Глава 48. Эран

Нет, обидно даже, ведь я ничего и сделать не успел. И Изи враз успокоилась, когда я сгрузил ее на кровать, да еще так соблазнительно улыбнулась, будто наконец-то приняла то, что между нами произойдет, — неизбежно.

И стоило мне только на мгновение расслабиться, и я уже летел прямо в витражное окно. Уже в полете я обратился в василиска, замечу от злости, ну еще от возбуждения и не разделенной страсти. Хотя и обещал себе не обращаться до полуночи, но как тут выдержишь с такой-то женой.

Зашипел, хотя мог и говорить в таком обличье, после чего, отряхнув пыль со своей чешуи, пополз к входным дверям, так как отступать в этот раз я был не намерен.

Но неожиданно передо мной выросла фигура Сета.

И я наконец-то обратил внимание на немного помятый вид Дарины и на то, что Сет и впрямь двигался с нереальной для колдуна скоростью.

Да, кажется этот брат с сестрицей и впрямь та еще парочка одаренных. К тому же они видимо уже давно разделили свои роли — один добрый улыбающийся страж, а вторая злая гончая.

— А поехали лучше с нами к вашей тетушки, — предложил Сет.

Я ожидал совсем других слов. Но что-то в его взгляде удержало меня от того, чтобы ворваться в поместье в спальню своей женушки.

Рано расслабился, понял я.

А Изи явно заимствовала от предков разных рас их самые худшие черты.

И хотя это было не просто через секунду я уже вернул себе привычный двуногий вид. Костюмчик благо не пострадал.

— Поехали, — согласился я, — причем немедленно.

Время до полуночи еще есть, а нам еще решать проблему с теткой, так что бегом в карету.

Сет взглянул на входную дверь, затем на осколки витражного окна.

— Немедленно, так немедленно, — согласился он.

После чего направился к карете, и, прежде чем Дарина успела пискнуть, он подсадил ее внутрь. И хотя кузина побледнела от злости, она не произнесла ни слова и не стала, как моя женушка, отправлять Сета в полет. Видимо за те минуты, что я тешил себя надеждой, что крепость почти пала, что-то произошло между Сетом и Дариной. Что заставило последнюю относится к колдуну как к сильному противнику.

— Гони в дом к Алетарии Барден.

И кучер и впрямь погнал.

— Любопытные у тебя отношения с женой, — надолго молчания Дарина не выдержала.

Съязвить что ли по поводу того, что она предпочла присесть рядом со мной, позволив Сету удобно расположиться одному на сидении. Чем тот и воспользовался, не сводя правда с нее глаз.

— Если бы кто-то не примчался сюда с новой столичной модой, — заметил я, — то ничего бы и не произошло.

— Не думала, что настанет день, когда ты не только женишься, но и будешь ревновать свою жену к гипотетическим соперникам.

Поморщился. Я не ревновал — совершенно, абсолютно, ни капельки. И чего мне ее ревновать, если по брачному договору она не сможет и взглянуть ни на одного мужчину. Что не мешало правда последним глазеть на нее. На ее идеальные, длинные, восхитительные ноги и еще более прекрасную грудь.

Дарина все еще ждала ответа, но вот язык почему-то не повернулся опровергнуть ее предположение. Да и вообще пусть думает что хочет. Мы с ней два года были в ссоре, так что поделим состояние поровну и можем встретиться на похоронах уже тетушки Ирель. Против последней я ничего не имел, пусть живет долго. Но однажды настанет дележ и ее состояния, так как этих тетушек и дядюшек, которые за всю жизнь не обзавелись детьми, в нашем роду довольно много.

Поместье тетушки, как выяснилось вскоре, находилось совсем рядом с имением Сета.

И судя по натянутому тенту и шатрам праздновать свой юбилей дорогая тетушка собиралась на природе. Не замечал за ней ранее подобную любовь к природе. И видимо ее немощь прошла, если она покинула свою спальню, в которой так удачно притворялась умирающей.

Встретил нас один из слуг.

— Они все настолько хороши? — не пытаясь понизить голос, спросила Дарина, кивнув на одного из слуг.

И хотя это было последнее, что меня интересовало, я вынужден был признать, что вкус у тетушки был.

Втроем мы так и направились к самому большому шатру, сопровождаемые пока еще редкими взглядами милейших родственников. Парочка из них предприняла попытку перехватить нас по дороге к этому самому шатру, в котором судя по гаму и многочисленным голосам собралась почти вся наша дружная семья.

И вот стоило только нашему трио появиться, как разговоры в ту же секунду смолкли. О моем прибытие накануне родственники знали, а вот Дарину после ее экспериментов с дядей Крегом явно не ждали увидеть на сегодняшнем торжестве. А также они гадали, что за колдун стоит рядом с нами и не метит ли он в наследники тетушки.

Осмотрелся. Ты посмотри, кого только демоны не принесли. Кузен Булд стоял в отдалении и прикладывал к носу платочек, благоухающий духами. Рядом с ним стоял молодой человек, который испуганными глазами смотрел на наше сборище. А Булд хитер, так как завел спутника из человеческой расы, которые все еще охранялись законом. Ведь от предыдущих его трех сопровождающих, как поговаривали, избавилась его жена — Юмейн. Она сегодня, между прочим, тоже была не одна, а сразу в сопровождении двух охранников. Правда от кого они должны были защищать ее неизвестно, ведь на такую образину, если бы не состояние ее отца никто бы и не покусился.

— Дорогой кузен, — Булд направился ко мне, первым нарушив тишину в шатре.

У меня всегда было такое ощущение, что он желает меня обнять, но в последнюю секунду как и всегда останавливался в метре от меня.

— И кузина, тебя ли я вижу? А это что за импозантный молодой колдун?

Я усмехнулся, услышав заинтересованность в голосе кузена. А вот Сет не повел и бровью, хотя конечно заметил вызванный собственной персоной интерес. И пока я думал, как его представить, к нам подошла и Юмейн, которая едва кивнула мне, затем мазнула недовольным взглядом по Дарине, а напоследок жадно уставилась на Сета. Не зря говорят муж и жена один Сатаниус. И вкусы у них настолько совпадали, что несколько лет назад причиной их размолвки стал любовник, которого они не смогли поделить.

— Я Сет, жених Дарины.

Так, или я очень долго летел со второго этажа и за это время кузина успела заключить помолвку. Или сейчас Сету будет больно.

— Подарки и поздравления в письменной форме можно прислать в соседнее поместье Высокие кипарисы, которое принадлежит вашему покорному слуге.

А впрочем, может ему и не будет больно, так как идея даже с фиктивной помолвкой возможно будет иметь успех. И все родственники судя по их лицам и раздавшемуся шепоту пытались выяснить сколько раз Дарина навещала тетушку в этой глуши, что успела обзавестись женихом. И гадая, уж не главная ли она теперь наследница?

— Поздравляю, — уныло произнес Хью, рассматривая с печалью в глазах бокал с вином в руке. В первые недели после его оживления вокруг него на приемах образовывался вакуум, но со временем мы все привыкли и к своеобразному трупному запаху и отсутствующей глазнице и к телу, изъеденному в некоторых местах червями. Вернула из мира мертвых Хью его сестра, чтобы он оспорил завещание. Со своей функцией Хью справился, ведь закон в нашем королевстве был однозначен — ходишь, говоришь, мыслишь — значит имеешь равные права с живыми. Хотя и не рекомендовалось поднимать из могил давно почивших родственников, ведь тогда судебные тяжбы могли затянутся на годы, десятилетия и порой столетия. Ведь такой как Хью мог прожить намного дольше любого из нас.

Дарина, не обращая внимание на внешний вид двоюродного братца, обняла его.

— Хорошо выглядишь.

Конечно, трупный цвет кожи был ему к лицу, хмыкнул я. Впрочем, Дарина всегда имела слабость к изгоям в нашей семье. Так что после любезностей с Хью она направилась к нашему общему кузену, который раскапывал своих любовниц на погостах. О вкусах конечно не спорят, но после встречи с одной из его зазноб, я три ночи заснуть не мог, мне все мерещилось ее отражение в зеркалах. Правда это было очень много лет назад, в пору моего юношества. А сейчас меня мало что могло напугать.

Хотя... возможно я и поспешил со своими словами.

— А это кто? — спросил я у матери Хью, которая в этот момент как раз пыталась подмешать в стакан сына какое-то зелье, желая и во второй раз уже окончательно с ним попрощаться и оплакать его кончину. Именно поэтому у нее был заготовлен специальный саркофаг и железные цепи с заклятиями, которые должны были удержать сына навсегда в месте нового захоронения. Но ни уговоры матери, ни ядовитые зелья в стакан не могли убедить его покинуть мир живых, чтобы она смогла получить половину состояния после смерти мужа.

— Стришай.

Тетушка Фейна, которой исполнилось в прошлом году семьдесят лет и которая после проклятия своей сестры еще в детстве обрела выдающийся на десяток сантиметров нос, и явилась на праздник вместе с этим стришаем. Выглядел он ненамного лучше нашего кузена Хью.

Но о вкусах, как известно, не спорят.

— Дейс Омор провел обширное исследование этих стришаев, которые недавно выползли из Фулейского леса. Он утверждает, что они ближайшие родственники вампиров...

Мать Хью сделала многозначительную паузу и посмотрела на Дарину, ожидая от той, что она немедленно обратится в такую же тварь как ухажер Фейны.

Но кузина только ослепительно улыбнулась в ответ.

— О боги ушедшие от нас, неужели это малышка Дари так подросла?

А вот и милейшая старушка тетя Фрици. Пожалуй, она была одной из немногих, к кому в нашей семье довольно неплохо относились. Ну во-первых, она не могла претендовать на имущество других родственников, а во-вторых, она ничего не имела, кроме крошечного дома в Хаселе и пожизненной небольшой ненаследуемой ренты.

— Эран, мой мальчик, когда ты подрастешь, то покоришь всех девушек.

Да, в нас она до сих пор видела детей.

— А я испекла прекрасные пирожные. Сейчас, — она открыла довольно объемную сумочку, — я вас угощу.

Пирожные тетя Фрици и впрямь готовила прекрасно. Единственный их недостаток был крысиный яд, который она не жалея добавляла в каждое пирожное.

— Спасибо, тетя Фрици, — поблагодарил я старушку и отправил пирожное в рот. Прожевал, и впрямь вкусно. И яд даже не ощущался.

— Не забудьте тетя угостить именинницу.

Нет, ту конечно крысиным ядом не убить, но лишним и он не будет.

Дарина тоже взяла одну из пирожных. Улыбнулась и протянула ее Сету.

Вот же... вампирша. Я было хотел уже вмешаться, но Сет, вместо того чтобы съесть из рук Дарины пирожное, поднес его к носу.

— Надо познакомить вас с моей сестрой, — улыбнулся он тети Фрици.

— Она тоже печет пирожные? — заинтересованно спросила старушка.

— Можно и так сказать, — хмыкнул он и откусил половину пирожного, явно догадавшись, что за яд там находится, — а вторую половинку моей прекрасной невесте.

— Как скажешь, милый, — согласилась та.

Я подумал, что Сету не стоило было кормить ее с руки, ведь так и пальцев можно было лишиться. И почти угадал, так как лицо Дарины изменилось только в последнюю секунду. Но Сет каким-то образом умудрился впихнуть ей пирожное в рот и убрать руки. Так что Дарина все же проглотила пирожное, а вдобавок еще проткнула собственными клыками губу. Клыки она сразу убрала, а вот пирожное кажется попало не в то горло. Интересно, а вампир может умереть от удушья, если ему не оказать помощь.

Вокруг вновь стихли разговоры, видимо, все родственники задавались вопросом — можно ли так убить вампира?

Но Сет не позволил всем утолить свое любопытство, так как использовал прием Гейшлиха, встав за спиной Дарины и обняв ее под грудью. По крайней мере так показалось со стороны, но после нескольких его ритмичных движений, ей удалось выплюнуть пирожное с фруктами, которое пролетело пару метров и попало прямиком в стакан того самого стришая.

— Может, вам уединиться, — басом спросил подслеповатый кузен из рода северных змей, — а то как-то неприлично при всех-то предаваться...

Его по лбу стукнула собственная жена, чьи шашни он в упор не замечал.

Я был уверен, что Сет воспользуется моментом. Но тот оказав помощь сразу же убрал руки от тела Дарины.

— Не благодари, — усмехнулся Сет после того как Дарина никак не прокомментировала его действия.

Интересный подход ухаживания за женщиной.

И действенный, так как через мгновение раздалось тихое:

— Спасибо.

Я было уже подумал, что мне это послышалось, за всю свою жизнь я не мог припомнить такого случая, чтобы кузина кого-нибудь поблагодарила. Но уточнить — не послышалось ли мне, я не успел, так как в шатре появилась наконец-то и сама виновница торжества, а скорее жертва чаяния всех собравшихся родственников получить свой куш ее состояния.

Неожиданно для всех тетушка споткнулась. Раздался всеобщий вздох надежды, что она упадет и свернет уже не такую молодую шею. Но чаянья были напрасны, стало всем ясно, когда она распрямилась и продолжила как ни в чем ни бывало свое шествие. Все сразу оживились, проверяя наличие ядов, смертельных артефактов и другой атрибутики, которая должна была помочь тетушки соединиться со своим уже давно почившим супругом...