максим.

Он вгляделся в черты лица незнакомца. Черные, пугающие до дрожи глаза вновь загорелись алым, а самодовольная ухмылка показалась донельзя знакомой. Где же он видел это сочетание раньше?

– Герыч?! – в изумлении вскричал Максим.

Он пошатнулся и рухнул на диван. В лаборатории Максим видел, как Стасина сила превратила какаду в человека, но не заметил, куда потом делся этот новоявленный мужик, да и внешность не запомнил. Но теперь Максим был абсолютно уверен, что видит перед собой именно Герыча, вернее того, кем стал пернатый.

Мужчина кашлянул и с достоинством произнес:

– Геральд Сигизмундович Лихтенбрас. Для тебя просто Геральд, неотесанная деревенщина. И потрудись раздобыть для меня выпивку. Лучше виски, и поприличнее.

Максим хмыкнул, поражаясь наглости бывшего какаду. Герыч и раньше-то вечно строил из себя властелина мира, а теперь вообще берегов не видел.

– Здесь самообслуживание, – буркнул он и махнул в сторону барной стойки, где в шкафу за стеклянной дверцей стояли бутылки с алкоголем.

Герыч издал горестный вздох, закатил глаза, будто бы показывая незримой публике то, как он устал от выходок Максима, и направился в указанном направлении. Скоро на столе появилась бутылка отменного виски и пара стаканов. Максим даже не помнил о том, что покупал настолько шикарный сорт. Он с подозрением покосился на Герыча. Тот ему с мерзкой улыбочкой крокодила подмигнул и плеснул в бокалы янтарный напиток.

– Ну, за встречу, – отсалютовал он Максиму, возвращаясь в кресло.

Максим решил, что выпить и правда не помешает, и залпом осушил свою порцию.

– Никакого воспитания, – скривился Герыч и сделал небольшой глоток, смакуя виски во рту и жмурясь от наслаждения. Максима передернуло, крепкие напитки никогда не являлись его приоритетом. Он вообще не особо любил алкоголь, поскольку всегда увлекался опасными видами спорта, требующими предельной сосредоточенности, а бар держал на всякий случай.

– Зачем пришел? – спросил Максим, ощущая, как от желудка по телу расползается тепло.

Герыч помолчал, разглядывая Максима сквозь жидкость в бокале, а потом сказал:

– Хотел узнать, что ты думаешь по поводу Стасиной свадьбы.

Максим помрачнел и процедил в ответ:

– Редкостное дерьмо. Ден хоть и хороший предприниматель, но как мужик – скука смертная. Только и может, что заботиться о компании и мнении общества.

– А, может, Стасе и нужен такой вот надежный, серьезный, положительный во всех отношениях муж, который и позаботится, и предугадает проблемы, и оградит от невзгод? – Герыч следил за Максимом, не отрываясь, будто хотел по изменениям мимики и жестов выяснить потаенные мысли.

Перед глазами Максима встал образ Дениса Шкурова, обнимающего Стасю и запускающего пальцы в ее роскошные рыжие волосы. Внутри поднялась такая волна протеста, что у него перехватило дыхание, а ладони сами собой сжались в кулаки.

– Это ей решать, – через силу выговорил Максим. – Если ей нравятся такие… – Ругательство так и рвалось с губ, но он сдержался. – То это ее право.

Герыч прищурился и ухмыльнулся в своей излюбленной, чуть снисходительно манере.

– Тут я с тобой согласен. – Он покрутил в длинных пальцах бокал, наблюдая за игрой света в замысловатых гранях, и добавил: – Но что ты сделаешь, если я скажу, что Стася симпатизирует тебе, а не Шкурову?

Сердце подпрыгнуло, а потом забилось в бешеном ритме. В горле запершило, и Максим закашлялся.

– Не может быть, – прохрипел он, с надеждой глядя на Герыча. – Она меня даже не знает.

– А разве ты ее так уж хорошо знаешь? Но это ведь не помешало тебе влюбиться.

Максим отвел взгляд и уставился на свои подрагивающие от волнения пальцы. И правда, он так мало времени провел рядом со Стасей, но уже чувствовал себя без нее потерянным, а свою жизнь пустой. Управление компанией отца не доставляло Максиму радости, и после всего случившегося он не собирался оставлять все, как есть. Хваткафе было делом его отца, а Максиму давно пора найти то, что ему самому по душе.

– Не помешало, – кивнул Максим. – Но, кажется, у нее какие-то проблемы с родителями из-за этой свадьбы. Я не хочу усугублять ее положение.

– То есть, ты готов опустить руки, сдаться и видеться со Стасей только на светских тусовках под надзором ее мужа? – Герыч вскинул подернутые сединой темные брови и пригвоздил Максима к дивану уничижительным взглядом.

Максим представил эту картину и содрогнулся. Шкуров не заслуживал такой пленительной девушки, как Стася! Максим никогда себе не простит, если даже не попытается расстроить этот насквозь фальшивый договорной брак. Стася спасла его от страшного проклятия, так неужели он не сможет вырвать ее из тисков банальных обстоятельств? Что бы там кто ни думал, а на дворе не Средневековье. Любой договор можно разорвать, а если не выйдет, то уничтожить свидетельства о нем.

– Нет! – рявкнул Максим, сжимая в ладони бокал. – Я не допущу ее помолвки со Шкуровым. Пусть сначала Стася скажет мне, что хочет этого брака, а потом видно будет.

– Наш человек! – Глаза Герыча вспыхнули ослепительным бордовым сиянием. – Я знал, что на тебя можно положиться. А теперь давай разработаем план действий. Стася для меня слишком много сделала, чтобы я бросил ее в такой патовой ситуации.

Максим повеселел, налил себе и Герычу еще виски, выпил с новообретенным союзником и приготовился к обсуждению.