Глава 28

А на следующий день моя жизнь изменилась. На построении Розалия велела остаться тем, кто был отобран для работы во дворце. Нас таких насчиталось пятнадцать, и образовали мы небольшой строй, когда остальные девушки разбрелись по рабочим местам. Напоследок мне достался сердитый взгляд Гунилы, в котором я прочитала зависть. Интересно, чему? Не думаю, что работа во дворце считается чем-то почетным. Судить можно уже по тому, что добровольно изъявили желание не так и много девушек.

— Ни для кого из вас не секрет, как строга порой бывает королева, — прохаживалась черепаха вдоль строя, придирчиво разглядывая нас, словно все еще сомневалась, стоит ли нас отправлять во дворец. Если честно, то я уже и сама не понимала, зачем вызвалась. К работе на ферме и к Ерку успела привыкнуть. А тут все новое, стены дворца… да еще эта королева, которую я уже заочно не переваривала. — Лучше вам стать невидимками и вести себя тише воды ниже травы. Прежде всего, работа и потом тоже работа. Во дворец вы отправляетесь только для этого. Та из вас, кто будет пойман на чем-то противозаконном, будет подвергнута наказанию.

И надо было мне именно в этот момент вспомнить того беднягу, с которого живьем сдирали кожу. Ужас не заставил себя ждать и, наверное, отразился в глазах, потому что в следующий миг Розалия обратилась ко мне:

— В чем дело, Рона? У тебя есть какие-то возражения?

Я молча потрясла головой. Впрочем, черепаха уже не обращала на меня внимания.

— У каждой из вас будет свой участок работы. Закончив ее, ни под каким предлогом не задерживайтесь во дворце, сразу же покидайте его. И еще! — подняла она указательный палец и зачем-то потрясла им. — Что бы вы не увидели или не услышали в стенах дворца, не вздумаете трепать языками. Понятно?! И еще одно. От основной работы на время нахождения тут делегации вы освобождаетесь. А теперь идите… — махнула она рукой, и к нам приблизился черный плащ. Удивительно, но Роуна я без труда различала среди всех этих черных орлов. Этот был пониже ростом и какой-то слишком широкий.

Вот так у меня началась новая жизнь. Нас привели во дворец и сразу же каждой обозначили территорию. В обязанности горничных входило поддержание чистоты во вверенных гостевых покоях. Но одно условие мы должны были выполнять с особой строгостью. В комнаты можно было входить только тогда, когда они пустовали. В такие периоды на двери загорался зеленый треугольник. И так совпало, что комнаты моих постояльцев все пустовали до полудня, в течение трех часов. За это время мне следовало успеть навести в них идеальный порядок. Сменить и заправить постель, выполнить полную уборку, включающую в себя чистку банной утвари, пополнить запас питьевой воды и вина и успеть покинуть дворец до их прихода. При этом, мне нужно было умудриться не столкнуться ни с одним из обитателей дворца и, уж тем более, с самой королевой.

В первый день я пришла в тихий ужас, когда отчетливо представила весь объем работы. Но не зря я считалась лучшей горничной в поместье Дмитрия Солодея. В этот же день я убедилась, что такая работа мне под силу, и в ней имеются даже определенные плюсы. Уже в полдень я возвращалась домой, и оставшаяся половина дня принадлежала исключительно мне. Кроме того, ходить по лесу днем было несравнимо менее страшно, нежели вечером.

К жизни в лесной избушке я тоже постепенно привыкала. Уже не пугали ночные шорохи и стоны. Я поверила в надежность защиты, установленной Роуном. Только вот одиночество порой сводило меня с ума. Длинными вечерами, когда за окном завывал ветер, и с неба валил снег, я сидела возле очага и мечтала о доме. А что еще мне оставалось тут делать, где не было даже завалящейся книжонки, способной скрасить мой досуг? В такие моменты я даже сожалела, что рядом нет Гунилы, которая, хоть и слишком настойчиво порой, но скрашивала мое одиночество. И Роун перестал навещать меня. С того вечера, как спас меня от мертвяков, больше я его не видела. Даже во дворце не встречала.

В один из дней я задержалась во дворце. Уж не знаю, чем занимались гости в своих покоях накануне, но буквально везде царил ужасающий беспорядок. Я ужасно вымоталась, наводя порядок. А когда шла обратно по одному из коридоров дворца, навстречу мне попался высокий мужчина.

Не доходя до него пары шагов, я машинально спрятала руки в полах плаща и опустила глаза долу, как и вжалась всем телом в стену. И только потом сообразила, чем была вызвана подобная реакция. Ко мне направлялся волк, и я поняла это еще на расстоянии. Он был не просто волком, каких тут, в общем-то, полно, а волком из моего мира. Откуда пришло это знание, понятия не имела, но оно не казалось мне ошибочным.

Волк собирался уже было пройти мимо, как в самый последний момент затормозил напротив меня. Какое-то время он рассматривал меня. Я же молилась Творцу, чтобы это поскорее закончилось. Ужасно боялась, что могу повстречать тут еще кого-то, за что буду наказана.

— Я тебя где-то видел. Но точно не здесь…

От его голоса я невольно дернулась, так он мне напомнил голос хозяина — Дмитрия Солодея. Только у этого волка он был ниже и с хрипотцой. Но интонации… те же.

— Посмотри на меня, — велел он.

Я потрясла головой. Это привычка оказалась сильнее меня, хоть за время, проведенное в этом мире, я и успела от нее немного отвыкнуть. Тут мне было не от кого прятаться. До сегодняшнего дня.

Как выяснилось чуть позже, уговаривать меня не собирались. Волк просто-напросто ухватил меня за подбородок и задрал лицо вверх. Едва успела зажмурить глаза.

— А ведь я тебя знаю! — в его голосе прозвучало явное удивление. — Ты служишь в поместье моего брата.

Теперь я мелко затрясла головой, подтверждая его догадку. Сама я тоже догадалась, почему его голос мне знаком. Кажется, передо мной был родной брат Дмитрия Солодея, которого я разве что издалека видела пару раз.

— Открой глаза, — снова вкрадчиво велел он.

— Извините, но я очень спешу, — пробормотала я, пытаясь высвободиться из его пальцев и по-быстрому улизнуть.

— Куда спешишь?

— Домой.

Объяснять ему причины, по которым должна была как можно скорее убраться из дворца, не было не желания, ни времени.

— Я провожу тебя. А по пути мы поговорим…

Почувствовав себя свободной, я рванула вперед, нимало не заботясь, следует ли он за мной.

Выбежав из дворца, я прямиком направилась по дороге, ведущей в лес. Волк без труда догнал меня, и вопрос не заставил себя ждать.

— Ты живешь в лесу?

— Да, — только и смогла выдавить из себя.

— Одна?

— Да.

— А ты знаешь, что это за лес?

С каждым вопросом удивление волка все возрастало. Я же прибавляла шагу, уже почти снова бежала. В голове билась единственная мысль, что нас не должны видеть вместе, что он, скорее всего, один из гостей, кому на глаза я случайно попалась. И стоит ему только кому-то рассказать об этом, как жди Рона наказания.

— Да постой ты! — схватил он меня за руку и прижал к дереву.

К тому моменту мы уже достигли кромки леса и даже немного углубились в него.

— Куда ты так несешься? И чего боишься?

Волк дышал с трудом. Чего уж говорить обо мне — я и вовсе хватала ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Кроме того, кружилась голова, от того, что мне снова пришлось крепко зажмуриться, лишь бы случайно не посмотреть на него.

— Открой глаза, — снова велел он, крепко держа меня за плечо и прижимая к дереву. И снова я потрясла головой. — Да чего ты боишься, глупая девчонка?! — ругнулся он. — В это мире нет Устава, которому ты обязана подчиняться. Значит, ты можешь смело смотреть на меня. Я же хочу, нет требую, увидеть твои глаза.

Мысли мои приняли другой поворот. А ведь он прав, как ни крути. Да если уж на то пошло, то тут и людей-то больше нет. Единственная в своем роде. И я точно ничего не нарушу. Кроме того, он сам за мной увязался. Я же со своей стороны сделала все, чтобы удрать от него.

Очень аккуратно я приоткрыла сначала один, а потом и другой глаз. И сразу же оказалась в плену расплавленного золота. У этого волка были удивительно красивые глаза. А еще они мне показались отдаленно знакомыми, словно я его знала или встречала раньше. Но такого быть не могло!

Одновременно с тем, как я разглядывала его, он занимался тем же и делал это без тени смущения, в то время как мои щеки уже заливала краска стыда, даже несмотря на легкий морозец.

— И ты прятала от меня такую красоту! — почему-то шепотом произнес волк, ближе склоняясь к моему лицу.

Я уже ощущала его дыхание на своих разгоряченных щеках и испытывала смятение, не имея возможности отодвинуться, а еще лучше ускользнуть. И одновременно с этим, мне было очень приятно рассматривать его лицо, обрамленное черными волосами, сильно отросшими, с непослушными прядями, спадающими на лоб. В какой-то момент мне даже захотелось протянуть руку и убрать их, отчего я еще сильнее покраснела. А ну как не совладала бы с собой и пошла на поводу у желаний, что бы последовало за этим?

— Как тебя зовут? — все так же тихо, почти шепотом, спросил волк.

Его рука легла мне на щеку, и большой палец коснулся уголка губ.

— Рона, — пискнула я, совершенно не понимая, что испытываю сейчас. Кажется, больше всего страх.

— Никола, — представился он.

Да я уже и сама догадалась. Как зовут единственного брата хозяина, в поместье знали все. И все равно, было приятно, что он решил представиться.

— Что ты делаешь здесь, Рона? — спросил он и отодвинулся от меня, словно внезапно понял, как недостойно себя ведет.

Я смогла незаметно перевести дыхание. Все же, так было гораздо легче общаться, когда он не стоял слишком близко.

— Работаю во дворце, горничной, — ответила я.

— Я не об этом, — тряхнул волк головой. — Что ты делаешь в Млеке? Как попала сюда? Ведь ты же человек?..

— Я…

И тут я вдруг поняла, что совершенно не помню, как попала сюда. И еще в одном я была уверена, что совсем недавно я это отлично знала.

— Я не помню. Не знаю…

От растерянности я чуть не плакала. Как же так? Что же со мной произошло? И как я раньше не задавалась вопросом, как попала сюда? 1439f7c

Когда неподалеку от нас кто-то хихикнул, мы с Николой одновременно дернулись.

— Кыш отсюда! — велел он кому-то довольно грозно.

— А… кто это?

— Да Винки же. Они тут повсюду, противные, — сплюнул он.

Повсюду? Почему же тогда я их не встречала? Как-то враз моя жизнь показалась мне не моей вовсе. От этого стало так горько, что я снова чуть не расплакалась.

— Вот что, Рона. Пойдем, я провожу тебя до дома, — предложил Никола, беря меня за руку. И эта его забота вызвала новый приступ слезоточивости. Кажется, я превращаюсь в форменную истеричку. — Ты совсем замерзла…

Весь оставшийся путь до моего дома волк выглядел задумчивым и больше не пытался заговорить со мной. Он хмурил лоб и внимательно смотрел себе под ноги. Какие такие мысли одолевали его? Но и я не рискнула нарушить молчание.

Возле двери он бросил: «Увидимся еще» и сразу же направился обратно ко дворцу. Мне даже стало немного обидно, за что я сразу же себя отругала. В дом входила с мыслью, что все к лучшему, и не нужно мне больше искать встречи с этим симпатичным волком.