Часть третья. Первое магическое дело и семейные тайны

Я всю ночь не сомкнула глаз, прочитала весь дневник и письмо. Дневник увлек меня так, что дочитав последние строки, я удивилась, увидев в окне лучи встающего солнца. Не заметила, как пробежало время и вся ночь. Закрыв дневник, тут же почувствовала как навалилась усталость и сон. Кешка спал в ногах и тихонько посапывал. Что ж, посплю хоть несколько часов, а о том, что узнала, подумаю, как проснусь.

Снилось мне, что пожилая красивая женщина с легкой улыбкой на губах, сидела рядом со мной и гладила меня по голове и говорила, что всё у меня получится, что всё будет хорошо.

***

Разбудил меня жуткий шум. Кто-то остервенело таранил входную дверь.

Проспала я наверное всего часа два, а от того была жутко злой и сердитой. Ну точно настоящая ведьма! Кто-то у меня сейчас получит.

Быстро натянув на себя джинсы и футболку с принтом в виде улыбающегося черепа, стянув волосы в пучок и не став смотреться в зеркало, чтоб совсем не озвереть, быстро пошла вниз.

В гостиной возле лестницы стоял домовой Трофим и тревожно заламывал свои руки.

— Трофим, что случилось? Кто это к нам решил прийти ни свет, ни заря? — Получилось больше рычание, чем нормальный вопрос.

— Хозяюшка, портал заработал. Гости иномирные-то к вам пожаловали, а уж с добром-ли, али со злом, не ведаю. — В голосе тревога и страх.

Действительно, шум исходил от двери под лестницей. Я подошла к двери. Как она была с одной замочной скважиной, без ручки, так и осталась.

Бум, бум, бум!!! Снова кто-то загрохотал по ней, с другой стороны.

Если бы я вчера не прочитала письмо, в котором Аграфена давала четкие инструкции, как встречать гостей и заклинание понимания языков, я бы была сейчас в панике и непонимании.

— Так, Трофим, мне срочно нужно в кабинет, сторожи дверь, я быстро!

И пулей взлетела на второй этаж искать то самое зелье, которое нужно выпить и над которым необходимо прочесть заклятие.

Какая же Аграфена молодец, она заранее приготовила нужные зелья на все случаи жизни и сделала заготовки для новых, пока я сама не научусь всему.

То, что мне было нужно, стояло на рабочем столе, в красном бутыльке с желтой ленточкой. Именно его и описала в письме моя родственница.

Откупорила тугую пробку, в нос ударил отвратительный запах помоев и блевотины. Фу-у-у! И мне эту гадость нужно выпить? А вдруг оно уже испортилось или это не оно?

Мои терзания потревожил снова тот же грохот, только уже более сильный.

— Ладно, была не была. Помоги мне Господи. — Еще и перекрестилась для надежности. — Все, что я сейчас говорю,

Исполняется сразу, мгновенно, велю! Любую речь, слова и письмена понимаю я и понимают меня, Речь моя четкая, быстра и ясна. Так сбудься же ты раз и навсегда!

Зажав нос, провалила в себя противную жидкость, по консистенции, похожей на жидкий кисель. На вкус так же, как и на запах. Кое-как справившись с тошнотой и позывами рвоты, у меня резко закружилась голова, в глазах засверкали звездочки и резкая боль охватила мою несчастную голову.

Я схватилась за голову и рухнула на пол на колени.

— Мммм… Мамочка, как больно. — И тут, все прошло, резко, мгновенно.

Вытерев набежавшие слезы, решила тут же проверить эффект. Блин, дорогая Аграфена, нужно было написать про симптомы, которые сопровождают этот «прекрасный напиток»!

Я взяла первую попавшуюся книгу со стола, именно здесь лежали тома с неизвестным мне языком.

И я прочла… Действительно прочла, что написано. «Яды и противоядия». Какая интересная книжечка. Но это все потом. Грохот снизу уже не прекращался совсем.

Голова снова заболела, а это уже с недосыпа и нервного напряжения. Кажется, сейчас где-то будет труп и это буду точно не я. Взяв с собой еще одно зелье на случай опасных визитеров, по описанию из письма Аграфены, которое если бросить в ноги недругу, отправит его обратно туда, откуда пришел.

Трофим в гостиной был уже не один, рядом с ним в такой же тревоге стояла Любаша. Кешка нервно восседал на буфете, дыбил шерсть и шипел. О как! Впервые вижу своего Котейку в таком состоянии. Кто же это там такой чудесный?

— Так ребята! Всем спокуха! У меня на случай опасности есть чудесное средство, которое избавит нас от любого муда…ээ… гада! — Наверное, больше я успокаивала все-таки себя. Сейчас я впервые в жизни увижу настоящего иномирянина или иномирянку. Дорогая Аграфена, пусть это будут хорошие гости, Аминь!

Зажав в вспотевшей ладошке пузырек, я пошла прямо навстречу к новым открытиям.

Подойдя близко к двери, которая уже тряслась и казалось, что она сейчас развалится на щепки, я открыла рот, чтоб спросить, кого там притащило ко мне в дом, как я вдруг заговорила стихами и совсем не то, что собиралась:

Я для Вас открою двери,

Кто с добротой ко мне идет -

Забудет грусть и боль потери

Мою помощь и друга лучшего найдет.

А, если Вы пришли меня и мир обидеть

Из зависти или иных страстей-

Я буду мстить и ненавидеть

Дерзайте, дверь открыта для гостей!

(Стихи Станислав Морфеус — Я для гостей открою двери). (Стихи изменены автором для книги).

Дверь открылась и из нее пролился яркий белый свет, что у меня сразу заболели и заслезились глаза.

И тут дверь снова закрылась с хорошим таким хлопком, звук такой, когда вы лопаете воздушный шарик, я аж подпрыгнула и ойкнула от неожиданности.

Я с ужасом и с нетерпением ослепшими от яркого света глазами готова была углядеть того, кто явился и никого не видела. Проморгав глаза, я уставилась на дверь и пустое помещение как баран на новые ворота.

— А, где? — Никого нет.

— Какая глупая ведьма! Глаза разверни свои! Где твое гостеприимство? Мне пришлось ждать тебя целую вечность! Ждать! Мне! Да меня засмеют все жители всего мирозданья, что какая-то дерзкая ведьма заставила ждать Великого Грэхэна Смертоносного! Ты должна мне поклоны бить, смертная! Такая честь тебе выпала, что тебя соизволил посетить Сам Великий Грэхэн Смертоносный! — Высоким звонким голоском в негодовании и эпически толкало речь маленькое, размером со швейную иголку насекомовидное! Малюсенький человечек со стрекозиными крылышками, которые оставляли золотистый след, одетый во что-то зелененькое. Лицо его не разглядела, так как он очень маленький, а в руке он держал зубочистку!

И тут я просто неприлично, совсем не женственно заржала, громко, с всхлипами, слезами и хватанием за живот.

Вот черт! К такому я была не готова. Ждала кого-то похожего на человека или чудище какое, но не это недоразумение!

Просмеявшись до икоты, я увидела в каком недоумении и злобе меня рассматривает это маленькое чудо-юдо, домовые в ужасе, жестами и шепотом пытаются что-то, какую-то мысль, донести до моего воспаленного мозга.

— Ик! Любаша, принеси мне… Ик! водички, пожалуйста.

— Да как ты-шшш посссшшшмела ссшшмеятьссся-аа надо мной!!! — Зашипел в ярости этот стрекозел.

Он наворачивал круги вокруг моего лица, как самая надоедливая муха!

Попив водички и затушив икоту. Я поманила пальцем Трофима.

— Любаша, милая, присмотри за гостем. Трофим, отойдем на минуточку. Прошу меня извинить. — Это уже гостю.

Отойдя на расстояние, достаточное от подслушивания я задала шепотом вопрос: — Трофим, это кто?

— Елизавета, он — фейри! — Со страшной интонацией тоже шепотом ответил домовой и впервые назвав меня по имени. — Это самый сильный магический народ! Сильнее их нет никого!!! Он может щелчком пальца уничтожить этот дом, нас, тебя и весь мир! Они очень ужо обидчивые и злопамятные! Их боятся все и никто не хочет иметь с ними никаких дел-то, даже сама Аграфена никогда с ними не связывалась! Ох! Что же будёт-то? Лизонька! Мы в беде! От них не спрятаться! Найдут везде! — Трофим схватился за голову, в глазах страх и ужас, руки трясутся.

И тут мне стало страшно, очень.

Боже! Какая я Дура! Я со всем этим волшебством забыла совсем, что это реальность, что есть ответственность! Что это не сказка, не постановка. И совсем потеряла бдительность, что за беспечность, черт возьми, Елизавета Михайловна?! Ты же юрист, где твой профессионализм, этика в конце-то концов!

Надавав мысленно себе пощечин, и встряхнувшись, я взглянула на пузырек и гадкая мыслишка появилась, может ну его, кинуть в него и чтоб исчез, откуда взялся? Но Трофим же сказал, что найдут, где угодно и еще сильнее обозлится. Так, надо наводить мосты и исправлять ситуацию и срочно. А то он совсем какой-то уже дерганный, этот фейри.

Вернувшись к гостю, я сделала поклон в пояс и двинула речь.

— Уважаемый Великий Грэхэн Смертоносный! Прошу меня искренне извинить за такое неподобающее поведение к столь благородному и великому представителю наипрекраснейшего и наимудрейшего народа! Этот смех ни в коей мере не относился к вам, и не является насмешкой в отношении вас. Я никогда ранее не видела такого прекрасного и грозного (ага, аж три раза, это мысленно) создания как вы. Мою реакцию я объясню, наслышав о вашей силе и бесстрашии, я так сильно испугалась вас, что вместо того, чтобы достойно принять вас или на крайний случай потерять сознание от того, что меня посетил такой Великий фейри, я засмеялась! Но не над вами, над собой! Я растерялась! Я ведьма всего пару дней! И вы мой первый гость. Простите мне мое невежество и женскую глупость. Я трепещу пред вами, о Великий Грэхэн Смертоносный и приношу еще раз свои самые искренние извинения! Чем могу я загладить сей неловкий момент? И давайте начнем наше знакомство заново? Я, ведьма и хозяйка Золотого Сечения Воронцова Елизавета Михайловна, для вас просто Лиза! (Как я не ненавижу лесть, но спасать себя, домовых и целый мир от своей глупости нужно и срочно!)

И еще раз поклонившись, ждала приговор. Интересно, если его просто прихлопнуть как муху, он исчезнет насовсем или нет?

— Лжи не слышу в твоих словах, смертная! И страх твой ощущаю. Что ж, я подумаю, что хочу получить за оскорбление, хоть и не намеренное и дам тебе знать. — Он величественно махнул рукой, в которой зажимал не зубочистку, а меч.

— Тогда прошу вас в мой дом и приглашаю за свой стол, разделите со мной трапезу, вы любите блинчики с мёдом и цветочным чаем? — Ну вот, не успела стать ведьмой, как в должниках у фейри! Замечательно, просто восхитительно!!!

***

Фейри восседал на перевернутом стакане, который специально поставили для него на стол и через тонюсенькие соломинки, где только Трофим откапал, пил чай, а через другую соломинку — мед.

Я пила кофе, еда не лезла в меня, мне было хреново от ситуации, недосыпа, своей безалаберности и тупости. Хотелось быстрее узнать, на кой черт он заявился сюда, чего ему надо, отправить восвояси и вздохнуть спокойно хоть на чуть-чуть.

Когда весь чай был выпит и мед съеден, и куда в него столько влезло, фейри деловито сложил руки на груди и предложил перейти к делу, по которому он собственно ко мне и прибыл. Я пригласила его пройти в гостиную, сама села в кресло, фейри величественно расположился на подлокотнике второго кресла, которые стоят возле камина. В кабинет не позвала, так как мало ли что там за книги и зелья стоят, нечего этому маленькому засранцу это все видеть.

Я сделала самое серьезное и внимательное лицо из своего профессионального арсенала и приготовилась слушать фейри.

— Если то, что я тебе, смертная сейчас скажу, дойдет дальше твоего носа, я сотру тебя в пыль! — Заявила эта мелкая пакость. С каждой секундой мое желание придавить его тапком росло и крепло все сильнее и сильнее.

— Все сказанное вами здесь, останется тайной между мной и вами и этим домом. Обещаю и клянусь великой программой 1С и калькулятором, что никому не разболтаю. — Кажется, ответ его удовлетворил.

— У меня исчезла магия. — Придушенным голосом сказал фейри.

И молчит и тАк смотрит на меня. А я сижу и жду продолжения или того, что сейчас небо должно рухнуть на землю от этой новости, но ни того, ни другого не происходит.

— Можно вопрос? — Он кивнул. — Почему вы обратились именно ко мне? Тем более, как я уже озвучила, что стала ведьмой как пару дней назад.

— Потому что, я обратился уже ко всем магам, оракулам, ведьмам и никто не смог мне помочь! И как только я ощутил всплеск силы еще одной ведьмы, тебя, решил идти к тебе. Ты должна мне помочь, иначе я… — он сглотнул, видимо опять хотел угрожать — иначе я завтра к закату солнца развеюсь золотой пыльцой и исчезну навеки. — Последние слова он просто прошептал, что я их еле услышала.

Я потерла переносицу. И что прикажете делать? Я ни шиша не смыслю в магии. Да и стоит ли помогать? Завтра он развеется и проблем нет, мне-то что до какого-то гадкого и с раздутым эго фейри? А он сидел, плечики ссутулились и столько обреченности было в этой позе и выражении лица, что я устыдилась своих низких мыслей.

— Эм, Грэхэн? Разрешите вас так называть? — Он кивнул. — Мне нужен совет моего домового, он сейчас больший специалист в магии, чем я и вы ему скажите о своей проблеме, он не разболтает, обещаю, так как полностью верен мне.

— Хорошо, я согласен. — Какой послушный стал, ну надо же!

— Трофим, можно тебя на минуточку? — Домовой тут же материализовался на подлокотнике моего кресла. — Тут такое дело, у уважаемого Грэхэна есть проблемка, которую нужно быстро решить, а я даже не знаю с чего начать. — И развела руками. — Расскажите Трофиму, пожалуйста.

— У меня исчезла магия и к завтрашнему заходу солнца меня не станет. — Повторил свой очень длинный рассказ фейри.

Трофим выпучил глаза и открыл рот.

— Ну что скажешь? Как помогать будем несчастному?

— Фейри бессмертны-то, как же так произошло-то?

Фейри вздохнул и так же как я недавно, потер переносицу и ответил:

— Я светлый фейри, но решил, что всемогущ и мне должны повиноваться не только светлая магия, но и тьма. И решил покорить бездну. Моя гордыня сыграла со мной злую шутку и на мои приказы повиноваться, Бездна ударила меня своей тьмой. Я выжил, и меня распирала магия тьмы, ее было много, я был счастлив, меня боялись все, даже сородичи, и темные фейри, но вскоре, вся моя магия и светлая и темная, стала утекать как вода и вот спустя одну весну, она исчезла совсем, завтра я даже не смогу летать. Какой же я глупец! — И он закрыл лицо руками и заплакал.

А я застыла в шоке и даже рот разинула! Ну ни хуа-хуа себе он замахнулся! Покоритель тьмы блин, мать его так!

— Что делать? — Спросила у Трофима.

— Я никогда не слышал, чтоб фейри теряли магию, поэтому не знаю. Но ты можешь знать.

— Я?! Откуда Трофим? С неба мне это знание рухнет что ли, прямо в мою голову, да?! — Тоже мне сказал.

— У Аграфены есть артефакт призыва истины. Это зеркало, которое ты видела на чердаке. Но им можно воспользоваться только один раз в жизни, иначе он вытянет-то твою душу и останется тело живым, но без души. Аграфена его использовала однаждысь и убрала на чердак. Оно даст ответ на любой вопрос.

— Слушай, ну так пусть фейри и задаст этот вопрос зеркалу! — Нет, ну такой замечательный волшебный инструмент отдать на решение проблемы этого ужасного фейри! Вдруг мне самой понадобится когда или еще кому-то помочь придется.

— Нет, хозяюшка, зеркало-то ведьмино и только ведьма может с ним говорить. И только ведьме оно то и ответ даст.

Я аж зубами заскрипела от досады.

А фейри смотрел на меня расширенными от надежды глазами, в которых еще не высохли слезы, глаза у него были цвета ясного неба, такие яркие и чистые. Ну какая тьма для тебя малыш?

— Ладно, убедил. Ты знаешь, как с ним обращаться? — Трофим кивнул.

Фейри счастливо улыбнулся. А я ему оскалилась в ответ, закралась в мою голову одна мыслишка и я уже мысленно потирала руки, а маленький чертик во мне довольно похихикивал.

***

— Я не буду подписывать этот отвратительный магический договор!!! — Уже битых пятнадцать минут на ультразвуке верещал фейри.

— Будешь. — Как-то незаметно, я с ним перешла на «ты», он на этом внимание не акцентировал, а я и не возражала. — Иначе я отказываюсь обращаться к артефакту за советом. Кстати, вопрос, почему ни одна из других ведьм во всех мирах не предложила тебе его, неужели ни у одной не было такой возможности?

Он сложил руки на груди, вздернул нос и взмыл почти к самому потолку.

— Потому что я не знал, что есть такой артефакт, иначе бы приказал им воспользоваться и я требую, чтоб ты прямо сейчас отправилась задавать вопрос зеркалу! Надо быстрее решить мою проблему и договор твой я подписывать не буду, за твои услуги я заплачу тебе столько золотом, что всем твоим пра-пра-правнукам останется!

— А я думаю, что ты просто маленький засранец! — Злость уже яростно клокотала во мне. Ему тут пытаешься помочь, у него жизнь висит на волоске, а он ведет себя как самый настоящий Муд…к!

Нет, таким образом мы ни до чего не договоримся.

— Послушай, Грэхэн. У тебя времени остается всего ничего. Артефакт может дать нам решение вопроса и это решение может ни мне, ни тебе не понравиться, да оно может быть каким угодно и вдруг нам просто не хватит времени? Вместо того, чтобы помочь себе, ты только палки в колеса ставишь! Я не собираюсь идти у тебя на поводу! Это ты пришел ко мне за помощью, ты можешь погибнуть, а не я! И поэтому, или подписываешь договор и делаем дело или катись в свою бездну! — Достал меня до печенок уже!

— О! Ведьма! Хорошо! Давай свой договор сюда, я подпишу, ну и ты делай все так, чтоб я остался жив. — Ну, наконец-то, мы немного сдвинулись с места. Фейри полоснул свои мечем по своей ладошки и накапал крови под графой Заказчик.

А договор я составила грамотный, я на этом поприще собаку съела. Сколько я их правила и составляла, мама дорогая!

В договоре обозначила две стороны, себя, ведьму и хозяйку Золотого Сечения и несносного фейри.

Предметом моего договора было оказание мною услуг в помощи возвращения магии Грэхэну.

Указала, что я обращаюсь к артефакту Истины с вопросом как вернуть магию одному конкретному фейри и после ответа следую дальнейшим указаниям, полученным от артефакта.

Приписала, что в случае, если артефакт не откликнется или даст ответ, что невозможно выполнить данное задание, или же это окажется не по силам мне или будет не хватать времени, то договор будет считаться аннулированным из-за невозможности выполнить поставленную задачу.

В случае успеха, фейри прощает мне оскорбление в его адрес в виде моего смеха над ним и не имеет ко мне абсолютно никаких претензий и в качестве платы за оказанную помощь, он должен будет мне оказать любую разовую услугу или помощь, которая мне может понадобиться вне временных рамок и места моего нахождения.

А также, я буду являться с момента исполнения договора, неприкосновенной особой на все времена у всего светлого народа фейри, то есть меня нельзя обижать никому из фейри, а как этого будет добиваться уже сам Грэхэн, мне мало интересно.

Всевозможные ситуации могут быть в жизни и нужно себя застраховать заранее на все случаи.

Капнув каплю своей крови в графе Исполнитель. Наши кровавые подписи вспыхнули и стали не красными, а золотыми.

— Договор заключён. Приступай к своим обязанностям, ведьма! — Надо было еще указать пункт о вежливом обращении ко мне от этого фейри.

Свернув договор трубочкой, я пошла в кабинет, мне срочно нужно зелье, которое уписала в письме Аграфена для придания бодрости и энергии моему бренному телу, иначе я засну прямо сейчас или во время ритуала, что будет очень прискорбно.

— Грэхэн, сидишь здесь и никуда не лезешь! Любаша присмотри за ним. Трофим, а ты со мной в кабинет, будем составлять план дальнейших действий, и расскажешь, как работать с зеркалом.

— Не указывай мне, смертная, что делать! — Опять заверещало это чудовище. — Нет ну право слово, как можно быть таким гадким? Меня даже наша бухгалтерия из себя тАк не выводила.

— А ну, цыц! Сделай, как я прошу, и не зли меня больше, мой лимит терпения подходит к концу, фейри! — И скорее покинула столовую, чтоб ненароком снова не влипнуть в эту бессмысленную словесную перепалку.

Я сидела в кабинете за столом и пыталась хоть как-то приноровиться, чтоб выпить бодрящее зелье, нос зажимала, глаза закрывала, но вонь стояла такая! Бееееээ! Неужели все зелья так ужасно пахнут. Именно от этого напитка несло протухшими яйцами, у меня от одного запаха начинался рвотный позыв и как это выпить?

— Трофим, попроси у Любаши апельсинку, надо мне закусить этот шедевр кулинарии.

— Сейчас хозяюшка. — Исчез и вернулся буквально через минуту с тарелочкой, на которой аккуратно лежали очищенные дольки апельсина. Апельсин тут же наполнил своим ароматом комнату, у меня аж слюни чуть не потекли от такого острого цитрусовго запаха. Ням-ням.

Съев одну дольку, я тут же влила в себя зелье и сразу запихала в рот три дольки и разжевала, чтоб цитрус перебил этот ужас.

Выдохнула, вздохнула, снова выдохнула. Кажется, назад не просится, хотя привкус во рту тот еще. Дожевав оставшийся апельсин, почувствовала себя гораздо-гораздее!

Меня словно омыло прохладной волной свежести, ушла сонливость и раздражительность, перестало тюкать в голове, исчезло ощущение песка в глазах и ломота в теле и я почувствовала себя так, словно горы могу свернуть и реки вспять обернуть.

Вот так настоечка!

Ну а теперь можно приступать непосредственно к самому процессу.

— Трофим, я готова. Бодра, сильна и внимательна. Рассказывай, как работать с артефактом Истины.

И Трофим начал рассказ.

***

Я стояла на чердаке и разглядывала собственно сам артефакт. Напольное зеркало в золоченой раме. Высокое, самое зеркало идеально ровное, гладкое, рама такая толстая и резная и на мой вкус чересчур вычурная. Выдвинув его на середину комнаты, расставив свечи в два напольных бронзовых подсвечника и поставив их по бокам от зеркала, чтоб они стали отражаться в нем. Свечи были длинные и толстые, да и подсвечники, я вам скажу, это монстры, хорошо, что Трофим умеет вещи телепортировать легко по воздуху.

Зажгла восемь свечей на одном подсвечники и восемь на другой, махнула, чтоб Трофим уходил и он исчез. Нужно было, по рассказу Трофима, чтоб ведьма тет-а-тет общалась с артефактом.

Встряхнувшись, развернув листок с текстом призыва, вспомнив все напутствия Трофима, чтоб я не задала, даже случайно, второй вопрос, и не потеряла свою душу, и лучше больше молчать. Молчание — золото. Тут уж точно.

Эх, Грэхэн, кажется, я мало с тебя попросила за свои услуги. На меня накатил мандраж, руки вспотели, сердце увеличило свой бег, сделав пару вдохов-выдохов, я стала говорить заклинание призыва истины.

Снимая цепи пространства и времени,

Делаю так, чтоб ответ получить

Жизнь, что некогда в тебе царила — Истину и Правду откроет мне!

Взываю к тебе из глубин веков,

Приди ко мне, ведьма тебя призывает,

Преодолей пропасть, что нас разделяет!

Зеркало пошло рябью, словно оно вода и по нему прошел ветерок.

В зеркале отразилась тёмная комната, в этой комнате стоял трон, на троне восседала Женщина, в красном длинном платье, плечи укрывала меховая накидка, тёмные волосы убраны в высокую прическу, в которую были вплетены жемчуга. На шее висел большой камень на толстой цепи и горел он красным огнем. Лицо женщины было… моим? Это была Я и одновременно не Я. Глаза у этого существа черные, без белков, на алых губах застыла полуулыбка-полуусмешка. Белые тонкие руки лежали на подлокотниках трона, и каждый пальчик унизан массивными перстнями.

По бокам от трона стояли подсвечники, копии тех, что стояли у меня на чердаке и огонь в свечах полыхал и ревел неистовым пламенем.

Женщина была прекрасна и ужасна. Это было существо, очень древнее, страшное, сильное, внушающее страх и ужас. Её взгляд словно видел тебя насквозь, всю твою суть, всю твою жизнь, мысли и чувства.

В комнате резко похолодало, я тут же покрылась мурашками и задрожала, в воздухе разлился удушающий сладкий цветочный аромат, настолько сильный, что можно было этот запах почувствовать кончиком языка, словно кто-то разбил сразу тонну сладких въедливых духов.

— Ты призвала меня ведьма, потревожила мой покой. Задавай свой вопрос. — У существа был шелестящий низкий голос.

Какой вопрос? Меня парализовало от страха и ужаса. Это было чудовищно. Это было страшно. Все вылетело у меня из головы! Так, соберись тряпка! Надавав себя мысленно пинков и пощечин, я снова развернула листок, хорошо, что я вопрос додумалась написать, а то бы задала бы белиберду, какую от страха.

Прокашлявшись, прочитала вопрос с листка.

— Как вернуть магию фейри Грэхэну Смертоносному? — И затаила дыхание.

Существо, принявшее мой внешний вид, запрокинуло голову и засмеялось. Смех был звонким и высоким.

— Ты желаешь использовать столь редкий шанс узнать Истину для ничтожного фейри? — Она говорила медленно, словно смакую каждое слово.

От звука ее голоса у меня проходила дрожь страха.

Так, не ляпнуть ничего лишнего, коротко и по существу.

— Почему? — Вновь прошелестел её голос.

Она что издевается? У меня время утекает как вода, а она решила замучить меня вопросами? Почему, почему? По кочану!

Так ладно, грубить здесь не нужно.

— Потому что, он попросил у меня помощи и если в моих силах её оказать, я это сделаю. — Фух! Мысленно смахнула пот со лба.

Женщина сошла с трона и мягкой поступью подошла к границе зеркала, она была моего роста и черты лица мои, даже родинка в уголке над губой как у меня!

Она поднесла правую руку к глади зеркала, глаза не отрываясь, смотрели в мои.

— Прикоснись ко мне, иди ко мне, дитя-я-яааа. — Шелестящим голосом зазывала она.

Её глаза как звездное небо манили к себе, низкий шелестящий голос вдруг показался таким родным и уютным, захотелось до неё дотронуться, обнять и всегда служить тьме этих космических глаз!

Я подошла уже совсем близко и потянула к ней руку, листик выпал у меня из рук, в голове не осталось ни одной мысли, только невероятное желание прикоснуться и прижаться к ней.

И тут на мою руку капнул горячий воск.

— Ай! — Я резко убрала руку и отскочила от зеркала и чуть вслух не спросила: что за чёрт?! И если бы я сейчас это озвучила, это был бы второй вопрос и всё! Кирдык Бобику!!!

Магия, которую ко мне применили, рассеялась, я снова была сама собой и со своими желаниями и мыслями.

— Дайте ответ на мой вопрос. — Голос мой дрожал от страха, но был твёрдым. По спине лился пот, руки дрожали. Хотелось закричать, бросить всё на фиг и убежать! Но надо, надо, Лиза довести дело до ума, раз взялась за это.

Существо снова рассмеялось. Боже, пусть скорее кончится эта пытка!

Кажется меня услышали, так как это чудовище заговорило, НО Моим же голосом и интонацией!

В сердце фейри нет огня,

Магия ушла из него, но не навсегда!

Чтоб вернуть его сути причину, Фейри преврати в мужчину!

Сутки пусть пробудет он в личине той,

С восходом солнца, он снова станет собой!

— Я не прощаюсь с тобой Елисавифа, мы ещё с тобой увидимся! — И зеркало затянулось, словно черным дымом, потухли свечи и я осталась одна на этом жутком чердаке. Но я не прочла заклятие, которое её отпускает, она не могла просто так исчезнуть!!! Кажется, мне нужна валерьянка.

Вытащила из кармана джинс карандаш, и быстро написав на листке то, что сказал артефакт, и скорее ушла с этого места. Ещё долго не смогу сюда подняться, а в зеркала смотреть… даже не знаю.

***

Бояться и паниковать решила после того, как завершу дело с фейри.

Рассказав всем, что произошло на чердаке, мои домовые и сам фейри были в легком ужасе.

— Ты вообще понимаешь, кого призвала? Это была сама тьма!!! — Снова на высоких нотах кричал Грэхэм. Он хоть иногда может говорить нормально, без визга и крика?

— И что теперь? Мне забиться под кровать, дрожать от страха и бросить помогать тебе? — Он тут же захлопнул рот и перелетел на стол. Стал расхаживать по нему, заложив руки за спину, крылышки при этом его трепетали.

— Нет, я хочу, чтоб ты мне помогла. — Ну вот, может же общаться в нормальном ключе.

— Тогда хватит визжать, и давайте думать. — Все в ожидании уставились на меня. Ага, то есть думать буду я одна?

— И так, в стихе сказано, чтоб вернуть тебе сути причину, то есть я так понимаю, твоя суть — это магия, верно? — Он кивнул. — Фейри преврати в мужчину. Это, скорее всего, значит, что ты станешь человеком, обычным, наверное. Трофим, есть заклятия, которые превращают живое одного вида, в живое другого вида? — Мы все сидели за столом, и я на листке подписывали напротив каждой строчки пояснения.

— Хозяюшка, есть такие заклинания, сейчас я тебе-то книгу магическую сюды перенесу.

В книге действительно было одно заклинание и рецепт зелья для того, чтобы одно живое существо, превратить в другое. Я очень надеюсь, что оно универсальное, так как здесь не было указано конкретно кого можно, а кого нет, главное, чтоб было живым.

Рецепт зелья был впечатляющим и это мягко сказано.

— Трофим, а у нас ингредиенты есть из этого списка? — Домовой склонился над книгой и просто кивнул.

— Отлично, не будем оттягивать, Трофим, нужно все составляющие принести на стол в кабинете. Любаша, готовь ужин, я голодная как собака. Грэхэм идешь, то есть летишь за мной. — Раздав всем ц.у., взяла книгу под мышку и уже пошла на второй этаж, как услышала отчаянный крик фейри. — Ведьма! Я больше не могу летать! Не получается! Магии совсем не осталось!

Я вернулась, села за стол и склонила голову на уровень его глаз.

— Грэхэм, я помогу тебе, мы нашли заклинание, я превращу тебя в человека, сутки походишь им, а послезавтра ты снова будешь летать и творить свою магию, и я очень и очень надеюсь, что ты больше не будешь делать глупых и злых поступков. — Подставила для него свою ладошку, на которую он вопросительно уставился. — Забирайся, повезу тебя на себе.

Усадив на свое плечо фейри, где он удобно устроился и ухватился за мои волосы, я пошла творить волшебство.

Установив маленький котелок над спиртовкой и залив туда «живой» воды, начала помешивая специальной ложкой, закидывать в варево ингредиенты: сухие цветы бузины, порошок из корня мандрагоры, слюна «вечерней жабы» (даже не знаю такой вид), скинутая шкура ящерицы, древесина дуба, чешуя русалки (какой кошмар), еще много разных травок и кореньев. Когда варево приобрело темный синий оттенок и стало густеть, я начала говорить заклинание:

— Волшебство творю и зло не несу. Пусть фейри обратиться человеком, сутки пробудет так и с восходом солнца вернется всё вспять. Да будет так!

И специальным ножиком уколола себе палец и капнула ровно три капли своей крови.

— Грэхэм, теперь ты, три капли крови. — Нн сделал как я сказала.

Аккуратно, чтоб не разлить ни капли и не обжечься, перелила зелье в кружку и стала ждать, когда остынет.

Фейри сидел на моем плече и за это время не проронил ни слова.

Спустившись вниз и собрав всех домочадцев, в том числе и кота, дав соломинку фейри, мы начали ждать, когда он полную кружку зелья выпьет. Запах у него тоже получился очень специфический, пахло жженым пластиком. На вкус даже представлять не хочу.

Фейри пил, потом делал остановку, высовывал язык, кривился, снова пил и так добрых двадцать минут.

Закончив, он сел и скрестил ноги, мы все сидели и ждали чего-то. Пока ничего не происходило.

И тут фейри схватился за живот, завалился на один бок и от боли очень сильно и громко закричал.

Я подскочила как ужаленная, что мой стул упал, кот в ужасе убежал. Домовые вжались в спинки стульев, Любаша вообще зажмурилась.

А тем временем, фейри менялся, у него отпали крылышки, с него исчезла одежда и он стал расти очень быстро, со стола стала падать посуда, которую он задевал своим телом, пока рос.

И вот на моём обеденном столе лежит высоченный, обнаженный молодой мужчина.

— Вашу ж мать! …………… (много непечатного текста).

***

У него были растрепанные волнистые пшеничного цвета волосы, кожа белая, тело мускулистое и жилистое и он очень часто-часто дышал. Если будет так дышать, то у него случится гипервентиляция легких, и он задохнётся!

Я потыкала его в плечо пальцем. Теплый.

Он открыл глаза цвета ясного голубого неба. И заговорил таким голосом, от которого у меня прошлись толпы мурашек по коже.

— Ведьма, что ты со мной сделала? Я умираю, умираю, не могу дышать! — Фейри все так же лежал на боку, дрожал, сжимал и разжимал кулаки и часто дышал открытым ртом.

— Грэхэм, слушай меня, все получилось, все хорошо, сделай глубокий вдох и выдох. — Он сделал. — Так, хорошо, еще раз. Умница. Попробуй сесть.

Грэхэм со второго раза сел, сошел со стола. Ноги его подгибались и он ухватился за стол, чтоб не упасть.

— У меня что-то ужасно сильно и громко колотится в груди! — В глазах страх, губы дрожат.

— Это твое сердце, человеческое сердце, Грэхэм. Так и должно быть.

Я стянула скатерть со стола и протянула ему, чтоб прикрылся.

Он обернулся скатертью, получилась набедренная повязка. Боже, какой же он высокий получился. Я со своими метр семьдесят, выглядела коротышкой, он был выше меня на две головы!

Если б не тот факт, что тело мужское и то, что ниже пояса тоже принадлежит мужчине, разглядывая его лицо, можно подумать, что это девушка.

Черты лица были правильными, очень нежными, тонкими. Небольшой носик, пухлые капризные губы, раскосые большие голубые глаза в обрамлении золотистых пушистых ресниц, высокий лоб, круглые щечки.

Ну, капец блин! Красавчик так красавчик. Только помня, какой он противный маленький стрекозел, эта красота меня не трогала, тем более, я больше не ведусь на красивые обертки, мне важна суть. Был у меня уже один красавец. Это как с конфетами. Порой выбираешь исходя из красивой обертки, разворачиваешь, а там кака настоящая. А бывает обертка так себе, но конфета потрясающая. Так и здесь. Красота еще не все. Тем более, такая, с такой внешностью, окружающие и мужчины и женщины комплекс неполноценности заработают.

Спустя пару часов, успокоив, и уговорив фейри, что все просто замечательно, мы сидели за столом и ужинали. В основном ужинала я, кот поедал на кухне свои вкусности, домовые просто сидели на спинках стульев, а Грэхэм, все удивленно рассматривал, то посуду, то свои руки, то мебель. Еду пробовал очень смешно, фыркал, если было ему что-то не по вкусу или жмурился от удовольствия и облизывал пальцы. Мимика у него была очень подвижной и все эмоции читались на раз. Не сразу у нас получился ужин, так как он не свыкся еще со своим новым телом, которое стало в тысячу раз больше исходника и мог смахнуть рукой, то посуду, то стул, чуть не уничтожил мне сервант с сервизом.

Одели его в шелковый халат, который нашли в одном из сундуков, когда разбирали чердак. Халат был мужским, черным с золотым орнаментом на рукавах.

После ужина, на меня навалилась дикая усталость и сонливость. Переставало действовать зелье бодрости, я строго-настрого наказав домовым следить за фейри, выделив ему комнату и рассказав, что, где и как, пошла отдыхать. Выдался у меня очень уж насыщенный, нервный день. Надеюсь, пока я буду в объятиях Морфея, фейри не разнесет мне дом. Уснула сразу, как только голова коснулась подушки.

И кто-то очень ласковым ветерком погладил волосы и щеку девушки.

— Ты делаешь все правильно, ты достойная Хозяйка, умница, и за твои старания я уберу с твоих плеч усталость, с лица сотру тяжесть трудного дня. Спи дитя, набирайся сил. — Шептал ветер.

***

Проснулась я полная сил и отдохнувшей. Вспомнила прошедший день, впечатлилась сама себе. Для меня это огромный подвиг, то, что я сотворила вчера, особенно, когда не имела ранее дел с волшебством.

Зазвенел телефон. Это мама.

— Привет, мам.

Рассказывать свои магические приключения не стала. Подумает, что дочь свихнулась. Сказала, что всё у меня хорошо и мне здесь нравится. И я решила у неё подробнее разузнать про свою родственницу Аграфену. Мама знала не много совсем, нелюдимая была, в гости никогда не звала и была у нее моя родительница только раз и это всё.

Не густо. После разговора с мамой, я вновь прокрутила в голове информацию из дневника и письма Аграфены. Она знала, что у моей мамы родится ведьма, она это конкретно написала в письме.

А из дневника узнала, что в моем роду по маминой линии всегда раз в несколько поколений рождается ведьма. Но и остальные женщины обладают зачатками магии, но зачастую, они были или травницами, или знахарками, а в современном обществе докторами или ботаниками. Моя мама, кстати, педиатр, и очень трепетно и ответственно относится к своей работе.

Аграфену с детства учила и наставляла на путь ведовства ее бабушка. Та хоть ведьмой не была, но знала что Аграфена ведьма. Почему дальше эти знания потерялись? А потому что ведьм не любили никогда и их боялись. Родители Аграфены пытались отвадить дочку от колдовства и наставить на путь истинный, но бабка не позволила загубить той дар, забрала девочку и увезла в Сибирь. Нашла для неё наставницу ведьму, которая учила её всему, а после смерти и передала свой дом и дело Аграфене. Так и стала Аграфена жить в этом удивительном месте. Ещё она обладала даром предвидения, и в одном из видений была я, её преемница и также знала, что моя судьба приведет меня сюда. Она знала, что не увидит меня при жизни, но постаралась подготовить всё, чтоб я как можно легче перенесла знакомство с волшебным местом.

В письме она указала, какие книги мне нужно читать, в каких она специально для меня оставила пометки, подготовила зелий на все случаи жизни. А также артефакты. К примеру, у меня теперь есть артефакт, как его я назвала про себя, конвертер денег. Это небольшой абсолютно простой ящичек, в который кладешь, например золотые монеты и просишь его перевести их, к примеру, в рубли или доллары или в валюту другого мира и наоборот. И достаешь из него уже нужные тебе купюры или золотые и серебряные монеты. А судя по тому, сколько золота на чердаке, я богата!

Одежду и обувь Аграфена тоже подобрала для меня, все новое, многое из других миров.

Сама жизнь Аграфены была насыщенной и яркой, на земле она была только в этом доме, но часто путешествовала через портал по мирам, она описывала их, некоторые были невероятно прекрасными с добрыми чуткими жителями. Некоторые мрачные, где только зло господствует.

Была у Аграфены любовь… Безответная. И до конца своих дней она была верна одному единственному мужчине, который любил другую.

Писала мне про дом, он стоит на Золотом Сечении лей-линий. Лей-линии — это мировые линии, которые проходят через миллионы, а то и больше миров. И есть места на Земле, где эти линии соединяются, те линии, которые находятся в этом сечении других миров, то эти миры и можно посещать. По лей-линиям идет энергия и чистая первозданная магия и в тех местах, где они соприкасаются, образуются порталы и аномальные зоны. Дом стоит в одной из таких зон. Каждую зону хранит сила, магия, но и нужен проводник между мирами, хранитель, хозяин или хозяйка этой силы и магии, который не допустит, чтоб с одного мира в другой полезли чужеродные существа, не все миры добрые, не во всех мирах полезная магия. И нужно сохранять баланс и равновесие. Эта сила живая, это живой организм. Она писала, что его можно ощущать как ветер, волну, плотный воздух. Он питает ведьму и других жителей этого дома, можно не стариться, и жить очень долго и быть здоровым.

Аграфена показывала благородную старость только на Земле, чтоб не было вопросов, а в другие миры ходила всегда молодой. Умирала Аграфена не от старости, в одном из миров, она помогала отчаявшейся девушке, которая обманула Аграфену и хотела завладеть Золотым Сечением и провела ритуал, чтобы отобрать Ведьмину силу. Это не совершилось, но Аграфена выжгла свою магию, свою суть, когда боролась с той, кто оказалась самой мерзкой, жадной, злой и беспощадной поглотительницей чужой магии. Она как паразит вытягивала жизненные силы и магию у самых сильных магов разных миров.

Аграфена не пишет, получилось ли у нее ее уничтожить или нет, но написала, что она лишила гадину сил. А себя погубила. Она знала, что умирает, и подготовила дом ко сну. Домовые не знали, что так все случилось и я им не буду говорить. Расстроятся сильно.

Вот такая грустная сказка.