Глава 9

От нечего делать я не только в кухне навела порядок, но и во всем доме. Подмела, намыла полы, и сама обмылась перед сном.

Буржуйка в большой комнате догорала, и тепла становилось все меньше. Недолго думая, я подбросила в печь дров (благо, уже умела это делать) и распахнула дверь в спальню, впуская тепло. Зажгла керосиновую лампу и забралась под одеяло. Настроилась на ожидание, точно зная, что как вчера уснуть не получится. И даже если я заставлю себя это сделать, то Вуд меня разбудит. И такая мысль появилась не на пустом месте. Целый день я ловила на себе его взгляды, и порой в них сквозило откровенное желание. Ну а учитывая, как давно он не был с женщиной… то я и вовсе дальше боялась думать, что ждет в таком случае меня.

Время шло, а ничего не происходило. Я даже попыталась читать ту книжечку Агаты Кристи, что взяла с собой в самолет, но так и не раскрыла. Читать не получилось из-за тусклого света. Да и мысли мои были далеки от детектива. У меня тут свой собственный детектив намечался. Оставалось надеяться, что будет он без кровищи и расчлененки. Но так мрачно я шутила с самой собой, понимая, что Вуд не маньяк и не убийца. Довольно странный и даже загадочный тип, но не отрицательный герой точно.

От Колдуна мысли мои как-то сами плавно перетекли в другое русло. Я вдруг задумалась о предстоящем Новом годе, к которому я планировала вернуться домой. И как я раньше об этом не подумала?! Ведь сегодня уже шестнадцатое декабря. Обратный билет у меня был куплен на тридцатое, и в канун великого и любимого мною праздника я планировала оказаться в собственной квартире. Даже составила для себя примерный план, как все успею. Как вечером сгоняю на елочный базар за пахучим деревцем. Как сварю все тридцатого же на салаты. Частично даже думала нарезать овощи, потому что тридцать первого работала до обеда и не хотела все оставлять на предпраздничный вечер. Как куплю всем подарки и перед самым наступлением Нового года поздравлю. Олеся грозилась наведаться ко мне в новогоднюю ночь. Родители уговаривали встречать с ними, но я отказалась — в кои-то веке мне хотелось сделать это в одиночестве, чтобы обдумать свою жизнь, насладиться тишиной и покоем, посмотреть телевизор и настроиться на лучшую жизнь с грядущими изменениями к лучшему в новом году…

Ничего из этого я не сделаю, потому что новый год буду встречать в таежной глуши, в землянке колдуна и с самим Колдуном на пару. Какой кошмар! От предстоящей перспективы захотелось уснуть и не проснуться. И именно в этот момент хлопнула входная дверь.

Я затаилась и, кажется, на время даже перестала дышать. Слушала, как Вуд ходит по комнате, и пыталась угадать, что именно он делает. А еще через какое-то время, когда я каждую минуту ждала появления на пороге спальни его могучей фигуры, все вдруг замерло, и вновь в доме повисла тишина.

Что бы это значило? Куда он делся? И сколько мне еще ждать наступления неизбежного зла?

Дело дошло до того, что я всерьез озаботилась отсутствием не только Колдуна, но и звуков в доме. Когда стало невтерпеж, я тихонько выбралась из-под одеяла, надела свой махровый халат, туго подпоясавшись, и крадучись отправилась на разведку.

Но дальше порога я не ушла — так и замерла на нем с открытым ртом.

Большая комната была освещена светом единственной лампы, стоящей на полу рядом с буржуйкой. Хозяин же дома замер посреди комнаты. Ноги его были широко расставлены, как и руки он вытянул в стороны, растопырив пальцы. Голову задрал к потолку. И он был обнажен по пояс. К внушительности его фигуры я уже привыкла, разве что, не видела до того обнаженной. И больше всего меня поразили не поза или мышцы, а татуировки, которыми был покрыт весь торс. Чистыми оставались только шея и кисти рук, все остальное было черным.

И чем это таким он занят сейчас? Со стороны он больше походил на статую, еще и в таком свете. Статуя, отлитая из бронзы — кожа колдуна сейчас и правда отливала бронзой. И вообще, он не выглядел живым, а глаза его были закрытыми, как определила, когда неслышно приблизилась к нему и вгляделась в его лицо.

Я стояла и размышляла, следует ли мне вмешаться и растормошить Вуда, когда раздался его спокойный голос. Иногда это спокойствие выводило меня из себя. А сейчас и вовсе испугало до чертиков. И заговорить он умудрился, практически не открывая рта.

— Своим пристальным взглядом ты мешаешь мне общаться с духами.

— С кем? — вытаращилась я сначала на Колдуна, а потом воровато оглянулась.

Вдруг, в углу и правда замер какой-нибудь дух. Хотя, они же бесплотные и невидимые. Черт! Да не бывает никаких духов! — тут же мысленно отругала я себя.

— С духами, — повторил он.

На этот раз я пригляделась к нему внимательнее, но снова не различила движения его губ. Чертовщина какая-то!

— Ты говоришь вслух или… я сошла с ума? — дрогнувшим голосом поинтересовалась.

А сама попутно рассматривала его татуировки. Причудливые какие-то, непонятно что обозначающие. Узоры, точки, что-то похожее на буквы или символы какие-то…

— Я закончил, — встрепенулась я от голоса Вуда.

Подняла глаза к его лицу и встретилась с ним взглядом. На этот раз он говорил нормально.

— Пошли.

— Куда?

— В кровать, куда же еще. Духи позволили мне быть с тобой.

— Что значит, позволили?

— То и значит. Когда у мужчины долго нет женщины, то душа его меняется. Чем дольше отсутствие половой связи, тем сильнее он меняется. И если процесс затянется, то становится необратимым. Тогда мужчине и нельзя больше быть с женщиной. Мне же можно, — широко улыбнулся он и взял меня за руку.

Черт! Лучше бы духи ему запретили! — плелась я за Колдуном как на заклание. А у самой уже ноги нещадно дрожали.

____________________________________________________________________________

— Раздевайся, — выпустил Колдун мою руку и принялся преспокойно стягивать штаны.

— Что? Вот так вот сразу? — опешила я, а руки вдруг мелко задрожали.

— А как еще? — удивленно посмотрел он на меня. — Хочешь, можем потушить лампу?

К тому времени он остался в одних трусах, я же невольно обратила внимание, что и ноги его тоже в татуировках. Издалека он мне казался афроамериканцем с неестественно светлыми конечностями.

— Я так не могу, — напротив запахнула я халат на груди и еще дальше попятилась от него.

— Как, так? — нахмурился он. — Предлагаешь мне для начала станцевать для тебя? — усмехнулся, ни грамма не стесняясь собственной наготы.

Я же уже не знала, куда смотреть, до такой степени он меня смущал. А после речи о вступительном танце, так и вовсе взбеленилась вдруг.

— Да, как ты не понимаешь! Ты ж совершенно посторонний для меня человек. Мужик, который вдруг захотел переспать со мной! И я не в том положении, когда могу отказаться! Ты ведешь себя так, как будто ничего особенного не происходит. Подумаешь, захотел перепихнуться… А я… я… у меня, между прочим, тоже давно никого не было! — засопела я так, что аж самой стало страшно. И смотрела на него исподлобья, словно собиралась ринуться в рукопашную. И если честно, я бы и такой вариант не стала отвергать, аж ладони зачесались.

— Так, Катя, иди-ка сюда, — сел Вуд на кровать и похлопал рядом с собой.

Приближалась к нему с опаской и опустилась не рядом, а на некотором расстоянии.

— Не вижу причин для паники, — серьезно посмотрел он на меня, но в глубине его глаз я различила насмешку. Ну или мне так показалось с перепугу. — Я нужен тебе, а ты нужна мне. Наше сотрудничество взаимовыгодное. Секс будет безопасен для тебя — что такое презерватив, я отлично знаю. И у меня они есть, надеюсь, не заплесневели еще, — как-то невесело усмехнулся. — Ты свободная, не связанная ни с кем брачными узами или какими другими обязательствами. Что именно тебя смущает? — пытливо посмотрел на меня.

— Все! Меня смущает все! — выпалила я. — Особенно твои рассуждения. Ты как будто заключаешь сделку с каким-нибудь инвестором!

— Но это и есть сделка, — пожал он плечами. — А еще я дико устал и предлагаю закончить на этом разговоры. И я, все-таки, потушу лампу. А ты раздевайся.

Он встал и задул лампу. Я же словно окаменела. Чувствовала приближение рокового момента и не могла заставить себя пошевелиться.

— Ладно, сделаю это сам, — пробормотал Вуд, когда вернулся.

Я его и не разглядела в кромешной тьме — ночь выдалась безлунная. Он же, похоже, и в темноте видел прекрасно. По крайней мере, безошибочно нашел завязанный на моей талии пояс и ловко развязал его. Потом стянул с меня халат. Ну а после…

— Я сама, — проглотила я комок в горле и расстегнула верхнюю пуговичку на пижаме.

— Можешь снять только штаны, — раздался его голос, и по характерным звукам я поняла, что он улегся на кровать. — Меня интересует то, что у тебя между ног.

Что?! Даже так? Дайте мне вагину, а все остальное можете оставить себе?

— А эрекция-то у тебя случится? — зло усмехнулась я, освобождаясь от штанов.

— А ты проверь, — схватил он меня за руку и прижал ту к своему паху. Стоило мне только ощутить под ладонью твердый горячий и пульсирующий член, как я снова едва не сбежала. Но сделать мне этого не позволили. Колдун просто-напросто подмял меня под себя.

— Вот так, — произнес он, но следом чертыхнулся. — Совсем забыл…

Слез с меня и сделал пару шагов от кровати. Я уже могла чуточку различать его в темноте. Поняла, что он распечатывает и натягивает на член презерватив. Меня же все тот же ступор сделал теперь неподвижной лежа. Чем и воспользовался Вуд. Он снова забрался на меня, придавливая меня всей своей массой. Удобно устроился у меня между ног, сопя мне в ухо, и… вошел в меня одним резким толчком. От боли и неожиданности я вскрикнула, но на это он даже не обратил внимания. Да и он уже принялся ритмично вбиваться в меня, оглушая своим сапом. Смазка появилась, трение я перестала чувствовать. Но и ничего больше я не испытывала. Мне разве что теперь не было больно, хоть член его и казался внушительным.

Все закончилось минуты через три — Колдун дернулся несколько раз сильнее прежнего и замер на мне. А потом скатился и встал с кровати.

— Пойду обмоюсь. А ты спи, — только и сказал он.

Спи? После такого я разве смогу уснуть? Что это вообще сейчас было? Секс? Ну, физиологически очень похоже. Но даже в страшных снах я не представляла себе такого. И пусть я не была особо опытной по этой части, да и партнер у меня был один и, должно быть, не самый умелый, но даже с ним я иногда испытывала оргазм. А еще у нас была прелюдия, которая хоть немного возбуждала меня перед соитием. А тут…

Я смахнула злую слезу и перевернулась набок. Укрылась одеялом с ухом и задумалась. Нет, грязной или изнасилованной я себя не чувствовала, но… Этот мужчина понятия не имел, что такое нормальный секс! Мне даже интересно стало, а кто до меня у него был, полтора года назад? Кому еще выпало счастье стать его самкой? Хорошо хоть взял сверху, а не сзади. Это выглядело бы совершенно по-скотски.

Вуд вернулся, когда я почти уговорила себя не думать пока больше о том, что только что произошло.

— Спокойной ночи, Катя, — проговорил он, улегшись рядом (хорошо, хоть одеяло взял себе отдельное, не касался больше меня). — Мне было хорошо!

— Ну кто бы сомневался, — прошептала я. Очень надеялась, что он этого не услышал. Хотя, плевать мне на него!