Глава 40. Дарина

А колдунья, беру свои слова обратно, совсем и не слаба. Я бы даже сказала она была сильна. Может, присмотреться к ней? Ну а что, новый сотрудник нам не помешает. Ведь нам как раз и нужны были такие как она. Точно, не помешает присмотреться, подумала я, пытаясь укрыться от нескольких уже деревянных кольев, которые летели прямо в район моего сердца. Пару раз в жизни мне попадались столь сильные противники, что я все же получала удар деревянным колом из осины прямо в сердце. Ну, это противники думали, что попали мне в сердце, после чего расслаблялись и уже я брала их тепленькими. А все моя аномалия — мое сердце, в отличие от большинства разумных, было смещено не вправо, а влево. И так удачно смещено, что желающие отправить меня к праотцам и проматерям сами отправлялись на встречу со своими предками.

Вот и эта колдунья метила своими кольями явно не в ту сторону. Но сообщать ей о ее ошибке я не собиралась.

А вот саквояж у нее любопытный, даже очень, хмыкнула я, когда она достала из него очередной артефакт. А с виду вполне неприметный и маленький саквояж без толики магии.

— Я беру свои слова обратно, — ну и впрямь, как резон пытаться убить друг друга, если мы можем сотрудничать.

— Сдулась, вампирша?

— Не сдулась, — возразила я. — Просто предлагаю вместо борьбы перейти к сотрудничеству.

Колдунья замешкалась и явно задумалась о моем предположении. Ведь и ее, будем откровенны, я знатно потрепала. Так что она, как и я, точно искала пути к отступлению.

— И о каком сотрудничестве идет речь? — взяла она передышку.

— Саквояж любопытный. А у меня в столице знакомства и связи, — и это была правда, а лишний способ заработать никому не помешает. Да и делить мне с этой колдуньей было нечего. — Ну так что, зароем алебарду войны в землю и поговорим?

— Эрана не отдам!

Возвела глаза к потолку. Еще одна ненормальная, попавшая под его обаяние? А я уже было подумала, что она вполне адекватна. Но видимо поспешила с выводами. Все женщины переставали рационально мыслить, когда дело касалось мужчин.

— Да кому он нужен, — ответила я.

— А чего ты тогда прискакала за ним?

— Вообще-то прибыла к тетушке Алетарии Барден, получив ее послание, что она собирается испустить дух и оставить мне все свое огромное имущество.

— Старая карга! — на верхней площадке лестницы появился Эран. — Видимо, она всем нашим родственникам разослала такие письмена.

Усмехнулась, в этом я как раз и не сомневалась. Но видят темные боги я не уступлю им ни одной монеты.

— Сегодня даже Броу с Вершель явились, — подтвердила я правоту его предположения. Ладно Мочестеры и Рауль со своей пассией, в них хоть текла кровь тетушки, а Броу и Вершель вообще и родственниками по сути ей не являлись, а все равно заявились в гости, надеясь урвать свой кусок пирога.

— Так вы родственники?

Кто о чем, а колдунья все еще выясняет, что меня связывает с Эраном. И тот, спрашивается, чего лыбится как не василиск, а блаженный с Пармской улицы. Подняла взгляд выше. Да и почему местный колдун улыбается этому вопросу тоже не понять. Или он опасается, что я у его сестрицы ухажера отобью? Напрасно. Эран хоть и менял любовниц с завидным постоянством, но жениться он не планировал в ближайшее десятилетие. И хоть мы с ним и повздорили пару лет назад, но все же детство провели вместе, деля, да простят меня темные боги, один ночной горшок на двоих. И не по причине наличия в наших особняках только по одному горшку, а из вечного соперничества, которое началось уже тогда.

— Кузены, — успокоила я колдунью.

— Троюродные, — уточнил Эран.

— Это он дуется на меня за то, что я...

— А чего ты сюда заявилась? Как же наследство тетушки? Или она не желает испустить дух?

Эран явно специально перебил меня, чтобы я не раскрыла причины нашей ссоры. Впрочем, я собиралась помириться с ним, а не поссориться, так что пусть эти причины и впрямь окажутся погребенными песком времени и могильной плитой. Как там шутят пифии, кто прошлое помянет, тому и глаз вон. Вот пифия прошлого без глаза все время и разгуливает. Бедняжка.

— Она-то может и не желает, но наших родственников под крышей ее особняка столько собралось, что до полуночи она точно испустит дух, и ноги протянет, и сыграет в саркофаг, и...

— Я понял твою логическую цепочку, — прервал мои фразеологизмы Эран.

— Вот и хорошо, что понял. Тем более что особняк и золото тетушки должны достаться мне.

— Это еще почему? Я, например, неделю трясся в карете после ее послания и с пустыми руками я отсюда не уеду. Да и поиздержался я тут немного, — он бросил многозначительный взгляд на колдунью. И я сразу же попыталась отыскать на ней следы подаренных дорогущих украшений и артефактов. Но тщетно. Перевела взгляд на ее саквояж. А с каких это пор Эран девицам приплачивает, чтобы привлечь внимание к своей персоне? Дивные дела тут творятся. Впрочем, куда он тратит свое состояние меня не интересует, я приехала за своим.

— А состояние дядюшки Крега тебе мало? Или ты и его спустил на... — как-то употреблять в общество слово шлюха, вернее лицо с низкой социальной ответственностью, как сейчас модно было обозначать девиц с улицы радужных фонарей в столице, было не комильфо, поэтому я остановилась на более широкой версии, — на женщин?

— Еще чего. Но и от доли в тетушкином состоянии я не откажусь.

Ну вот, улыбнулась я, сначала он твердил, что приехал за всем состоянием, а теперь готов умерить свои аппетиты и остановиться на доли. Нет, я и сама не прочь выделить ему долю, но небольшую, так что теперь осталось только сторговаться кому что достанется после смерти горячо ненавидимой... вернее любимой тетушки.

— Мог бы и уступить мне наследство тетки, ведь состояние дядюшки ты прибрал к рукам, хотя я имела на него больше прав. — Не совсем так, прав по крови мы имели одинаково, но надо же мне крыть его аргументы.

— Больше прав? И это после того как ты пыталась отравить его? — возмутился Эран.

— Это был всего лишь научный эксперимент.

— Да если бы не я, он бы там и помер от твоего эксперимента.

Вздохнула. Ну вот зачем мне сыпать соль на рану. Если бы он тогда умер, то и наследство мы с Эраном поделили бы пополам. Так как завещание дядюшка переписал после этого несчастного случая. А так он все равно умер причем совершенно по нелепой причине предаваясь любовным утехам. И мне, увы, ничего не досталось, даже участия в схватке за артефакты. А ведь я нашла бы способ убедить любезных родственников отказаться в мою пользу от этой уникальной коллекции. Впрочем, что сокрушаться о былом, когда на повестке дня огромнейшее состояние, а главное тайна особняка.

— И сколько ты хочешь получить за то, что приехал сюда из столицы?

— Кхм... не хочу прерывать ваш интереснейший диалог, но вы делите шкуру не убитого монстра, — вмешалась в разговор колдунья, — ваша тетка скорее всех родственников за праздничным ужином отравит сама, нежели умрет и оставит вам хоть один золотой.

Так, а тетушка в округе видимо хорошо известна. А много сведений о враге, как известно, не бывает.

— А в этом доме можно обсудить дела за обеденным столом?

Все же и в карете я тряслась не одни сутки. И то боялась опоздать и приехать уже на похороны, а не празднование тетушкиного юбилея.

Колдун, который помалкивал весь разговор, просто слетел со ступеней в холл. Он галантно, стоит отметить, подал мне руку.

— Позвольте проводить вас к столу.

— Может штаны любезнейший вы все же наденете.

А лучше сразу костюм надеть. А то глаза почему-то помимо воли во время разговора падали на этого тощего колдуна, которого хотелось откормить, чтобы он не щеголял, выпячивая свои ребра.

— Мигом, моя прекрасная госпожа.

Но прежде чем покинуть нас, он бросился к сестре, чтобы шепнуть ей пару слов на ухо.

— Не смей ее отпускать!

Улыбнулась. А ведь я сегодня даже не накрасилась и волосы не уложила. А все равно моя красота — страшная сила.