Глава 24

У Алекса оказалось небольшое сотрясение мозга, но оставаться в больнице он отказался. Написал «отказную» и уехал с нами домой. На работе взял «больничный» и со спокойной душой начал строить из себя великого и несчастного мученика. Правда недолго: один день. Потом вернулось всё на свои круги: язвительность, вредность и ехидность. Порой даже хотелось стукнуть его ещё раз по голове, чтобы утихомирить. Но желание это быстро исчезало. Ведь если бы не он…

Что удивительно — сумочку вместе с телефоном мне в тот день кто-то отдал. Вот только кто и когда, в моей памяти не отложилось. О девушке Славе я время от времени невольно вспоминала, но начинать разговаривать о ней с Алексом не хотела. Вообще не было желания возвращаться к событиям того дня. Однако с Виком я всё же ещё раз поговорила о ней. Буквально на следующий день после происшествия. Но результат оказался тем же: скромная и улыбчивая девушка Мирослава не проявляла никакого интереса к Виктору. В этом он был уверен на сто процентов. На моё рассуждение, почему же она тогда так отреагировала на Алекса, Вик просто пожал плечами и посоветовал не заморачиваться. Ох, уж эти мужчины! Не любят они лишний раз напрягать свои мозги и разгадывать интересные загадки. Или это мне только такой достался?..

К субботе наш язвительный Алексей полностью оправился, и мы все вместе поехали на дачу Берковых. Мама братьев и мои родители уже были там и с самого утра приступили к приготовлению празднования дня рождения Миши. К слову сказать, мои мама и папа как-то легко приняли тот факт, что я выхожу замуж спустя такой маленький промежуток времени после нашего с Виктором знакомства. К тому, что у него есть сын, они тоже спокойно отнеслись. А познакомившись с будущим внуком, были покорены его обаянием.

На первый юбилей Миши мы так же пригласили его крёстных родителей вместе с их семьями. Итого нас было: четверо детей и десять взрослых. Мы предлагали Мише позвать ещё кого-то из его одноклассников или друзей, но он отказался, говоря, что лучшего друга Тимура и сыновей его крёстных ему вполне достаточно. Видя, как они неугомонно бегали по двору, сомнений не возникало, что этих гостей ему действительно хватает. Нас, взрослых, дети практически не замечали: то на батуте прыгали, то в крутых полицейских играли, то какие-то наполеоновские планы строили. В общем, отрывались по полной.

Я же, раззнакомившись с кумовьями Берковых, помогала родителям или сидела под боком Виктора. А когда на землю тихо стал опускаться вечер, Вик потянул меня прогуляться по посёлку. Остальные гости только понимающе улыбнулись нам вслед, и, конечно же, Алекс не упустил возможности съязвить. Я показала ему язык и, довольная его обескураженным выражением лица, взяла своего мужчину под руку, и мы неспешным шагом пошли вниз по улице.

Было малолюдно, только озорные собаки время от времени пробегали мимо нас. Разговаривать совсем не хотелось, поэтому, наслаждаясь последними тёплыми осенними деньками, мы просто брели. Дойдя до берега мелководной реки, остановились. Вик обнял меня сзади, и я, прикрыв глаза, заулыбалась. Как же замечательно, что некоторые сны имеют свойство сбываться! Как же прекрасно находиться в объятьях любимого человека и получать удовольствие от реальной жизни!

— Давай следующей осенью приедем сюда вместе с маленькой дочкой? — тихо прошептал мне на ухо Виктор.

В первые мгновения я невольно вздрогнула от неожиданности, а потом крепче сжала его руки, покоящиеся на моей талии.

— Давай, — так же тихо ответила я, улыбаясь ещё шире.

— Не забудь своё обещание! — пригрозил он мне серьёзным тоном, а я рассмеялась уже в голос.

— Ты же знаешь, что это не только от меня зависит.

— Знаю, поэтому на осенние каникулы мы отправим Мишку с его любимой бабушкой в какой-нибудь пансионат, а сами вплотную займёмся осуществлением моей заветной мечты.

— И не стыдно тебе?

— Стыдно, но дочку от тебя хочется намного больше.

— Почему? — поворачиваясь к нему, спросила я.

— Потому что мне она снилась. Ещё тогда, весной.

— Расскажи, — затаив дыхание попросила.

— Наш берег моря. Погода тёплая, солнечная. Ты в лёгком белом платье сидишь на песке и с улыбкой смотришь на играющих возле воды детей: Мишку и маленькую девочку. Я медленно иду к вам и наслаждаюсь этой картиной, а ты, заметив меня, подзываешь к себе дочку и тихо говоришь ей на ушко: «Смотри, папа идёт». И малышка с радостным криком «Папа!» бежит мне навстречу. Между нами остаётся всего несколько метров, и я присаживаюсь на корточки, раскрываю свои объятия, и малютка влетает в них. Крепко обнимает меня за шею, будто вечность мы не виделись, и шепчет: «Я так соскучилась!»… Очень хочу, чтобы и этот сон сбылся, — тихим шёпотом закончил Виктор свой рассказ.

Я словно наяву увидела эту картину и улыбнулась. Какой же замечательный сон! Жаль, мы его не разделили на двоих.

— А почему ты раньше мне о нём не рассказывал? — полюбопытствовала я, спустя несколько мгновений.

— Когда мы обменивались рассказами о наших общих снах, я думал, что ты тоже этот сон видела, но, как и со сном о поцелуе, стесняешься рассказывать, поэтому и промолчал, — пожав плечами, ответил он.

— Нет, у меня такого чудесного сновидения не было, — отрицательно качая головой, возразила я.

— Значит, нужно, чтобы у нас была такая реальность, — улыбаясь уголками губ, сделал умозаключение Виктор и поцеловал меня…

Мы медленно шли обратно, и мои мысли были поглощены рассказом Виктора. Вик тоже о чём-то думал, а может, просто наслаждался хорошей погодой. Но у меня получилось вырваться в реальность, только когда я увидела, как к нам навстречу бежит Мишка. В тусклом свете заходящего солнца была чётко видна его радостная улыбка, такая же красивая и обворожительная, как и у его отца. Он остановился напротив нас, выровнял дыхание.

— Папа, ты на втором месте! — довольно воскликнул Миша и пальцем указал на надпись на своей футболке, перед этим предварительно расстегнув ветровку. Там красовался плюшевый мишка, держащий огромное сердце, в котором и было написано: «Мамин самый любимый мужчина». Я молча улыбнулась, мысленно радуясь, что мальчику понравился мой подарок.

— Ну вот, — наигранно вздохнул Вик. — И когда ты успел настолько покорить нашу Мари? — состроив грустное лицо, спросил он у сына.

— Когда ты с нею ещё не был знаком! — ответил Миша, а сам искоса посматривал на меня, будто проверял мою реакцию на его слова.

Я энергично закивала в знак согласия, и мальчик счастливо заулыбался.

— Ничего, папа, не расстраивайся. У тебя просто не было шансов! — продолжил подначивать отца Михаил.

Хм, не у дяди ли он учится быть «острым» на язык?

— А чего мне расстраиваться? Вот родит Мари нам девочку, будет дочка любить меня больше всех на свете! — лукаво улыбаясь, мечтательно начал рассуждать вслух Виктор.

Миша сразу же стал серьёзным, улыбка слетела с лица. И, наградив каждого из нас внимательным взглядом, он в конечном итоге остановил его на мне.

«Неужели он против?» — пронёсся в моей голове вопрос за секунду до реплики ребёнка:

— Это правда? Ты действительно родишь мне сестрёнку?

Я настороженно кивнула в знак согласия, и лицо Михаила тут же просияло лучезарной улыбкой. Охватившее меня раннее напряжение отступило, и я тоже улыбнулась.

— А можно я её назову? — глядя нам в глаза, задал следующий вопрос Миша.

Я вновь кивнула, а Вик довольным тоном подтвердил:

— Конечно, можно!

— Ура! Тогда она будет Маришей! — торжественно изрёк он.

— Почему "Маришей"?

— Маша, Миша и Мариша! Три «М»! — пояснил отцу сын.

— М-да, мне как-то даже обидно стало, что моё имя начинается не на букву «М», — сокрушённо произнёс Виктор.

— Ничего, если Маша нам потом ещё одного малыша родит, то, так уж и быть, ты сможешь его назвать на букву «В»! — попытался успокоить родителя Михаил.

Я же перевела удивлённый взгляд с отца на сына. Ещё одного ребёнка? Вон какие, оказывается, рассуждения у моего мальчика, а я всё это время переживала, не будет ли он ревновать к ещё одному ребёнку в семье?

Берём на заметку: почаще откровенно разговаривать с Мишей. Один раз он мне уже открылся. Думаю, у меня получится найти окончательный подход к нему, чтобы вести такие задушевные беседы. Конечно, для мальчика больше важен отец. Но Миша слишком долго был обделён материнской любовью и заботой, поэтому, как мне кажется, он с удовольствием сейчас со мной будет проводить больше времени, нежели с отцом.

Хм, какие у меня рассуждения? А не слишком ли я самоуверенна? Или я просто эгоистка и поэтому хочу много внимания и доверия от Миши?..

— Ладно, договорились! — согласился тем временем Вик и деловито пожал сыну руку. — Третьего кого хочешь: брата или сестру? — тут же поинтересовался он.

— Не знаю, — задумавшись на несколько секунд, ответил сын. — Наверное, можно и мальчика, чтобы ему по наследству перешли все мои игрушки!

— Заказ принят, — улыбаясь, сказал Виктор и одарил меня лукавым взглядом.

— Мам, я тогда побегу, скажу бабушкам, что вы идёте, и поделюсь с друзьями потрясающими новостями! — уже на бегу счастливым голосом прокричал Миша.

Я вздрогнула. Взгляд так и приклеился к фигуре убегающего ребёнка. Он назвал меня «Мамой»! Сердце от щемящей радости ускорило свой бег. И я даже не заметила, как оказалась в объятьях любимого мужчины.

— Назвал и сам не заметил, — тихо произнёс Вик.

Я прильнула спиной к его груди и лишь кивнула. Назвал!

Боже, какая же это эйфория, оказывается, когда тебя называют «мамой»!30f6fc

— Ну что, идём? А то нас уже потеряли там.

— Угу, — согласилась я и, высвободившись из его рук, медленно побрела рядом с ним. — Вик! Плохие из нас получаются хозяева вечера! — поняла я простую истину.

— Почему это?

— Да потому что у нашего сына сегодня День рождения, а мы бросили всех гостей и пошли гулять!

— Ну, допустим, что детям до нас сегодня вообще нет никакого дела. У них своя туса. А старшее поколение всё прекрасно понимает. Да и мы же не в самом начале ушли, а когда всё тосты уже произнесены, и желудок отказывался принимать ещё какую-либо пищу. И вообще, мы правильно сделали! После сытного обеда прогулка полезна!

— Выкрутился?

— Угу, — словно кот объевшейся сметаны, подтвердил Виктор.

— И всё равно мы поступили некрасиво! Пошли быстрей! Тем более все по парам, а Лёшка один!

— Его проблемы, — буркнул Вик.

— Ты чего? — удивилась я.

— Ничего. Не бери в голову.

— И всё же?

Вместо ответа Вик взял меня за руку и, притянув вплотную к себе, заискивающе посмотрел мне в глаза:

— Вместо этих посиделок мне очень хочется закрыться с тобой в спальне и любить тебя до умопомрачения, — горячим шёпотом поведал он мне свои мысли. — Но, к моему огромнейшему сожалению, мне сегодня ничего не светит. — И, театрально вздохнув, зарылся рукой в мои волосы и страстно поцеловал. — Идём, иначе я сорвусь и потайными путями потащу тебя в дом, а не к гостям, — прервав поцелуй, но не отпуская меня, хрипло пошептал Вик.

— Идём, — эхом повторила я.

— Угу. Поскорей бы уже осенние каникулы, — вновь проворчал он недовольно, но всё же выпустил меня из своих объятий и, взяв за руку, потянул за собой.

— Чуть-чуть осталось подождать, — не могла я сдержать довольной улыбки. Виктор же только ещё больше нахмурился.

— Когда чего-то ждёшь, почему-то время в ожидании длится вечность, — задумчиво проговорил он и, подняв мою руку, поцеловал.

— Знаю, — согласилась я, вспоминая те дни, когда очнувшись после летаргического сна, только и жила ожиданием выписки из больницы, чтобы приступить к поискам Виктора…

Гости совсем не обиделись на нас за уход. Родители сидели в беседке и оживлённо что-то обсуждали, кумовья всё ещё за столом строили планы на совместные выходные. Правда с датой ещё окончательно не определились. Мужчины предлагали поехать на охоту, а женщины — посвятить день шопингу. Но детей единодушно решили отправить к бабушкам. Завидев нас, они отсалютовали стаканами с колой. Мы улыбнулись им в ответ. Вик тут же потянул меня к ним, и я послушно шла, но взглядом продолжала искать Лёшку. Тот нашёлся в компании детей. Они что-то там все вместе моделировали. Все серьезные и внимательные. Хороший из него получится отец, вновь утвердилась я в своих мыслях. Нужно только его женить. Вопрос: на ком? Почему-то сразу же вспомнились студентка Макарова и загадочная девушка Слава. Хм… Почему именно они?

А может, поискать ему избранницу в кругу своим знакомых? Или предоставить Лёшке возможность самому устроить свою личную жизнь? Надо будет на досуге поразмыслить над этим…