ГЛАВА 3

Дорога на юг заняла три дня.

Три дня тряски в карете по разбитым просёлкам. Три ночи в придорожных трактирах, где Фелиции приходилось делить кров с купчихами и их вонючими собаками. Три дня Фред бледнел с каждым часом всё сильнее и к концу второго дня напоминал покойника, которого забыли похоронить.

Фелиция смотрела в окно кареты на проплывающие поля. Верейское королевство было красивым в это время года - зелёные луга, золотистая озимь, тёмные пятна лесов вдали. За этими лесами начинались степи. Там не было полей.

Там были костры, шатры и орки.

Она поймала себя на мысли, что впервые в жизни не знает, правильно ли поступает.

Накануне отъезда совет пытался её отговорить. Фогель предлагал «дождаться более благоприятного момента» (она перевела: никогда). Крейн настаивал на вооружённом эскорте (она перевела: повод сорвать переговоры). Даже старый граф Эвальд, который обычно молчал, осторожно заметил, что «принцессе не пристало рисковать собой ради сомнительной сделки».

— А кому пристало? — спросила Фелиция. — Вам? Вы сидели в своих замках последние двадцать лет. Когда вы последний раз видели орка не на картине?

Эвальд замолчал. Фелиция уехала на рассвете.

И теперь, глядя на убегающие назад деревья, она думала: «А вдруг они правы? Вдруг я допускаю ошибку и еду на смерть?»

Она вспомнила отца.

Король Генрих фон Бруншталль был крупным мужчиной с рыжей бородой и громким смехом. Он любил охоту, вино и говорить тостами. И постоянно говорил своему сыну-наследнику слова, которые подслуживающаяся Фелиция запомнила на всю жизнь:

«Истинный король слушает всех. Но последнее решение принимает сам. Если ты ошибаешься - ошибка твоя. Если прав - заслуга твоя. Но если ты перекладываешь решение на других - ты не король. Ты тряпка».

Фелиция не хотела быть тряпкой.

Кто, если не она? Вассалы, которые воруют и боятся? Генералы, которые проиграли три кампании подряд? Нет. Только она.

Тем более, это столь неожиданное предложение от орков, которые никогда не славились дипломатией, что его нельзя упускать. А смерть… смерти Фелиция не боялась, она знала, что родные ждут её. Лишь хотела, чтобы это случилось попозже - когда она сможет прославить королевство и оставить после себя хоть что-то стоящее, а не одни платья.

— Ваше высочество, — голос Фреда был неестественно высоким. — Мы почти на месте. Гонец сказал, что за следующим холмом - их лагерь.

Фелиция выглянула в окно. Степи встретили её ветром - сухим, пахнущим полынью и дальними кострами. Деревья исчезли. Осталась только трава, серая от пыли, и небо, слишком большое и пустое.

— Фред, — позвала она, заметив странные движения напротив. — Ты дрожишь.

— Это от холода, ваше высочество.

— На улице август.

— Меня всегда знобит, когда я боюсь, — вырвалось у Фреда. Он тут же прикрыл рот рукой.

Фелиция не рассердилась. Она положила ладонь ему на плечо - жестом, который не позволила бы себе перед вассалами.

— Я тоже боюсь, — сказала тихо. — Но никто не должен этого видеть. Понял?

Фред кивнул. Он всё ещё был бледным, но перестал трястись. Хотя бы внешне. Фелиция не возлагала на него больших надежд и ничего страшного, если её секретарь будет дрожать от страха, но вот она…

Она должна быть стойкой.

Карета остановилась.

— Приехали, — сказал возница, и голос у него был такой, будто он сообщал о собственной смерти.

Набрав в грудь побольше воздуха, Фелиция вышла.

Лагерь орков раскинулся в низине, у пересохшего русла реки. Шатры - серые, из грубой ткани. Костры дымили в пяти местах. Пахло жареным мясом, кожей и чем-то кислым, похожим на старый сыр. Между шатрами двигались фигуры. Зелёные. Огромные.

Фелиция вдруг поняла, что все книги, все рассказы, все предупреждения вассалов - это просто слова. А здесь было настоящее. Здесь были орки.

Она посмотрела на себя. Тёмно-синее дорожное платье - плотная шерсть, никаких кружев, рукава узкие, чтобы не цеплялись. Сапоги на толстой подошве (удобные, вопреки всему, и на этом спасибо Фреду). Волосы собраны в тугой узел на затылке - никаких локонов, развевающихся на ветру. Она выглядела как правительница, которая собралась в поездку, а не как невеста на смотрины.

И всё равно чувствовала себя глупо.

— Ваше высочество, — прошептал Фред, вылезая следом. — Может, вы всё-таки наденете штаны? Я прихватил на всякий случай…

— Нет, — отрезала Фелиция. — Я принцесса Вереи. Я буду говорить с ними как принцесса. Не как переодетый солдат.

— Но они же орки…

— Фред, если ты не замолчишь, я отправлю тебя обратно пешком.

Фред замолчал. И без него нервы на пределе!

Из лагеря к ним уже двигались. Трое. Двое в кожаных доспехах, с топорами на поясах. Третья - женщина. Старая, со шрамом через всю щёку, без одного уха. Она шла впереди и улыбалась так, будто увидела что-то очень смешное.

— Принцесса, — голос у женщины оказался низким, почти мужским. — А мы думали, ты не приедешь.

Её хотя бы ждали. Уже хорошо. И они даже говорят на общем языке вполне сносно. Да, совершенно никаких манер - но Фелиция и не ждала от орков реверансов.

— Я обещала, — сказала Фелиция, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Где ваш вожак?

— Дракмор ждёт. — Женщина обошла Фелицию кругом, рассматривая. Платье, причёску, сапоги. Подметила: — Ты маленькая.

Фелиция чуть не фыркнула - скорее от натянутых нервов, чем от смеха. Она думала, что орки меньше, но одна эта женщина возвышалась на несколько голов. По сравнению с ней, Фелиция просто ребенок.

— Люди бывают разные, — Фелиция выпрямилась, держа лицо.

Женщина хмыкнула. Перевела взгляд на Фреда, который стоял на полшага позади и пытался стать незаметным.

— А это что за зверёк?

— Мой секретарь.

— Секретарь? — Женщина наклонилась к Фреду. Тот отшатнулся, но не побежал. Уже подвиг. — У него тонкие пальцы. Тонкие ноги. Такой худущий. Он умеет драться?

— Он умеет владеть пером и умом, — сказала Фелиция. — Это важнее.

— Для человека - может быть, — женщина выпрямилась. — Меня зовут Агра. Идём. Дракмор не любит ждать.

Она развернулась и зашагала к лагерю, даже не оглядываясь - уверенная, что они пойдут следом.

Фелиция пошла. А Фред за ней, на ватных ногах.

Она действительно в лагере орков…