Часть Четвертая. Полоса белая, полоса черная Глава 1. Рекрут

Я вновь посмотрел через дальномер на собирающихся маров и пленника. Мары вооружены сравнительно неплохо – какие-то охотничьи карабины и на поясах в кобурах пистолеты. Какие именно – не разобрать. Проверил еще раз и пленника: молодой, с русыми волосами, худой и высокий. Наверняка выше меня на голову, а то и больше. Нет, определенно, ошибиться я не мог – это был один из сопровождающих Тэкса. Кажется, его представили как Кийко. Интересно, как он оказался в руках маров, почему один и куда делся Тэкс и этот…егерь – проводник, что с ними был? Строгов, кажется?

Ну, не суть. И вообще – спасение паренька, как бы ему от этого грустно ни было, для нас второстепенная задача. А вот главной я считаю захват этой вьючной животины, бубала то бишь.

Этот трофей может нас серьезно выручить. Причем не только сейчас, но и вообще – зачем тащить на собственном хребту шкуры, если их можно взвалить на этот рогатый грузовик?

– Интересно, а что они везут? – пробормотал Литвин.

Я хмыкнул. Вот ведь, черт… И ведь даже не подумал о том, что действительно, мары могут перевозить нечто ценное. Хотя, их всего двое, разве это достаточная охрана для неких ценностей?

А с другой стороны, кого им опасаться? До Речного далеко, идут по дороге, с оружием. Судя по всему, идут не первый раз и нападения зверей не боятся (интересно, почему?), не боятся и нашего брата колониста. Быть может, где-то свернут с дороги на тропинку? И вообще, куда они идут? В Северный? Похоже на то. А откуда? Из Шахт, скорее всего. Но вот зачем идти на заброшенный аванпост, ума не приложу. Или их место назначения намного ближе?

– И куда это они, интересно, идут? – продублировал мои мысли Литвин.

Вспомнив карту и прикинув наше текущее местоположение, пусть и приблизительно, я пришел к выводу, что все верно – идут они в сторону Северного где, по идее, никого и ничего нет. Вот только в то, что все это время они шли по дороге, верилось с трудом. Наверняка есть какая-то тропа, по которой они срезают через Туманный лес. Если идти по дороге – дойдешь до развилки, так называемого «Угла». А там колонисты бывают часто, как я понял. Собственно, высок риск того, что двух маров не только захочет завалить, но и наверняка завалит группа колонистов с ОСЗ в руках. Ну, точно, не будут мары так рисковать. Эх, узнать бы, где именно эта тропа... Что-то мне подсказывает: такое знание очень даже пригодится, причем в ближайшее время.

– Я, конечно, не знаю, что они там везут, – наконец ответил я Литвину, – но подозреваю, что это нам пригодится.

– Однозначно, – ухмыльнулся Литвин, – нет, ну интересно, а куда они это тащат?

– Для начала нужно узнать, что именно тащат, – философски ответил Шендр, кривящийся от боли и держащийся за раненое плечо, – может это и будет подсказка про место назначения.

– В принципе, нам какая разница? – пожал плечами Литвин.

– Не скажи, – ответил Шендр, – всяко может случиться и пригодиться. Информация не шкура – на спину не давит.

Литвин хмыкнул, но ничего не ответил.

– Ну что, будем нападать? – поинтересовался я у подельников.

– Нет, блин, мимо пройдем! – хищно ощерился Литвин.

– А ты что скажешь? – поинтересовался я у Шендра. Из нашей тройки он, пожалуй, был самым острожным и продуманным.

– Атаковать надо, – наконец изрек Шендр, – риск, как мне кажется, окупится. Вон, как минимум оружие с них возьмем. Да и пареньку тому надо помочь…

– Но?

– Но я не уверен, что получится их быстро снять. На дальней дистанции только моя винтовка работает. Ваши лук и дробовик – не вариант.

– Ну да, конечно, – хмыкнул Литвин, – как раз мой лук – отличный вариант.

– С чего вдруг?

– А ты так и не понял, почему вместо такого же дробовика, как у Мика, я взял лук? – поинтересовался Литвин.

– Да кто тебя знает? Для охоты…

– Лук – это бесшумное оружие, – ответил Литвин, – и дистанция у него приличная. Это с дробашем метров на семь, как минимум надо подходить, а я и с пятидесяти попаду.

– Если пробьешь броник, – скептически хмыкнул Шендр.

– Пробью, не переживай! – Литвин достал из нагрудного кармана наконечник для стрелы. Выглядел он как длинное шило, как минимум сантиметров 5-6. – Если в башку попаду – труп гарантирован.

– Если попадешь, – Шендр выделил первое слово, – а если нет – могут начаться проблемы. А еще, к слову, после твоих стрел останутся характерные раны. По ним можно вычислить, что стреляли не из обычного огнестрела. А любителей ходить с луком я тут, на Хрусте, кроме тебя не наблюдаю.

– Вот поэтому мы с Миком подойдем поближе, а ты нас прикроешь, – предложил Литвин, – если накосячу, то ты подстрахуешь. А что касается ран – что-то я сомневаюсь, что среди маров найдутся детективы-медэксперты, которые будут рассматривать раны.

– Не нравится мне такой план, – мрачно заметил Шендр.

– Другого нет.

Я же продолжал рассматривать маров через дальномер.

– Литвин! – позвал я.

– А?

– Надо, чтобы ты снял того, слева.

– Старого? С плешью? – напряг зрение Литвин, рассматривая маров.

– Ага! Стреляй в него. Действуем по твоему выстрелу.

– Не вопрос.

– А второго постараемся взять живым.

– Зачем? – в один голос спросили и Литвин и Шендр.

– Хочу все-таки узнать, куда это они направляются.

– Это лишний риск, – неодобрительно буркнул Шендр.

– Ну, можно попробовать… – ответил Литвин. – Грохнуть его всегда успеем.

– Только смотри – если сразу не отвечает на вопросы или начинает торговаться, юлить, пугать – вали его! – предупредил меня Шендр, уже поняв, что мы с Литвином всерьез решили взять языка живым.

– Хорошо, – я кивнул головой.

– Серьезно, – повторил Шендр, – если начнет торговаться или молчать – убей. Нужно все сделать быстро. Мало ли, может они тут не одни. И, кстати, убивай тихо.

– Это как? – опешил я.

– Ножом, – пожал плечами Шендр, – или пусть Литвин пристрелит из лука. Не шумите, главное.

– Я понял.

– Ну, тогда вперед! – Шендр с кряхтеньем, придерживая раненую руку, не поднимаясь в полный рост, двинулся вперед. Мы с Литвином пошли следом.

– Все. Отсюда прикрою! – Шендр улегся перед поваленным стволом дерева.

– Окей. Пошли, Литвин.

Мы оба, пригнувшись, стараясь действовать медленно и бесшумно, двинулись вперед.

Неторопливо спустились по заросшему крупными кустами склону, и я засел метрах в двадцати от выбранного в качестве языка мара.

Теперь нужно дождаться Литвина. Он тоже уже должен был занять позицию и почему-то тянул с выстрелом. Чего он ждет? Эх, как плохо без связи. Ну, не сообщениями ведь через сеть обмениваться?

Я следил за старым маром, но тот пока был жив-здоров. Однако, как только оба мара отвлеклись на свои дела, смотрели в разные стороны, старый мар вдруг резко дернулся, отступил и с удивлением уставился на стрелу, торчащую из его груди. Тут же рядом с первой появилась вторая. Литвин явно решил не рисковать – мало того, что не стал целиться в голову, так еще и пустил несколько стрел.

Старый мар схватился за стрелы и попытался их вытянуть из груди, но его попытки оборвались, когда из кустов вылетела третья стрела и пробила ему шею. Он захрипел и осел на землю.

Почувствовав неладное, второй мар повернулся к напарнику. А я бросился вперед. Пока противник еще ничего не успел сообразить, но это вопрос лишь нескольких секунд. Мне же остались до врага считанные метры. Однако я не успевал – мар явно испугался и уже пытался рукой нащупать, расстегнуть кобуру, явно забыв, что автомат висит у него прямо на плече.

– Стой! Не двигайся! Лапы поднял! Не трожь оружие! Руки за голову! – орал я, приближаясь к нему.

Мар повернулся ко мне лицом – испуганное выражение на молодом еще, даже не покрытым волосами лице, он был наверняка даже моложе меня. Его рука продолжала царапать кобуру, а он сам все еще с недоумением пялился на приближающегося меня.

– Брось, я сказал! Руки за голову! – орал я, наплевав на все предупреждения Шендра.

Похоже, мар не понимал меня – то ли тупой, то ли от испуга. Но это уже не важно. Я подбежал достаточно близко и со всей силы пнул его ногой в живот. Удар оказался сильным. Мар сложился пополам и полетел на землю.

– Не рыпайся! – приказал я, наставив прямо ему в лицо дуло своего «Спаса». – Сколько вас тут? Ну! Быстро!

– Двое, двое! – похоже, оторопь прошла, до мара наконец-то дошло, что именно происходит.

– Куда вы идете! Куда идете?! – продолжал орать на него я.

– Я не знаю, не знаю! Сказали идти по дороге, а дальше нас встретят.

– Что везете? Куда, зачем? – не унимался я.

– Я не знаю, не знаю, – бормотал мар.

– Откуда идете? – спросил подскочивший Литвин.

– Из Шахт, – ответил мар, – нас большой караван, следом идет большой отряд. И впереди еще один.

– Врешь! – осклабился Литвин и пнул лежащего мара в бок.

Тот взвыл и тут же уставился на обидчика бешеным взглядом.

– Вас тут положат, ублюдки! Вы хоть понимаете, на кого напали?! Вам конец.

Ну вот, это как раз то, о чем предупреждал Шендр. Похоже, придется заканчивать с ним.

Я ткнул стволом своего оружия пленнику прямо в нос, надеясь напугать его таким образом.

– Говори, мразь, или будешь свои мозги по веткам собирать!

– Да пошел ты, мясо! – прошипел мар. – Вас на лоскуты порвут, вам яйца отрежут, и будете подыхать, пока кровь не…

– Валим его? – поинтересовался Литвин у меня.

Я кивнул головой.

БАХ!

– Мик, мать твою!

– Черт, забыл! – проворчал я.

– А если он не врал насчет отрядов впереди и сзади?

– Тогда надо уйти отсюда, как можно быстрее. Я развяжу пленника, а ты живность поведешь.

Я бросился к оживившемуся пленнику, разрезал веревки на руках и ногах.

– Кийко, да?

– Мы знакомы? – удивился парень.

– Знакомы. Все, потом, потом! Давай, приходи в чувство, и уходим отсюда.

Сам я бросился к убитому мару. Открыл кобуру, вытащил пистолет, охлопал карманы и достал две обоймы к его автомату, обойму к пистолету, дерьмовый нож, который выдают всем колонистам и самодельные ножны к нему. Нашлась и куча мелочевки, но я отбросил ее – хлам.

Перебежал к следующему трупу. Хозяйственный Литвин уже успел утащить свои стрелы, автомат мара. Проверив кобуру, я убедился, что Литвин и про пистолет не забыл, а вот обоймы не забрал. Нашлись еще три к автомату и две к пистолету. Я охлопал труп на предмет других ценностей и обнаружил на ремне, с бока противоположному тому, где была кобура, какую-то коробку. Сняв ее с держателя, я несказанно удивился – Ба! Рация!

Так может, и у того жмурика есть? На бегу я прикрикнул на бывшего пленника:

– Чего расселся! Уходим! – тот все еще сидел на месте, растирал руки и ноги. Видно, затекли. Ну, ничего, сейчас разомнет.

Я подбежал к нашему «партизану», так и не ставшему выдавать военные тайны маров, и перевернул на бок. Ну, да, так и есть – вот еще одна рация.

Боже! У нас есть нечто, вроде нейросети, мы можем загружать себе в голову чужие опыт и знания, можем писать друг другу мысленные сообщения, но, мать его, бегаем с обычными рациями? Серьезно?

Хотя, с другой стороны, вполне может быть, что этому есть какое-то логичное объяснение. Ладно, получу его потом, в городе, в безопасности.

Успев дернуть за рукав пробегающего мимо Кийко, отчего тот едва не упал, я приказал:

– Оружие возьми! – и взглядом указал на автомат.

Кийко, вопреки моим опасениям, дважды просить не пришлось. Он схватил автомат и мы, уже вдвоем, дернули прочь.

– Вы чего там творили, мать вашу! – зло прошипел Шендр, когда мы с Кийко добежали до них с Литвином.

– Так получилось, – ответил я.

– Ни хрена себе, «получилось»! – возмутился Шендр. – Я ведь дважды сказал – валите маров тихо. И ладно бы Литвин промахнулся, так нет! Одного сняли, как положено, второго положили мордой на землю. Ну, решили прикончить – не вопрос. Зачем стрелять было?

– Так получилось, – упрямо повторил я, – будем считать, что это был первый блин, который комом!

– Сейчас остальные мары подтянутся и из нас блины сделают, – продолжал вещать Шендр.

– Ну, хватит уже! – огрызнулся я, – Спорол глупость, бывает.

– Вы хоть следы замели за собой? – уже на полтона ниже поинтересовался Шендер.

– Какие еще следы?

– Да вы издеваетесь?! – Шендр вновь повысил голос. – Я ведь вам обоим отправил сообщение, чтобы не орать на весь лес!

Я проверил почту.

– У меня ничего нет.

– У меня тоже, – отозвался Литвин, – может, ты не отправил?

– Ну да, совсем я идиот? – возмутился Шендр. Глаза его расфокусировались, и он явно полез проверять, отправилось ли его сообщение.

– «Сообщение не отправлено. Нет доступа к сети», – озадаченно процитировал он.

Ага! Вот и раскрылся секрет, почему мары бегают с рациями. Здесь нет сети, не работают функции интерфейса и… я еще раз проверил – ну да, за убийство волков ничего не добавилось. Вообще. А ведь должны были подняться хоть какие-то оружейные навыки. Я уже молчу про свежевание, к примеру.

– У меня после той бойни с волками навыки не прокачались, – сообщил я о своих наблюдениях соратникам.

– У меня тоже! – подтвердил мои наблюдения Литвин.

– Мать ничего не видит и не слышит вне зоны покрытия ретрансляторов, – вступил в разговор спасенный нами Кийко, – ретрансляторы, насколько я знаю, работают только возле Речного. Тут, вдоль дороги на Северный, они есть, но не подключены.

– А откуда ты это знаешь? – поинтересовался Литвин.

– Я – техник. В свое время ставили их, – пожал плечами Кийко.

– Ты что, из первой волны? – удивился Литвин.

– Из второй.

– А как ты оказался… – начал было Литвин, но его перебил Шендр.

– Ну, хватит! Потом поговорим. Сейчас надо уходить. Нам еще шкуры надо снять оставшиеся, а времени в обрез. – Ты! – он ткнул пальцем на Кийко. – Сможешь замести следы за бубалом?

– Не знаю, – пожал тот плечами, – если расскажешь как, наверное, смогу.

– Покажу, – кивнул Шендр, – все, уходим. Мары могут пойти за нами.

– Если они вообще тут есть. Может эти двое были одни, – хмыкнул Литвин.

– Очень на это надеюсь, – вздохнул Шендр, – но сильно сомневаюсь. Так что лучше перебдеть, чем недобдеть.

Мы двинулись к скале, возле которой положили кучу волков. Как только добрались до места, мы с Литвином принялись грузить на бубала добытые шкуры – зачем тащить их на себе, если у нас появился «грузовой транспорт»? Шендр сторожил нас, а вот Кийко отправили назад. Если противник уже двигается по нашим следам (как бы не пытались скрыть отпечатки копыт бубала – заметить их все равно было достаточно легко), если среди маров есть опытный следопыт – все наши ухищрения бесполезны.

Работали мы с Литвином, в прямом смысле, не покладая рук. Когда последняя шкура была погружена, мы немного передохнули, дожидаясь возвращения Кийко.

Вернувшийся Кийко сообщил, что к месту гибели двух маров подтянулись другие. И их больше дюжины.

Черт! Очень плохо.

Мы схватились за рюкзаки, которые весили уже прилично (часть шкур пришлось загрузить в них, так как в тюки бубала они не влезали). У рюкзаков получался внушительный вес – даже Кийко досталась ноша. Ну, а что? Мы его спасли, отдали оружие одного из маров – пусть теперь отрабатывает. Тем более, Шендр нести свой рюкзак не мог. Точнее мог, но зачем напрягать раненого товарища, когда есть вполне себе здоровый и крайне благодарный за свое спасение бывший пленник.

Едва мы закончили подготовку и двинулись в путь, как до меня донеслось какое-то шипение, а затем гнусавый, наглый голос вдруг сказал:

– Эй! Уроды! Я знаю, что вы меня слышите!

Я замер, озираясь с оружием в руках, пытаясь найти говорившего. Но затем до меня дошло, что звук идет из раций, прикрепленных у меня на поясе.

Меж тем голос продолжил:

– Вы убили двух наших людей. И это была огромная ошибка с вашей стороны. Это были люди Дьяка. И Дьяк подобного не прощает.

Голос замолк, явно давая нам осознать весь ужас ситуации. Вот только я как-то особого ужаса не испытывал. Ну, завалили маров, ну главарь у них некий «Дьяк», и что? Что тут такого, что должно меня напугать до дрожи в коленках.

И тут я заметил, что мои подельники отчего-то вдруг поникли духом.

– И чего все скисли? – поинтересовался я.

– Дьяк – это фактически хозяин Шахт, – мрачно объяснил мне Шендр, – крайне злопамятный и опасный тип. Плюс у него самая крупная и отмороженная шайка.

– И что?

– Они устроят охоту на нас, – отозвался Кийко, – во второй волне были колонисты, которые напали на караван Дьяка. Все они кончили очень плохо…

Я задумался. Есть ушлая банда, которую боятся все. И мы умудрились насолить этой банде. Ну, и что теперь? Отступать назад уже поздно.

Словно подслушав мои мысли, рация вновь начала вещать тем самым неприятным, гнусавым голосом.

– У вас, придурки, есть возможность все исправить. Приведите бубала обратно, верните вещи наших ребят и груз…

Рация замолкла и через секунду продолжила.

– …В качестве компенсации в течение двух недель притащите пятьдесят волчьих шкур куда скажем. Попробуете обмануть или сбежать – вам не жить, уроды.

Я рассматривал своих. Все трое выглядели подавленно, обреченно.

– Вы что, всерьез решили отдать все этим козлам? – возмутился я. – Еще и шкуры им добывать?

–Ты не понимаешь. Как только они нас вычислят – вообще из Речного не выпустят, – буркнул Шендр.

– Ну, это мы еще посмотрим.

– Нет. Была группа колонистов во второй волне, – вмешался Кийко, – они тоже сцепились с Дьяком. Так их отстреливали, стоило только выйти за ворота. А потом вообще Дьяк подкупил то ли кого-то из гарнизона, то ли других колонистов, и оставшихся троих ему доставили чуть ли не в праздничной упаковке.

– Вот, значит как…– я задумался. – А вы не подумали, что если мы сейчас им засветимся, то они уже с нас не слезут. Сначала принеси им пятьдесят шкур, потом еще сто. Потом вообще отправят нас на шахты.

– И что ты предлагаешь? – мрачно поинтересовался Шендр.

– Для начала, узнать вообще, о чем сыр-бор, – сказал я и отправился к бубалу. Мы были заняты, и никто даже не вспомнил, не посмотрел, что же именно везли в тюках на животном.

Я сунул руку в первый попавшийся мешок и достал горсть мелких камешков.

– Это что такое? – спросил я, разглядывая находку. Камни блестели на солнце, переливались.

– Брюлики! – уверенно сказал Кийко.

– И куда они везли эти брюлики? – удивленно спросил Литвин.

– На продажу! – уверенно ответил я.

– Да кому они на Хрусте нужны?

– Гринбергу! – за меня ответил Шендр. – Мары везли добытое из Шахт, чтобы продать Гринбергу.

– Но почему Гринберг не прилетел на корабле в Шахты?

– Черт его знает, – пожал я плечами, – есть, наверное, какие-то причины, нам не известные. Интересно, на какую сумму тут этих камешков?

– Десятки тысяч, может и сотни тысяч, – ответил Литвин, – а в цивилизованных мирах этот груз наверняка несколько миллионов будет стоить.

– Возвращаемся к моему первому вопросу, – сказал я, – мы действительно это все вернем марам, и еще будем что-то им должны? Серьезно?

Мне ответили молчанием.

– Но мы не можем это продать, – вздохнул Литвин, – или нас тут же сдадут, или, что более вероятно, нам заплатят копейки.

– Я и не предлагаю сейчас все это продавать, – возразил я.

– Что тогда?

– Спрятать. А когда ситуация изменится, когда мы будем уверены в том, что нас за эти камешки не порешат – тогда и продадим. Плюс, будет такой себе НЗ – если совсем прижмет с деньгами, можно будет часть продать.

– Мары будут нас искать. Они землю будут рыть, пытаясь нас найти, – мрачно предположил Шендр.

– И пусть ищут, – отмахнулся я, а затем повернулся к Кийко, – тебя поймали эти двое?

Кийко кивнул.

– Остальные знают твое имя? Смогут ли узнать при встрече?

– Нет. Попался я как раз этим двоим, – покачал головой Кийко, – имя не называл, и если эти оба трупы, то опознать меня будет некому.

– Иначе говоря, узнать, кто напал на караван, мары могут только по вещам, – я указал на оружие в руках Кийко и продемонстрировал рацию, снятую с пояса.

– Бубала тоже могут опознать, – добавил Шендр.

– Есть такое, – согласился я, – значит все это нужно спрятать. Тащить в город опасно – если попадемся, нам конец. Мары наверняка будут ловить всех, кого увидят.

– Ты так говоришь, как будто, если решат, что человек не тот, кого они ищут, то отпустят! – хмыкнул Шендр.

– А не отпустят? – ухмыльнулся я. – Так с чего вы тут все стояли с постными лицами, мол, придется все вернуть и поработать на маров? Они в любом случае враги, и договориться с ними не получится. Так?

Шендр лишь кивнул. Я перевел взгляд на Литвина, дождался его кивка и уставился на Кийко.

– Они будут пытать, – сказал тот, – если хоть где-то засветимся – нам конец. Они будут пытать так, что расскажешь все, вспомнишь, где согрешил и в прошлой жизни, а не только в этой.

– Всех подряд они пытать не будут. Иначе кто на шахтах будет работать?

– Вот тут ты ошибаешься. Еще как будут, – мрачно ответил Шендр, – более того скажу: то, что мы напали на их караван будет первым камешком самой настоящей лавины. Мары начнут войну.

– Они и так ловят нас, – пожал я плечами.

– Пока для них это лишь дополнительный источник заработка. А благодаря нам начнется настоящая война.

– Подожди, – удивился я, – а как насчет гарнизона? Разве они не должны бороться с марами? Мары не то что не должны доставлять проблем, их вообще не должно быть.

– Не должно, – согласился Шендр, – вот только на Хрусте они есть, их много и они доставляют серьезные проблемы. Наш комендант просто не захочет ввязываться во всю эту свару, он постарается остаться в стороне. Либо есть еще вариант – найдет виновников всего этого бедлама.

– И что сделает?

– Отдаст марам.

– Да ладно! – не поверил я.

Шендр лишь ухмыльнулся.

– А что, мы ему родственники? Чего нас жалеть – сами напали на маров, сами ограбили. Тем более, если отдать нас марам, весь бедлам и закончится. Да, кстати, если рядовые колонисты узнают о том, кто виноват в том, что мары стали злее и опаснее, как думаешь, что они сделают?

– Тоже нас сдадут марам? – хмыкнул я.

– Именно.

– Я понял, – наконец вздохнул я. – Значит, вариантов нет? Придется отдавать трофеи.

– Почему? Я этого не говорил, – ответил Шендр, – мы, так сказать, «честно» их добыли.

– Тогда к чему все это было? – разозлился я.

– К тому, чтобы ты понял, что может случиться. Нам нужно быть очень острожными.

– Короче говоря, все согласны с тем, что трофеи прячем? – спросил я.

Три кивка в ответ.

– Вот и славно. Теперь с тобой, – я повернулся к Кийко, – ты можешь быть свободен. Но о том, что случилось – рот на замок.

– Да я, как бы… – замялся тот.

– Что?

– Оружия нет, денег тоже нет…

– Так ты же, вроде как, с Тэксом работал? – влез Шендр.

– Мы поспорили, и… – замялся Кийко.

– Ну, ясно…– хмыкнул Шендр. – И что дальше?

– Если коротко – мое решение привело к тому, что я оказался посреди дороги, привязанный к бревну.

– Это Тэкс, что ли, сделал? – хохотнул Литвин.

– Нет. Это не Тэкс, – ответил Кийко, – короче, я не успел развязать веревку – появились мары и я оказался их пленником.

– Так кто тебя привязал-то? – спросил я.

– «Тапок».

– А с ним ты что не поделил?

– Он убил в зеленой зоне очередного Чистильщика, и система выдала на него контракт.

– И ты его взял?

Кийко кивнул.

– Ты что, дурак? Зачем? – воскликнул Шендр.

Кийко лишь горестно махнул рукой.

– Теперь понятно, почему ты с Тэксом поцапался, – подвел итог Шендр, – заработать хотел, еще наверняка и Тэкса подбивал пойти охотиться на «Тапка». Так?

– Угу… – кивнул Кийко.

– А Тэкс послал тебя к черту. Ты обиделся и решил найти Тапка сам… – закончил Шендр.

– И нашел! – хохотнул Литвин.

Кийко стоял с каменным лицом.

– В общем, что ты хочешь, и что предлагаешь? – решил я прекратить издевательство товарищей над бедолагой.

– Ну, я так понял, вы одна команда… – начал было Кийко.

– Хочешь присоединиться? – спросил Литвин.

– Что умеешь-то? – поинтересовался Шендр.

Я же прикидывал, нужен ли нам в отряде еще один боец? Конечно, нужен. Однако у меня были сомнения, что на роль нового рекрута подходит этот Кийко…

– Я знаю, что сглупил, решив охотиться на «Тапка», – сказал Кийко, – поймите, особого выбора у меня не было. Тут, с начала второй волны, я работал техником – ставил вышки, строил дома… А потом техники стали не нужны, тогда я и прибился к Тэксу. Вот только Тэкс особо не гонялся за контрактами. Я так понял, у него деньги есть. А мне нужен был заработок…

– Ты хоть стрелять умеешь? – спросил Шендр.

Кийко кивнул.

– Не снайпер конечно, но худо-бедно умею.

– И денег у тебя на клон нет? – хмуро поинтересовался я.

– У меня уже вообще денег нет, так что, если одолжите и позволите отработать, то…

– Посмотрим, – перебил его я, – пока ничего обещать не буду. Доберемся до города – там видно будет.

– Ладно, – Кийко не собирался спорить.

– Так что, мы в город будем идти? – спросил у меня Литвин.

– Нет, – ответил я, – мары наверняка попытаются нас перехватить, будем идти к нашему «лагерю». Там нас сложнее будет отследить – ни наши следы, ни копыта бубала на камнях видно не будет. Сбросим трофеи и отведем бубала подальше. Отсидимся пару дней, как раз шкуры обработаем, и тогда двинем в город. Мары наверняка за это время устанут нас искать.

– Я бы предложил и больше, чем пару дней там посидеть, – заметил Шендр.

– Тебя надо в город отвести, – не согласился я, – рану-то обработали, но мало ли…

На том и порешили. Спустя пару минут мы двинулись в путь. Причем двигались довольно быстро – пусть вся наша беседа и не отняла много времени, но от места гибели маров до нас было рукой подать. Нужно было как можно скорее уходить отсюда: мары уже могли начать нас искать, так и не дождавшись, что мы с поднятыми лапками сами к ним придем.