Глава 1. Вопросы и ответы

— Алика. Алика Снежная.

Я слышала, как тихо выругался Дарен, как уважительно присвистнули маги и что-то невразумительное прорычал Тарк. Несомненно, моя фамилия о многом говорила в Империи. Насколько я знала, за голову деда награду до сих пор не сняли, хотя он уже много лет не выезжает из долины. Но смотрела я всё это время только на Райана и видела, как теплеют его глаза. Как много они мне сказали.

— Кем вы приходитесь Мии и Ирбису Снежным? — спокойно спросил старший маг.

— А вы сами не хотите представиться? А то как-то не очень вежливо получается, — сухо заметила я, пытаясь скрыть за бравадой свой страх.

Наверное, прозвучало это не очень корректно, но мужчина нисколько не обиделся.

— Зейн Лист, — спокойно представился маг.

— Очень приятно. А я внучка Мии и Ирбиса Снежных, рожденная от брака их старшего сына Вейна и Нейми Снежных.

Я очень редко называла Мию бабушкой. Не потому что она молодилась, пытаясь скрыть свой возраст. Нет, она гордилась своими годами и в восемьдесят лет выглядела еще подтянутой и была очень сильной. Просто для меня она была именно Мией, моим Учителем. Как и Киан.

— Что вы делаете в Империи?

— Учусь. Третий курс универсальной магии.

— По фальшивым документам?

— Документы настоящие, — покачала головой я и вновь убрала волосы, которые страшно мешались и лезли в лицо, за ухо. Хотелось поскорее заплести их в косу. — Иначе любая проверка сразу бы вскрыла факт подлога.

— Ведьма просто фальшивая, — вставил Солод.

С этим я не могла не согласиться.

— Совершенно верно, Тарк, — сказала я, поворачиваясь к нему. — Ты абсолютно прав. Леолика Серая сейчас находится в долине. В связи с некоторыми особенностями своей инициации ей пришлось бежать из Империи.

Быстрого взгляда хватило, чтобы понять, что меня сейчас принимают всего человек пять, не больше. Остальные продолжают жить в мире, где Перевёртыши виноваты в исчезновении молодых магов и никак иначе.

И самое интересное было то, что среди этой пятёрки был не только Лист, но еще и Дарен, и Обсидиан. А ведь они участвовали в поисках Молли. Если информативности Рая я не особо удивилась, то Дарен… Его осведомлённость стала для меня откровением. Но история не терпит сослагательного наклонения, я тоже. Интересно, что бы произошло, если бы они нашли её раньше меня?

— Какие особенности? О чём это ты? — тут же спросил Солод.

Я перевела взгляд на Листа, который едва заметно покачал головой. Что же, я не буду открывать эту тайну. Не потому что он не советует этого делать, мне просто не поверят. Решат, что я лгу, затронув самое святое, и хрупкий мир рассыплется в прах, настроив против меня всех. Они и так едва держатся, не смея ослушаться приказа Листа. Но это пока.

— Хейды возвращаются, — произнесла я, чувствуя приближение оставшейся четвёрки. Не прошло и минуты, как они закружили над нами, плавно приземляясь. — Они преследовали их до самых болот, дальше было просто опасно.

— Поточнее можете сказать? — поинтересовался Лист, и я пожала плечами.

— Могу, но мне надо будет заглянуть в их сознание, а это потребует времени.

«Да и не верю я вам. Зачем погружаться и бояться, как бы кто не воткнул нож в спину? У Солода руки так и чешутся отправить меня на тот свет».

— Может, у них там какое убежище? — предположил кто-то из магов, а я повернулась к Райану.

— Я видела среди нападающих Хвата. Ты был прав, этот зов превращает всех в болотников. В таких же монстров, как и они.

Рай кивнул. Всё это время он едва заметно приближался ко мне.

— Как узнали? — встрял Лист.

— Это из-за меня. Я едва не последовал за зовом, стал обращаться, а Лика и Обсидиан меня спасли, — вмешался вдруг Дарен.

Они вновь смотрели на меня, а я продолжала гладить Ару по голове. К рукам постепенно возвращалась чувствительность, хотя болели они сильно.

— Я тут ни при чём. Это всё господин куратор. И что теперь делать?

— С тобой? — Лист продолжал меня внимательно изучать.

— И со мной в частности, — я ему мило улыбнулась, стараясь скрыть тревогу.

— Нам необходимо как можно скорее вернуться в столицу и доложить о происходящем. У нас уже семь таких деревень. Болота наступают, и эти твари тоже.

— Мне арестовать подозреваемую? — сразу же вызвался Солод.

— Не думаю, что Ягуару это понравится, — вмешался Тайфун.

Я закрыла глаза на мгновение и едва не выругалась. Я ведь забыла. Совсем забыла, что полгода назад пришла очередь семилетнего посольства для Ягуара. Я даже не знала, что хуже: оказаться в тюрьме по обвинению в государственной измене и шпионаже или угодить прямо в лапы господина Посла. Если в первом случае у меня был хоть какой-то шанс спастись, то во втором… Найл мне такой возможности просто не предоставит. Он не забыл и не простил. Я точно знаю.

Протестующе заворчал Ару, которому данное заявление совершенно не понравилось, к нему тут же присоединились остальные. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы успокоить их.

После чего выжидательно взглянула на Листа. Именно от него сейчас зависело, чем закончится наше приятное знакомство. И он это тоже понимал.

— Надо перебраться в деревню, — в конце концов произнёс мужчина, — нам всем необходим отдых. Нужно обработать раны и поговорить. Думаю, у господина Обсидиана есть что нам рассказать.

Райан кивнул и вышел вперёд, вставая между мной и магами. Не нужно быть гением, чтобы понять, что это движение означает. Между нами было несколько метров, но все поняли, на чью сторону он перешёл.

— Но как же? — вскричал Тарк, который всё ещё не мог поверить, что мне всё так легко сошло с рук.

— Солод, — процедил Рай. — Вам лучше свои мысли оставить при себе. И не забывайте, что только лишь благодаря Се… гхм… Снежной вы до сих пор живы.

— Точно, Лика нам очень сильно помогла, и ты должен это признать, — вмешался Дарен и тоже встал рядом с куратором.

— Я никому ничего не должен. А то, что ты имеешь эту стерву в каждой подворотне, совершенно не…

Договорить он не смог. Молниеносным движением Райан подскочил к нему и схватил за горло, приподнимая над землей.

— Что ты сказал?

— Обсидаин, не надо, — вскрикнула я, смотря, как краснеет и покрывается пятнами Солод. Но тот меня словно не слышал. Глаза потемнели, став совершенно черными и опасными. — Райан! Отпусти его!

Наверное, ни от кого не укрылось, как я его назвала, но мне было всё равно.

— Еще одна нападка в её сторону, и я вызову тебя на бой, — тихо, но отчётливо произнёс мужчина, отпуская задыхающегося парня. — Смертельный бой.

Что для Тарка означало смерть. Он не сможет выстоять против Обсидиана.

— Для начала нам необходимо вернуться в столицу, — совершенно спокойно ответил Лист, — там и будете разбираться. А теперь пора уходить отсюда. Пока болотники не очнулись.

И только подойдя к границе, я поняла, как попала. Хейды не могли в таком виде пройти через защитный барьер. Надо было вновь вернуть их в амулет и запечатать. Передо мной встал выбор: войти с остальными, практически лишившись защиты, или остаться снаружи. И видят Боги, я понятия не имела, как сейчас поступить.

Был ведь еще и третий вариант. Самый безопасный и в данном случае максимально правильный. Надо было просто развернуться, помахать всем ручкой, оседлать Ару и взять курс на долину. Отдать приказ, и птички найдут дом даже с закрытыми глазами, Биа же отвёл Молли туда и вернулся.

Дом — место, где меня всегда ждут и любят. Права была Миа, гнев давно прошёл, и я простила отца. Знаю, что он хотел как лучше.

Развернуться и уйти… На Хейдах я доберусь до долины за пару дней, так что остановить меня никто не сможет.

Но уйти — это оставить здесь Райана и остальных. Бросить на растерзание болотникам и забыть происходящее, как страшный сон. Ведь всё равно мне не стать здесь своей, меня никогда не примут и будут тыкать происхождением, подозревая во всех смертных грехах.

Такое верное и правильное решение, но я продолжала стоять и смотреть перед собой, сжимая и разжимая кулаки.

Не могу…

Не знаю, каким образом, но Рай вдруг оказался совсем рядом. Это было удивительно. Не то, что он подошёл, а то, что ему было позволено подойти так близко. Хейды очень не любят чужих и крайне негативно относятся к любому посягательству на свою хозяйку. Я еще помнила, как досталось Ягуару в нашу последнюю встречу. А тут вдруг они взяли и пропустили его.

Мужчина подошёл ко мне сзади и ласково коснулся плеч. Я чувствовала его дыхание, которое мягко шевелило волосы у уха.

— Я буду рядом.

Всего три слова. Три простых слова, которые значили так много. Он ведь сразу понял, какие сомнения меня сейчас терзают, какие мысли бродят в голове. Понял и сказал то, что было мне сейчас жизненно необходимо.

«Я буду рядом… Я прикрою спину… Не дам тебя в обиду… Я всегда буду рядом».

Медленно обернувшись, я посмотрела ему прямо в глаза. Слов не было. Я не знала, что надо было произнести в ответ, но очень надеялась, что всё скажет мой взгляд.

— Спасибо, — прошептала едва слышно и коснулась рукой медальона, отдавая мысленный приказ.

Хейды сразу всё поняли. Конечно, они были немного недовольны такому скорому возвращению в амулет, но спорить не стали. Я не видела, что происходит, растворяясь до остатка в тёмно-синих глазах мужчины. Лишь чувствовала, как они кружат, как холодеет воздух вокруг нас, как дрожит на груди амулет.

«Вместе?»

«Всегда…»

— Алика Снежная находится под защитой Тайфунов, — раздался вдруг в тишине голос Дарена.

Я нахмурилась и повернулась к нему. Боевик уже перешёл защитную границу деревни. Я только сейчас заметила, как плохо Дарен выглядел и как тяжело ему дался этот бой: лицо было серого оттенка, глаза ввалились, под ними темнели чёрные круги, а губы побелели. Он сидел на каком-то пеньке и тяжело дышал, но даже в таком состоянии молодой человек выглядел как истинный представитель древнего рода Империи: спина прямая, взгляд колючий, губы поджаты в упрямую линию.

Тайфун продолжал меня защищать, даже несмотря на ложь.

— Любой, кто посмеет навредить Лике, будет отвечать перед родом и передо мной в частности. И это не пустые угрозы. Защита рода! — хрипло крикнул он, поворачиваясь в мою сторону, и я вздрогнула, чувствуя, как вокруг меня почти сразу возник замысловатый магический узор и принялся вплетаться в ауру, становясь с ней единым целым.

— Что же ты делаешь? — недоверчиво ахнула я, покрываясь мелкой дрожью, словно по телу прошла лёгкая щекотка.

— Ставит на тебе родовую защиту, — тихо ответил Райан, медленно убирая руки с моих плеч. — Теперь ты часть его семьи.

— Мы поняли, лорд Тайфун, — ответил Лист, когда тишина стала совсем невыносимой. — Проходите же, госпожа Снежная. Нам многое надо обсудить.

— Всё будет хорошо, — уверенно произнёс Обсидиан, и я кивнула, сжимая медальон в кулаке. Как же было тяжело лишиться поддержки ледяных птиц.

Я верила Райану и знала, что он точно не обманет и не предаст. И всё это не пустые слова, как и защита Дарена. Может, у нас получится нормально поговорить. Мне так хотелось в это верить.

И тут вновь дал знать о себе проклятый характер. Киан называл это «синдромом Солнечной», папа дипломатично помалкивал, а мама улыбалась и называла меня истинной иссонской волчицей.

Я помню, как ещё будучи совсем маленькой, качала головой и упрямо твердила.

— Мам, какая же я волчица? Я ведьма.

Быть ведьмой казалось интереснее. Ведь все кругом перевёртыши, а я особенная, как Миа. А мама улыбалась, брала меня на руки, ласково касаясь русых кудряшек, и качала головой.

— Это внешне ты ведьма, а тут, — она показывала на моё сердце, — тут ты истинная волчица. И это не изменишь.

— А что это значит? — я зачарованно смотрела на маму, проникаясь торжественностью её фразы.

— Сила и смелость, отвага и чистое сердце.

Вместо того чтобы забиться в уголок и ни на шаг не отходить от Райана, каждую секунду ожидая удара в спину, я сразу же направилась к Дарену и села перед ним на корточки, всматриваясь в лицо.

— Кошмарно выглядишь.

Парень ухмыльнулся и тут же скривился, потирая бок.

— Умеешь же ты… Но чувствую себя примерно так же, — признался он.

— Тебя ранили?

— Понятия не имею, но левая сторона отнимается.

— Разрешишь посмотреть?

И, не дожидаясь ответа, принялась осторожно стягивать с него рубашку. Левая половина боевика была сине-фиолетовая.

— Скорее всего, рёбра сломаны, — мрачно произнесла я, вставая на ноги. — Тебе надо лечь для того, чтобы я лучше осмотрела.

— Будем играть в целителя и пациента? — усмехнулся тот, тяжело поднимаясь с пенька. — Куда прикажете лечь, госпожа?

— На травку, — ответила я и бросилась помогать.

Укладывались мы долго, в конце он весь взмок от боли, а я и сама жутко нервничала, смотря, как Тайфун мучается. Руки дрожали, а на глаза то и дело наворачивались слёзы.

— Потерпи, Дарен, пожалуйста, потерпи. Сейчас ляжешь, и станет легче.

Под голову Дарену положила один из вещмешков, который мне подал какой-то маг. Я бросила на него быстрый взгляд, поблагодарила и вновь вернулась к Тайфуну.

— Тебе не стоило выбегать из деревни и бросаться в бой. Не в твоём состоянии, — магически прощупывая его бок, негромко сказала я.

Он тихо шипел, крепко сцепив зубы, бисеринки пота вновь выступили на лбу, но молодой мужчина изо всех сил старался сдерживать стоны.

— Про тебя могу сказать то же самое, — прохрипел Дарен едва слышно и дёрнулся от очередной судороги боли, которая прошлась по телу волной.

— И ставить на мне защиту тоже, — продолжила я, всеми силами стараясь действовать осторожнее и свести болевые ощущения до минимума. — Ты хоть понимаешь, что натворил?

Кивнул и скривился.

— Ничего ты не понимаешь, — с досадой парировала в ответ. — Неужели не знаешь, что тебя даже титул и связи не спасут, когда в столице станет известно, кто я такая на самом деле. Нельзя так легко разбрасываться столь великим даром, как родовая защита, тем более для перевёртыша.

— Ты ведьма.

— Это ты им скажи, — я кивнула в сторону магов. — Для них я Снежная, а это уже приговор.

— А для меня ты Лика. Та самая девушка, с которой я занимался по утрам на окраине нашей деревушки. Помнишь?

Помнила, конечно. Но все эти воспоминания словно были из другой жизни, той, в которую нам никогда не вернуться.

— Что здесь? — Райан подошёл к нам и присел, внимательно наблюдая за моими манипуляциями.

— Сломано три ребра, еще на одном трещина, — ответила я, убирая руки. — Все переломы ровные, осколков нет.

— Давай помогу сделать повязку. Надо зафиксировать перелом.

Я кивнула. Как бы сильны мы ни были, какими средствами и способностями ни обладали, но фиксация сейчас самый верный способ. Надо поставить рёбра на место, а потом уже вызывать ускоренную регенерацию. А это еще одна пытка для измученного организма.

С помощью Райана у меня получилось сделать всё гораздо быстрее. С регенерирующим зельем пришлось подождать, сейчас Дарен может просто не выдержать таких мучений.

— Думаю, нам надо поговорить, — произнёс Лист, привлекая к себе внимание.

Помощь остальным раненым тоже была оказана, и все теперь смотрели на нас.

— Поговорим, — кивнул Райан, помогая мне встать с колен. — Только сначала я бы хотел переброситься парой слов со своей студенткой.

— Обсидиан… — многозначительно произнёс маг.

Напряжение так и повисло в воздухе. Я видела, как подобрались маги, как опасно сощурился Лист, и сама рефлекторно стала готовиться к возможному поединку. Резерв был наполнен до максимума, и я еще многое могу. Хорошая из нас команда, ничего не скажешь, того и гляди, вцепимся друг другу в глотки.

— Пять минут, — тихо, но отчётливо произнёс Райан, не отводя взгляда от командира отряда. — Даю слово, она не сбежит.

Мужчина перевёл взгляд с него на меня.

— Ты знаешь, что будет с ними, если ты попытаешься сбежать?

— Да.

— Это будет на твоей совести.

— Я не сбегу.

— Вы верите ей? — вспыхнул Солод.

— У вас пять минут.

— Благодарю, — произнёс Рай, взял меня за локоть и потащил к ближайшему домику.

Я едва успевала за ним, чувствуя себя провинившейся девчонкой, которой сейчас хорошо влетит от строго отца.

— Что? — только и успела произнести я, когда мы быстро свернули за угол, прячась от посторонних глаз.

Больше сказать просто не дали. Рай прижал меня к стене и крепко поцеловал.

Жадное прикосновение рук на лице, плечах, по всему телу. Поцелуй, от которого сразу же закружилась голова и перехватило дыхание. Жажда, которую мы никак не могли утолить, всё больше и больше погружаясь в ощущения и чувства.

Остановиться невозможно, оторваться друг от друга — выше сил. Мы выплёскиваем друг на друга весь страх, тревогу, которые терзали нас всё это время, тонем в этом невероятном ощущении тихого облегчения.

Не знаю, сколько это продолжается, но внезапно время замирает, и мы застываем с закрытыми глазами, соприкоснувшись лбами и тяжело дыша.

— Когда всё закончится, я запру тебя дома в Бархуне и не выпущу из постели месяц как минимум.

Моя гордость где-то спала, чувство стыда тоже. А я ведь отлично помнила, что чувствовала тогда… давно, услышав подобную фразу. Может, дело в том, кто её сказал? Потому я открыла глаза и лишь тихо рассмеялась, мягко касаясь его лица.

— Ты не должна была этого делать, — произносит он, и его взгляд пробирает до костей.

— Ты же знаешь, что я не могла иначе.

Мне нужно было, чтобы он меня понял.

— Знаю, — кивнул он. — Но всё и так было сложно, а теперь стало…

— Ещё сложней, — я кивнула и закусила губу. — Тебя смущает, что я перевёртыш?

— Ты ведьма, — поправляет Райан, и его пальцы осторожно убирают прядь волос с моего лица, нежно обводя его абрис. — И мне совершенно всё равно, кто твои родители. Знаешь, я однажды встречался с твоей бабкой, — неожиданно добавил он.

— Что? Но как? Когда?

— Пустынникам всё равно на распри магов и перевёртышей, они заключили договоры и с теми, и другими. Мне было десять, когда делегация с долины прибыла в Бархун с визитом. Я тогда только начал обучение, но эту ведьму запомнил очень хорошо. Невероятная женщина. Очень сильная и в то же время открытая.

— Да, Миа такая.

— Ты на неё совсем не похожа.

— На маму больше, только глаза достались от отца. От Мии лишь дар, способности и пять ледяных птиц… Я должна была тебе рассказать, — шепчу виновато, в глубине души понимая, что случись всё повторно, сделала бы точно так же.

— Это не та тайна, которую стоит рассказывать своему куратору, — спокойно отвечает тот и выпрямляется. Но я всё ещё нахожусь в западне его рук, которыми он опирается о стенку дома.

— Куратору — да. Но не тебе.

И как много в этих словах. Для меня. Для него.

Новый поцелуй, быстрый и какой-то горький, как полынь-трава.

— Уходи, — глухо рычит он, и лицо искажается от боли.

Я сначала не понимаю, что он имеет в виду, а потом недоверчиво хмурюсь.

— Нет.

— Аля, ты должна бежать.

Сердце замирает и начинает биться всё быстрее.

— Как ты меня назвал? — бормочу я, расширенными глазами всматриваясь в его лицо.

— Аля, — улыбка слегка приподнимает уголки его губ, а внутри меня что-то тает от его слов. — Тебе не нравится?

— Непривычно и странно. Меня всегда Ликой звали.

— А я буду звать Алей. Не жди ни секунды. Беги! Со своими птичками ты вмиг окажешься за десяток километров отсюда. Они не успеют тебя остановить.

— Ты же слово дал.

— В бездну всё, — шепчет едва слышно. — Ты должна уходить.

— Я не могу, — качаю головой.

— Аля… — рычит он и мне приходится зажмуриться, чтобы прийти в себя и найти силы для этого сложного спора.

— Я не оставлю тебя здесь, — горячо бормочу в ответ. — Тебя и Дарена. Вы не выберетесь. Болотники не отступят. А Хейды помогут нам уйти отсюда.

— Ты же понимаешь, что будет, когда мы вернёмся.

— Да.

— И защита Тайфуна тебе не поможет.

Грустно ухмыляюсь и киваю:

— Знаю.

— Аля! — пальцы больно цепляются за плечи, и я вновь смотрю в его глаза.

Не знаю, что Райан видит в них, но отступает, признавая за мной право самой решать свою судьбу. И я благодарна ему за это.

— Нам надо возвращаться.

— Дурочка, — прорычал он, притягивая к себе и обнимая так крепко, что у меня вышибло дыхание. — Какая же ты всё-таки дурочка. Упрямая и безрассудная.

Ещё один поцелуй, и мы идём к остальным. Не стоит нарушать и без того хрупкий мир.

Я вижу, как напряжены маги, которые внимательно следят за нашим передвижением. Я вновь подошла к Дарену, который продолжал лежать на траве.

— Ты как? — спросила у него, присаживаясь рядом.

— Считаю минуты до получения зелья по регенерации. Ненавижу чувствовать себя слабым и беспомощным.

— Получишь, — слабо улыбаюсь в ответ и прислушиваюсь к разговору Райана и Листа.

Обсидиан быстро рассказал обо всём, что с нами произошло после того, как перенеслись наши ребята, не упуская ни малейшей детали, но максимально стараясь не упоминать в разговоре меня.

— Воспоминания той девушки очень нам помогли, — произнёс маг, после того как Райан закончил. — Добавили недостающие кусочки мозаики. Ваш рассказ тоже много нам пояснил.

— Как она и Эльяр?

Надо было, конечно, помалкивать, но я не могу удержаться от вопроса.

— Они у целителей. Состояние удовлетворительное у обоих, — ответил тот и добавил: — Выдвигаемся через час. Дайте Тайфуну зелье, иначе он просто не сможет идти, — повернулся, вглядываясь в кромку лесу. — Надеюсь, у нас еще есть время.