Эпилог

Алёна

Спустя некоторое время после того, как мы вернулись в Армарию, я обратилась к Уне с просьбой, деликатной и в то же время это мне было просто необходимо. Во-первых, я точно узнала, что беременна, во-вторых, мои родители должны быть в курсе моей жизни, как и дед, конечно.

— А вдруг у них нет твоего иммунитета? — Хранительница с сомнением покачала головой. — Они могут умереть на Цимме, стоит ли рисковать?

— Тогда можно попробовать бассейн Размара, как в тот раз, когда мы искали Илюшу, — я не собиралась пасовать перед трудностями. — Кстати, давно хотела спросить: почему Земля и Марэлл так сильно похожи? Да, есть отличия, но общего куда больше.

— Ты, наверное, забыла — я тебе говорила об их родственности. Это значит, что основа у них одна, отличия — в деталях.

— А боги? — меня до сих пор поражало, что тот же Размар лично благословляет все браки.

— Этого я знать не могу, потому что не была на Земле, — пожала плечами Уна. — Лишь одно мне известно: не бывает гармоничной жизни без Создателей.

И в этом я не могла с ней не согласиться. Вопрос: что же тогда на Земле истинное, а что придуманное фантазёрами? Какая религия? И сколько в тех религиях правды, а сколько додумано самими людьми по тем или иным причинам? Эх, ладно, я теперь всё равно подданная Размара, а с ним всё понятно — мужик что надо!

Муж, кстати, тоже радовал меня с каждым днём всё больше и больше. Ушла его нервозность, он окончательно успокоился и даже язык не поворачивался назвать его свирепым. Может, он оставлял свою свирепость за дверью, может, наша связь её глушила — неважно. Важно, что я чувствовала себя рядом с ним самой прекрасной, самой любимой и самой защищённой женщиной во всех мирах.

А ещё я обрела здесь самого настоящего сына, пусть его и не рожала. Илюша. С каждым днём он всё больше креп морально и физически и даже подумывал перебраться в отдельную комнату, а пока мы жили в той самой смежной спальне, куда нас изначально поселили. Но самое главное — он обрёл друга! Им оказался мальчишка, которого братья-короли подобрали на улицах Коринии, когда плавали за Беренгарией. Он был старше, но такой же мелкий и тоже какое-то время рос вне армарийской системы. Сейчас он учился в местной школе, которая одновременно была и пансионатом, но каждые выходные приезжал в замок, чтобы пообщаться с Крайлахом и Зигвальдом, а также Беренгарией и Виви. Тогда-то ребята и познакомились, а впоследствии подружились. Бывший бродяжка взял над ним покровительство, учил мальчишеским секретам и в принципе поделился своей удивительной историей, как он познакомился с армарийскими королями. Тот ещё детектив, конечно.

Жрец, как ни странно, согласился на очередную авантюру. Нас с Зигвальдом вновь поместили в бассейн, Жрец вознёс молитву Размару, Уна колдовала. Родители в это время, как оказалось, приехали к деду, мы застали их за одним столом. Они пили чай с баранками и малиновым вареньем, когда их окутало таинственным туманом, а потом… потом они все очутились в воде кто с чашкой, кто с баранкой, а дед и вовсе — с курительной трубкой во рту.

О, как он заковыристо матерился, когда обнаружил, что табак намок! Потому что в этот раз мы не просто встретились, а перенесли их сюда, на Марэлл.

— Что всё это значит? — изумлялась мама, разглядывая аномальную воду, в которой было не так-то просто двигаться. — Ты обещала вернуться, а не наоборот!

— Дочка, что ты опять натворила? — строго вопрошал папа, пытаясь протереть мокрые очки мокрыми же пальцами.

— Ёж твою мышь, Алёнка! — ворчал дед. — Не могла заранее предупредить, я бы трубку в непромокаемый пакет положил!

Смех разбирал меня изнутри, но я держалась.

— Вообще-то, у меня для вас новости, — я не обижалась на них, потому что знала — они меня любят, просто ситуация более чем неожиданная. — Но сначала давайте выберемся из бассейна.

— Наконец-то дельная мысль, — прокомментировал дед и первый погрёб к бортику.

Там его уже ждал Крайлах с протянутой рукой. Остальным он также помог выбраться, а потом быстро просушил одежду магией, поймав укоризненный взгляд Уны.

— Они — гости, тем более родители Алёны, я не мог их не уважить, — отмазался он от обвинения в нецелевом использовании Материи.

Хранительница ехидно хмыкнула, но спорить не стала.

Описывать изумление родителей от обстановки в целом и новостей о моём замужестве и беременности в частности нет особого смысла. Понятно, что они были в шоке. Только дед изъявил желание пообщаться с Зигвальдом с глазу на глаз. Что там происходило за закрытыми дверями — то мне неведомо, но на выходе вид у Зигвальда был тот ещё.

Во-первых, уважения в его взгляде прибавилось. Не то, чтобы он до этого как-то плохо относился к моей родне, вовсе нет, но именно на деда он стал смотреть совсем по-другому. Как на равного. И на пиру поближе к себе подсадил, оказав наивысшую честь.

Во-вторых, дед объявил, что остаётся, только коня заберёт, ибо без него никак.

— Надо же кому-то за малой присматривать, — был его ответ на всеобщее удивление. — Внуков, опять же, хочется подержать.

— Интересно, а лошадь вы тоже через бассейн собираетесь переносить? — с непередаваемым ехидством поинтересовалась Уна.

Она задержалась, чтобы отметить нашу свадьбу. Собственно, к этой дате мы и сделали перенос, чтобы всё было честь по чести. Свадебный пир, коронация и прочие «интересности». В кавычках, потому что я вовсе не стремилась к этому, но сказали, что деваться мне особо некуда.

Такие вот пироги.

Когда в разгар свадебного пира мне на голову из ниоткуда упала корона, у мамы чуть глаза из орбит не выпали. Да, мы им сказали, что Размар — знатный шутник, но одно дело услышать, а другие — увидеть собственными глазами.

— Да здравствует королева Альона! — некоторые воины ещё не научились правильно произносить моё имя.

— Да славятся её деяния и сыны, которых она родит! — Ортос после ухода Миреллы как-то особенно сильно проникся, что у Зигвальда будет сын.

Ха, да пока ничего не ясно — сроку всего ничего, да и аппарата УЗИ здесь нет. Так что кто будет — бабушка надвое сказала!

— Да славятся её дочери, которые не дадут покоя всем мужчинам! — поддразнила его Беренгария.

Мы обменялись понимающими взглядами, хихикнули.

— Ничего, я ружьё тоже прихвачу, особо ретивых будем отстреливать, — невозмутимо ответствовал дедуля. — Кстати, надо бы патронов прикупить.

— И депозит обналичить, — вспомнила я о деньгах, которые кроме меня никто снять не сможет. — Придётся всё-таки сходить на Землю.

— Только после родов, — предупредила Уна.

— Так я и не тороплюсь, — пожала плечами.

— Только со мной, — тут же отозвался Зигвальд.

— Я и не сомневалась, — тепло улыбнулась мужу, поцеловала его, вызвав довольный возглас пиршествующих.

Впрочем, довольным остался и Зигвальд, ведь самое сладкое досталось как раз-таки ему. И это не говоря уже о предстоящей ночи, которую мы, наконец-то, полностью проведём вместе. Илюша сам вызвался переехать в свою комнату, сказав, что готов. И это не могло не радовать, разумеется, не потому, что мы такие эгоисты, а потому что он действительно перестал дрожать во сне, вскрикивать и плакать.

И именно это было самым настоящим счастьем! Потому что когда у твоих близких всё хорошо, то и у тебя на душе спокойствие и радость. Пусть по утрам мучает токсикоз, а ещё жутко хочется ананасов. Серьёзно, Крайлах уже организовал поставку из Коринии, телепортировав первый ящик с помощью магии и получив за это от Уны небольшой втык. Впрочем, узнав, для чего они нужны, та усмехнулась и сменила гнев на милость.

— Ладно, запишем это как медицинскую помощь беременной королеве, — махнула она рукой. — Любопытно, кто же у вас всё-таки родится?

Зигвальд

Несмотря на жаркие дебаты, родила Алёна девочку. О нет, я ничуть не расстроился, потому что прекрасно знал — у нас ещё всё впереди. К тому же после нашей с Крайлахом смерти короля будет выбирать сам Размар, и никак иначе. Состоится Турнир, братья сойдутся в схватке, и кто победит, тот и станет править Армарией. Неважно, в какой очерёдности он родился.

Эх, в своё время мы с Крайлом славно отдубасили друг друга! Помню, и в рукопашном поединке, и на зместах мы не могли одолеть друг друга. Впрочем, не было между нами того соперничества, которое обычно случается у претендентов на трон. Я искренне любил этого засранца, а он меня. Размар это увидел и не стал выделять ни того, ни другого. Обоим подкинул сил, отметив своим Благословением, и оставил на ногах. Вспоминая тот день, я удивляюсь, как мы вообще тогда не отдали концы, но что было, то было.

И мы ни разу не пожалели о таком исходе, потому что были и остаёмся единым целым. Он наше спокойствие, наша магическая сила, я — мастер тактики и яростный воин, когда дело доходит до битвы. Люблю я это дело, что уж тут скрывать, как и любой истинный армариец. Правда, с Алёной теперь не так уж и тянет рисковать жизнью. Нет, я почту за честь встать в войско Размара после того, как покину этот мир, но торопить события вовсе не хочется. А хочется любить жену, воспитывать детей и… общаться с её дедом!

О, этот человек воистину истинный армариец, пусть и родился на Земле. Он — воин. Уже не в той форме, конечно, но дух его силён, внутри стальной стержень, а уж опыта и вовсе не занимать. И именно в него пошла Алёна — это очевидно.

Боюсь, наша Настя (Алёна билась за это имя не на жизнь, а насмерть) запросто захочет поучаствовать в будущем Турнире за корону. Она уже сейчас демонстрирует боевой характер, так что не удивлюсь. Впрочем, это я уже увижу, стоя плечом к плечу с Размаром, но хотя бы так. Думаю, Алёна тоже удостоится чести, ведь она самый настоящий воин. Только будет это всё ещё очень нескоро, потому что у меня большие планы на эту жизнь, и я твёрдо намерен их воплотить!

И я уже начал с поправок в закон об измене.

Да, были те, кто категорически отрицал их, с ними мы встретились на ринге. И Размар дал сил именно нам с Крайлахом, показав, что одобряет такой подход. К тому же Уна с Беренгарией объявили, что артефакт по выявлению истинных пар скоро будет готов! Чую, их первым клиентом будет Ортос, потому что он, похоже, всё никак не может забыть Миреллу. Любопытно, а думает ли о нём она?

Впрочем, что будет, то будет. Главное, что решение близко, и это многих воодушевило. Особенно девушек, которые, как ни крути, в более зависимом положении, а так у них действительно будет повод отказаться он навязываемого брака. Но это всё впереди, надо ещё артефакт доделать.

Размар и Фрейлия

— Ты позволил своему народу смягчить закон относительно супружеской измены? — Фрейлия взволнованно ходила из угла в угол божественного чертога, построенного Размаром специально для возлюбленной. — Теперь им не придётся умирать, если вдруг оказалось, что они не любят друг друга!

От буйства эмоций она забывалась и взлетала под потолок, но потом, опомнившись, возвращалась обратно на пол.

Казалось бы, ей, пережившей сложный брак, не стоило радоваться таким поправкам, но она радовалась. Потому что ей всегда было жаль, когда кого-то принуждают жить с кем-то только потому, что так вышло. Сама она, будучи Богиней, смогла разойтись, пусть для этого потребовалось немало сил.

— Да, позволил, — Размар лежал спокойный, как слон и любовался её точёной фигуркой. — Ты меня переубедила. Я рад, что ты помогла Уне и Беренгарии с тем артефактом, ведь это одно из составляющих решений проблемы.

На самом деле он тоже волновался, но держал себя в руках.

— Конечно, всегда остаётся чья-то воля, например, родителей или самих новобрачных. Брак по расчёту — дело выгодное, как ни крути, — она подошла к возлюбленному, опустилась на кровать, прижалась щекой к его широкой груди.

— Я не буду их соединять, — откликнулся он, гладя золотистые локоны Фрейлии. Они струились настоящим золотом, лаская пальцы, радуя взор. — Пусть ищут истинную пару, нечего халтурить.

Фрейлия приподнялась, заглянула в бездонные омуты Размара, сердце дрогнуло в её груди.

— Знаешь…, а это покоряет, — осторожно произнесла она.

Осторожно, потому что однажды уже обожглась в отношениях, боялась, что и этот мужчина попытается её обмануть.

В конце концов, Боги — они тоже не без изъянов бывают!

— Правда? — Размар напрягся, чувствуя, что, кажется, лёд тронулся.

— Да, ты очень убедителен, — Фрейлия поглубже вдохнула, на миг задержала дыхание, а потом выдохнула: — я согласна.

Размар ушам своим не поверил, решил уточнить:

— Ты согласна стать моей женой?

Замер, ожидая ответа. Боясь его и в то же время надеясь на положительный ответ.

— Да.

Такое просто слово, всего две буквы, но оно способно даровать воистину неземную радость. Самую что ни на есть божественную!

— Я люблю тебя! — он укутал упрямую богиню Коринии в свои жаркие объятья, поцеловал так, как никто и никогда её не целовал и в очередной раз показал, как страстно он её любит, как нуждается в ней, как им хорошо вместе.

Суровый Бог суровой Армарии сурово влюбился. И такое случается.

Конец.