Глава 46

Марк

Смотрю на изящное колечко у себя в ладони, как будто вижу в первый раз. Хотя сам же его и выбрал, подменив им перед росписью то кольцо, что благодушно даровал нам мой отец.

Мой отец… Эта мысль стреляет в голову, заставляя меня сжать платину в ладони. Здесь. Что-то. Не так.

Лика не могла сбежать просто так, тем более со своей матерью.

Возвращаю прожигающий взгляд на администратора за стойкой ресепшен и подхожу к ним вплотную.

– Моя жена и эта женщина, с которой она уехала, они были вдвоём? – холодно чеканю вопрос.

Девушка уверенно кивает, а я ещё сильнее сжимаю в ладони обручальное кольцо Лики.

– Может, они о чем-то говорили? Сказали, куда едут?

– Нет. Просто оставили два конверта и…

– Два? – Сердце подскакивает в груди, и я уже готов изрешетить глазами администратора. – Что за второй конверт? Где он?

Но девушка не успевает раскрыть рот, как её подружка за ресепшен резко одёргивает ту за белый рукав халата. Они переглядываются, и в глазах второй легко читается: «Заткнись».

– Второй конверт мне, живо! – рычу я через зубы.

Во мне закипает бешенство. Они точно в курсе того, чего мне, похоже, знать не положено.

Только вот мне надо. Очень надо. Но девицы напротив меня молчат, переглядываясь между друг другом. Не хотят по-хорошему? Значит, будет по-моему. Терять мне здесь нечего.

Резко перевешиваюсь через стойку ресепшен. Особой надежды нет, но вариант, что этот чёртов конверт спрятан где-то на их столе, не отметаю. И твою ж мать, я не ошибаюсь! В уголке сложены несколько конвертов формата А4. Совершаю бросок кобры рукой, хватая все три штуки.

Администраторы пищат, пытаясь выхватить их обратно, но меня уже ничто не остановит. Отскакиваю от ресепшен и молниеносно сканирую конверты глазами. Два из них подписаны с незнакомыми мне фамилиями, по всей видимости пациентов. И только один чистый. Даже без эмблемы клиники. Отбрасываю ненужное обратно ошарашенным администраторам и уже через секунду вскрываю неподписанный конверт.

Тонкая папка внутри напрягает сразу же. Открываю её не раздумывая, и глаза мне слепит фраза:

Заявление о расторжении брака (по обоюдному согласию)

И мои Ф. И. О. с моей подписью. Точнее, с её копией.

– Сука! – воплю на весь холл так, что звенят зеркала и стёкла в нём.

Криво, но пазл в моей голове наконец складывается, начиная со странного разговора моего отца, заканчивая нынешней секундой. А кольцо, всё ещё зажатое у меня в ладони, только подтверждает мои гнилые догадки.

Рыжика заставили поверить, что я хочу развестись. Сама она не могла. Не знаю, что ей наплела её гадкая мамаша, но Лике много и не надо. Рядом с ней сейчас нужно даже дышать осторожно, не то что говорить и подсовывать дрянь в виде подобных документов.

– Куда её увезли? – рявкаю девицам за ресепшен, цвет лица которых сравнялся с белыми стенами.

– Марк Викторович, – лепечет одна из них, – мы не знаем. Правда. Нас попросили лишь передать два конверта. Один вам, другой для вашего отца…

До боли в лёгких втягиваю воздух носом, стараясь не взорваться от потери самообладания. Мой, сука, отец. Ну конечно же. Кто бы сомневался. Мне до хочется разнести здесь всё в щепки, но ещё больше мне хочется вернуть Лику туда, где она и должна быть. Рядом со мной. Швыряю папку на стойку, одним махом рву пополам заявление и отправляю его туда же.

– Ну вот и передайте это моему отцу. Пусть подавится, – произношу я и ничего, кроме отвращения, к нему не чувствую.

Прячу кольцо в карман куртки, попутно доставая оттуда же телефон. И, пока трачу драгоценные секунды на путь к машине, звоню и звоню лишь по одному номеру.

«Аппарат абонента выключен…»

Номера моей «милой» тёщи у меня нет, поэтому остаётся только один вариант. Найти её лично. Где искать, вариантов тоже немного.

Сев за руль, я не даю даже прогреться мотору. До упора жму на педаль, слыша визг шин. В этот раз мне не нужен навигатор. Сейчас моя память быстро выгружает всё из воспоминаний. Я прокладываю маршрут к дому Лики рвущимся наружу сердцем.

Я верну её. Со скандалом, с драками… Любым путём. Чего бы мне это ни стоило. Переверну этот мир вверх ногами.

Мои пальцы впиваются в руль, когда стрелка на спидометре покорно ложится горизонтально вправо. И уже через сорок минут я торможу у нужного подъезда обшарпанной пятиэтажки. У меня нет точного адреса. Всё, что помню, – это мимолетное упоминание Лики про пятый этаж.

Выскочив из машины, просто чудом проскальзываю в подъезд благодаря вышедшей оттуда девчушке в смешной шапке. Я перескакиваю ступени до пятого этажа просто одним шагом. Четыре квартиры на лестничной клетке вводят в ступор. Я не знаю нужных цифр на дверях. Плюю на этику и решаю стучаться во все подряд. Где-то же мне откроют?

С первой квартирой провал. Видимо, никого нет дома. Со второй – та же песня. И лишь на третьей попытке вломиться в чужую квартиру я встречаюсь нос к носу с худощавым пареньком лет шестнадцати.

– Вам кого? – он вопросительно смотрит на меня в упор, хлопая рыжими ресницами.

Да неужели! На секунду позволяю себе выдохнуть. Мне сюда. Это точно.

– Лика где? – Бесцеремонно протискиваюсь вглубь квартиры, легко отодвинув рыжего с порога.

– Эй, вы вообще кто? – Брат Лики возмущённо пытается встать на моём пути.

– Лика! – ору из коридора так, что меня должны услышать уже в космосе.

Я не разуваюсь и просто за пару секунд пролетаю по всем комнатам этой жутко тесной и крошечной квартиры. Но ничего. Здесь только я и ошарашенный брат Рыжика. Возвращаюсь к нему и с трудом держу себя в руках, чтобы не схватить малого за ворот футболки и не потрясти.

– Где твоя сестра? – жёстко спрашиваю у пацана.

– Её здесь нет… – испуганно мямлит он.

– А мать твоя где? – Делаю шаг к рыжему, который уже бледнеет и покрывается красными пятнами одновременно.

– Так с ней же. С Ликой.

– С ней же – это где?! – Понимаю, что малой ни в чём не виноват, но я уже просто ору.

Ликин брат вжимает шею в худые плечи и нервно сглатывает:

– Ты Марк, да?

Я делаю ещё шаг к нему, игнорируя вопрос. Глубоко вдыхаю, собираясь вывалить на рыжего вообще всё, что думаю об их семейке, но внезапно взгляд цепляется за яркие брошюры, рассыпанные на комоде у входа.

Хватаю листочки с картинками и застываю. На них отпечатана реклама различных гостиничных и оздоровительных комплексов. Москва. Питер. Сочи. Крым. Дорогие. Даже чересчур. В один из них я как-то катался с отцом по работе. Там номер в сутки стоит как годовой бюджет среднестатистической семьи.

Фак! В груди холодеет, а во рту пересыхает. Здесь, походу, побывал мой отец.

– Это что и откуда? – Тычу брошюрами прямо в нос брату Лики.

А он продолжает играть в партизана. Только непонятно, кого боится. Меня? Или его пришибленная мать наказала и рта не раскрывать?

– Дима, да? – говорю чуть мягче. Мне надо расколоть пацана во что бы то ни стало.

Он согласно трясёт рыжей шевелюрой.

– Послушай, Дим, помоги мне. Ты же Лику любишь?

– Конечно, – подтверждает он, тут же встрепенувшись. – Она же моя сестра.

Отбрасываю брошюры обратно на комод и кладу ладони пареньку на худощавые плечи. Заглядываю ему в глаза:

– Вот и я её люблю. Очень люблю. Может быть, когда ты подрастёшь, тоже так полюбишь. Прорастёшь в свои чувства корнями так, что перед глазами темнеть будет лишь от одной мысли, что её нет рядом. Готов будешь по битому стеклу ползти, жрать это стекло, отдашь всё, что есть у тебя, душу в пекло продашь, только бы быть с ней… – И чем быстрее стучит моё сердце под рёбрами, тем сильнее я сжимаю рыжего пацана руками. – Поверишь во всех сраных богов, лишь бы иметь шанс всё вернуть. И я готов, Дим, ради Лики на всё. Время, планеты, Вселенную… Да что угодно остановлю, только бы сейчас найти её и не дать твоей маме всё разрушить…

– Самолёт, – неожиданно шепчет малой виновато. – Тебе надо остановить самолёт.

Замираю с чувством, что внутри вот-вот всё оборвётся. Самолет?.. Поджав губы, совершаю парочку вдохов и выдохов.

– Так. – Перестаю сжимать Диму за плечи, запускаю пальцы себе в волосы, грубо взъерошивая их. – Какой самолёт? Куда? Время?

– Я не знаю, Марк. Клянусь, – оправдывается пацан и опускается на банкетку у стены. – Несколько дней назад к маме пришли какие-то люди. Важные такие, в костюмах. Долго разговаривали. А после их ухода остались эти листовки. Мама тут же стала собирать чемодан, сказала, что поедет за Ликой и они сразу полетят куда-то отдыхать. Типа сестре сейчас нужно сменить обстановку. И сегодня утром мама уехала. Сказала ждать их недели через две.

Я растерянно сминаю ладонями лицо. Чёрт! Две недели! У меня нет столько времени. Я не хочу ждать. Я не могу!

– Кто из семьи ещё знает, куда они летят? Где вообще все? – тяжело вздыхаю я.

– Отец на вахту укатил. Сеструха, кажется, опять с мужем сошлась, а бабуля в магазин ушла. Но мама что-то про озеро говорила и сосновый лес…

Я со стоном откидываю голову назад, снова запуская пальцы в волосы. Боже, или кто ты там наверху, спасибо! Озеро и сосновый лес – это там же, где были и мы с отцом. Я знаю, где хотят спрятать от меня моего Рыжика. Чёрта с два!

Вылетаю из квартиры Соболевских и пулей рвусь к машине. Оставляю всю злость на отца на потом. У меня ещё будет время посмотреть ему в глаза и разочароваться во всём окончательно. Сейчас у меня одна цель. Оказавшись за рулем тачки, набираю номер того, кто хоть чем-то может мне помочь. Как бы мы ни разругались, сейчас он нужен мне. И через три долгих гудка слышу:

– Алло, – голос Поляка если не удивлённый, то испуганный точно. Мы больше не общались с ним после моей свадьбы.

– Дэн, ты как-то говорил, что кто-то из твоих родственников при должности в аэропорту, – бросаю ему вопрос сразу в лоб.

Пульс шарашит, не поддаваясь никакому счёту. Привет, тахикардия. У меня нет времени! Я не могу ждать. Неизвестно, что ещё наговаривает мать Лики ей в уши каждую секунду. Мне нужно вернуть Рыжика домой.

– Э-э-э… ну-у-у… да-а-а, – тянет удивленный Поляк.

Снова давлю на газ, разворачивая машину на выезд из двора, и с надеждой выдыхаю в трубку:

– Денис, мне нужна твоя помощь.