Глава 4

Утро следующего дня выдалось хмурым, погода явственно намекала: лето на исходе, скоро осень вступит в свои права. Я не возражала: в такую погоду посетителей больше – люди ищут тепла и уюта, а где его найти, как не в маленькой кофейне с кружевными скатертями и ароматом свежей выпечки? За окном моросил противный дождь, барабаня в окна и смывая пыль с мостовой. Капли стекали по стеклу причудливыми дорожками, улицу напоминала размытую акварель с расплывчатыми силуэтами прохожих под зонтами.

Я, сама не зная почему, достала из шкафа новое платье – небесно-голубое, с кружевным воротничком и тонкой вышивкой по подолу. Волосы уложила аккуратными волнами и приколола брошь, которую носила по праздникам.

После вчерашнего безобразия надо выглядеть особенно безупречно. Чтобы посетители видели: у заведения всё в порядке, никакой разрухи и упадка. Но отражение в зеркале смотрело на меня с легким прищуром, будто не верило и пыталось ехидно поинтересоваться: не столичный ли гость тому причина.

– Глупости, – прошептала я ему, спустилась в кофейню и принялась варить себе кофе.

Кофеварка заурчала, выпуская в чашку ровную струю терпкого напитка. Я вдохнула знакомый запах, прикрыла глаза…

– Сегодня тебе подарят букет цветов , – произнес металлический голос.

Я замерла. Букет цветов? Мне? От кого?

Вроде бы нет у меня поклонника… А вдруг…

Сердце то ли подпрыгнуло, то ли перевернулось. Я взяла чашку и уставилась на кофеварку, будто та могла дать пояснения.

– Это… точно? – уточнила я.

Разумеется, кофеварка молчала, поблескивая медными боками.

Я расправила передник, проверила, ровно ли стоят чашки и открыла кофейню, колокольчик звякнул привычно и бодро.

Однако никто ко мне не спешил. Минута шла за минутой. Я протирала чашки, раскладывала печенье на витрине, поправляла скатерти. По-прежнему никого. Мистер Харгривз, который появлялся у меня каждое утро, почему-то тоже отсутствовал.

Наконец дверь распахнулась, и в помещение влетел незнакомый посетитель с вопросом:

– Это у вас тут кофейня?

Пока что да…

Он заказал американо, выпил его за три глотка, толком не выслушав предсказание, бросил монету и умчался, даже не взглянув на витрину со свежей выпечкой. Ясно… Просто случайный прохожий… Похоже, теперь только такие и будут ко мне забегать. Иногда…

Я снова осталась одна. Стрелки часов ползли медленно. Сев на табурет за стойкой, я обхватила руками чашку с остывшим кофе и смотрела на дверь. Вчера в это время здесь было полно народу, а сегодня…

Дверь снова звякнула.

Я вскочила, расправила плечи, натянула на лицо улыбку – и тут же сбросила ее, узнав вошедшего.

Элрис, чтоб его, Тарнел. В неизменном синем сюртуке, с портфелем в руке и выражением мрачной сосредоточенности на лице. Он окинул взглядом пустой зал, задержался на мне и медленно подошел к стойке.

– Доброе утро, мисс Блэквуд.

– Доброе, – ответила я сухо.

Он положил на стойку монету. Опять золотую. Я посмотрела на нее, потом на него. Что ж, будем делать кофе, раз уплачено.

– Срамота-то какая! Поглядите на него, люди добрые! Тьфу! Деревня! – выдала кофеварка вместе с эспрессо.

Я закрыла глаза. Господи, ну почему?

Когда я рискнула открыть их снова, дознаватель уже забрал чашку и теперь устраивался за своим обычным столиком. Спокойно достал бумаги, карандаш. Я смотрела на него, стиснув зубы. За выходку машины извиняться не стала. В конце концов, его предупредили. Он сам выбрал быть обруганным.

Скорее бы этот гений нашел Джейн и уехал восвояси!

Через полчаса он собрал бумаги, кивнул мне на прощание и вышел.

Колокольчик звякнул. Тишина вернулась.

Я стояла за стойкой, перебирая ложечки, которых и так хватало. Ни одного посетителя не появилось. Миссис Уэтерби и та пропустила утренний капучино.

Часы показывали почти одиннадцать, когда дверь вдруг открылась.

Мистер Финч ввалился в кофейню с обычным своим напором, подбежал к стойке, тяжело дыша, и воздел руки к потолку.

– Беатрис! Златовласая фея! Синеокая богиня! Выдайте мне чашку вашего волшебного эликсира.

– Капучино с карамельным?

– Вы читаете мои мысли! – Он хлопнул ладонью по стойке. – Две порции сиропа, нет – три! Сегодня я заслужил.

Кофеварка заурчала, на этот раз мирно, и выдала привычным мягким шепотом:

– Сенсация ближе, чем вы думаете.

Мистер Финч довольно закивал, потирая руки. Я добавила сироп, поставила чашку перед ним.

– А сенсация у меня есть, – радостно объявил он. – И касается она нашего высокого гостя!

– Дознавателя? – со вздохом спросила я.

– Именно! Его расследование идет, но, похоже, не так быстро. Не так-то всё просто, как он, видимо, рассчитывал.

– То есть?

– Ну, за один день он нашу Джейн не нашел… – Мистер Финч многозначительно поднял палец. – Свидетелей почти нет. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал. Как сквозь землю провалилась! – Он сложил руки на животе и добавил с ноткой странной гордости: – Вот так. Наш городок хоть и маленький, а подкинул ему загадку.

– Плохо… – буркнула я.

– Да как же плохо, если хорошо? Элрис Тарнел разместился в отеле «У кривой дороги» и оплатил семь дней вперед. Это же всю неделю тиражи у газет будут большие и никакого недостатка новостей.

– Плохо, что Джейн не нашли, – напомнила я.

– А, это да… – согласился он, но как-то не очень искренне. – А дайте-ка мне эклер, песочное колечко с цукатами, и… это что у вас? Корзиночка? Дайте две!

Я собрала блюдце, он взял его и только тогда, кажется, заметил, что в зале никого нет.

– А где все? – поинтересовался он, оглядываясь. – Обычно в это время у вас яблоку негде упасть.

– Кофеварка вчера опять обругала дознавателя. Причем… весьма выразительно. Теперь, кажется, мои постоянные клиенты решили, что у меня тут неподобающее заведение.

Мистер Финч покосился на кофеварку, потом на меня.

– Надо же, как любопытно… А он что?

– Пьет кофе и не обращает внимания. Сказал, что слыхал вещи и похуже.

– Это верно, – хмыкнул репортер. – Я, знаете ли, в своё время такие эпистолы от начальства получал… А не могли бы вы вспомнить дословно, что кофеварка ему сказала?

– Мне не до шуток! – возмутилась я. – Торговля встала. А он, судя по вашим словам, здесь надолго. И пить кофе в другом месте не собирается.

– Ага, надолго. Ну ничего, что людей нет, зато можно посидеть в тишине, и с вами вот поболтать, а то обычно вы отвлекаетесь на посетителей – тому кофе сделай, этому пирожное подай…

Каков эгоист! Я перестала с ним разговаривать и пошла протирать и без того чистые столики. Вскоре он ушел, прихватив с собой коробку с пирожными навынос. Я осталась одна в пустом зале.

День клонился к вечеру. Обычно в это время у меня все столики были заняты: кто-то листал книги, кто-то болтал за чашкой кофе, девушки хихикали, сплетничая, молодые люди краснели, объясняясь в любви.... Сегодня же – ни души.

Я вышла из-за стойки, сняла передник и перевернула табличку на двери с «Открыто» на «Закрыто». Если дознаватель не желает искать Джейн – я этим займусь! Все равно посетителей нет…