Глава 10

В принципе, Ольга Ивановна оказалась не такой уж плохой тёткой. Хотя, словарный запас у нее, конечно… Такое количество оборотов и сравнений, что можно позавидовать.

Из двора Виктора, в соседский двор вела калитка, спрятанная за кустами сирени возле колодца.

Я притащил мокрое, настрадавшееся белье. Ольга Ивановна благополучно постирала, наконец, несчастные шмотки, которые, наверное, если бы могли соображать, вообще не понимали бы, что за банный день у них приключился. По третьему кругу в воду суют.

Кстати, по поводу воды. Выяснилось, что ее нужно было нагреть и заливать уже горячей. Соседка поставила на плиту у себя в летней кухне два ведра, специально для этих целей предназначенных. Процесс был не быстрый, прямо скажем, но зато на выходе я получил, наконец, чистые вещи, которые под чутким руководством соседки, заявившей, что с моими способностями ухитрюсь задушиться бельевой веревкой, развесили в дальнем углу двора.

Те самые валики, кстати, должны выжимать белье, однако Ольга Ивановна сказала, хрень это полная, руки оторвать тому, кто их придумал, итак высохнет. А мне, между прочим, вообще противопоказаны подобные устройства. Начну их крутить, чего доброго переломаю пальцы. В общем, она однозначно и несомненно занесла меня в список особо рукожопых. О чём с удовольствием сообщила.

Ей, похоже, было просто скучно сидеть дома в одиночестве. Так понял, других развлечений у вышедшей на пенсию учительницы не было, а потому моя компания стала ей на самом деле по кайфу. Дети давно выросли, разъехались по просторам Советского Союза, наведываясь к матери лишь на посадку и прополку картошки.

Но самым главным итогом нашего знакомства стало то, что я узнал интересный момент о своей мамочке. Пока запускали стиралку ещё раз, а все вещи, конечно, в один заход не получилось впихнуть, Ольга Ивановна рассказала интересную, даже интригующую историю.

Ситуация была следующая. Светланочка Сергеевна и Виктор являлись двоюродными братом и сестрой. Их отцы — родные по крови. Прежде маман была очень даже деревенской девкой, как сказала соседка, говно месила калошами наравне со всеми, но гонору от рождения имела немерено.

— Мы с нее поражались. И взяться-то неоткуда этому, а вела себя, прямо чисто английская королева. Нос задирала, выше головы. Парни ей не парни. Слишком простые. На огороде делать нечего. Солнце плохо влияет на цвет лица. А уж со скотиной заниматься, так вообще, не подходи. Причем, родители ее этой блажи потакали. Единственная дочка, которую они считали первой красавицей на селе и редкой умницей. А там… Конь не валялся. Потому что не захотел бы. Валяться. Склочная, завистливая, жадная дура! Мы уж им говорили не один раз. Смотрите, вырастет не девка, а черти что.

Судя по тому, как Ольга Ивановна рассказывала о мамочке, она ее на дух не выносила и этого факта даже не скрывала. Закончив школу, и Виктор, и Светка поехали в город поступать в институт. Поступили. Это тоже всех удивило. Нет, Витька был парень головастый. Сообразительный. В старших классах его учителя хвалили, пророчили хорошее будущее. Говорили, инженером будет, не меньше. Башка варит на "ура". А вот Светка была туповата. Этот момент Ольга Ивановна обозначила с уверенностью.

— Слушай, до восьмого класса я же ее и учила. Это потом уже наши местные в Квашино ходят в старшую школу. Девятый и десятый класс там заканчивают. Но могу сказать точно, не могла Светка никуда поступить. Только если в училище на швею-мотористку. Там особо гением быть не нужно. А вот поступила. И отучились они оба до конца. Защитили диплом. Как положено. Мы каждый год ждали, что Светку выкинут из института. А поди ж ты, вытянула. Вот потом вышла занятная история … Виктор закончил институт и вроде устроился на завод. В отдел главного технолога. Светка при нем же. Думаю, ее брат тащил. Помогал во всем. Но, спустя год, Витька вернулся в деревню. Никто не знает, в чем дело. Известно только, что его выгнали. И говорят, с позором. А Светка осталась на заводе. Встретила мужа из партийных шишек. Выскочила замуж. Вот, что я скажу тебе, Жорик, не просто так это было.

От ее "Жорика" меня немного перекосило. Интересно, в этом времени можно менять имя в паспорте? Хотя, тут, наверное, от отца зависит. Надо будет подумать об этом. А вот сама история, которую вдохновенно рассказывала соседка, очень сильно заинтересовала.

— Тем более, прошло несколько лет, и примчалась твоя мамаша. Ты уж извини, что называю вещи своими именами. Приехала на машине. Представляешь? С водителем. Родители умерли, и ее, и Витькины, она даже не появилась. А тут прям нарисовалась, не сотрешь. Был у нее какой-то разговор к брату. Причем, она его просила именно. Мне плохо было слышно, они окно закрыли. — Ольга Ивановна даже не стеснялась того, что подслушала приватную беседу родственников. — Но тон, которым Светка говорила… Очень виноватый и умоляющий. Что-то она натворила тогда, давно. А Виктор оказался, вроде, или крайний или вообще прикрыл сестру. Потому и работу потерял. Будущее свое потерял. И вот это прошлое нет-нет, а Светку беспокоило. Она просила его то ли помочь, то ли опять вмешаться.

— А что дядя? Как он вел себя когда мать приехала?

Ольга Ивановна призадумалась, вспоминая.

— Да ты знаешь… Никак. С порога не гнал, но и радости особо не показал. Было у меня ощущение, что он ее простить не может. Вот так скажу. А уж какие там у них дела… Кстати, сам-то не слыха́л?

Соседка с любопытством уставилась на меня. У нее даже верхняя губа немного подрагивала от нетерпения. Видимо, рассчитывала узнать что-нибудь интересно, относительно этой темы. А я, наоборот, хотел выяснить, как можно больше деталей, у нее. Потому что, из рассказа Ольги Ивановны выходило, есть у моей мамочки какой-то изрядно пованивающий дерьмицом груз за плечами. Можно было бы не обратить внимания. Но! Мне предстоит жить дальше в этой реальности, в этих условиях. Иметь определенный компромат, с помощью которого возможно при необходимости поставить мать на место, приструнить ее, — это отличная тема. Чтоб больше никаких "ссылок" у меня не приключилось. Чуть она разгон возьмет, а я сразу, стопэ! Помните ли Вы, Светланочка Сергеевна… И все. Мать на задницу сразу и присядет.

Отличный вариант. Просто отличный! Надо теперь дядьку вывести на откровенный разговор. Вот он и не кинулся сразу радоваться моему приезду. Встретил хмурый. А потом, наверное, решил, племянник за грехи сестры не отвечает.

— Эх… жаль… Я думала, расскажешь все в подробностях. Видишь, значит и правда тайна, раз в твоей семье это не обсуждают.

Да, может, и обсуждали. Просто не со мной. Только соседке то я это не скажу. Странная история была бы, заявить, что меня после смерти в сына этой Светки закинули. Причем, даже не знаю, почему. Что с самим пацаном случилось, чье тело теперь принадлежит мне? Тоже умер? По дороге? И почему именно мы? Случайность или есть определенный смысл.

Короче, вопросов до хрена, но, если честно, заморачиваться не собираюсь.

Причина моего спокойствия в том, что мертвые не возвращаются. Раз я тут, то там… В этот месте размышлений я завис от внезапно пришедшей мысли. А если он, настоящий Жорж Милославский, оказался в моем теле? Что если я — тут, а он — там?

Да нет… Не может быть… Меня, в отличие от пацана, так расплющило, что охренеешь. Успел это точно понять перед смертью. Хоть бы части тела на положенном им месте остались. Я на полной скорости не вписался в поворот и вылетел с трассы, кувыркаясь. Там хоть бы вообще что — то осталось. Нет. Не может быть. Просто я, наверное, слишком классный пацан и вселенная решила, что без меня ей не обойтись, поэтому дала второй шанс. А Жорж Милославский, походу, неудачно тюкнулся головой тогда в машине. Мало ли. И такое бывает.

Короче, как ни крути, но теперь я нахожусь здесь. И мне надо наладить свою жизнь. Любая информация о мамочке, та, которая позволит ею манипулировать — это отличное вложение в свое будущее. А я намерен сделать свое будущее обеспеченным и счастливым.

В общем, по итогу совместной стирки, можно сказать, мы с Ольгой Ивановной нашли некоторые точки соприкосновения. Более того, она помогла мне привести дядькин двор в порядок. Слили воду из машинки, убрали ее в "сени". Так, оказывается, называлась та самая комната, где стоял сундук.

— Витька с работы приедет ближе часам к семи вечера. Андрюха так же стадо пригонит. Да и девки их раньше не появятся. Анастасия в колхозном саду работает, а Машка с ней. Куры, глядишь очухаются, тоже обойдется. А грядки сейчас вместе польем. Интересный ты парень, Жорик. И на мать совсем не похож. Светка, как большой мыльный пузырь. Внешне всё красиво, а внутри — пустота. Может, конечно, в отца больше… Ты наоборот, внешне — дурак дураком. А вот внутри есть у тебя что-то. Поверь. Я всю жизнь среди людей и с людьми.

В общем, судя по всему, Ольге Ивановне я приглянулся. Она пошла со мной на огород, время близилось к вечеру, и там выяснилось, что черный шланг, применение которому я не нашел, вообще-то именно для полива. Его конец был подключен к специальному мотору, опущенному в пруд, а тот, в свою очередь, качал воду. Через весь огород, в траве, от дома тянулся провод, на конце которого имелась розетка, замотанная в кусок клеёнки.

— Защита на случай дождя. — Пояснила соседка. — Мы этот мотор с Виктором давно присматривали. Как возможность появилась, приобрели на два двора.

После этой информации, Ольга Ивановна вдруг очень гнусно захихикала.

— Я смотрю, ты ведра взял и попер. Думаю, вот это парень даёт. Как долго выдержит, интересно. И лицо у тебя было такое серьезное. Чистый стахановец, решивший поставить рекорд дурости. Это ж надо придумать, с пруда воду в вёдрах таскать.

— Вы, значит, сидели в кустах и смеялись надо мной?

— Ага. Смешно же. Ты так резво бегал, прямо олимпийский чемпион.

Ясное дело, с мотором процесс пошел быстрее, и весь полив уложился в полчаса. Это не носиться туда-сюда, таская тяжёлые ведра.

В общем, на момент возвращения родственников, практически все было в порядке. Кроме хлеба, я его ведь так и не купил, и двух кур, которые настойчиво не желали приходить в себя. Остальные вроде оклемались. Но тут я решил сказать правду. Тем более, судя по рассказу соседки, дядька мужиком был нормальным, понимающим.

Мою историю родственники выслушали молча до самого конца. С совершенно серьезными лицами.

Мы уже сидели за столом, который находился под навесом, с торца летней кухни. Анастасия накрыла ужин. Налила борща, водрузила огромную тарелку с вареной картошкой. Тут же лежала целая гора зелени, которую родственники ели с удовольствием. А ещё — головки чеснока и лука.

Я закончил повествование, не утаив ничего. Интуитивно чувствовал, так будет лучше. Мне необходимо расположить Виктора и его семью к себе.

Первой тишину нарушила Машка, которая сначала тихо начала хихикать, а потом просто зашлась от смеха, чуть не падая с лавки. К ней присоединилась и тетка. Они практически сползли под стол, вытирая слезы. Следом заржал, как конь, братец. Аж прихрюкивал. Только дядька держался, оставаясь серьезным.

— Жорка, ну ты даёшь… — Смогла, наконец, выговорить сквозь смех Анастасия. — Я даже подумать не могла, что ты не поймёшь, чем кормить курей и когда поливать помидоры. Это даже детям известно.

— Ну, я не делал этого никогда. Откуда знать? Вы не злитесь? А то, что две курицы, того… — Я наклонил голову к плечу и вывалил язык, намекая на их возможную кончину.

— Да что теперь-то. — Тетка махнула рукой. — Зарубим, да и все. Правда, Вить? Тем более, сама виновата. Не подумала, что тебе надо объяснить.

С каждой минутой моя любовь к тетке Насте становилась все больше и крепче. Ожидал другой реакции. Но она реально отнеслась с пониманием. Ясное дело, кур ей жалко. Она, естественно, не испытывает огромного счастья что приезжий лошара ей домашнюю живность чуть не погубил. Но тем не менее, в ситуацию вошла без проблем.

— Я тебя только об одном прошу. В следующий раз лучше спрашивай, если не знаешь. Вон, к Ольге Ивановне постучал, помощи попросил. Она в этом году на пенсию вышла. Почти всегда дома. А то при твоей прыти ты что-то посерьёзнее натворишь. Не стесняйся, не думай, что над тобой посмеются. Лучше глупо выглядеть, но спросить, чем не спросить и выглядеть совсем дураком.– Анастасия похлопала меня по плечу, — Ешь давай. Борщ остынет. Я ж тебе специально его в подполе оставила, в маленьком ковшике, чтоб ты разогрел и с хлебом поел.

— Подпол? — Я вопросительно глянул на дядьку, который молча уминал горячее, только изредка бросая в мою сторону насмешливые взгляды. Просто тетка уже устроилась за стол, закончив суету вокруг нас, и за Машкой, которая на лавочке сидела между мной и Анастасией, было неудобно задавать вопросы.

— Ешь уже, победитель стиральных машинок. — Виктор подмигнул, а потом отправил в рот приличную порцию то ли петрушки, то ли укропа. — Покажу потом подпол. И погреб. У вас в городе холодильники. А у нас своя система охлаждения. Между прочим, гораздо более удобная.

С огромным удовольствием выполнил дядькин приказ. Потому что есть не хотелось, хотелось жрать. Никогда не думал, что борщ может быть настолько вкусным. Я ощущал все оттенки этого блюда, как лучший сомелье букет вина. Потому что за весь день кроме куриной каши ничего не додумался съесть. С голодухи, простой деревенский борщ казался мне в тысячу раз вкуснее любых деликатесов.

После ужина тетка собрала посуду и велела Машке помочь ей убрать со стола.

— Андрюха, ты с ребятами на улицу пойдешь? — Спросил вдруг Виктор переростка.

— Пойду, конечно. — Братец поднялся и потопал к дому. Он вообще двигался, как медведь, будто переваливаясь.

— Жорку возьми. Пусть познакомится с парнями. Да и с девчатами тоже.

Бычок замер, а потом обернулся к отцу. Лицо Андрея однозначно говорило о том, что в его понимании, план херня и участвовать в нем пацану сильно не хочется. В ту же секунду я решил, значит, мне непременно надо сделать, как говорит дядька. Раз братцу это сильно не нравится. Историю с берёзой я не забыл. Жду подходящего момента. Месть — это блюдо, которое подают холодным.

— М-м-м-м-м… Отлично, дядь. Я с удовольствием познакомлюсь с друзьями Андрея. — Голос у меня был ангельский, а взгляд, которым изучал покрасневшую рожу переростка — очень выразительный. Но видел его только сам Бычок. Конечно, он сразу понял мои намерения.

— Бать… Это… Может, в другой раз, а?

— Я все сказал.

Виктор поднялся из-за стола и спокойно направился в сторону калитки, ведущей к живности.

Что интересно, Андрюха больше не пикнул. Мне, честно говоря, было странно от их взаимоотношений. То есть, выходит, если отец сказал, то нравится, не нравится, молча шуруешь и делаешь.

— Ну? Идём? — Я с мерзкой улыбочкой подмигнул братцу. К остальным стоял спиной и они, конечно, этого не видели.

Андрей посмотрел в ответ на меня многообещающим взглядом, но так же в тон ответил громко, чтоб слова были слышны отцу.

— Конечно, Жорик. С удовольствием устрою тебе сегодня интересный вечер. Вы, городские, по кино ходите, да по театрам. У нас все проще. Но будет весело. Обещаю.

Короче, похоже, у нас с переростком была объявлена война. Тайная и партизанская. Он не хотел светиться перед отцом, чтоб не отхватить за упрямство. Но и мне надо было выглядеть для дядьки отличным племянником и хорошим человеком.