ГЛАВА 30. КОГДА МУЖЧИНА ЛЮБИТ

– Нападем с неожиданной стороны, – предложил Громуальд, рассматривая вместе со мной карту вулканического полуострова. Карта, разложенная на корабельной бочке, была не совсем точной, но все же я рассчитывал, что береговую линию мне удалось передать достоверно. – Они не будут ожидать нас только с одной стороны, – потер челюсть, понимая, что для нас высадиться в том месте приравнивается к безумию. Но ради Виталины я был готов на все. Как и Феликс ради своей сестры. Как и Пэм, которая винила себя в пропаже моей жены, потому, не слушая уговоров, отправилась с нами. Ну а Громуальд и его воины… На то они и воины. Им похоже все равно, лишь бы подраться с равным противником. – Что за место? – прищурился Громуальд. Он сгорал от нетерпения не только схватиться с демонами, но и познакомиться с дочерью. – На том мысе сплошные действующие вулканы. – Значит, бережем головы, – хмыкнул мой неожиданный союзник. У демонов зрение не менее острое, чем у вампиров, пришлось нашему кораблю сделать значительную петлю и крюк для того, чтобы оставаться незамеченными как можно дольше. Мое нетерпение зашкаливало. В венах гудела жажда убийства. Замкнутость пространства сначала поезда, затем барка изводила. – Мы вернем нашу дампиршу, – чувствовал мое нетерпение Громуальд. – Она только моя, – не поворачивая головы поправил его. Я облокотился плечом о мачту и рассматривал увеличивающийся с каждой минутой прибрежный пейзаж. Пейзаж в багрово-коричневых тонах. Месиво из камней и лавы. Сама по себе расплавленная лава не представляла угрозы. Кожа от ожогов быстро регенерирует. Но вот свистящие в воздухе камни с непрогнозируемой траекторией полета, со скоростью света обрушивающиеся вниз… Если хотя бы одни заденет голову и не даст устоять на ногах, считай – твоя бессмертная жизнь окончена. – Эйлертон, я понимаю, в прошлом у нас были… разногласия, – подобрал Громуальд нейтральное слово. – Но я хочу познакомиться с дочерью. В моей человечьей жизни мне не довелось стать отцом и сейчас… узнать о том, что у тебя все-таки есть ребенок… Меня переполняют незнакомые прежде эмоции. – Виталина знает о тебе. Пусть сама решит, станет ли общаться с тобой. Я не буду препятствовать, – добавил, немного помолчав. Если Вита захочет встреч с отцом, я все равно не смогу запретить ей. Исхитрится ведь, да убежит. Лучше пусть все будет под моим контролем, чем у нас появятся секреты друг от друга. – Не переживай. Спасем мы девчонку. Сам же говорил, она нужна демонам. Значит, не причинили они ей вреда, – каким-то образом Громуальду удавалось считывать мою взвинченность, хотя внешне я держался бесстрастно, старался не думать, что с ней сейчас и прикоснулся ли к ней Лисандер. Если буду думать о том, попросту свихнусь. Мне доводилось видеть свихнувшихся вампиров. Не хотелось бы пополнить их ряды. – Встретимся на берегу, – оттолкнулся я от древка мачты и с разбега нырнул в соленую воду. Мне не требовалось задерживать дыхания или закрывать глаз, сильными гребками направил свое тело к скалистому мысу. Морские хищники, что обитали в этом море, предпочли не приближаться. Доплыв до стесанной волнами скалы, вытянул руку, цепляясь за острый уступ. Следом на него прыгнула Памела. – Пэм… – Не начинай, – покачала она головой и побежала. Я увернулся от огненного камня и устремился к базальтовому дворцу, ощущая за своей спиной дыхание других вампиров. Подошвы сапог плавились, одежда превращалась в угольки. Обычно нечувствительное к температурным изменениям тело протестовало подобному пеклу, оставляя на коже волдыри. Плевать. Главное, беречь голову, – уклонялся я от разломанных вулканом и выплюнутых наружу валунов. Нас заметили, когда мы уже были совсем близко. Сторожевой отряд демонов бросился нам наперерез, предупреждая остальных сородичей об опасности. Я сбил с ног демона, чей кулак врезался в мой живот, дернул за мощное крыло, вырывая перья с мясом. Он взвыл от боли, но тут же вскочил, со злобой сверля меня алым взглядом. Его кулак вновь обрушился на мою голову, только я был ловчее, сломал ему руку, разбил колено. Справа от меня сражался Феликс. Вдвоем с Памелой они проделывали фокус, которому тренировались несколько лет на соломенных чучелах. Пэм запрыгивала на плечи противнику, душила, в то время как Феликс ломал ему конечности. Громуальд сражался как разъяренный лев. Ригон прав, Громуальд и его отряд фантастические бойцы. Ливадий напал сбоку, пронзив меня копьем насквозь. Я усмехнулся над мимолетным выражением недоумения на его изуродованном лице. Демон не мог поверить, что я не просто устоял, но разломал копье, вытягивая оружие из своего тела. Ливадий был в два раза мощнее, но ему не устоять против меня в прямом бою. Ему уже приходилось драться со мной, и он знал, что я попросту снесу его. Демонам мешали крылья, а рога были бесполезны против таких, как мы. Наша скорость и ловкость против их мощи и численного превосходства. – В дротиках серная кислота! – зазвенел голос, от которого горло наполнилось теплой слюной. Я метнулся на звук этого голоса, еще не видя ее саму. Я расчищал себе путь к Виталине, молотя без разбору мешающих мне демонов. Громуальд выдрал у молодого демона короб с дротиками, лишая противника преимущества перед нами. Из недр базальтовой горы выскочила Диана. Видок у сестрицы Феликса был тот еще. Всклокоченные волосы, оборванный подол платья, а в глазах… О да – жажда убивать! Я был очень рад ее видеть, как и Оскара с перебинтованными руками. Бинтами служил оборванный подол платья Ди. Люсия пряталась за колонной, я не видел саму девушку, но по куску розовой материи догадался, что там именно она. Любовь всей моей жизни вскарабкалась на выступ дворцовой постройки, приставила ребро ладони ко лбу, всматриваясь в дерущихся. Коса моей милой фрау растрепалась. Голубое некогда платье покрылось пылью и каменной крошкой, но я не видел еще в своей жизни никого прекраснее. – Не меня ли высматриваешь? – легко прыгнул и встал за ее спиной. Вместо ответа она прижала свои губы к моим. Вокруг нас кипела битва. Волна сражения бушевала буквально под ногами. А мы целовались, не в силах отлепиться друг от друга. Вокруг нас что‑то бухало, ломалось, горело, но на краткий миг это стало неважным. Все неважно, когда мы вместе. – Как вам удалось прорваться? – дотронулась Вита до моей щеки, пачкая свою ладошку сажей. – Лисандер распорядился поджечь корабль и стрелять в любого вампира кислотой. – Пришвартовались там, где никто не швартуется. – Сумасшедший, – догадалась она, о каком месте идет речь. – Кое-кто свел меня с ума, – погладил ее по волосам, прижимая к себе, ощущая такой же отчаянный ответ. Мы боялись потерять друг друга. – Ты не ранена? – заставил себя отстраниться от нее, хотя это оказалось непросто, я не хотел выпускать ее из своих рук ни на минуту. – Нет, – помотала она головой. – Тогда давай выбираться отсюда, – подхватил ее на руки и спрыгнул вниз. Центр сражения переместился от стен дворца к зеленому островку оазиса. Я собирался найти Громуальда. Пора было прекращать бойню, в которой не было победителей. Мы могли просто сбежать. Но битву остановил Лисандер. Демон не показывался во время драки, хотя моим самым большим желанием было схлестнуться именно с ним. Я жаждал его крови, мечтал разодрать на кусочки за то, что посмел отнять у меня мое. – Довольно. В этом больше нет смысла, – произнес он, и демоны разом отступились. Лисандер нашел взглядом нас с Витой, мрачно посмотрел на наши переплетенные пальцы. – Убирайтесь отсюда. Ваша взяла. Ничего не выйдет. Оракул подтвердил, девушка не подарит мне отпрысков. Прозвучало безнадежно, на долю секунды мне даже стало жаль его. – У меня для тебя послание от Ригона, демон, – выступил вперед Громуальд. – Говори! – вернулись к Лисандеру властные замашки. – Забудьте о завоевании мира, – лишь усмехнулся на приказной тон вампир. – Мы следим за вами. Лисандер прожег его сумрачным взглядом, шумно расправил крылья и пожелал оставить нас. Остальные демоны последовали за ним. Оливия так и не появилась. Подозреваю, испугалась присутствия Громуальда. Мало того, что украла у вампира дорогой фарфор, так еще и скрыла от него рождение дочери. – Диана, ты в порядке? – обнял сестру Феликс. – В меня дважды плюнули серной кислотой, везли на ишаке и держали в подземелье, – пожаловалась Ди. – И как же вы выбрались из подземелья? – брезгливо отдирала Памела от платья налипшие черные перья. – Ко мне вернулись силы, и я выломала все решетки! – сверкнули победным огоньком зрачки Дианки. – А силы вернулись благодаря Оскару, – прильнула она к журналисту. – Когда мужчина любит, то сделает все возможное и невозможное для своей женщины, – осмелился Лужиц поцеловать Диану в щеку. Она его за это не убила! – Никлас, ты позволишь? – все то время, что мы просто болтали, Громуальд не сводил орлиного взора с Виталины. – Вита, он согласился помочь, когда узнал, что является твоим отцом, – ответил я на ее молчаливый вопрос. Мы так и держались за руки, ни один из нас не желал первым расцепить пальцы. – У меня уже есть папа, – сказала она. – Моего папу зовут Фьель Гройсс. – Я понимаю. Он воспитывал тебя, и ты привязана к этому человеку, – как-то размяк Громуальд, глядя на дочку. – Но Фьель всего лишь человек. Может быть, ты не будешь против того, чтобы обрести второго отца? – Я подумаю, – рассеянно заозиралась Виталина. – А где Люсия? *** – Ничего нельзя сделать, – едва шевелился рот доктора. – Проникающее ножевое ранение. Девушку не спасти. Люсия лежала на боку на хирургическом столе. Под больничной рубашкой толстый слой бинтов. Колотая рана пришлась в спину. Люси не знает, кто ее ударил, но, когда пряталась за колонной, видела поблизости Оливию. Вита украдкой смахивала слезы, не желая, чтобы подруга увидела их. Оскар выбежал за дверь операционной, не в силах смотреть на умирающую девчонку. Диана выскочила следом. Памела ни на кого не глядела, она сидела на табурете и штопала дыру в розовом пальто Люсии. – Вот заштопаю, и ты его наденешь, – приговаривала Пэм. – А потом мы все вместе вернемся в замок, и я испеку для тебя свой самый вкусный торт. Мне было искренне жаль. Очень жаль. Какой бы чудной, сумбурной, порой надоедливой ни бывала Кан, она по-настоящему хороший человек и прекрасный друг моей жене. Виталина станет сильно скучать и горевать по ней, я это знал наверняка. – Феликс, – слабо позвала Люсия. Князь тотчас взял ее за руку. – А твоя карета поблизости? – забыла, наверное, Люси, что мы не в Форсте, а в больнице портового города. – Я достану тебе карету, – пообещал Феликс. – Куда желаешь отправиться? – К Ригону, – совсем тихо прошелестели губы девушки. – Мне кажется, он захочет попрощаться со мной. Мы с Феликсом переглянулись и, как часто бывало меж нами, поняли друг друга без слов. Верховный находился сейчас не в своем тереме, а в подземной резиденции неподалеку, ждал вестей из долины вулканов. Громуальд со своим отрядом уже направились к нему. Так почему бы не исполнить последнюю волю умирающей? Когда мы добрались до Ригона, сердце Люсии остановилось, последнее облачко пара вырвалось из ее рта. Виталина закричала раненой птицей, а древний вампир склонился над телом рыжеволосой девы и провел губами по белому горлу, оставляя на нем кровоточащую рану. – Что ты делаешь, Ригон!? – обомлела моя любимая фрау. – Сохраняю ей жизнь.