Часть 10

Лев Семенович свистящим шепотом позвал Валю в кабинет и торопливо закрыл за ней дверь.

– Дело есть, – загадочно произнес он ей на ухо, встав на цыпочки.

– Слушаю вас.

– У нашей Аллочки в пятницу день рождения, – объявил директор. – Вот тебе, – он протянул девушке конверт. – Купи что-нибудь в подарок.

Валя растерянно открыла конверт – негусто.

– А что ей подарить? Я ведь совсем ее не знаю.

– Вот и узнай, – приказал Лев Семенович. – Или купи что-нибудь универсальное, от чего ни одна женщина не откажется, духи там, шарфик какой… Придумай сама, – он нетерпеливо от нее отмахнулся и погрузился в бумаги, на которых Валя разглядела стрелки и звезды. – Я вот думаю мебель переставить, – признался директор, переворачивая лист бумаги так и сяк. – По фэн–шую. Летящие звезды сейчас на юго–западе, угу, а мое число ба–гуа – четыре…

Валя вышла, чтобы ему не мешать, и натолкнулась на Элю. Девушка поставила греться чайник и отвернулась, рассматривая китайский календарь, висевший, судя по его виду, уже долгие годы. Сегодня она оделась во все черное и выглядела как толстая ворона.

– Скажи, Эля, а ты не относишься к какой–нибудь субкультурной группировке? – спросила Валя.

– Чего? – девушка повернулась к Вале, черные нарисованные брови поползли вверх.

– Ты сегодня вся в черном, вот я и подумала, может ты – эмо или гот? Я в этом не особо разбираюсь, прости, если обидела.

– Черное стройнит, – буркнула Эля и отвернулась к плакату.

А Валя вдруг подумала, что убийство могло быть ритуальным. Рыжие зеленоглазые женщины вроде Любы всегда привлекали внимание. Может, Эля принадлежит к какой–нибудь сатанинской секте, тогда кто знает, для чего мог понадобиться маленький ребенок. Валя передернулась. Думать о таком не хотелось

– Эля, можешь мне помочь? – попросила Валя сотрудницу. – Мне директор дал задание купить Алле подарок на день рождения, а я совсем не знаю, что ей может понравиться.

– Расщедрился Лев, – удивилась Эля. – Раньше нашей же продукцией поздравлял. И, честно говоря, меня удивляет, как фирма до сих пор держится на плаву: мыло не мылится, шампуни не пенятся… Ты Алле только духи не покупай, она к запахам придирчивая. А когда мой день рождения будет, то лучше деньгами дарите.

– Учту, – пообещала Валя.

– Зинаида Петровна, – обратилась Эля к уборщице, – посоветуйте, что нашей Аллочке надо?

– Мужика ей надо хорошего, – моментально нашлась та.

– Где ж я ей возьму такого до пятницы, – растерялась Валя.

– Это вопрос, – согласилась Зинаида. – А вот твой друг бы ей не подошел, как считаешь?

– Павел? Он хороший, только…

– Вижу, только работать над ним и работать. Откормить для начала… Если б еще помоложе был, а после сорока мужика уже не перевоспитаешь. А как вы с ним подружились? – она пытливо посмотрела на девушку.

– Мы дальние родственники, – соврала Валя.

– Что обсуждаете, девушки? – Игорек изящно облокотился на Валин стол. Вчерашнее свидание завершилось не вполне удачно, но сдаваться он и не думал. В конце концов, отбивать ее у того бугая он не собирается, а о случайном перепихоне Валя своему хахалю рассказывать не станет – не совсем ведь дура, так что можно продолжить флирт.

– Мужчин обсуждаем. Чай будешь? – предложила Эля.

– Да, сделай, пожалуйста. Кстати о мужиках. Ты бы хоть предупреждала, что твой парень такой ревнивый, – с претензией заявил парень Вале.

– Ну–ка, ну–ка, – оживилась Зинаида. Эля тоже подвинулась к столу, протянув чашку Игорьку.

– Решил я сводить новую сотрудницу в кафе, – Игорек отхлебнул чай и поморщился. – Эль, а сахар? – девушка подала ему сахарницу. – И вот пьем мы с ней кофе, как цивилизованные люди, разговариваем, о работе, конечно, – парень многозначительно посмотрел на Валю. – И тут вваливается шкаф два на два и начинает предъявы лепить.

– Жалко, что он тебе еще физиономию не начистил, – влезла в разговор незаметно подкравшаяся Алла.

– Откуда столько агрессии? – возмутился Игорь.

– А что, шрамы украшают мужчин.

Парень демонстративно обиделся и ушел на свое рабочее место, за ним потянулись остальные сотрудники, кроме Аллы. Она заварила себе кофе и замешкалась у Валиного стола. Алла не призналась бы в этом даже самой себе, но дружить с женщинами она могла, лишь чувствуя над ними превосходство. Она окинула цепким взглядом фигуру новой секретарши, с легкой досадой не обнаружив никаких изъянов. Светлые волосы схвачены в скромный хвост, но все равно выглядят здоровыми и блестящими. Идеальная ровная кожа. Темные густые ресницы отбрасывают тень на пол щеки. А глаза… Если глаза – зеркало души, подумалось Алле, то душа у Вали необыкновенной чистоты. Валя постучала ручкой по столу, изучая буклет, потом, задумавшись, прикусила кончик ручки.

– Названия у этих шампуней – весь мозг сломаешь, – пожаловалась Валя. – Чандрамахта Бундрахай. Что это вообще?

Алла не смогла сдержать улыбки – на губе у Вали расплывалось чернильное пятно. Симпатичная, но простушка – вынесла вердикт Алла. Провинция. Чувство стиля отсутствует напрочь. Такую фигурку прятать под свитер… Что–что, а подать себя Алла умела. Она прекрасно знала все свои выигрышные стороны и не забывала их подчеркивать: высокая прическа, чтобы ценители классической красоты заметили ее профиль и длинную шею, аккуратные сережки в маленькие ушки, обязательно каблуки, чтобы ноги, слегка полноватые, казались стройнее, на талию ремешок, в ложбинку декольте – украшение, приковывающее взгляд…

– У тебя пятно на губе, – сказала Алла. – Вымазалась ручкой.

– Да? – Валя достала из полки салфетки для монитора и вытерла ими губы. – Фу, горько, – сморщилась она.

– Зато теперь порядок.

– Алла, почему ты не любишь Игоря? – в лоб спросила девушка.

– Его не за что любить, – нахмурилась женщина. – Не связывайся с ним.

Валя не стала говорить, что у нее у самой от одного его вида изжога.

– Он симпатичный, обходительный… – произнесла девушка вместо этого.

– Знаешь, когда я была еще маленькой, меня каждое лето отправляли к бабушке. Сразу как звенел последний звонок, папа клал в багажник сумку с заранее собранными вещами, вез меня в деревню и оставлял на три месяца. Мне там нравилось. Солнце, озеро с пологим песчаным дном, компания детей того же возраста – все, что надо для счастья ребенку. Но мою радость постоянно омрачали попытки бабушки привлечь меня к сельхозработам. А я с детства не любила в земле ковыряться, городской ребенок, – хмыкнула Алла. – И вот представь себе удивление бабушки, когда на грядках, которые она мне поручила, ничего не взошло. Вообще ничего. На всем огороде буйно зеленели всходы, сорняки перли даже на тропинках, исхоженных тысячу раз за день, а мои грядки выглядели как свежевскопанные могилки... Я к чему это рассказываю, Игорек – как те грядки, – пояснила он. – Может, когда–то в него и пытались посеять доброе, хорошее, вечное, да только не взошло ничего. Он пустой, мертвый.

– И что бабушка? Сдалась?

– Как же, – улыбнулась Алла, – она меня к прополке приспособила. Сказала, у меня рука убийцы – к чему прикоснусь, то дохнет. И с тех пор не разрешала мне кормить цыплят. А я так любила выйти на крыльцо с мисочкой пшена и заголосить на всю округу «цыпа–цыпа». Даже соседские куры прибегали. И не принимай на веру слова и комплименты Игорька, – посоветовала женщина, – он ко всем сотрудницам приставал в свое время, разве что Зинаиду обделил вниманием.

– Ко всем? – Валя почувствовала знакомый шепоток интуиции. – И к той сотруднице, что умерла?

Алла нахмурилась и хотела уйти, но передумала.

– Да, к Любе тоже. И я почти уверена, что у них все зашло достаточно далеко.

– Вы ведь с ней дружили? – уточнила Валя. – Почему ты не сказала ей все то же, что и мне?

– Я говорила, но она не слушала. Муж изменил ей когда–то, и она никак не могла с этим смириться. Вообще–то Люба была умной женщиной, а тут повела себя как дурная баба.

– Ты не думала, что это Игорек мог ее убить? – осторожно спросила Валя. – Из ревности.

– Брось, – отмахнулась Алла. – Я же тебе говорю, он пустой. Он не способен на сильные чувства и поступки.

Алла ушла, а Валя повернулась к компьютеру. Значит, Игорь? Алла уверена, что это не он, но кто знает, какие демоны могут крыться за смазливой оболочкой. Люба переспала с ним из мести изменившему ей мужу, потом отказалась продолжать интрижку, а любовник из оскорбленного самолюбия и ревности убил ее? И с этим человеком она вчера сидела в кафе, пила кофе, держалась за руки. Девушка вздрогнула, к горлу подкатила тошнота. Павел, выходивший из кабинета, заметил, как она побледнела.

– Валя, все в порядке?

– Игорь, – она кивнула в сторону кабинета. – По словам Аллы, он был ее любовником.

– Чьим? – не понял Паша. – Аллы? Любы? Любы?! – он повторил имя жены громче, а потом бросился назад в кабинет и схватил Игоря за шкирку. – Ты убил ее? Отвечай!

Эля вскочила со своего места, но Павел смел ее не глядя. Зинаида Петровна и Лев Семенович, прибежавшие на шум, застыли в дверях кабинета. Паша возил Игорька рожей по столу, заломив тому руку.

– Я никого не убивал, – прохрипел тот. – Помогите, люди! Он же псих!

– Ты с ней переспал, а потом убил?

– Да с кем? О ком ты говоришь? – Игорь чуть не плакал. – Что я, всех своих девок помнить должен?

– О Любе!

– Ее муж убил. Узнал, что она ему со мной изменила, и прирезал.

Павел соскреб Игорька со стола и от всей души вмазал тому в челюсть. Игорек шваркнулся об стену, а Валя подлетела к Паше и, схватив его за руку, жарко зашептала в ухо:

– А может это и не он, Паша, успокойся, а не то все поймут, кто ты и почему здесь. Ну, переспала она с ним, так что с того, ты лучше всех знаешь, почему она это сделала. Дыши, дыши, ровнее.

Павел, до которого постепенно доходили ее слова, походил на раненого быка на арене. Казалось, он ждал неверного движения или слова парня, готовый разорвать его в клочья, истоптать в пыль. Рука нестерпимо болела. Он растревожил рану, и теперь даже плечо пульсировало от боли, возвращая Павла в сознание. Игорек поднялся, вытер рукой разбитую губу, а потом посмотрел на кровь, оставшуюся на пальцах, и вдруг побледнел и упал в обморок, перевернув стул. Паша обескуражено посмотрел на девушку.

– Похоже, это не он, – произнесла Валя.

– Я думал, он убийца, – растерялся Павел, поднимая стул.

– А тебе–то что? – недоверчиво посмотрела на него Зинаида. – Есть на то милиция, пусть и разбирается. А то ты видишь какой, и продавец непроплаченный, и мент забесплатно.

– А я считаю, Паша молодец, – Алла поднялась со стула. – Давно надо было рожу начистить этому Казанове недоделанному. Конечно, Любу не Игорь убил. Наш герой–любовник одного вида крови боится как девочка. Но наказание он заслужил – нечего с замужними женщинами шашни заводить.

– Можно подумать, он ее насиловал, – бросилась Эля на защиту Игорька. – Если у нее самой порядочности не было ни на грош…

– Так, закрыли тему, – неожиданно властно приказал Лев Семенович. – О мертвых или хорошо, или никак. Я смотрю, у нас энергия то болотом застаивается, то вулканом извергается, – переменил он тему в своем любимом ключе. – Надо, Зинаида, переставить мебель, как я тебе показывал, чтобы по фэн–шую было.

Игорек застонал, приходя в себя, и сел на полу, обхватив голову руками. Валя наклонилась к нему, потрогала все еще кровоточащую губу и поднесла палец к его глазам. Игорек с трудом сфокусировал взгляд на окровавленном пальце, побледнел еще сильнее и снова потерял сознание, с громким стуком приложившись затылком об пол.

– Что ты делаешь? – возмущенно крикнула Эля.

– Просто проверяю, – смутилась девушка.

– Павел, ты уволен, – объявил директор. – Можешь быть свободен. Прямо сейчас.

Паша обвел взглядом своих коллег. Зинаида Петровна смотрела на него с плохо скрываемым злорадством, директор смущенно отводил глаза, Эля хлопотала возле Игорька. Во взгляде Аллы сквозило удивление, или это было восхищение? Павел почувствовал приятное волнение, на него давно так никто не смотрел. Валя незаметно пожала ему руку, выражая поддержку.

– Я договорился о выделении нашей продукции стенда в «Бьюти–хаус», – выпалил Павел название самого крупного в их городке магазина.

– Как? – первым пришел в себя от этого известия Лев Семенович. – Сколько?

– За процент от выручки. Если не будет продаваться, то и убытков никаких. Договорился по знакомству. Если вы одобрите, конечно.

– Я знал! – Лев Семенович вскинул сжатые в кулачки руки в победном жесте. – И вода, и дерево, теперь бизнес попрет! – он повернулся к Зинаиде. – А ты говорила, что фэн–шуй – это чушь и … не буду даже повторять, что ты говорила.

– А с этим что делать? – уборщица потыкала бесчувственного Игорька шваброй. – Может, врача ему вызвать?

Игорек слабо застонал и сел с помощью Эли.

– Да я тебя засужу, – пригрозил он Павлу, придя в себя. – У меня свидетели… Упеку за решетку, гад.

Лев Семенович нахмурился. Терять перспективного сотрудника не хотелось.

– Значит так, Игорь, ты нарушил корпоративную этику. Подашь в суд на Павла – я тебя уволю. А если простишь его, от чистого сердца, то выпишу премию. Нам здесь не нужны склоки и вражда.

Все уставились на Игорька. Тот с ненавистью посмотрел на коллег. Пожалуй, Эля была единственной, проявившей сочувствие. Хотя, в глазах Вали тоже виднелось что-то похожее на жалость. Он автоматически прикинул, что можно будет попробовать разыграть с ней эту карту. Некоторые женщины любят утешать мужчин, выступая в роли жилетки, и, сами того не замечая, оказываются у них в постели.

– И мне нужна неделя оплачиваемого отпуска, чтобы восстановить здоровье, – Игорек решил, что не лишним будет выбить еще бонусов, пользуясь моментом. – А еще новый монитор…

– Обойдешься, – прервала его мечтания Зинаида. – Ишь, по морде разок получил, а теперь замки хрустальные ему подавай. Монитор может подороже будет, чем физиономия твоя.

– Три дня к отпуску накину, так и быть, – милостиво согласился Лев. – А если дела у фирмы пойдут, то и все компьютеры обновим. – Он заметил свирепый взгляд Зинаиды и добавил. – Со временем. А сейчас все за работу. Игорь, на сегодня ты можешь быть свободен. Павел – ко мне в кабинет, обсудим детали.

***

Вечером в кабинете Павла проходило собрание следственной группы в составе его самого, Андрея и Вали.

– А я считаю, что Игорька полностью отметать нельзя, – возразил в который раз Андрей. – Вдруг у него боязнь крови появилась как раз в результате совершенного убийства.

На самом деле детектив так не думал, но ему хотелось ликвидировать соперника на любовном фронте. Вряд ли Валя согласится еще раз пойти на свидание с возможным убийцей.

– Кто знает, – задумался Павел. – Боязнь крови в результате шока… Человеческая психика такая непредсказуемая… А может он вообще притворился? Стоит повторить следственный эксперимент, как считаешь? – подмигнул он Вале.

Девушка укоризненно на него посмотрела.

– Ладно, ладно, – Павел миролюбиво поднял ладони и тут же спрятал их под стол – бинт насквозь пропитался кровью. – Не буду больше его бить.

– А вот я этого пообещать не могу, – пробурчал себе под нос Андрей.

– Кстати, как ты пробился в «Бьюти–хаус»? – поинтересовалась Валя.

– Это магазин моего бывшего одноклассника, – пояснил Павел. – Дело пяти минут. И мой испытательный срок сразу закончился, Лев попросил принести трудовую и паспорт. Что делать? Менять фамилию?

– Соври, – посоветовала девушка. – Скажи – потерял, или украли.

– А лучше – сгорели документы, – подал идею Андрей.

– Ладно, неделю–другую, думаю, продержусь. Андрей, я распустил слухи о новом проекте, который наверняка привлечет внимание конкурентов.

– Вот как?

– Сайт по продаже компьютерных игр. Пользователь заходит на сайт, выбирает понравившуюся ему игрушку, скачивает и играет в нее полчаса. Потом игра блокируется. Если ему хочется продолжить – он отправляет платную смс, ему приходит пароль для разблокировки.

– Но ведь Аслан в компьютерах ничего не понимает? – уточнил Андрей.

– А там и не надо ничего понимать, – отмахнулся Павел. – Я отправил себе письмо от американской конторы, занимающейся таким бизнесом, с предложением русифицировать их сайт. Получается, игровая база есть, надо лишь перевести диалоги, игровое меню, сделать сайт на русском языке – и вперед, косить бабло. Затрат почти никаких, а прибыль пополам. От такого щедрого предложения у кого хочешь слюнки потекут.

– И как об этом письме узнает Аслан? – не понял детектив.

– О, это самое интересное, – Павел выдержал театральную паузу. – Я нашел шпионскую программку Жеки на своем рабочем компьютере. То есть кто-то сливает Аслану инфу. И уже сегодня вечером я получил от Аслана письмо на свой вымышленный американский е–мэйл. В котором он предлагает услуги по продвижению их сайта в России, всего за сорок процентов от общей суммы. На десять процентов меньше, чем у меня.

– Шустро, – подметил Андрей.

– Ага, – согласился Павел. – Завтра отправлю ему ответ, мол, не хотим нарушать договоренность, а вот если наши русские партнеры сами откажутся, тогда мы рассмотрим ваш вариант. А еще отправлю себе же письмо с приблизительными расчетами прибыли, которое автоматически попадет в скрытую папку с помощью Жекиной программы. Нарисую ноликов – у Аслана крышу снесет. Посмотрим, что он будет делать.

Валя наблюдала за мужчинами, воодушевленно строящими планы, и чувствовала себя лишней. Она понятия не имела, что ей дальше делать. Интуиция молчала. Или она просто не могла слышать ее подсказок, когда рядом был Андрей, и все ее мысли вертелись вокруг того, какие у него сильные руки, и широкие плечи, и красивые губы, которые так страстно ее целовали совсем недавно…

– Валя!

– А? Что? – девушка повернулась к Павлу.

– Я говорю, как бы нам выяснить, из–за чего возник конфликт у Любы и Льва Семеновича.

– Постараюсь выведать у директора, – кивнула Валя. – Но он пресекает разговоры о Любе, ты заметил?

– Да, – Павел помрачнел.

– Знаешь, я подумала, а что, если убийство Любы было ритуальным, – вспомнила случайно пришедшую ей на ум мысль Валя. – Эля всегда такая угрюмая. Что если она состоит в какой–нибудь секте?

– Это вряд ли, – подал голос Андрей. – Ритуальные убийства проводят в специально подготовленных местах. Я сталкивался с таким. Потеки воска, странные знаки, перевернутые звезды – остается хоть что-нибудь, указывающее на культ.

– Ладно, время позднее, – прервал его Павел. – А нам завтра рано на работу.

Андрей попытался замешкаться, чтобы пообщаться с Валей наедине, но Павел, как радушный хозяин, провел его до выхода, похлопал на прощание по плечу и закрыл за ним дверь. Андрей услышал, как поворачивается за ним ключ, вздохнул и направился к своей тарантайке.

Павел собирался ложиться спать, когда в его спальню вошла Валя.

– Могла бы постучаться, – укоризненно сказал мужчина, натягивая на себя одеяло. – Не то чтобы я сильно стеснительный… – Он вдруг понял, что девушка в сорочке. Простая белая ткань скрывала все ее изгибы, но он почувствовал понятное волнение.

– Не бойся, – улыбнулась девушка и направилась к другой стороне его кровати. – Я не буду к тебе приставать.

– А что ж тогда? Твоя кровать неудобная? Я могу спать в той комнате, если хочешь, – Павел недоуменно наблюдал за тем, как девушка удобно устраивается на второй половине кровати.

– Сегодня мы будем спать вместе, – заявила Валя. Она потянулась к мужчине и легонько дотронулась пальцем до его лба. – Тебя мучают кошмары. Каждую ночь. Я побуду с тобой, и больше сны не будут тебя тревожить. И тебе не надо будет больше истязать самого себя.

Девушка прикоснулась к его руке, и Павел отпрянул. Ему отчего–то стало неприятно, что его страшная сокровенная тайна не секрет для Вали. Как будто она влезла во что-то интимное. Он попытался придумать, как бы аккуратно выпроводить девушку, но она отвернулась от него на другой бок и, кажется, уже задремала. Так и не подобрав нужных слов, мужчина отвернулся от нее и выключил свет. Ее ровное дыхание убаюкивало и успокаивало. Павел закрыл глаза и тотчас заснул.

Проснувшись, Павел долго не открывал глаза, наслаждаясь легкостью и энергией, струящейся по телу. Он уже и забыл, как себя чувствует выспавшийся человек. Но вдруг знакомый холодок пробежал по спине, испарина мгновенно покрыла лоб. Павел боялся открыть глаза, снова увидеть себя в луже крови. Он потянулся к порезу на руке, чтобы привычной уловкой обмануть самого себя, но вдруг ощутил легкое прикосновение ко лбу. Девушка что-то прошептала, про траву, воду и вешний снег, и он вдруг с уверенностью понял, что никогда больше не увидит тот страшный сон. Кровавый кошмар остался в прошлом, стал черно–белым, как кадры старого кино.

– Спасибо, – тихо сказал он, не открывая глаз.

– Не за что, – Валя вышла из комнаты. Мужчина открыл глаза и встал с кровати. Рана на ладони затянулась тоненькой корочкой, впервые оставшейся нетронутой. Начался новый день, и Павел был полон сил, чтобы найти убийцу, разоблачить конкурентов, продать тонну мыла и мимоходом свернуть пару–тройку гор.

Дорогие читатели, как вы считаете, какая обложка лучше: с девушкой-змеей или прежняя, с блондинкой в белой майке, джинсах и с пистолетом?