Глава 8

— Алекс… — еле слышно прошептал Виктор, не отводя предгрозового взгляда от своего двойника.

Я краем уха уловила произнесённое им имя. Мысленно поблагодарив за подсказку и скрестив руки на груди, я откинулась назад, на спинку диванчика.

— Так что, Алекс, вы мне расскажите правду? — делая акцент на мужском имени, уточнила я.

— Кто вы? — ледяным тоном, в свою очередь, повторил он вопрос.

— Человек, — пожав плечами, ответила я, метнув короткий взгляд на Виктора.

Я закусила губу, чтобы скрыть свою улыбку. Призрак смотрел на меня и мягко улыбался, видно тоже вспомнил, что на почти такой же вопрос я ответила точно так же. С тех пор прошло мало времени, а мне казалось, что целая вечность…

— Если вы хотели со мной встретиться, чтобы блеснуть остроумием, увы, должен вас разочаровать. Продолжать дальше этот нелепый разговор и бессмысленную встречу я не намерен. Всего доброго, Мария.

Мужчина встал из-за стола и, остановившись всего в нескольких сантиметрах от своего призрачного двойника, начал доставать крупные купюры из кошелька. Я же, мысленно отметив, что Вик немного выше него ростом, тоже быстро поднялась на ноги и, схватив Алекса за руку, тихо вымолвила:

— Я лишь хочу узнать, что с Михаилом всё в порядке.

— Я вам уже ответил, что с Мишей всё хорошо, — раздражённо рыкнул он, вырывая свою руку.

— Алекс, пожалуйста, — тихо попросила я.

Виктор куда-то опять исчез. А мне очень хотелось узнать правду. Почему я не задумывалась в тот момент, что мне может грозить опасность? Почему рядом с этим человеком почувствовала уже привычное спокойствие? Вот только трепета не было. Он не Виктор. Он не мой призрак. Но он тот, кто мог мне помочь узнать правду.

С минуту Алекс сверлил меня пристальным взглядом, потом глубоко, я бы даже сказала, обречённо вздохнул и кивнул.

— Хорошо, Мария, — уже спокойно согласился он.

— Спасибо, — искренне улыбнувшись, поблагодарила я.

Мы вновь заняли свои места за столиком и какое-то время неотрывно смотрели друг на друга. Виктор больше не появлялся. Ну что ж, я с ним могу поговорить позже.

— Как вы поняли, что я не Виктор? — первым прервал наше молчание мужчина.

— Цвет глаз, взгляд, и вы левша, — перечислила я.

Алекс грустно усмехнулся.

— Откуда вы знали Виктора? — как можно спокойнее задал следующий вопрос Алекс.

А у меня сердце пропустило удар. Мне вдруг воздуха для очередного вдоха не хватило, а в глазах неприятно защипало.

«Знали» — прошедшее время. Значит… Значит, его уже нет в этом мире. Боже, как несправедливо! Я же до последнего надеялась, что он лежит где-то в коме! Показывают же такое в фильмах. Почему, ну, почему и у нас не могло так быть?!

— Случайно познакомились, — прочистив горло, приглушённо ответила я.

— Как? Где? Когда?

— Алекс, я тоже хочу задать несколько вопросов, — тихо возразила я.

— Зададите, но только когда я удостоверюсь, что вам можно доверять.

— А откуда я знаю, что могу тоже вам доверять?

— Вам остаётся поверить мне на слово, — криво улыбнувшись, ответил он.

— Хорошо. Только ответьте на один вопрос. Кто вы? — согласилась я.

— Алексей Бероев. Младший брат Виктора… Брат-близнец, — добавил он после непродолжительного молчания.

Моё сердце вновь пропустило удар, когда я увидела, отразившуюся боль в серых глазах. Говорят между близнецами особая связь. И глядя на Алекса, я точно могла сказать, что испытываемая им боль была не наигранной. Он любил своего брата.

— Мы с ним впервые встретились на улице, когда я шла на работу. Был дождь, а Вик стоял без зонта, — с горькой ноткой грусти начала я отвечать на поставленный мне ранее вопрос.

— На улице и в дождь? Не смешите меня. Виктор никогда не заводил знакомств на улице.

— А со мной познакомился, — с улыбкой возразила я. — И в отличие от вас, он сразу же перешёл на неофициальный тон общения.

— Что-то с трудом верится. Вы разыгрываете меня, Мария, — нахмурившись, сказал Алекс.

— Нет, — вновь возразила я. — Но больше мне нечего вам рассказать. Мы мало общались. И я про него практически ничего не знаю.

— Зачем тогда искали встречи с ним?

— Алекс, как погиб Виктор? — проигнорировав его вопрос, спросила я.

— В автокатастрофе, — настороженно и нехотя ответил мужчина.

— А почему вы притворяетесь им?

— Я не притворяюсь. Я живу его жизнью.

— Почему? — совсем тихо спросила я.

— Я бы не хотел это обсуждать в общественном месте, — спустя минуту молчания ответил Бероев.

— А я не уверена, что осмелюсь остаться с вами наедине. Всё же я вам до сих пор не доверяю.

— Как и я вам, Мария. И что же нам делать? — криво улыбнувшись, полюбопытствовал Бероев.

— Не знаю, — честно призналась я, замечая, как рядом с Алексом вновь появляется призрак его брата.

— Пригласи его к себе, — глядя мне в глаза, серьёзным тоном сказал Виктор.

Я лишь едва заметно покачала отрицательно головой. Пришлось прикусить язык, чтобы громко не закричать: «Ты с ума сошёл?!». Благо вовремя одумалась.

— Пригласи, — настоял Вик. — Мари, пожалуйста, я хочу знать, что произошло!

Его «Мари» теплом растеклось по моим венам, но всё же я вновь ответила отказом.

— Маш, — присел он рядом со мной на корточки, явно собираясь взять мои ладони в свои, но на полпути остановился. Он не мог этого сделать, но опять забыл. — Машенька, пожалуйста, обещаю, Алекс не причинит тебе вреда.

— Мария, с вами всё в порядке? — настороженно спросил Алексей, заставляя меня вздрогнуть и перевести на него взгляд.

Ну да, сейчас я смотрела в пустоту (по его мнению) и с грустной улыбкой отрицательно качала головой самой себе. Шиза, привет!

— Извините, задумалась. Предлагаю поехать ко мне и обо всё спокойно и откровенно поговорить, — натянуто улыбнувшись, сказала я. Мысленно же пообещала Вику, что если его брат "нечаянно" убьёт меня, то я всю оставшуюся вечность буду надоедать ему в роли неизменной призрачной подруги.

Несмотря на его недоверчивый взгляд, Алекс согласился, и, расплатившись, мы покинули ресторан. Жаль, что к еде мы так и не притронулись…

Машина у Бероева оказалась дорогой, я бы даже сказала, роскошной. И не страшно же ему ездить по нашим улицам на такой красавице? Но вслух я ничего не сказала, лишь в самом начале озвучила свой адрес и сосредоточилась на рассматривании ночного города. Дождик всё моросил…

Алекс спокойно воспринял мою скромно обставленную квартиру. Без энтузиазма согласился на чашку чая и тут же занял единственное кресло в моей комнате. Я даже мысленно порадовалась, что он не захотел располагаться в кухне.

Сделав чай и захватив с собой вазочку с шоколадными конфетами, купленными мною вчера вечером для того, чтобы заесть свою грусть, я устроилась на диване.

Бероев не рассматривал моё жильё, всё его пристальное внимание было сосредоточено на мне. И под серьёзным взглядом серых глаз мне стало немного неуютно.

— Так почему вы живёте жизнью своего брата? — задала я волнующий меня вопрос.

— Так вышло, — пожав плечами, устало ответил Алекс и скрестил пальцы в замок, затем откинулся на спинку кресла. — В тот день мы ехали из ресторана. Фирма выиграла важный тендер, и мы решили немного отпраздновать это событие. Вот только я тогда много выпил, в отличие от практически трезвого брата… С появлением на свет сына Витька отказался от вредных привычек: сигареты, алкоголь и гулянки для него перестали существовать. Он хотел быть своему сыну идеальным отцом… И он действительно был таковым… Бред, зачем я это всё вам говорю? — закрыв ладонями лицо, вымученно выдохнул Бероев.

Мне откровенно стало жаль его. На долю секунды даже захотелось подойти и обнять, поделиться частичкой своего тепла, но уже в следующее мгновение Алекс громко выдохнул и, убрав ладони с лица, внимательно посмотрел на меня.

— Вы априори не могли быть знакомой моего брата. Почему — во-первых, я вам уже говорил, а, во-вторых, он бы мне обязательно о вас рассказал.

— Между вами не было секретов? — с мягкой улыбкой спросила я, беглым взглядом осматривая комнату. Виктора не было видно. Но я точно была уверена, что он рядом.

— Нет, — твёрдо ответил Алексей. — Никогда не было.

Я лишь пожала плечами, мол, что я могу на это сказать? Алекс ещё некоторое время сверлил меня сканирующим взглядом, а потом вновь заговорил. Кажется, ему просто очень хотелось выговориться.

— На тот момент я разорвал свою помолвку с девушкой, с которой встречался больше пяти лет. Вот и выпил сверх нормы. Брат в тот день тоже изменил своей привычке и составил мне компанию в распитии алкоголя. Вот только он ограничился несколькими рюмками… В ту ночь он был за рулём моей машины. Я не знаю, что произошло тогда, так как спал беспробудным сном на пассажирском сиденье… Очнулся только спустя два месяца комы. Знаете, что обиднее всего? — горько усмехнувшись, с отчётливой болью в голосе спросил у меня Алексей.

Я лишь отрицательно покачала головой — не нашла в себе сил выдавить простое «нет».

— Брат умер на месте, а у меня только травма головы, пара сломанных рёбер и амнезия. И всё! Всё, чёрт бы меня побрал! — раненным зверем взвыл Бероев — и выдохнул. — Я когда очнулся и сам поверил, что являюсь Витькой. Мать рыдала, Мишка обнимал меня и радостно шептал: «Папа, наконец-то ты проснулся!»… А спустя неделю я начал вспоминать… Больше всего виноватым я себя чувствовал — да и чувствую — перед сыном, вернее племянником. Я не смог признаться ему, что я не его отец. Он так ждал моего пробуждения. Так искренне радовался, когда приходил ко мне… Я просто не имел права вновь причинять ему боль…

В его глазах стояли непролитые слёзы. Но их он себе так и не позволил пролить. Алекс разрешил себе только эту исповедь. Только один раз поддался своей боли, своему горю.

— Наша мать знает, что я не Виктор. Сразу это поняла, но тоже молчит. Даже мне этого не говорит. Лишь порой смотрит с непреодолимой грустью…

— Лёша, а как же ты и твоя жизнь? — тихо спросила я.

Мужчина дёрнулся от звучания своего настоящего имени.

— Алексея Бероева похоронили 27 мая прошлого года. Ни к чему ворошить то, что прошло.

— И ты уверен, что Михаил когда-нибудь не поймёт, что ты не его настоящий отец?

— Я даже не уверен, что он уже сейчас этого не знает. Мишка смышлёный ребёнок, а я, как бы не старался быть Виктором, но в мелочах порой путаюсь, — криво улыбнувшись, ответил Алекс.

Мы оба замолчали. Тишина не казалась напряжённой. Алексей с отсутствующим взглядом сидел и явно находился в плену своих воспоминаний и боли. Я же корила себя за беспечность и наглость. Стыдно было перед этим мужчиной за свои мысли и подозрения.

Да, в ресторане я разрешила себе предположить, что именно он может быть виновен в смерти Виктора. И теперь мне было ужасно стыдно за это.

Я не представляла, сумела бы я отказаться от себя и своей жизни ради других, пусть и близких, мне людей. А он жил. Старался быть достойным своего брата. Хотя я ни на секунду больше не сомневалась, что он достоин.

— Лёш…

— Не называйте меня так. Виктор. Витя. Как угодно, но не…

— Алекс, — назвала я его более привычным для него именем.

Всё же на эту интерпретацию своего настоящего имени он не возмутился: скривился, но промолчал.

— Алекс, а где мама Михаила?

— В Израиле.

Я вопросительно приподняла бровь, мол, дальше говори. Мужчина вздохнул и продолжил:

— Мишка ранний ребёнок. Ей тогда только девятнадцать лет исполнилось… Нина, мама Михаила, с детства бегала за Витькой. Брат улыбался и всегда ей говорил, чтобы подросла. Та злилась и продолжала бегать. А когда ей исполнилось восемнадцать, Витька пригласил её на свидание. Завязались отношения. Нинка на каждом углу кричала, что у них любовь до гроба. Но со свадьбой не торопились. Потом «залёт» — и у девчонки взыграли гормоны и возникла жуткая ненависть к Витьке и всей нашей семье. Родила, «отказную» подписала и уехала к своим родственникам в Израиль. С тех пор в нашей жизни она больше не появлялась.

Вот же с… Но ни додумать свои возмутительные мысли, ни озвучить их вслух я не успела, так как у Алекса зазвонил мобильный телефон. Он извинился и ответил на звонок. И с первых же секунд разговора его лицо всё больше мрачнело. Что-то плохое произошло, поняла я, но продолжала молчать до окончания его разговора. Хотя Алекс толком и не говорил. Только односложно отвечал.

— Мария, мне нужно сейчас уехать. Но я надеюсь, что мы продолжим наш разговор. Всё же у меня есть к вам вопросы, на которые я очень хочу получить ответы, — вставая со своего места, взволнованно сказал Бероев и, не дожидаясь от меня ответных слов, вышел в коридор. — Ваш номер у меня есть. Я на днях позвоню вам.

— Хорошо. Удачи!

Алексей, не прощаясь, ушёл, а я всё стояла в дверном проёме и внимательно смотрела на Виктора, появившегося передо мной сразу после ухода его брата. Призрак отвечал мне тем же взглядом.

— Я думала, ты последуешь за ним, — вымолвила я.

— Зачем? — приподняв одну бровь, спросил Вик.

— Чтобы удостовериться, что он сказал правду.

— Это можно проверить в любой момент, — пожав плечами, безмятежно ответил Виктор.

— Ты всё вспомнил? — с облегчением выдохнула я, радуясь за своего призрака.

— Да. Почти всё вспомнил, кроме аварии.

— Рада за тебя, — искренне улыбаясь, сказала я. — Тогда тебе, наверное, очень хочется увидеть сына?

— Да, — подтвердил Виктор, медленно подходя ко мне.

От его внимательного и изучающего взгляда стало неловко. Создалось такое впечатление, что мы встретились после долгой разлуки, он не мог насмотреться на меня. Не исключено, что значение его взгляда было совсем другим. Но помечтать же можно?

— Ты очень красива сегодня, — с мягкими нотками в голосе, сказал Бероев, вгоняя меня в краску.

— Спасибо, — поблагодарила я.

— Ради моего брата навела такую красоту? — прозвучал ещё один вопрос и он сделал очередной шаг ко мне.

— Вообще-то, нет. Я надеялась, что ты окажешься живым…

— Значит, чтобы на меня произвести приятное впечатление? — с понимающей улыбкой констатировал призрак, не дав мне договорить.

— Да, — не стала отнекиваться я.

Вик остановился всего в нескольких сантиметрах от меня. И глядя в его глаза цвета предгрозового неба, я жалела, что судьба оказалась по отношению ко мне настолько жестокой…

— Где ты был все эти дни? — прогоняя свои невесёлые мысли, задала я вопрос.

— Тебе правду или ложь? — криво улыбнувшись, спросил он в свою очередь.

— Правду, — твёрдо ответила я.

— В своём личном аду.

А я вздрогнула от его ответа.

— Так долго… — только и смогла прошептать я.

Виктор невесело усмехнулся и отступил на шаг назад.

— Я пойду, — тихо сказал призрак и растворился в воздухе.

Я же в растерянности осталась стоять на месте. Он уже во второй раз так исчез. И это немного обескураживало. Но в то же время я чувствовала лёгкую нотку радости от того, что Вик вернулся. Правда очень жаль, что в роли призрака, а не живого человека…

Постояв ещё некоторое время в коридоре и бессмысленно смотря на входную дверь, я решила принять душ и лечь спать. Вот только сна не было ни в одном глазу. Мысли вертелись вокруг Виктора и его семьи. Жестоко поступила с ними судьба. Жестоко и несправедливо…

Как бы я не крутилась и не вертелась на кровати, но Морфей отказывался забирать меня в свои владения. Вздохнув, я дотянулась до включателя бра и, дёрнув его, тут же зажмурилась от яркого света. А открыв их, в удивлении уставилась на сидящего рядом призрака.

— Ты решил забросить свои манеры джентльмена? — полюбопытствовала я.