Глава 3. Лина и Тина бегут, Кавериско их ловит
Первой раздавила свой амулет Тина. Она пришла в себя в темноте среди высоких деревьев. Не стала даже подниматься на ноги: тут же поползла в сторону, боясь, как бы Лина не приземлилась ей на голову. Впереди раздался шум и треск: артефакторша немного промахнулась и сейчас вылезала из кустов черемухи. Что это она, Тина догадалась по слабому запаху, шедшему от земли. Черемуха отцвела, но под ней догнивали лепестки, все еще источавшие когда-то сильный, а теперь чуть слышный аромат, и чуткий нос ведьмы-целительницы его учуял.
Она тут же громко произнесла:
- Лина, я здесь. Двигай сюда. Тут нет кустов.
Вспыхнул огонёк, осветивший полянку, и Тина увидела сердитую подругу. Лина, как обычно, злилась на себя. Вон, Валентина вышла в удобном месте, а её в кусты занесло. Значит неправильно держала кристалл или в последний момент дернула рукой.
Тина же заинтересовалась горящим в руке подруги огоньком:
- Лин, ты что, колдуешь?
Та махнула рукой и огонек исчез.
- Какое колдую. Это лиатинское изобретение, зажигалка называется. Ни грана магии. Я у Роберта позаимствовала, у него таких полно. Ты права, лучше нам в этом лесу магию не использовать. Вот сейчас найдем своих, и всё.
Тина вспомнила про поисковую сеть и тут же её раскинула. Для магов это заклинание было довольно трудоемким и требовало много энергии, ведьмы делали его легко и непринужденно: просто слегка перестраивали потоки вокруг, и всё. Увидев скопление довольно крупных огней жизни слева от себя, Тина схватила подругу за руку и показала:
- Нам туда. Это близко, локтей пятьсот, не больше.
В уме Лина похвалила себя за то, что неплохо всё рассчитала, вытянула из сумочки амулет связи и активировала его.
Раздался взволнованный голос Стефана:
- Ну где вы там? Камень разрушился уже полчаса назад и мы тут ждём-ждём…
Лина быстро сообразила:
- Стойте где стоите, и приготовьтесь: мы сейчас будем удирать. Попробуйте сообразить, куда нам двигаться: на дороге в Амондиран сейчас находятся наши преследователи. Да, Стеф, магией старайся не пользоваться: у них есть маг получше тебя.
Сказав так и напугав бедного Стефана до полусмерти, она сунула амулет в карман и дернула Тину за руку:
- Пошли. Ты ведёшь: ведь только ты видишь, куда нам надо.
Пятьсот локтей они преодолели по тёмному лесу на удивление быстро: Тина чуяла дорогу как обычная деревенская ведьма, всю жизнь прожившая в лесу. Да и ночи в конце весны были светлыми, даже под деревьями можно было рассмотреть куда ставить ногу. Лина шла за подругой след в след, держась сзади за подол плаща. Когда запахло лошадьми и стали слышны тихие разговоры, её просто затопило ликование: они справились! Первая половина дела сделана! Кольцо у неё, а она вместе со всеми!
Теперь осталось только не попасться имперцам с Кавериско и вернуться в Амондиран.
Стоило девушкам выйти из-за кустов на полянку, где стояли уже оседланные лошади и толпились люди, они тут же попали в крепкие объятья членов отряда. Всем хотелось поздравить героинь и каждый стремился сделать это первым. Конечно, Ромуальду и Дамиану наемники уступили, а вот уже Стефан прорывался к своим подружкам чуть ли не с боями.
Безобразие пресекла Лина, скомандовавшая:
- Хватит лизаться! По коням!
Все тут же оказались в седлах, включая и Тину, к которой Ромуальд лично подвел коня. Ведьма лихо сидела в мужском седле, беззастенчиво демонстрируя мужчинам стройные ножки и кружевные панталоны под задравшимися юбками.
А вот сама Лина поняла, что погорячилась. Скомандовала-то она лихо, а вот как теперь на лошадь залезть — вопрос. Хорошо бы ещё переодеть юбку, заменив её штанами. Она ведь не будет выглядеть так красиво, как её подруга.
Поэтому она заметалась в поисках своего саквояжа.
К счастью, он оказался у Стефана, а тот мигом сообразил, что требуется Лине, чтобы оседлать коня. Отдал сумку и показал на ближайший куст: мол, там переоденешься. Лина и радостным вскриком заскочила за кусты и через полминуты оттуда выскочила. Она не стала заморачиваться, просто натянула штаны под юбку. Осталось забраться на лошадь, а вот этого-то Лина совершенно не умела.
Хорошо, Дамиан помнил о том, что артефакторша — слабый наездник. Он закинул её в седло и спросил:
- Удержишься?
Она поёрзала, уселась поудобнее и кивнула утвердительно:
- Не упаду. Куда едем?
- На юг. Я сообразил, что погоня за нами пройдет по амондиранской дороге и решил, что на неё мы выйдем уже в горах на границе с Сальвинией. Думаю, там они нас ждать не будут
Говоря это, он взлетел в седло, готовясь тронуться в путь. Лина подумала, что они так и не предупредили свой отряд о новой опасности: Герарде Кавериско. Не знала как начать, но тут Дамиан сказал:
- Поехали. Ты права, здесь оставаться нельзя. Заберёмся в леса подальше, там все и обсудим.
И тронул повод.
К тайной радости Лины тяжёлый разговор был отложен. Уже через минуту на полянке никого не осталось.
Первый час ехали по нехоженому лесу, к счастью, негустому. Затем появилась дорожка, которую можно было проследить не только на земле, но и по кронам деревьев: просвет над ней был шире. Она огибала непролазную чащобу с валунами и поваленными деревьями, а затем вела строго на юг.
По ней двигались еще час. Лину, никогда не бывавшую в лесах в эту пору, удивляло, что ночь такая светлая. Дорогу было хорошо видно даже без огня, наоборот, он мешал, освещая только крошечный участок, а остальное пряталось в тени. Сейчас же глаза привыкли к сумраку и могли разглядеть всё, что нужно.
Когда дорога вдруг раздвоилась, Дамиан покрутил головой и выбрал правое ответвление. Оно было гораздо уже и почти терялось в траве. Ясно было, что по нему давно никто не ходил и не ездил. Зато направление оказалось подходящим: в сторону гор. По этому пути, вившемуся между сосен и огромных валунов, скакали ещё часа четыре, пока Дамиан вдруг не направил коня в лес и не сообщил во всеуслышание:
- Сейчас отойдем от дороги и устроим привал. Надо же разобраться, что делать дальше.
***
Азильда спала у костра, разведенного солдатами, и не чуяла, какая гроза собирается над её головой. Те тоже задремали. Им никто не велел торопиться и ушлые парни решили, что в случае чего свалят свое опоздание на плохое самочувствие госпожи. Им велели её беречь? То-то!
Поэтому пока желудок не начал трубить, что пора вставать, они и не шевелились. Солнце уже давно сияло с небес, но под сводами деревьев было темно, так что никто и не думал просыпаться, пока в один момент со всех не слетел сон.
Со стороны дороги появился очень злой маркиз Даригон и заорал:
- Вы что тут разлёживаетесь, мерзавцы?! Графиня давно должна была быть в крепости!
Азильда подняла голову, солдаты вскочили… Через несколько минут костер был затоптан, а прекрасная дама водружена на седло впереди своего любовника. У солдат имелась лошадь и для нее, но Даригон-младший предпочитал не отпускать свою последнюю надежду далеко от себя. К тому же в таком положении с ней можно было поговорить дорогой.
Очень недовольная внезапным подъемом Азильда вспомнила все грехи своего бывшего возлюбленного и сейчас совсем не жаждала с ним общаться. Но ему на её обиды было наплевать: он хотел знать точно, является ли все ещё княгиней Амондиран эта капризная дамочка или уже нет. Когда Валер чего-то добивался, он был очень настойчивым, так что вскоре Азильда сдалась и сообщила, что коварные девицы её обманули: заставили снять драгоценность, а потом вытащили из кармана и теперь она у них. Вернее, у одной из них, такой толстухи.
Валер, услышав эту новость, чуть не заплакал от злости. Столько трудов, и всё зря. Отец его за такой провал по головке не погладит. Как бы в армию не послал для того, чтобы научить понимать приказы.
На Азильду он теперь глядел с нескрываемым отвращением.
Когда они, подгоняемые Кавериско, вернулись в крепость, девицы оттуда уже улетучились. Правда, солдаты под предводительством коменданта еще не прокопали путь на башню, но маг вытащил из своей бездонной сумки амулет, повертел им и сообщил:
- Там нет никого крупнее мышей. Наши птички упорхнули и я даже подозреваю как. Кстати, — обратился он к Семпронию Северу, — С кем они прибыли в Стомбир?
Тот горестно вздохнул. Это был его прокол: он так искренне поверил в Гертруду и Амалию, что не озаботился полноценной слежкой за их людьми, и теперь не представлял себе, как защититься от гнева императора. Но отвечать пришлось чётко и по существу:
- С отрядом наемников и со слугами. Я уже посылал их арестовать, но в городе никого из них больше нет. Они и лошадей своих увели. Хорошо, наших не тронули.
- Как они отсюда ушли? — заволновался Валер.
Все сразу поняли что речь идёт не о наёмниках. Семпроний хотел было ответить, что не знает, но маг его опередил.
- Кто? Женщины? Порталом, — хмыкнул Кавериско, — Моя жена защитила по ним магистерскую диссертацию, жалко, я не успел её подробно изучить. Она и вашу Азильду этим способом отсюда отправила, но я даже предположить не мог, что, во-первых, она так хитроумна и во вторых, что у неё имеется столько действующих амулетов частного портала.
Он не стал объяснять, что все его поисковые штучки просто взбесились, когда Эммелина активировала портал, которым выбросила из башни Азильду. К настоящему времени всё уже пришло в относительную норму, но применять что-либо было поздно. Если они выбрались из башни не менее получаса назад, то сейчас их никаким амулетом не достанешь и не найдешь, их радиус действия слишком мал.
Но отпускать Эмму он не собирался. Ему лично на Азильду плевать, не он её упустил, не ему и отвечать. А вот жена — совсем другое дело. Она нужна ему самому, да и император заинтересован в магах такого уровня. Можно будет получить от него кучу денег за поимку столь ценной магички. Существовала ещё одна причина, личная, но о ней маг старался даже не думать.
Герард Кавериско принял решение. Надо разделиться. Для начала он постарался взять в сообщники коменданта крепости. Тот был перепуган и готов на всё, чтобы избежать гнева герцога Даригона и императора Сильвестра. Маг отозвал его в уголок и задушевно сказал:
- Я понимаю ваше положение. Моя жена может запудрить голову кому угодно, на то она и магистр. Её подруга вообще ведьма, владеющая ментальной магией, и очень сильная притом, — последнее утверждение было ложью, но откуда коменданту такое знать, — Так что сердиться на вас бессмысленно, вы просто жертва обстоятельств. Виноват скорее Валер, да и герцог Даригон не подумал, оставляя тут такую приманку. Но, к сожалению, император может не принять это во внимание.
Да уж, — подумал Семпроний, — Они наделали ошибок, а расплачиваться придется ему, ни в чем не виноватому. Он лукавил сам перед собой, так как отлично знал: нарушить приказ и впустить девиц в крепость его никто не заставлял. Но может быть удастся списать это временное помрачение мозгов не на свой мужской орган, а на ментальную магию коварной ведьмы?
Кавериско тонко уловил момент, когда Север спёкся. Теперь он был готов смотреть на мага как на своего спасителя и выполнить любую его просьбу, лишь бы тот отмазал его перед императором. В этот момент Кавериско и попросил его:
- Дайте мне отряд. Я должен изловить этих девиц во что бы то ни стало. Их может поймать только маг, а кроме меня других магов тут всё равно нет. Но, даже если я их поймаю, без отряда опытных воинов обратно не довезу.
Сообщать дураку, что он не собирается прикрывать его задницу, маг не стал, наоборот, сделал вид, что готов на всё, чтобы получить солдат под своё начало. Продолжал с воодушевлением:
— Они сильны, но молоды и импульсивны, а я человек опытный. К тому же Эмма — моя жена. Она не может действовать мне во вред, магия ей запрещает. Могли заметить — она даже не бросила в меня заклинанием, хоть и могла.
Семпроний хмыкнул, подумав:
Ага, а ковер у тебя из-под ног она выдернула, это как?
Но вслух ничего не сказал. Был у него отряд следопытов и горных стрелков. Небольшой, всего десять человек. Они не подчинялись начальнику гарнизона, потому что были местные. Добровольцы. Они нанимались за небольшую плату прочёсывать окрестности Стомбира, ловить беглецов, буде такие появятся, и заодно снабжать жителей крепости лесной дичиной. Всё равно другой работы в этих краях было не найти.
Вот их-то Семпроний Север решил предоставить в распоряжение мага. Об этом он сообщил Кавериско, а тот, удовлетворенно похлопав его по плечу, вернулся к Даригону и дал тому указание:
- Вернитесь за госпожой Азильдой и выясните подробности. Мы должны знать точно, является ли она до сих пор княгиней и где сейчас кольцо-артефакт.
О том, что, вернувшись в крепость, маркиз его там не застанет, он говорить не стал.
***
После нескольких часов скачки Лина даже не могла самостоятельно слезть с лошади. Хорошо, что Дамиан заметил, как она кряхтит в седле с несчастным видом, и стащил её на землю. Там, правда, ей было не легче: и свою задницу сбила, и лошадиную спину стёрла. Животное было жалко, но боль в ногах и пояснице заставляла забыть обо всём.
А ещё мучил стыд: она никогда никому не была обузой, наоборот, а вот сейчас… После небольшого отдыха следовало продолжить путь, а как это сделать, если один из членов отряда чуть не плачет от боли и совсем не может нормально двигаться?
Наёмники не обратили на Линины страдания никакого внимания. То ли не верили, что ей может быть так плохо, то ли стеснялись. Все же она девушка, а болит у нее очень деликатная часть тела. Бросили попону на землю и крутись как хочешь.
Зато Тина сразу все сообразила и потребовала, чтобы им с Линой выделили местечко за кустиками, куда никто не посмеет сунуть нос. Пока Роберт вместе с Дамианом обустраивали желаемое, она таскалась за ними и зудела, что за новичком надо следить, учить, поправлять посадку во время езды, а не после. А то из-за их небрежения девушка может лишиться всего своего женского естества. Тут не то что княжеской — императорской казны не хватит, чтобы компенсировать такую потерю.
Роберт посмеивался, а Дамиан принял выговор от Тины близко к сердцу. Он действительно чувствовал себя виноватым. Девчонки собой рисковали, сделали самое главное — добыли кольцо и никто из мужчин им не помогал. Так неужели они такие неблагодарные, что в простом помочь не могут: проследить, научить?
Лина валялась на попоне и была страшно недовольна, когда невесть откуда взявшаяся Тина велела вставать и идти за ней.
- Лечить тебя буду!
Вставать не хотелось, идти и того меньше. Все правильно, не на глазах же почтеннейшей публики свои окорока заголять, но больно-то как! С трудом поднялась и заковыляла вслед за подругой. Если уж Тина вспомнила свои целительские обязанности, сбить её с этого курса не могла бы и императорская гвардия.
К счастью ведьма свое дело знала, а кроме того все её мази и бальзамы были при ней. Лина не зря в свое время зачаровывала склянки своей соседке по комнате в общежитии: ни один флакончик не разбился, хотя Тина имела дурную привычку валить их в сумку без разбора.
Она заставила бедную артефакторшу обнажить больные места и старательно втёрла в них сначала заживляющий бальзам, а затем укрепляющую ткани мазь, обильно сдобрив оба средства собственной магией. Это можно было делать без опаски: целительная сила ведьм всегда была направлена внутрь организма и почти не давала отдачи во внешнюю среду, так что засечь эти её действия не смог бы и самый искусный маг.
Здесь, в горах, ведьме очень нравилось: магические потоки были обильные, брать силу получалось легко и можно было не экономить. Поэтому уже минут через сорок Лина смогла встать и радостно улыбнуться: если что и болело, то не зад и не ноги. Она снова была готова сесть в седло.
- Вот, — протянула ей Тина нечто, более всего похожее на панталоны, но из чего-то очень странного, — Надень на голое тело под штаны. Лучше под эти твои страшные, коричневые, которые не жалко. Это батист, который я пропитала особым бальзамом на утином жире. Всё будет заживать раньше, чем ты успеешь натереть. И пластырь на поясницу налепи, а то завтра не согнешься, не разогнешься.
Лина кротко выполнила предписание целительницы. Если упираться, с Тины станется заорать и опозорить ёе перед всеми, так что лучше натянуть эти жуткие панталоны и приклеить ужасный, старушечий пластырь. Все равно смотреть на все это некому.
В это же время Стефан лечил сбитую спину лошади с тем же энтузиазмом, с каким Тина — всадницу. Закончив, подложил под потник тряпку, пропитанную заживляющим бальзамом. Лекарства брал из того же источника: тининой сумки, но магией не приправлял, так как это удел ведьм. К счастью, лошадь пострадала несильно и лечение ей помогло.
Когда исцелённая Лина выбралась из их с Тиной убежища на поляну, где наемники готовили еду, то её встретили радостными улыбками и вручили огромный бутерброд со всякой всячиной: мясом, сыром и овощами. Костёр Роберт разжигать не разрешил, чтобы не выдать невзначай их убежище. Пообещал, что завтра, когда они будут уже в горах, он даст развести огонь и сварить горячую пищу.
Сидя рядышком на попоне, две подружки наелись и разомлели. Обеих потянуло в сон. И тут выяснилось, что они рано обрадовались. Роберт счёл, что они ещё недостаточно оторвались от возможных преследователей.
С направлением тоже определились довольно быстро: вариантов нашлось немного. Надо было как можно скорее добраться до гор и попытаться их перевалить, а для этого стоило сместиться ещё на юг, где империя граничит не с Амондираном и не с Гремоном. На границе между империей и Сальвинией горы становятся ниже и в них достаточно проходов, которые можно преодолеть верхом. К тому же в горах удобнее обороняться. Если залезть повыше, то нападающим трудно подобраться незамеченными.
От всех этих военных соображений у девиц головы шли кругом. Их чувства разделял и Ромуальд. Теперь, когда не было необходимости прикидываться обычным наёмником, он вернул себе собственное имя, потребовав, чтобы его больше не называли Гюнтером. Хотел и титул, но тут и Роберт Данцер, и Дамиан встали стеной: пока они не вернутся в княжество, ему лучше не валять дурака, изображая из себя важного вельможу. Целее будет.
Ромуальд попытался найти понимание у девушек, но те, к его изумлению, полностью разделяли позицию советника.
Пришлось ему засунуть свои амбиции в карман и слушаться предводителя отряда. А тот велел собираться: через полчаса трогаемся. Заодно и похвалил предусмотрительность советника. Так как они умно поступили, взяв с собой заводных лошадей, то можно продолжить путь не мешкая.
Лине заседлали другого коня и скачка началась снова. Теперь рядом с ней держался Дамиан: следил за правильной посадкой и давал указания. Лина старалась всё выполнять, но через несколько часов постоянных указаний и понуканий, прибавившихся к мучениям от собственно верховой езды, ей хотелось чтобы зануда-советник уже заткнулся, желательно навсегда.
Когда солнце давно перевалило за полдень, Данцер скомандовал остановиться. Все устали, хотели есть, да и крепость осталась далеко позади. Можно было искать место для отдыха и кормёжки.
Посланные на разведку по обе стороны от дороги наемники вскоре вернулись и сообщили, что нашли место для привала. Роберт расспросил обоих и махнул рукой в сторону гор. Разведчик, нашедший место, шел впереди и показывал дорогу.
Ему действительно улыбнулась удача. Глубокая расселина вывела отряд к довольно большой скрытой от глаз и окруженной скалами поляне, на которой росла густая, ярко-зеленая молодая травка. В одном месте трава была особенно темной и сочной: там со скалы стекал ручеек чистейшей воды.
- Все тридцать три удовольствия — сварливо пробурчала Лина, сползая с крупа своего коня.
На этот раз благодаря Тине её попа пострадала значительно меньше, зато чувствовала она себя в целом гораздо хуже. Вчера весь день как на сцене, ни минуты отдыха, потом скачки всю ночь до утра… И разве ей дали после этого отдохнуть? Нет! Снова водрузили на лошадь и опять вперёд, вперёд! Сил не было уже никаких.
Точно так же обстояли дела и у ее закадычной подруги. Тина соскользнула с седла на землю и тут же улеглась прямо на траву. Ей даже есть не хотелось, только спать и чтобы все от неё отстали.
Данцер тем временем осмотрел лощину и принял решение:
— До завтрашнего утра останемся здесь. Девушкам нужен отдых, а где мы ещё найдем такое отличное место? Укромно, есть вода и трава для лошадей. Разбивайте лагерь, ребята. И можете развести костер вон там, у скал: дым пойдет в сторону гор и нас не выдаст.
Опытный наемник понимал, что опасно не то, что кто-то увидит струйку дыма. В чистом горном воздухе местный следопыт её скорее носом учует.
Тина тем временем немного оклемалась и вспомнила про их с Линой походное снаряжение.
- Лин, а где твоя палатка? Была ведь, я сама видела, как ты суешь её в сумку.
- Ой, — обрадовалась магичка, — Хорошо, что ты напомнила.
Она жестами подозвала болтавшегося рядом с девушками Стефана и спросила:
- Стеф, ты наших с Тиной сумок не видел? Конкретно мне нужна моя, зелёненькая.
А тот уже давно поджидал, когда про него вспомнят, и конечно знал, где сумки. Он же их на лошадей и навьючивал. Тут же подхватился и притащил обе, заслужив поощрительную улыбку от обеих девушек.
Лина покопалась в недрах и извлекла на свет складной шатёр цвета молодой зелени. Только вот сил его поставить у неё не нашлось. Она умоляюще посмотрела на молодого мага.
Тот все понял и побежал выяснять у Роберта Данцера: где можно поставить палатку для девушек.
Зря Стеф так громко задавал свой вопрос: желающих позаботиться о прекрасных дамах оказалось больше, чем возможностей. К палатке тянули руки все, начиная от Ромуальда, и чуть не порвали, выхватывая из рук друг у друга. Командир прекратил безобразие, разогнал усталых, но рвущихся в бой самцов и сам соорудил временное жилище для героинь экспедиции.
Даже попон туда натаскал и устроил лежанки, пригласил Тину с Линой внутрь, а затем отогнал от шатра мужчин: пусть девушки спокойно отдохнут.
Он шуганул оттуда даже Дамиана, который горел желанием узнать как всё прошло. Где-то через полчаса тот всё же прорвался к шатру и заглянул внутрь… Лина и Тина спали как убитые. Прелестная ведьма разметалась во сне, а маленькая артефакторша спала как дитя, положив сложенные руки под щёку, и во сне чмокала губами.
Почему-то это показалось суровому от природы советнику необыкновенно трогательным. Он поборол в себе жажду информации и вернулся к костру, на котором уже булькало какое-то варево.
Ближе к закату, когда наемники давно наелись и расползлись на отдых, девушки прервали свой сон и вылезли из шатра. У костра их дожидался Дамиан с котелком, на дне которого болтались две порции мясной похлебки. Он подозревал, что ближе к вечеру они проголодаются и не хотел упустить такой шанс узнать всё из первых рук. Рядом дремали Ромуальд со Стефаном, но, услышав шаги Тины и Лины, оба продрали глаза и сели, чтобы тоже послушать историю о том, как было добыто кольцо княгини Амондиран.