38. Родительское тепло
— Наташа, мы хотим забрать Марка к себе на всю следующую неделю, — обратилась к ней Елена Ивановна.
— Я знаю, Марк говорил. Это здорово.
— Что скажешь, если мы возьмем с собой и Илью?
Наталья уставилась на нее широко распахнутыми глазами.
— Мальчики сдружились. Илюша к тому же очень самостоятельный. Петю вы лучше нас знаете оба. Он тоже едет с внуками. Получится целая банда. Подышат морским воздухом, нагуляются, накупаются перед школой. У нас свой большой двор. Я обещаю, что присмотрю за Ильей так же, как за Марком.
Наталья приоткрыла рот и внезапно судорожно вздохнула. Она поднесла ладонь к горлу, задышала шумно и часто. Глаза наполнились слезами. Денис положил руку ей на спину, пытаясь поймать ее взгляд. Елена Ивановна подалась вперёд.
— Наташа!?
Она поднялась с дивана.
— Простите, — удалось выговорить.
Денис вскочил следом, беря ее за руку.
— Наташа, что случилось?
Она вцепилась в него. Беспомощно посмотрела в глаза и прошептала.
— Не могу, — помотала головой. — Взять себя в руки не могу.
Она опустилась на диван, слезы все же сбежали тонкими полосками вниз по щекам. Он осторожно вытер их большим пальцем, обхватил обе ее ладони и поцеловал по очереди.
— Наташа, ты пугаешь. Что такое?
Она глубоко вдохнула и обратилась к его матери:
— Елена Ивановна, простите за такую мою реакцию на ваше неожиданное приглашение.
Она еще раз сделала глубокий вдох. Денис продолжал удерживать ее руки.
— Я, видимо, настолько привыкла быть сама по себе и отвечать за всё и всех сама, что подобное внимание абсолютно выбивает меня из колеи.
Она, мимолетно улыбнувшись, взглянула на обеспокоенного Дениса.
— Я сирота, родители погибли, когда мне было четыре годика, несчастный случай, почти их не помню. Меня растила бабушка, мамина мама, сначала жили в деревне до моих шести лет, а затем она переехала, чтобы у меня были возможности, как у всех детей, и я сразу училась в городе. Будто дождалась, когда я поступлю в университет, и через пару дней тихо умерла, просто не проснулась утром. Я знаю, что такое бабушка. Илюшка, к сожалению, этого не знает. С моей стороны ее просто нет. А со стороны моего мужа бабушка сказала, что ей слишком тяжело видеть живое напоминание о сыне. Мы не поддерживаем связь, которая по сути никому из нас не нужна.
Она посмотрела на Дениса, сжала его пальцы:
— Ты хоть понимаешь, какой ты счастливый!?
Вновь повернулась к Елене Ивановне:
— Ваше предложение взять с собой моего сына подарило мне самой настоящее родительское тепло. И это какое-то невозможное счастье. Спасибо.
Она улыбалась, а слезы безостановочно катились по ее лицу, ловя эхо в заблестевших глазах его матери.
Он проснулся, почувствовав, что ее нет рядом. Полежал немного, думая, что она спустилась на кухню попить. Наташа не возвращалась. Он забеспокоился, вышел и заметил тонкую полоску света, падающую из приоткрытой двери кабинета. Она сидела в кресле и читала. Он окликнул ее, чтобы не напугать. Она виновато улыбнулась.
— Не могу уснуть. Не хотела тебя разбудить своей неспокойностью.
Он приподнял её и опустился вместе с ней в кресло. Она отложила книгу и привалилась к нему.
— Не могу без тебя спать. В следующий раз читай рядом. Хорошо?
— Хорошо, — улыбнулась она.
Он начал поглаживать ее колени.
— Ты исполнил два моих желания, сам того не зная.
— Я рад. Расскажешь какие?
Она прижалась к нему щекой.
— Я откладывала понемногу, чтобы свозить Илью на море хотя бы на неделю. По-скромному потянула бы на двоих дней на десять. А потом встал вопрос с коляской деду. Старая была неповоротлива, постоянно заедала, баб Маша с ней совсем не справлялась. Я подыскивала варианты подержанных, пытаясь не отказаться от моря для нас с сыном. Вдруг появляется мой личный волшебник, — она легонько ткнула пальцем ему в грудь, — и вот мы безвозмездно и с коляской, и с морем.
Он заглянул ей в глаза, покачал головой.
— Точнее, полтора желания. Ты-то сама на море не едешь.
— Зато у меня есть волшебник, — она заключила в плен его лицо. — Ты лучше любой поездки.
Поцелуй получился ласковым и непередаваемо сладким.
— Я обязательно свожу тебя на море, — пообещал он, унося ее в спальню.
Денис притянул Наташу себе на грудь, крепко обнимая. Она прошептала:
— Никаких приставаний?
Он хмыкнул.
— Не сегодня. Спи. Как только проводим родителей и детей, ты у меня вволю покричишь!