Эпилог

Я не знаю, чтобы сказала Николетте, если бы не тот толчок пола. Наверное, просто разрыдалась бы перед ней. Но решение за меня принял сам портал. Он вышвырнул меня обратно в мир полный машин, завышенных цен и салонов эпиляции. И сейчас, спустя неделю, после возвращения, когда я еду, стоя в автобусе, мне все кажется нереальным. Этот мир, привычный и понятный, в котором я родилась и выросла, теперь казался странным и пустым. Мне чего-то не хватало. Чего конкретно, сказать не могла. Возможно, Насфиара с его клыкастыми ужимками, или паука-фамильяра. О Люциане я вообще старалась не думать, потому что каждое воспоминание о нем причиняло почти физическую боль и тоску. А мысли о Николетте заставляли сжиматься сердце. Оказалось, моего отсутствия здесь никто не заметил, потому что тут прошла всего ночь. Света заехала ко мне на следующий день и, найдя меня в состоянии раздрая, потащила по магазинам. Целую неделю я свыкалась с мыслью, что я дома. Я снова здесь, среди мобильных телефонов и общественных туалетов. Но свыкнуться с произошедшим не получалось. Еще и потому, что способность чувствовать состояния других людей никуда не делать. Я улавливала бесшабашность Светы, унылое равнодушие продавщиц в супермаркетах, чопорную надменность преподавателей. Я отсиживала лекции, пытаясь углубляться в материал и не обращать внимания на недвусмысленные посылы парней. Все это меня в буквальном смысле сбивало с ног, и сейчас в автобусе я лелеяла попытки как-то закрыться от накатывающих волн чужих состояний. Кто-то подсел слева. – Этому придется поучиться, – услышала я голос, которого попросту не могла услышать и в этом автобусе, ни вообще в этом мире. Сердце мое колыхнулось и забилось быстро, как у птички. Медленно и не веря своим ушам, я повернулась. Рядом со мной сидел Люциан Каар в черном классическом костюме и смотрел в лобовое стекло поверх голов впереди сидящих. Дар речи у меня пропал, зато эмоции взорвались таким вулканом, что я не сразу сообразила – они не только мои, но и его. Яркие, сочные и всеобъемлющие. Первым моим порывом было кинуться ему на шею, только благодаря народу в автобусе я смогла удержаться. А, когда дар речи все-таки вернулся, я выдохнула: – Л-люциан? Это ты или плод моего воображения? Вместо ответа он развернулся ко мне. Секунду взгляд его невероятно голубых глаз испытывал меня, искрясь каким-то веселым задором, а потом маг поцеловал меня с такой нежностью, что я забыла не только про народ в автобусе, но и вообще, про весь мир. – А вот так я не похож на плод воображения? – спросил он, медленно оторвавшись от меня. Растерянность вперемешку с восторгом захлестнули меня вновь, потребовалось несколько минут, чтобы я снова смогла говорить. – Но как… Почему? Что ты здесь делаешь? – выдохнула я. Люциан перекинул руку мне через голову и приобнял. – Понимаешь, Даша, – стал объяснять он. – Я же говорил, что сразу понял – ты не обычная фэми. И, как выяснилось, вообще не фэми. Я сглотнула. – Но… Почему не сказал сразу? И почему позволил… – Почему позволил остаться в моем доме? – закончил за меня маг. – Все просто, Даша. Я – необычный маг. И интерес у меня могут вызвать только другие необычные создания. Ты, Даша, самое необычное, что случилось со мной за последние пятнадцать лет. Я слушала его с замиранием сердца, Люциан продолжал: – Ты мне понравилась. Но я никак не мог понять, что в тебе не так. Даже думал, мне показалось. Но ты развернула бурную деятельность по оснащению моей усадьбы, а на это не способна ни фэми, ни леди в моем мире. И тогда у меня закралась мысль, что Насфиар напортачил. – И ты его не наказал? – изумилась я. – Он очень этого боялся. Люциан кивнул. – Это вполне понятно. Я бы именно так и поступил, будь это кто-то другой. Но ты меня очень увлекла, Даша. И я решил, что Насфиар, скорее сделал мне одолжение, чем проблему. А после того, что случилось в моем кабинете, я окончательно и решил – ты мой второй шанс на счастье. Реальность снова перемешалась. Я не могла поверить, что Люциан Каар пришел в этот мир из-за меня. Что он не в бешенстве, а весь такой открытий и милый. Я ведь это действительно чувствую. – И… – снова смогла взять себя в руки и проговорить я, – ты сейчас здесь. Зачем? – Затем, – проговорил некромант, – что хочу забрать тебя домой. – Правда? – Конечно. К тому же тебе надо научиться контролировать свое колдовство. Я не поняла. – Мое колдовство? Некромант кивнул и проговорил: – Насфиар в подробностях рассказал мне все, что видел в подвале, пока я сражался с Потусторонним конклавом. К счастью, мне, как и всегда, удалось его победить. Я сложил все детали мозаики и понял, что ты, вероятно из-за пересечения межвселенских мембран смогла саккумулировать мою магию и превратить ее в свою. А она сформировалась в твой собственный магический дар. Так что ты теперь можешь называться полноценной колдуньей. – Я колдунья? – не поверила я ушам. – Угу, – сказал Люциан. – Колдуны получаю магию обучаясь или через артефакт. Для тебя таким артефактом стал я. Так ты поедешь со мной домой? При этих словах во мне что-то екнуло. Домой. Кажется, я и сама уже поняла, что не смогу нормально существовать здесь, в мире, где нет магии и говорящих пауков-переростков. И, конечно, без Люциана. Он сейчас здесь, передо мной, ворвавшийся в мою Вселенною и даже надевший костюм. Где он его взял? Не важно… Все не важно, кроме того, что он здесь. – А Николетта? – спросила я. – Разве она будет рада, если я снова появлюсь в вашем доме? Люциан усмехнулся. – Она несколько ночей не спала, когда ты исчезла, – сообщил он. – Пришлось крепко повыпытывать у Насфиара, что, где и как, прежде чем мы смогли воссоздать портал в твою реальность и разыскать тебя здесь. Хочу заметить, воздух у вас тут очень так себе. Хотя штука под названием «метро» очень даже любопытная. Надо и нам взять на вооружение. Это ведь удобно – скоростное перемещение под землей. Столько товаров можно перевозить напрямую. И никаких переправ на реках. Думаю, Его величество мое предложение по этому поводу одобрит. Тем более гномы, скорее всего, поддержат инициативу. Сказанное Люцианом звучало удивительно, невероятно и восхитительно. Он действительно знает, кто я и он меня принимает. Такой, какая я есть. И Николетта. Она тоже по мне скучает. От нежности у меня все сжалось в груди. – А что с Насфиаром? – спросила я. – Что, что? – отозвался некромант. – Сидит у портала и ждет, когда мы вернемся. Я смутилась, ведь прекрасно помню все, что сказал Насфиар, его морок, его откровенность. Люциан будто заметил перемену в моем лице, он мягко улыбнулся. – Я в курсе, – сказал он. – В курсе чего? – напряглась я. – Насфиар рассказал мне всё, – сказал темный маг и, когда на слове «всё» он сделал особый акцент, я со стыдом поняла, что кровезависимый посвятил его и в свои желания на мой счет. Не знаю, чего я в этом момент испугалась больше – того, что он накажет Насфиара или того, что изобличит меня. – Я со всем разобрался, – сообщил Люциан с какой-то загадочной улыбкой. Нутро мое застыло, а сердце пропустило удар. – В каком смысле? – Как же тебя легко разволновать, – усмехнулся темный маг. – Я вызвал своего отца, Райхарда Каара для выяснения состояния Насфиара. Ведь совершенно очевидно, что его неконтролируемый морок не мог быть вызван только одними чувствами. Я только икнула. – Своего отца? А он не будет против меня? – Ну, – протянул Люциан, – когда я поставил его перед фактом, он был слегка ошеломлен. Но, когда узнал, что ты колдунья из другого мира, счел это крайне выгодной партией для повышения статуса семьи Каар. Так что думаю с ним ты общий язык найдешь быстро. Что касается Насфиара, мы с отцом провели несколько ритуалов и выяснили, что с ним не так. Мне не терпелось узнать правду. – И что же? – Ну, для начала чувства к тебе у него действительно есть, – сообщил темный маг. – Но за это его винить нельзя. Ты ведь необычная девушка. И все же Насфиар крайне выдержанный кровезависмый и никогда не нарушит обещаний, которые тебе дал. Он ведь дал тебе обещание, Даш-ша? Люциан заметно подобрался и напрягся, хотя внешне старался этого не проявлять. Что это? Неужели ревность? Кто бы мог подумать, что темный маг будет ревновать меня к своему кровезависимому слуге. Впрочем это скорее дань традиции, чем истинная ревность, он ведь должен понимать, что я не пошла бы на риск, спасая его от темной магии, которая затопила Люциана в библиотеке, если бы не мои к нему чувства. Я кивнула, а сердце мое ёкрнуло. Наверное, трепетный и нежный поцелуй Насфиара навсегда останется печатью на моем запястье, как символ его слов. – Да… – И это прекрасно, – продолжил темный маг, заметно расслабившись. – Так вот с отцом мы выяснили, что бесконтрольный морок Насфиара связан с твоей вновь обретенной силой. Она слишком резко проявилась и своим запахом одурманила моего кровезависимого настолько, что он едва не потерял от тебя голову. – Как неловко… – смутилась окончательно я. – Но это не все. Когда он глотнул твоей крови, то его потребность пить ее для поддержания своей жизни исчезла. Все дело в твоих кровяных элементах. Они наполнены колдовством, которое дополнило недостающие фрагменты в теле Насфиара и сделало его полноценным. Я не верила ушам. – Так он что, теперь… человек? Люциан кивнул. – Абсолютный и стопроцентный. Он, можно сказать, родился заново. И помогла ему в этом ты, Даш-ша. Звучало невероятно. Хотя куда невероятнее – я ведь сама стала частью мира, о существовании которого даже не подозревала. И обрела куда больше, чем рассчитывала. – И Насфиар не будет наказан? – уточнила я. Люциан провел пальцами по моей щеке, его взгляд потеплел настолько, что у меня защекотало пятки. – Я ему буду благодарен до конца жизни, – сказал он и мягко поцеловал меня в губы. Нежность затопила меня всю. И моя, и его. Сколько потребовалось времени, чтобы понять, как я хочу быть именно с ним, именно в его мире, в Вестергоре, в усадьбе Даркен и рядом с его дочерью Николеттой? Ровно одна секунда. Мои губы сами растянулись в улыбке, я проговорила: – У меня только один вопрос. – Какой, моя милая? – ласково спросил Люциан. – Как ты относишься к проведению отопления по всей усадьбе? Некромант запрокинул голову и засмеялся. – Всё, что хочешь, милая. Всё, что хочешь.