Глава 18. Александр

Золотарёв корчился на стуле, зажимая руками разбитый нос, из которого хлестала кровь — примерно, в том же месте, где совсем недавно отрубили кисть крупье. Прямо место казни какое-то.

Приговорённый страдалец скулил, как побитый щенок. Щенком он и был, несмотря на свой, ни хера не щенячий, возраст. Взрослый мужик устроил проблемы, которые разруливать должна его младшая сестра — сопливая девчонка.

Вчера, первая мысль после вопроса Дуги — Золотарёв взял микрозайм. Но оказалось, всё куда интереснее.

— Он ограбил один из моих офисов. Ворвался. В маске. Приставил нож к горлу моего кассира, и та, под страхом смерти, естественно, вытащила ему всю наличность из сейфа.

Об уровне защищённости их денег я наслышан — он оставляет желать лучшего. Подавляющее большинство таких объектов не оборудованы даже элементарными системами безопасности. Потому и случаи нападения на офисы — не редкость. Правда для микрофинансовых организаций это небольшая потеря, ведь в кассе офиса редко находятся крупные суммы.

— Дуга, — ухмыльнулся. — Ты хочешь сказать, что держишь у себя Золотарёва из-за нескольких десятков штук?

— Нескольких десятков? Нееет, Вельс, — оскалился. — Он поживился «немного» большей суммой. В сейфе лежал мой лям.

Сука! Вот он оху*л от счастья, когда понял, как ему повезло и сколько бабла привалило. Ни с хера. Или… он это знал?

— Осведомитель?

— Нет, случайный случай, бл*дь, — с раздражением выплюнул Дуга.

— Ты вычислил его? — продолжил давить я.

— Нет, — и, сжимая зубы, добавил: — Пока — нет.

— А как вышел на Золотарёва?

— Он сам пришёл. Играть. Не сразу. Через несколько недель. Расплатился в кассе за фишки моими банкнотами.

А вот сейчас я не врубился.

Заметив моё состояние, Дуга глотнул виски и объяснил:

— Деньги были меченые. Для одного дела. В офисе хранились уже неделю, ждали, так сказать, своего часа. Дождались, бл*дь.

Твою мать, нарочно не придумаешь.

С грохотом поставив стакан на стол, он медленно поднялся из кресла и, тяжело дыша, направился к бару. Дуга не знал, за глаза его называли кабаном: невысокий, лысый, с огромным животом, заплывшими глазами и плоским носом — он и правда, был на него похож.

Достав бутылку и вернувшись к столу, он открутил крышку, намереваясь плеснуть скотч себе в бокал, но так и застыл на полпути, услышав мой вопрос:

— Итого, сколько он тебе должен?

— А он, Вельс, всё потратил, — подняв голову, оскалился Дуга. — Можешь себе представить?

Оху*ть…

И не дожидаясь моего ответа, прошипел:

— Вот и я — нет.

Он злился. Злился не столько из-за денег, сколько из-за того, что его хорошенько поимели.

— Скинь мне сообщение со своими реквизитами, и завтра в первой половине дня деньги будут на твоём счёте, — с этими словами я встал из кресла, протягивая руку Дуге. — А в девять вечера я подъеду и заберу Золотарёва.

Его глаза смотрели проницательно и цепко, будто сканируя, прощупывая, пытаясь понять мой интерес.

Секундная заминка, и он пожал мою руку в знак согласия.

Возле двери я оглянулся:

— Да, Дуга, я хочу знать, кто ему помог.

Он посмотрел с удивлением, но ничего не сказал, только кивнул в ответ.

Сейчас, оставшись в кабинете Дуги наедине с этим щенком, я присмотрелся. Кареглазый брюнет, невысокого роста, щуплого телосложения, в спортивных брюках и толстовке с капюшоном. Лицо рассмотреть было невозможно, вся нижняя часть была залита кровью.

Подхватив со стола пачку бумажных салфеток, бросил в страдальца и присел на край стола, прямо напротив него.

— Слушай меня внимательно и старайся не пропустить ни одного моего слова. Все свои обещания и клятвы оставь для сестры.

На последнем моём слове он дёрнулся. Даже дрожащие руки, то и дело стирающие на лице кровь, на какие-то доли секунды застыли. Как интересно…

Затем мне пришлось довольно жёстко объяснить Золотарёву создавшееся положение.

— Свой долг ты бы всё равно отработал. И очень быстро. Как только бы пришло твоё время. Ты спросишь: «Как?». И я тебе отвечу. Например, в роли одноразового киллера. Думаю, тебе не стоит объяснять значение слова «одноразовый»? Но вот беда! Эта работа не покрывает весь твой долг. И вроде тебя уже нет, а значит, и поиметь больше нечего. Казалось бы… — сделал небольшую паузу, — Но тут они вспоминают, что у тебя есть сестра — молоденькая, симпатичная студентка. И думают, а почему бы нам не поиметь её? Пусть отрабатывает. И они имеют твою сестру. По очереди. А может и без. И не только они, — бл*дь, как я старался, при этих словах, сохранить лицо равнодушным, и как хотел расколотить Золотарёву башку. — Можешь мне поверить на слово, она взяла бы твой оставшийся долг с лихвой, моля этих ублюдков только об одном, — склонился к его лицу и добавил: — Чтобы её, наконец, затрахали до смерти.

Бледного Золотарёва, несмотря на духоту в кабинете, колотило, губы дрожали.

— Вижу, ты хочешь спросить, почему я не упоминаю твою мать? И я тебе отвечу: так её больше нет. Она не выдержала потери сына и…

— Хватит, хватит, хватит, — взвыл щенок, закрывая уши руками и прижимая голову к коленям.

Пока он бился в истерике, я достал из кармана куртки пачку сигарет, прикурил и с наслаждением глубоко затянулся, с остервенением выпуская сизый дым.

— А теперь я задаю вопросы, а ты отвечаешь. Коротко и чётко. Без соплей и слюней.

Если следовать истории Золотарёва, то на первый взгляд, картина вырисовывалась достаточно однозначная. В казино его привёл, как я и предполагал, ублюдочный «друг» Слава. Однако к краже, по словам щенка, он не имел никакого отношения: шёл Золотарёв на дело один, планировал всё сам.

Офис выбрал — самый дальний от своего дома. Срубить много бабла даже не рассчитывал, так как вообще не был уверен, что что-то выйдет из этой затеи. И лям действительно стал для него полной неожиданностью.

На вопрос где он так основательно потратился, уверенно ответил — почти всё, что выручил, просадил в онлайн-казино.

Якобы, сразу после кражи светиться в казино города побоялся, и первые дни вообще никуда не выходил из съёмной квартиры. Но через несколько недель всё-таки решился. Там-то его и повязали. И тогда же ему и подсказали, чьи именно бабки он украл и кого «обул».

Могло создаться ошибочное впечатление, что вопроса здесь никакого нет. И я бы поверил этому щенку. Если бы не один факт, заставляющий взглянуть на эту историю несколько по-иному.

Золотарёв упомянул, что закрыл все свои мелкие долги перед друзьями и знакомыми. Значит, по теории, первым в его списке должен был быть «друг» Слава, которому, по факту, заплатила Ася. И конечно Золотарёв об этом ещё не в курсе, ведь как раз в это самое время он находился у Дуги.

— Хочу, чтобы ты понял, если всё, что ты сказал — полная лажа, то это вскроется. Очень скоро. И второго шанса рассказать правду я тебе уже не дам. Поэтому подумай хорошенько. Здесь и сейчас. Тебе больше нечего добавить?

Золотарёв несколько секунд молчал, тупо смотря перед собой, из чего я сделал вывод, что сказать ему всё же было что. Но в итоге щенок только отрицательно покачал головой.

Сука, при первой же возможности сверну ему челюсть.

— Тогда, Сеня… — громко хлопнув ладонями по коленям, оттолкнулся от стола и, сунув руку во внутренний карман кожанки, достал телефон с новой сим-картой.

Протянул его Золотареву, и тот резко дёрнулся в испуге.

— Оставайся всегда на связи. Не услышу твой ответ после третьего гудка, пожалеешь. Утрёшь сопли, отмоешься и через два часа приедешь по адресу: он у тебя во входящих сообщениях.