Глава 10

Репетиции танцев мне нравились и даже очень, не зря когда-то в школе я посещала танцевальный кружок. Только эти движения мало походили на знакомые мне па, а ещё вместе с длинным платьем, в котором я буду обязана предстать перед глазами гостей.… Плохому танцору мешают ноги, ну, а мне поначалу всё вместе, включая каблуки.

— Мелкая, а ты способная, — рука брата бережно придерживает меня за талию, а я млею. Оттого, что он внимателен и рядом. Оттого, что только сегодня я раза два наступила ему на ноги, а в ответ только смех или хитрая улыбка. Оттого, что он такой большой и сильный, мой родной дракончик, а девушки, они уже сейчас засматриваются на него. Взять даже горничных, что пытаются подглядывать за нами из-за раскрытых дверей зала, делая вид, что вновь что-то запачкалось. А если учесть, что маркизы Шерри тоже тут вместе с нами…

— Это радует. Ты, кстати, тоже ничего, — моя шутка вызвала взрыв смеха у Дел’яра.

— Принц, Ваша Светлость, мне кажется, пора поменяться парами, — произнесла тут же наша учительница леди Ритта, драконица с огромным танцевальным стажем и не менее скверным характером.

— Нет, леди… — начал, было, братец и осекся, быстро поняв свою ошибку. У нее, как в армии, если что-то не нравится, то наказание удваивается. — Как скажете.

— Так-то! А сейчас, принцесса Селена танцует с маркизом Дамаром. А вы, Ваша Светлость, — нота ехидства промелькнула в строгом тоне леди Ритты, — с маркизом Ревалем.

Вытянутое лицо Дел’яра и не менее говорящее у Реваля говорили об огромной "радости" от подобной перспективы. Вообще-то, в качестве партнёрш можно было пригласить тех же горничных, тем более они бы не отказались. Только леди Ритта так не считала, ведь девицы были вовсе не того социального статуса. Да и драконы, известные своей горячей кровью, могли натворить немало глупостей, воспылав к кому-нибудь из этих девушек какими-либо чувствами. А если после этих связей появятся дети… Леди Ритта предпочитала, чтобы мы танцевали друг с другом, под её чутким руководством.

— Прошу. — Дамар был сама любезность, а озорные глаза удивительно зеленого цвета излучали тепло и вместе с тем насмешку над менее удачливыми моими партнерами.

— С удовольствием, маркиз. — Я как бы невзначай кончиком туфли наступила ему на ногу, чтобы слишком не радовался.

— Селена, — усмехнулся Шерри, — сегодня мои туфли намеренно больше на целый размер, чем на прошлых танцах. Так что пальцы целы.

— Какая прелесть, эта ваша предусмотрительность. — Только и смогла ответить я, растянув не менее вежливую улыбку в ответ.

Поначалу драконы от меня очень получали, менее грациознее мог бы быть только слон, правда, в этом никто не признавался. Оно, конечно, кое-кто с детства изучает именно то, чем и сейчас занимаемся. И вообще подобные занятия для них назначены исключительно чтобы потренировать меня с разными партнерами, а заодно вспомнить изученное перед балом. Но затем все довольно быстро изменилось, и теперь я сама получала удовольствие от танца, а оттопанные ноги партнеров… ну это так, чисто случайно или для профилактики. Чтобы не зазнавались.

— Сел? — Зеленые глаза Дамара Шерри смотрят вопросительно, а в голосе нет ни капли юмора. — Ты станцуешь со мной?

Когда-то я считала, что в высшем обществе все должны говорить друг другу только " Вы", а не иначе, а уж тем более не сокращённо "Сел". Возможно, когда мне будет лет триста (какой ужас, никак не привыкну к этой продолжительности жизни драконов), то перейду исключительно на такую форму общения, а сейчас все гораздо проще. Но сами драконы, похоже, придерживаются моей точки зрения, а значит, нашему общению ничего не мешает.

— А мы сейчас чем занимаемся? — Я удивленно приподняла правую бровь так, как делает это Киринн, сделав вид, что не поняла вопроса. Танцевать с ним было легко, вот и сейчас мы двигались, словно плыли. И только изредка, словно забывшись, начинала молчаливый отсчет движений.

— Хитрюга, — Шерри сразу понял меня. — Я про бал. Ты станцуешь со мной?

— Конечно, почему бы и нет, — быстро согласилась, прикидывая, захочет ли со мной танцевать Жемчужный. Но, может быть, он даже и не приедет? Или появится, но с той роскошной женщиной? Как же неприятно.

— Второй танец, — упорствовал дракон.

— Извини, первых три танца уже заняты, — мне действительно было жаль, но я не стала распространяться и рассказывать, кто уже занял предыдущие.

Первый — конечно папин, он так ждет этого момента, чтобы именно со мной открыть танцевальную часть. Я тоже хочу, пусть и боюсь, совсем немного. Второй — его заранее занял любимый братец, пообещав, что если больше никого из партнеров не будет, то его ноги в полном моем распоряжении. Шутник. Ну, а третий… Надеюсь, он все-таки прибудет и предложит. Наверное.

— Тогда четвертый? — тут же нашелся Дамар и наступил мне на ногу. — Извини, честное слово, не хотел.

— Верю. — Мне показалось или он это сделал нарочно? Решил, что Реваль занял третий? Так и прыгал бы у брата по ногам, а не у меня. — Договорились.

— Договорились, — повторил за мной Дамар и зеленые глаза довольно сверкнули.

Только это все так просто не закончилось ведь пятый танец, как я и ожидала, попросил Реваль. Он хотел и шестой, но от этого я пока отказалась, вовремя убрав ногу.

Драконы они и есть драконы.

А вечером меня ждала примерка, ведь до назначенной официальной даты осталась всего неделя с хвостиком. На разосланные заранее приглашения, которые мы с мамой подписали лично, все прислали свои согласия. Люди и драконы, все любят повеселиться, а приехать по такому поводу никто не отказался. Даже тот, которому я подписала его лично.

— Вот так, госпожа, осталось совсем немного, — мадам Люсьена делала последние штрихи, наметки, подгоняя это все под мою фигуру. — Ну? — Она взглянула победно на Правительницу, а потом перевела довольный взгляд на меня, — как?

— Красавица, — одобрительно кивнула мама. — Так и должно быть.

— Очаровательна, — отозвался скачущий вокруг меня парикмахер, которому было велено подобрать прическу в соответствии с нарядом. Зеленые обтягивающие лосины, напяленные на тощие длинные конечности мужчины, напоминали ноги кузнечика, и я подошла к зеркалу, чтобы не рассмеяться и не обидеть виртуоза. — Куколка. Классические локоны, только крупные локоны, забранные кверху и ничего другого.

— Пожалуй, — согласилась мама, — ничего лишнего, иначе прибавит возраст.

Они обсуждали меня, а я молчала. Девушка, что смотрела сквозь зеркало на свой оригинал, была прекрасной. Кто бы мог подумать, что из обыкновенной человеческой девочки Алёнки Беловой когда-нибудь вырастет целая Селена Лунная. Драконица.

Кузнечик бодро удалился, напевая какую-то песенку о прекрасных рыцарях, готовых на все ради своих не менее прекрасных дам. А мне предстояло снять это немного недошитое платье.

— А если рукав чуть приспустить? — Задумалась мама и прикоснулась ко мне своей холодной рукой. — Девочка, ты же вся горишь!

— Ты думаешь, это уже начинается? Прямо сейчас? — Легкая паника начала накатывать на меня волнами, и я увидела в зеркале своё отражение. Побелевшая, словно Снегурочка из сказки, что волосы, что кожа. Но моя сказка другая, гораздо круче и страшнее.

— Ты думаешь, это уже начинается? Прямо сейчас? — Легкая паника накатывала на меня волнами, и я увидела в зеркале своё отражение. Побелевшая, словно Снегурочка из сказки, что волосы, что кожа. Но моя сказка другая, гораздо круче и страшнее.

Превращение в дракона. Вот так? Тут? Серьёзно? Но в ответ легкое успокаивающее поглаживание по плечу родных рук мамы, её сосредоточенное лицо и небольшой кивок, как подтверждение моих слов.

— Люсьена, — мамин голос было не узнать, ещё секунду назад мягкая со мной, она уже привычно командовала портнихой и её помощницей. — Помогите снять платье, если что, завтра еще одна примерка. Надеюсь, успеете все приготовить.

— Конечно, конечно, всё успеем, — заторопилась женщина, а её помощница поспешила подхватить отвалившийся бант.

Я украдкой смотрела на мадам Люсьену, динамично вынимающую из платья портновский булавки, а заодно прикидывая, кто она. Человек или драконица. Высокая, с развитой мускулатурой на руках, как у мужчин драконов. Даже у мамы такого нет, её строение идеально для стройной человеческой женщины, за исключением вертикальных зрачков.

— Ваша Светлость заинтересовалась мной? — Улыбка женщины была приветливой и я покраснела, словно застигнутая над чем-то неприличным. — Еще немного осталось, потерпите.

Я промолчала, не зная как озвучить своё любопытство, выпирающее сквозь головную боль и ухудшающееся самочувствие. И всё же эти крупные пальцы, по моим представлениям совсем неприсущие женщинам довольно ловко справлялись со своей работой и спустя три минуты с меня всё сняли.

— Я полукровка, — ответила она на мой немой вопрос, вероятно, светившийся в глазах или написанный на лбу. — Мой отец очень крупный дракон, знаменитый борец, тяжеловес, а мать человек. Вот такая у них получилась дочка, — усмешка женщины не была горькой. Да и судя по её талантам, занимаемому положению (всё-таки обслуживает правящую семью, то есть нас и других), мадам совсем не бедствует. А судя по кольцу на правой руке, она замужем, что тоже хорошо для любой женщины, будь она хоть кем.

— Таких много, ты научишься понимать людей, вот увидишь, — подбодрила меня мама в то время, как я одевала легкие светлые бриджи с тонкой блузкой, навыпуск.

Моя одежда, которую я тут заказывала, никого не шокировала, что-то подобное встречалось и в этом мире. Наоборот, мадам Люсьена с интересом фаната расспрашивала о том, что носят ТАМ женщины и мужчины. А моё воспоминание о своём летнем платье с цветными пуговицами на спине, с разрезом над правой коленкой спереди, с пояском, вызвало полный восторг. А когда я просто так однажды заглянула к ней в ателье, то кое-что на манекене мне очень даже напомнило эту модель. Единственно драконы, они такие проказники. Мало того, похищают понравившихся девушек(с их согласия, конечно), то тут возможность пошалить, расстегнув пуговку на спине красотки… Мадам Люсьена посмеялась моему предположению, но сказала, что такой момент тоже надо предусмотреть.

Мы отправились ко мне, и чем ближе я была к своим комнатам, тем больше ощущала жар, разгорающийся во мне изнутри. Я прочитала несколько самоучителей по обращению, послушала, как это было у брата, у мамы, у папы, у друзей… Но все они сменили свою сущность в более раннем возрасте, чем я. Дел’яру, так и десяти лет не было, как обзавелся хвостом, чешуёй и прочими красотами.

— Всё в порядке, не переживай, — подбодрила меня мама, — все через это проходят.

— Слушай, мам, — я встала, обхватив себя руками, как будто пытаясь нащупать где-то крылья, которые должны рано или поздно появиться. — А зачем идём ко мне? Я ведь сейчас там все разворочу.

— Надеюсь, не сегодня, — она нахмурилась и уверенно взяла меня под руку, — пойдем, не переживай. Я с тобой. Еще ни один дракон не оборачивался дольше, чем женщина рожает.

— Это радует, — усмехнулась я, услышав такое неожиданное сравнение.

Спустя двадцать минут у меня был целый консилиум. Несколько докторов, каждый из которых желал лично осмотреть меня, убедиться, что действительно горю, что спина точно чешется и вообще утешить " маленькую принцессу", которую, оказывается, они помнят с самого моего детства. У всех это проходит гораздо проще, без лишней толпы, но со мной решили несколько усложнить, но мне и самой так чуточку легче, а то мало ли.

Но это было ещё не всё, потому что мне было велено лечь под одеяло, принять успокоительные и ждать. Чего, никто не сказал, а судя по самоучителю, содержание которого я пыталась вспомнить, в любой момент меня могло начать ломать, то есть, лицо станет мордой, от копчика начнёт расти хвост, а ещё и гребень по позвоночнику…

Хорошо, что лекарство подействовало, и спустя несколько минут я смотрела на эту переживающую за меня компанию более спокойными и заинтересованными глазами.

У папы были очень важные переговоры, но и даже с них он два раза ускользал, оставив все на своего советника герцога Барри Шерри, отца моих друзей.

— Как ты?

— Все в порядке, пап. Наклонись, пожалуйста, — попросила я его, когда поняла, что больше не могу лежать вот так, словно "самый тяжелобольной в мире человек".

— Что случилось, — заботливая отцовская рука легла на мой разгоряченный лоб, — о, да ты как огонь, моя девочка.

— Пап, может на улицу? Мне надоело тут лежать, — прошептала я, радуясь, что кроме отца меня никто не услышит. В звериной сущности всё обостряется, и запахи, и слышимость, но не сейчас, если я ничего не путаю. И только мама подозрительно прищурилась, а уголок её губ приподнялся. — Там свежий воздух.

— Хорошо, сейчас что-нибудь сделаем, — он встал и прокашлялся, мгновенно обратив на себя внимание всей присутствующей толпы, состоящей из пяти драконов. — Может быть, отпустим девушку на свежий воздух? А за ней и из окна понаблюдаем.

Сомнение отразилось на лицах умудренных эскулапов, но потом, видя моё просительное лицо, согласились. Пообещав, что не спустят с меня своих глаз.

— Мелкая, ну ты и напугала нас, — произнес только что вошедший брат, едва мои лекари покинули комнаты. Он вошел не пустой, а с двумя огромными букетами тюльпанов в руках.

— Что это? Мне? — Надо сказать, от Кира были разные букеты, и даже тюльпаны, но чувствую, эти два, точно не его.

— Ага, догадайся от кого? С трёх попыток. — Братец ухмыльнулся, сверкнув идеально белыми зубами, присущими всем драконам.

Я весело фыркнула в ответ, потому что к гадалке не ходи, это братцы Шерри прислали свой пламенный привет. Интересно, что означают подобные цветы? Ай, ладно, мне в любом случае простительно, а букеты тут же были помещены в две декоративных вазы. Я даже поставила их вместе, чтобы никому не было обидно.

Все доктора удалились вместе с мамой и только после этого мы с братом выждали десять минут, чтобы не идти со всей толпой, словно под колпаком наблюдения.

— Мелкая, а с тобой стало интереснее и весело, — усмехнулся Дел’яр.

— О! — Удивилась я и даже не смогла ничего ответить на подколку брата. Оба Шерри стояли спиной к нам, невдалеке в коридоре, о чем-то разговаривая между собой. — Ты, выходит, у них как спецагент? По внедрению букетов в мою спальню?

— Алёнушка, дорогая! Ты жива! — Перс бежал ко мне и голосил на весь коридор.

— Жива, как видишь, — я подхватила своего любимого кота на руки. — Что нам, драконам сделается? Полежим и снова в путь.

— А мне сказали, что тебе… — рыжий замялся и прижал уши, пригнувшись к моей груди. До него только сейчас дошло, что разговаривает он при всех. По прибытии к родителям никто кроме Милены не знал о его способностях. Сестричка понимала кота, общалась с ним и честно хранила его тайну. И вот он сам, без чьей либо помощи привлек к себе такое внимание. — Что тебе плохо.

— Всё нормально, мой хороший, просто скоро начнется обращение. Но как скоро никто не знает, — я постаралась снять напряжение у кота, почесав его за ушком. Обычно на подобное обращение меня одаривали громким мурлыканием, но не в этот раз. А испуганные глаза на рыжей мордочке говорили о том, что он ничего не чувствует, а только тревожно озирается вокруг.

Брат, оба Шерри, отец, решивший вернуться ко мне, все застыли на месте в немом изумлении. И только решившая меня навестить Милена что-то поняла, а потому подошла без страха. Вслед за девочкой лицах драконов проступило любопытство, и они приблизились к нам.

— Он говорящий? — Брат ткнул пальцем в моего любимца.

— И давно это с ним? — Почти тут же произнёс папа, рассматривая кота с усмешкой, но, не делая попыток дотронуться, хотя до сего момента рыжий его ни разу не царапнул.

— Всегда, — ответил за меня мой кот, по-прежнему цепляющийся за одежду.

— Не пугайте его, пожалуйста, — попросила я драконов, — он такой, особенный.

— Видим, — хмыкнул папа, — а почему до этого молчал?

— Персик боялся, — ответила Мили за кота и протянула к нему свои руки, чем этот пройдоха поспешил воспользоваться.

— Понятно, — произнёс папа, собираясь уже уйти, но тут же передумал. — Ты мне нужен, пойдем со мной. — Эти слова обращены были не к брату, не к одному из Шерри, а к коту, раскрывшему рот в изумлении. — Не бойся, не съем.

— Я не вкусный и тощий, — ответило моё рыжее сокровище, которое худобой не страдало с тех самых времен, как покинул территорию остановки. И все же кот решил благоразумно не спорить с отцом, а последовать за ним.

— Вот так кот. А говорила, что в том мире нет магии, — мой брат проследил взглядом на удаляющегося родителя и Перса.

— Магии нет, а кот есть. Я нашла его на остановке зимой, около урны, когда было очень холодно. А может быть, это он меня нашел, — пришла в голову такая мысль. Ну да, трудно поверить, что подобный умник мог обратиться к кому-либо другому.

— Что такое урна? — Подхватил Реваль. Они вообще любили меня расспрашивать о другом мире, и приходилось объяснять такие простые понятия, как "кино", "телефон", "машина" и т. п. Но и я не отставала, постоянно встречаясь с какими-либо новыми названиями и выспрашивая о них драконов.

— А зачем папе кот? — Спросила я, проигнорировав вопрос.

— Красные приехали, а у Правителя появилась какая-то идея, — угрюмо проговорил Дамар, и я застыла в напряжении, ведь от этого визита не придется ожидать ничего хорошего.

— Эй, Селена? — Дел’яр щёлкнул пальцами перед моими глазами и я очнулась. — Не бойся, мелкая, прошлое не повторится, — он положил свою руку на моё плечо, — мы ведь рядом.

— Спасибо, — ответила я, ощущая, что и брат и его друзья, которые стали и моими друзьями, будут защищать меня, сколько потребуется.

— Ну что, полетаем? — Предложил Дамар.

— Думаешь мне можно? — Я в этом сомневалась, ведь доктора держали меня в кровати, пока папа не спас.

— Но ведь и не запретили, — нашелся братец. — А, если хочешь, то мы полетаем, поиграем в мяч, а ты посидишь и посмотришь на нас, а доктора на тебя из окон.

— Договорились. Пошли, Мили, посмотрим на драконов? — Я протянула руку жавшейся ко мне сестрице, и мы отправились на площадку.

***

Странные ощущения, странные мысли. Весь мир словно сошел с ума, а вместе с ним заодно и Киринн, вдруг осознавший, что ужасно соскучился по принцессе. Это нормально? Он, по сути, взрослый дракон, пусть ещё довольно молодой, но всё же уже Правитель, до последнего времени успешно руководивший своей страной, вдруг узнал, что такое тоска и это не могло не испугать. Да ладно бы тоска по родной матери, которая в последнее время писала, что скоро приедет, это ещё понятно. Тоска по совершенно чужой, но уже хорошо знакомой девице.

Ежедневные дела, обязанности, словно маска, навалившаяся на него. Он каждое утро вставал, принимал решения. Встречался разными людьми, драконами, возглавлял суды, если это требовало его личного присутствия. Мотался с одного края страны на другой, с проверками, с контролем новых разработок, всё, что когда-то считал очень важным и просто необходимым для любого правителя. Он и сейчас продолжал так считать, за небольшим отступлением. Это всё необходимо лишь при одном условии.

Если у тебя есть для кого это делать.

Если рядом есть та, чей смех ты считаешь просто жизненно необходимым слышать ежедневно. Чей взгляд тебе нужен живьем, а не только через кристаллы. Чей восторг приводит дракона в исступление, и зверь готов многое отдать ради одного осторожного касания, ради этого восхищения, что светилось в необычных глазах.

— Кир? — Друг и советник положил руку на плечо, — что с тобой?

— Да так, — попытался отшутиться мужчина, — что-то устал.

— Понимаю, — Морис уселся в кресло и вытянул ноги, словно находился не в Лазурном замке Жемчужных, а у себя в собственном особняке. Но на подобное Кир не обращал внимания, в конце концов это был его лучший друг детства и советник. — Может, пошлёшь ей цветы?

— Уже, — Киринн вертел в руках пустой бокал уже минут пять но, похоже, даже не замечал этого.

— Так съезди, они же тебя приглашали, — произнёс Морис и, уловив насмешливый взгляд Правителя, исправился, — ОНА тебя приглашала.

— Некогда, — Киру не хотелось об этом говорить. Пусть советник и друг, с которым можно обсудить любое событие, но конкретно сейчас говорить не хотелось. Она была его мыслями, только его. И все чувства не хотелось раскрывать ни перед кем, непонятно почему дремавшие до сорока восьми лет. И пусть Морис сам всё понял, но хотелось оставить какую-то нишу в душе, где никто не коснётся даже словом ЕЁ имени, даже мыслью.

— Понимаю. — Кивнул советник и чтобы отвлечь товарища от дум продолжил, — я сегодня был в городе и случайно увидел Элинор.

— Да? Что она тут делает? — Стальные нотки недовольства прорвались в голосе дракона, и Кир не заметил, как в очередной раз вспорол обивку кресла отросшими когтями. — Если не ошибаюсь, ей больше нечего тут ждать, и она может отправляться в страну красных драконов. Пока не вышвырнул и лично не свернул голову.

Он-то точно не забудет попыток бывшей любовницы навредить той, что какой день не идёт из мыслей мужчины. И если раньше всё было условно, девушка в другом мире, росла, ни о чем, не подозревая, он помнил о ней, как об обязательной необходимости, то теперь изменилось и многое. Он не желал видеть принцессу исключительно как средство для достижения его целей. Жемчужный дракон хотел видеть её женой, одной и единственной, на всю свою длинную жизнь. Он уже мог прислать ей диадему Правительницы, если бы уверен, что она её примет. Быть отвергнутым не нравится никому.

— Дожидалась тебя, когда надумаешь выехать из замка, рано или поздно. Мечтает поговорить, — многозначительно приподнятая бровь советника заставила нахмуриться Кира.

Первоначально, после того как он дал отставку своей бывшей любовнице, от Эли на почтовик пришло гневное письмо с проклятиями. А потом, спустя какое-то время посыпались просьбы о встрече, заверения в искренности чувств. О поступках, на какие способна только любящая женщина, боящаяся потерять своего дракона. В том, что Элинор считает его своим, Кир не сомневался. А заодно и дворец, и казну, и всю страну, которой он правит…

Почему он так долго продержал около себя эту драконицу? Удобно, кто бы спорил, но почему именно её? Неприятное чувство росло в душе Правителя, и он стал просто сжигать эти никчемные бумажки. А однажды, когда рядом находится Антуан с очередным докладом по специальному заданию, почтовик вновь пискнул, оповещая о новом сообщении. Кир, увидев от кого оно, поморщился, что не укрылось от мудрого мага. И тот, недолго думая предложил свою помощь, а точнее, чтобы письма от Эли не поступали, а оставались у неё в почтовике. Это оказалось спасением и с тех пор ни одной бумажки от драконицы не прорвалось.

— Надеюсь, ты оказался ей в этом помочь?

— Само собой. Только Элинор все равно добилась своего — ты же узнал, что она в городе.

— Это правда, но видеться с ней мне ни к чему, да и нет желания. Абсолютно. — и тут очень важная мысль пришла Киру в голову. — Но я хочу, чтобы ты или кто-то другой, с ней встретились и передали от меня распоряжение. А ещё лучше, если это сделает наш начальник безопасности Харсан.

— Харсан? Зачем? — Не понял советник. Он очень мужественный дракон с каменным выражением что лица, что морды. Одним своим видом говорящим, что и без рукоприкладства добьется признаний от живых, но не от мертвых. А эти последние события, когда неизвестные красные драконы были найдены мертвыми, просто вывели его из себя и он чувствовал себя очень виноватым.

— Я хочу, чтобы Элинор зачитали моё распоряжение. Убраться из страны в двадцать четыре часа. И оповещать об этом должен не простой вояка, а кто-то представительный.

— Ты прав, — Морис сразу суть уловил пожелания Киринна. Если Селена рано или поздно прибудет в эту страну и неважно, с какой целью, даже с дружественным визитом, то Эли узнает об этом обязательно. Ведь все газеты каждый раз трубят о предстоящих важных визитах гостей, а тут сама принцесса. Как бы не рвалась служба безопасности, но тому, кто может навредить ЕЙ, незачем находиться на территории страны.

И дракон был с этим полностью согласен.

***

Шах персидский — собственный спецагент Лунного Правителя.

— Ну что же, раз ты говорящий, — произнёс Стефан, обращаясь к коту с полной серьёзностью, — тогда нам есть что обсудить.

— Правитель? — Произнёс рыжий кот, все еще не понимая, что от него требуется. — Вы ведь ничего не имеете против, что я разговариваю?

— Нет, и даже рад, что ты такой. Мне нужна твоя помощь.

— Моя? — Удивился Перс, осознавая, что дело в его исключительности, но присутствие рядом отца Алёнки действовало на мозг и лапы просто угнетающе. Дракон, одним словом. Большой и сильный. Ох, не зря он Правитель!

— Ты вероятно уже слышал, почему моя дочь попала в тот другой мир. Так вот, именно сейчас Шерри беседует с красной делегацией.

— Простите, мне мои возможно глупые вопросы, — кот запрыгнул на резной стул рядом со стоящим около него Стефаном, чтобы быть хоть чуточку не на равных, но повыше, — а почему не прогнать их? О чём с ними вообще можно разговаривать? — Перс вначале перешел на громкий тон, с поучительной нотой в голосе. Но посмотрев на расширяющиеся зрачки Дракона, тут же прижал уши.

Забылся, с кем не бывает.

— Признаться мне и самому так очень хочется поступить со всеми этими дипломатами, а еще спустить каждого с лестницы носом вперед, предварительно переломав хребет их предводителю, что побоялся лично явиться сюда, — вздохнул Лунный и уселся напротив кота, закинув нога на ногу. — И плевать на всю предлагаемую торговую выгоду, мы не нищие. Но кроме моих личных амбиций есть народ, о котором я также должен думать.

— А что народ? — Кот вздохнул спокойно, поняв, что за его вольности никто не выкинет вон, и даже не даст пинка под хвост.

— А народ, что на границе, хочет спокойно жить. Мы, конечно не даем их в обиду, предотвращаем стычки, как можем, но, тем не менее, с открытием границ перспективы для подданных будут совсем другие. Торговля, налоги, все принесет свою прибыль, но это только при условии, что появление делегации действительно имеет эти цели.

— Вы хотите, чтобы я подслушал?

— Именно, — Правитель улыбнулся и кот сразу подумал, что дракон очень похож на Аленку, а, точнее наоборот. — А завтра утром доложишь о том, что услышал. Но если будет срочная информация, то буди в любое время.

Перс распушил свой гладкий хвост и важно удалился, обдумывая сложившуюся ситуацию. Как он любил фильмы про шпионов! Как он мечтал спасти весь мир, чтобы потом небрежно бросить его к ногам какой-нибудь пушистой очаровашки! И пусть Аленка не кошка, но принцессы тоже любят героев, совершивших подвига ради них, а порой и посмертно. Умирать при таких красотках вокруг, в самом расцвете сил Кот не хотел, а потому отправился на задание в полной боевой раскраске, то есть в своем обычном виде, в шкуре, на четырёх лапах.

***

Подарки, привезенные послом от имени Леона в знак перемирия, были приняты. Стефан, переживающий за свою дочь, несколько раз прерывал приём и выходил, оставляя всё на верного советника Шерри. Тот, с позволения Правителя, приказал убрать подношения, чтобы не отрываться от цели визита необычных гостей. Но едва слуги внесли их в сокровищницу, как все эти подарки были свалены в одну кучу и лишь кованый позолоченный сундук, разукрашенный завитушками и диковинными цветами, поставлен с почтительной осторожностью.

Казначей Гарм неспешно, но со знанием дела поскреб ногтем поверхность сундука, постучал по нему. "Не поскупились красные, чистое золото"- подумал опытный дракон и привычно открыл крышку. Тут же в глаза бросился манящий отблеск рубинов, гранатов и шпинели. Прикрыв на всякий случай мощную входную дверь от прочих любопытствующих, в том числе и от стражников, что день и ночь караулили под дверями, он приблизился к сундуку и запустил в него руки. Камни, словно понимая главного Лунного хранителя, заскользили по коже дракона, вызвав у него приятную эйфорию. Стоило взять в руки какую-либо золотую вещь, и казначей уже знал, сколько она весит, почем её стоимость. С камнями была та же самая ситуация, а потому Гарм считал, что лучше его никто не справляется с этой должностью. Вот и сейчас, разгребая подобное богатство, казначей уже мог назвать приблизительное количество этих самых камушков, единственно, не разбирая их по видам. Довольный, он вытащил свои руки, которыми тут же прощупал легкий рулон ткани, так же присланный в подарок, затем окинул внимательным взглядом набор столового серебра, кинжал, чьи ножны украшены теми же рубинами….

После всей нехитрой и привычной процедуры достал самопишущее перо и записал перечень и количество богатств, которые предстоит оприходовать в казну, прикинул, где это всё разместит…. Потянувшись, услышав хруст собственного позвоночника, мужчина довольно закрыл книгу, вдруг вспомнив об ужине, на что живот тут же отреагировал громким урчанием. Забылся, как всегда, но это не страшно, остались небольшие дела, а после можно будет и отдохнуть.

Гарм собирался уходить, посчитав свою миссию полностью законченной, осталось только доложить Правителю Стефану о подсчетах, что он только что произвел, как его внимание привлек кинжал. Камни играли, маня и переливаясь, словно оружие само просилось в руки. Любой мужчина обожает оружие, а в случае Лунного Правителя это еще и страсть. Большая коллекция кинжалов, мечей, была развешена в большом зале, и, принимая гостей, Стефану нравились восхищенные взгляды, что драконы бросали на стену. "Вот и этот украсит самую достойную сокровищницу"- подумалось казначею, благоговейно проводящему пальцем по острию ножа. Гарм слизнул выступившую каплю крови и обратил внимание на украшенную тонким узором ручку оружия. На нём изображалась дева с распущенными волосами, присевшая на алеющий гранат. Камень, которого эта красавица касалась, был сделан в форме сердца и казначей, усмехнувшись, погладил его. Чуть заметный белый дым потянулся из-под вдавившегося внутрь камня, и Гарм быстро зажал рот, выронив странное оружие.

Ему не хватило два спасительных шага, чтобы открыть дверь, за которой стояли ничего не подозревающие стражники. Драконы верно охраняли богатства своего Правителя, а к причудам казначея, часами не выходившего из сокровищницы все давно привыкли. Поэтому никто и не посмел тревожить Гарма, считая, что тот как всегда производит свои верные подсчёты.

***

Накинув полог тишины на выделенные апартаменты, красный дракон повернулся к своим спутникам.

— Все приняли противоядие? — Посол оглянул своё сопровождение и удовлетворенно потер руки, получив положительный ответ на свой вопрос. — Хорошо, тогда ровно в полночь приступим. Удалось узнать, где располагаются комнаты принцессы? И вообще, кто-нибудь её видел?

— Нет, — откликнулся помощник, — но слуги утверждают, что она точно в замке.

— Это хорошо, на это мы и рассчитывали. Стефан не будет отсылать свою дочь куда-либо подальше от себя.

— Как верные псы, Лунные охраняют свою девчонку, — пренебрежительно отозвался самый молодой участник дипломатической миссии. Он вальяжно развалился в кресле, закинув ноги на стол, а крупные руки скрестил на животе, барабаня аккуратными пальцами.

— Это ненадолго, часа на два, не больше, а дальше заснёт, как младенчик, — подхватил четвертый участник миссии, не совсем молодой, но довольно самоуверенный красный дракон, отобранный лично Леоном за дерзость и нестандартность решений. А тут как раз все эти качества могли пригодиться, ведь придётся "рвать когти" что есть мочи вместе с грузом. — Главное, чтобы Стефан прикоснулся к камню на кинжале.

— Кто бы сомневался, — подхватил самый молодой дракон, — тем более что Лунный просто фанат любого оружия. А за этот кинжал не жалко и табун лошадей отдать. Наверное, уже наглаживает свою новинку, а, значит, еще немного времени и мы у цели.

Посол усмехнулся, оценив перепалку молодых, и прикрыл глаза. Осталось подождать всего какой-то час, чуть больше, потом пробраться в комнату принцессы, захватить её, вытащить за территорию Равнинного замка, в котором не срабатывает их, красных, портал и отправить девчонку подальше. Каждый из присутствующих прекрасно владеет построением подобных переходов, но задумка была в другом. За стенами ждет тот, кто выстроит портал и доставит девчонку к Леону. Они же уйдут в свою страну, а в идеале должны остаться тут, изображая недоумение и непонимание случившимся.

Перс, прижав уши, забился под диваном. Коты сами по себе издавна и в любом мире существа магические, наверное, потому на него не подействовал полог тишины или дело в том, что это заклинание активно только за стенами помещения? Он уже давно проник сюда, в личную гостиную комнату посла, да только как теперь выбраться? Всё необходимое разузнал, остается предотвращение похищения Алёнки. И он, рыжий, будет главным героем своей спасительницы! А её отец может, орден даст! На миг, прикрыв глаза, кот представил себя, шагающим по красной ковровой дорожке, а на шее болтается огромный знак отличия. Единственное условие, чтобы подобные ордена давались не посмертно, а исключительно в лапы герою.

Стук в дверь какого-то служки заставил напрячься красных посланников и те замолчали. Но потом, узнав, что их приглашают на ужин, не отказались, а кот в самый последний момент успел выскочить в раскрытое окно и бегом побежал к Стефану, стараясь успеть, опередить коварных обманщиков.

***

— Ну что же, — произнес Лунный Правитель, — как мы и думали, цель у них самая простая и неновая, украсть мою дочь.

— Может, следует отрубить им головы прямо сейчас? — Барри Шерри решил не скромничать и озвучил всеобщее желание.

— Можно, — согласился Стефан, — и у меня чешутся руки лично сломать крылья каждому, но поступим по-другому.

Делегация красных не сильно удивилась, когда Правитель извинился и ушел со званого ужина, бесконечно сдерживая зевание, то же самое произошло и с его советником. Выждав какое-то время, и не дождавшись слуг (им приказано не появляться, а кое-кто даже храпел с кувшином, лежа в коридоре), посол сделал знак следовать за ним. Осторожно, присматриваясь к храпящим воинам, слугам, красные неспешно отправились в крыло, где располагались комнаты Селены. Никто не посмотрел на кота, следующего за ними буквально по пятам, да и какое дело посланникам до этой мелкой животины? Что он сможет рассказать в случае провала? Ничего. Слуги отчего-то уснули, а они, честные драконы ищут хоть кого-нибудь, кто смог бы помочь.

На широкой лестнице, ведущей в сторону комнат принцессы, спали четыре стражника, обнявшись со своим оружием, но красные осторожно, не делая лишнего шума, прокрались мимо. Самозаписывающие кристаллы, незаметно разложенные вокруг, так же не привлекли внимание диверсантов. Но как только посланники добрались до самой верхней ступеньки, как на них со всех сторон было наставлено оружие. Лунные стражники, словно по мановению волшебной палочки проснулись, тут же обнажив мечи, а сам Правитель Стефан со злым выражением лица вышел из близлежащей двери, где как раз и располагались комнаты дочери.

— Вы не заблудились? — Спросил Лунный и, не обращая внимание на удивленного посла, который что-то пытался сказать в своё оправдание, отдал приказ начальнику стражи, — на допрос, я скоро буду.

Спустя двое суток изуродованные тела самонадеянных посланников были сожжены, не оставив после себя ничего, кроме нескольких горсток пепла.