Глава 6

Назад добирались долго, с непривычки так устала, что едва передвигала ноги. У меня даже не осталось сил о чем-то спрашивать Варгина.

Вечерело. Небо затянуло тучами, стал накрапывать мелкий, хоть и теплый дождик. Заметив знакомое здание, из трубы на крыше которого стелился дымок, возрадовалась и поспешила в таверну.

К этому времени появились новые посетители, их обслуживала одна Добродея. Несмотря на свою массивную фигуру, она ловко собирала посуду, умудряясь при этом едко ответить веселящимся мужчинам. Заметив меня, переминающуюся с ноги на ногу, она кивнула, позвав в подсобку.

– Принес все, что просили, – сняла с плеча поклажу и положила на пол. Вручила корзину с покупками.

– Вовремя вернулся, я уже умаялась одна. Отдохни маленько да шуруй обслуживать зал. Народу хватает, дождь всех загнал к нам.

Эх, а я уже надеялась, на сегодня моя работа закончена.

Но не тут-то было. Все только начиналось. Мне пришлось пахать целый вечер, приносить заказы, забирать грязную посуду, выслушивать чепуху, что несли местные гуляки. При этом прятать руку с кольцом.

Но иногда среди разных фраз мелькали и полезные. Например, я узнала, что недавно в этих краях видели снежного дракона, князя Фрелава, это редкое событие связывали с предстоящей войной. А еще поговаривали, Вештанский орден стал силен, там были свои чародеи. Что-то говорили и про Альгерда, но я не успела расслышать – Добродея как раз позвала меня на кухню, где усадила перекусить. На сей раз мне достался кусок мяса и тарелка с кашей. И пока я вернулась в зал, разговор зашел на другую тему.

Даже не знаю, каким чудом я продержалась до ночи. Но как только пришла в комнату, упала на постель и уснула без задних ног, даже не интересуясь, где сейчас Варгин.

Меня разбудил противный крик петуха прямо под окном. Я высунулась сонная и прикрикнула на птицу, что сидела на заборе около дома. Петух распушил цветастый сине-зеленый хвост, недовольно прокукарекал и слетел на другой сторону ограды. А я, потирая глаза, отправилась искать воду, чтобы привести себя в порядок. Пришлось спускаться к ручью. Клозет находился за домом в отдельном деревянном помещении с ямой, где стоял отвратительный запах и летали зеленые мухи.

Я понятия не имела, как стану обживаться в этом мире. Все здесь казалось чуждым, непривычным.

Никакой цивилизации. Темные времена!

Но потом успокоилась. Я не собиралась тут жить вечно. Нужно всего лишь снять кольцо, а для этого сделать то, что говорит Варгин.

Кстати, где нечистика носит? Уж не вздумал ли меня бросить?

Я получила ответ на свой вопрос довольно быстро. Когда пришла на кухню, обнаружила черного кота, что, мурлыча, терся о ногу хозяйки. Она бросила ему кусочек мяса, а сама достала из печи поднос с пирогами.

– Утро доброе, – протянула я. – А это еще кто?

– Будь здрав, Данила! Да, какой-то кот прибился с самого утра.

Кот был обычного размера, с желтыми глазами. Но я хорошо видела, что за этими глазами скрывается демоническое пламя. Значит, решил показаться людям воочию.

– И что, оставишь его тут? – Я незаметно погрозила Варгину кулаком.

– Ума не приложу, что с ним делать. – Передо мной положили капустный пирог и поставили кружку с молоком. – Давай, ешь. Сегодня дел невпроворот. Хорошо, что ты тут появился.

Я согласилась, жуя обжигающий пирог, но очень вкусный.

Я слышала, как спустился хозяин корчмы. Он сразу увидел кота, и они с Добродеей долго спорили:

– Нельзя впускать в дом черного кота! Дурная примета!

– Да? А мышей тоже ты ловить будешь? Вон их сколько по амбару шастает! Все мешки погрызли! К тому ж кот не совсем черный, у него вон белое пятнышко на груди имеется…

Победило женское упрямство. Хозяйка вернулась на кухню с торжествующим видом и позвала кота, налила ему молока в небольшую мисочку.

– Что ты задумал? Зачем превратился в простого кота? – не выдержала я, как только Добродея вышла во двор.

– А что, двуногая, завидно стало? И вообще, разве плохо желать снова почувствовать себя самым обычным котом, которого и погладить ласково могут, и на улицу выставить, – довольно промурлыкал он.

– Ты меня окончательно доконаешь своими выходками! – простонала я, откинувшись на спинку. – Еще присматривай, чтобы не натворил чего.

– Ты за собой лучше смотри. Забыла, в каком ты положении? Кольца не прячешь, волосы назад зачесала. Голос менять забываешься.

– Действительно, и чего я должна за тобой смотреть? – колко ответила я. – Мышей лови, хвостатый, а я своим делом займусь. – И поднялась со стула…

***

Дни в новых заботах летели быстро, я уже теряла им счет.

С самого утра я помогала таскать воду и убиралась в таверне. Приносила с рынка покупки, работала в зале. Свободного времени оставалось мало. Но я не теряла его даром. С котом после ссоры старалась не общаться, но он, в основном, пока ошивался на кухне.

После первой «зарплаты» я забрала перчатки у Карна. Когда он принес изделие, я обомлела. Они в точности походили на те, что были на мне в том лесу. Будто оттуда переместились. Легли идеально и совсем не стесняли движения пальцев. К тому же с ними гораздо меньше натирались руки, и я могла делать больше.

Пока смотрела на сбрую, вдруг вспомнила, что хотела сделать. И решила не откладывать, на обратном пути сразу заглянула в каморку хозяина, где он с помощью деревянных палочек вел подсчеты и аккуратно записывал результаты на куске бересты.

– Демид, я все хочу сказать… по поводу прострела…

– В чем дело? – поднял он голову.

– Ты ведь падал с лошади, как я слышал. А боли начались после того? – Я уже освоилась с местным говором и почти не замечала различий.

– Точно, тогда и начались. Да какая уже разница, – отмахнулся он.

– Мазь, которую тебе продали, не лечит, она дает лишь временное облегчение. В ее составе кора ивы и имбирь. Она не плохая, но болезнь все равно прогре… усиливается, если не принять меры. Понимаешь, случилось сдавливание… позвонками… таких корешков…

Блин, вот и как объяснить местному человеку, что такое нервные окончания? Я заткнулась, решив не рисковать.

– Шибко умный, гляжу?

Я пожала плечами.

– Но я ведь тебе помог, если помнишь.

– Помню, как же не помнить, – вздохнул хозяин. – Тогда мне здорово полегчало. Так что сейчас предлагаешь?

– Коль не боишься, могу попробовать вылечить недуг. Я не обещаю, что получится. Но хуже все равно не будет.

После того раза мне не терпелось снова испытать свои способности. Я представляла, что является причиной болезни, и могла помочь. Да и практика лишней не бывает, как известно.

– Ладно, доверюсь. Хотя проезжий лекарь из Вельмарога, что продал мне то снадобье, уверял, что нужно втирать его и дальше.

– Одно другому не мешает. Так что, согласен?

По глазам Демида я увидела: он готов рискнуть.

С этого дня я получила первого пациента и стала разбираться в премудростях лечения и способах пробуждения своей магии. За это время мне удалось выяснить, что целители тут одни лишь мужчины, а обладателей дара обучают в столице. Женщин к лечению и вовсе не допускали, считая ведьмами и всячески преследуя.

Преодолев гордость, я стала обращаться с вопросами к Варгину, и тот неохотно давал мне информацию. Пусть крупицами, но я впитывала ее словно губка. Однажды я тайно попросила Добродею научить меня читать, и хозяйка стала рассказывать премудрости местной грамматики, хотя и сильно удивилась, что я не умею читать. Это не вязалось с моей легендой. Письмо давалось сложно, но только поначалу. Дальше я немного разобралась, что к чему, и все пошло как по маслу.

С пятого раза мне удалось снять у Демида воспаление нервных корешков, зажатых между позвонками. Я лишь прикрывала глаза и чувствовала, как из пальцев выходила сила, оставалось только верно ее направить, а для этого определить симптомы болезни. Единственное, приходилось снимать перчатки.

На этом моя врачебная «практика» не закончилась. Вскоре ко мне обратилась и хозяйка, у которой начались головные боли. Это оказалось более сложным заданием. Я пробовала и так, и эдак, пока не догадалась, что у нее гайморит. И тогда я вылечила ее за один раз.

Магия, чудесная магия…

Я радовалась, что мне достался такой замечательный дар, пусть для его использования и приходилось продолжать играть паренька. Обо мне постепенно узнавали и другие. Добродея разболтала соседке, что я целитель, пришлось ходить и к ней в свободное от прочей работы время. Основную часть дня я проводила в таверне.

– Повезло же Добродее! Вот бы у нее был такой сынок, как ты! – прошамкала беззубая старуха, которой я убрала грыжу. – От Рулафа, племянника Демида, были одни проблемы.

– А что он натворил? – осторожно поинтересовалась я.

– Поганец дочку торговки Кристи, что живет на берегу, попортил в день празднования Масленицы. И сбежал, побоялся, что та понесет. Да еще девка нарочно сказала, что птица сбросила ей перед домом ветку. А это верная примета. Но, оказалось, наврала, нет в ее чреве никакого дитя.

Теперь я поняла, о чем шептались люди, когда вспоминали этого Рулафа.

Через несколько суток ко мне обратилась еще одна женщина. Не хотелось браться, ведь я не квалифицированный врач, а так, самоучка. Но Добродея смогла меня уговорить…

За «вызовы» мне перепадали монеты, их я складывала в глиняный кувшин, что стоял в комнате. Варгин заговорил его, чтобы никто не смог украсть мои сбережения.

Немного оттаяв, я отправила Варгина отнести рыбакам, спасшим меня в первый день, пару талеров. И кот отчитался, что все выполнил. Хотелось бы верить. Но теперь моя совесть очистилась.

В последние дни, находясь в облике обычного кота, он был покладистым. Почти не возмущался. Будто смирился, что мы никуда не торопимся.

Попутно я занялась прогрессорством. Заставила хозяина почистить и обновить вывеску, вырубить деревья под окном, чтобы в помещение корчмы попадало больше света. Посоветовала Добродее пару новых рецептов солений по памяти. А еще научила ее готовить яблочный уксус в домашних условиях, что сделало блюда еще вкуснее.

Посетителей в заведении становилось все больше. Как бы я не старалась держать свой дар в тайне, по городку пополз слух о новом лекаре. Это пугало и заставляло думать о том, что пора бы и сваливать из Запруды.

У меня собралось прилично монет, можно было нанять извозчика. А дальше уже своим ходом. Колодец, о котором говорил кот, находился на юге от нас, что радовало – все ж подальше от потенциального «муженька», в противоположную сторону…

Я собиралась с мыслями, чтобы сообщить о скором отъезде, но никак не выдавался подходящий момент. Да еще в последний день весны в городке устраивали ярмарку, а я обещала хозяевам помочь – они выставляли на продажу угощения, приготовленные в корчме.

Решив поговорить с ними после праздника, я немного успокоилась и занялась подготовкой, даже не подозревая, что ждет меня дальше.

День выдался суматошным, да еще и жарким. Я в своей накидке совсем спарилась, хоть и купила к тому времени одежду полегче. Демид торговал на ярмарке, Добродея возилась на кухне, трудилась в поте лица. А мне пришлось гонять туда-сюда с поручениями.

Нам помогал нанятый извозчик, что перевозил лотки с едой на телеге, но даже это не спасало.

Вечером девицы водили хороводы. По всему городку разлеталась задорная песня, которая предвещала приход лета.

Скоро, в день дня летнего солнцестояния, предстоял большой праздник – Купалье. И до этого времени я хотела покинуть город.

Я возвращалась домой, сидя рядом с лотками и ящиками и свесив ноги с телеги. Демид расположился около извозчика. Я прислушивалась к звукам, что доносились отовсюду: трелям птиц и отголоскам девичьих песен. Принюхивалась к запаху многочисленных костров. Я бы тоже с удовольствием водила хороводы и танцевала, хоть сейчас и устала.

Небо на западе окрасилось золотыми и розовыми облаками, что как горы висели над горизонтом. Ветер стих. В душе воцарилось умиротворение. И я пока не знала, как завести разговор об отъезде. Не хотелось обидеть людей, которые помогли мне на первых порах.

Во дворе стояла чужая лошадь. А как только я вошла в таверну, увидела высокого незнакомого мужчину, что сидел за столом вместе с хозяйкой. На его лице застыла тревога. Но Демид был с ним знаком. Он подошел и поздоровался, вопросительно глядя на гостя.

– Как вовремя вы вернулись! Прокоп уже собирался ехать за вами. Случилась беда! – запричитала Добродея.

– Что произошло? – нахмурился Демид, переводя взгляд то на жену, то на этого Прокопа.

– Зосим ходил на охоту и встретился в лесу с волколаком, чудом выжил, но сильно покалечен. Луция сидит около него уже несколько часов, но, кажется, все напрасно. Хочу позвать вашего лекаря, чтобы он взглянул на моего сына. Слыхал, парень с даром. Иначе Зосим отправится к праотцам, – пояснил мужчина. Как я поняла, Прокоп – отец зятя Демида, у которого и живет его дочь,

Все трое повернулись ко мне.

– Данила, поедешь с нами? – взволнованно спросил Демид.

Я замешкалась, потом поспешно кивнула.

Мы собирались недолго. Только выгрузили с телеги всю утварь, а затем отправились в дорогу. До села Маковка, где жили Зосим и Луция, было пару часов езды. Сегодня мы уже не вернемся…

***

Поездка выдалась напряженной. Я всю дорогу ломала голову, какие увечья человеку может принести волколак, заразен ли контакт с оборотнем. Конечно, я смотрела всякие фильмы с этими существами, но подозревала, в данной реальности все может сильно отличаться.

Я вообще смутно представляла себе настоящего оборотня. Из разговоров мужчин поняла: это бывший человек, что превратился в нечисть. Одни люди, владеющие колдовством, становились ими специально, чтобы получить особую силу, на других маги и ведьмы насылали проклятие. Если селяне обнаруживали, что кто-то обращается в волка, такого человека изгоняли из общества. Обычно оборотни старались не встречаться с людьми.

Недавно дней назад кто-то стал нападать на скот, уносить овец из отары. А потом пастух заметил волка «бесхвостого, с человеческими коленями», как рассказал Прокоп. Охотники гильдии организовали на него облаву, во время которой Зосим и пострадал. Его успели отбить у оборотня.

Было уже темно, когда мы вошли в дом – избу из сруба, с большими помещением и несколькими поменьше, отделенными шторками.

В доме громко плакал ребенок, молодая девушка с заплетенными в длинную косу волосами носила дитя на руках и тщетно пыталась успокоить.

За одной из занавесок в комнатушке лежал раненый мужчина. Кровотечение его никак не останавливалось, повязки были насквозь пропитаны бурой жидкостью. Я попросила зажечь поярче масляную лампу и всмотрелась в мертвецки бледное лицо охотника. Он едва дышал, было видно, что ему реально плохо.

Я повернулась к Демиду и Прокопу, что стояли с озабоченным видом.

– Снимите с него повязки, они все равно не помогают. Я обработаю раны и попробую их залечить.

Истерзанного мужчину освободили от тряпиц, и я ахнула – кажется, раны не только кровоточили, но еще и воспаление грозило.

– Хорошо, лишь когтями подрал, не успел укусить, – сказал Демид, разглядывая увечья, нанесенные нечистью.

– Если бы укусил, точно не миновать беды. А так есть шанс…

Я собралась с мыслями и склонилась над ранами на груди, решив начать с них. Детский плач на время прекратился, будто ребенок почувствовал, что мешает спасать отца.

Оборотень успел оставить на теле Зосима длинные царапины, местами продрал кожу насквозь. Нужно было зашить, при этом сделать хоть какое-то обеззараживание. Я сама не сталкивалась с подобными ранами. Хорошо, что внутренние органы не задеты, так бы никто уже не помог.

– Нужно зашить вот здесь и здесь, – указала я на места на груди, бедре и плече, где кожа разошлась, обнажив мясо. – Потом попробую залечить их магией. Нужна острая игла и конский волос, только промочить их в крепкой настойке, чтобы убить возможную заразу.

Я сильно волновалась, ведь никогда не зашивала людей, хотя точно знала, как это делают, и представляла нюансы. Игла, к тому же, оказалась туповатой. Приходилось применять усилия, но мне все же удалось наложить несколько швов, связав импровизированную нить узелками.

Обработав все эликсиром, что принес хозяин дома, я сняла перчатки и опустила ладони, пытаясь ускорить процесс заживления.

Лечение требовало большой концентрации, я уже чувствовала себя выжатым лимоном. Для начала я прощупала больного на предмет чужеродной магии, но ничего подозрительного не почувствовала. Похоже, он не станет оборотнем, главная опасность прошла мимо.

В конце закружилась голова. Но больше от меня ничего и не требовалось, кровотечение прекратилось, больной спал.

Как поднялась – сама не знаю. Шатаясь, прошла вдоль стены и выбралась наружу, где ждали остальные домочадцы. Я ведь не врач, однако смогла спасти жизнь человеку. Удивительно, как повернулась судьба.

– Скоро он придет в себя, но ему пока нужно отдыхать. Никакой тяжелой работы. Вливайте в рот отвар крапивы и шиповника. А еще давайте мясной бульон. Когда сможет есть, нужно готовить больше мяса, давать орехи. Постепенно он пойдет на поправку.

– Даже не знаю, как тебя благодарить…

Я отмахнулась, сейчас мне было совсем не до благодарностей.

– Куда вы на ночь глядя поедете? В лесу опасно. Оставайтесь до утра.

– Да, видно, нам придется остаться, – покосился на меня Демид.

Я помыла руки после лечения, ополоснула холодной водой лицо. И добралась до постели, которую приготовила мне Луция.

Отключилась под тихие разговоры и плач ребенка.

Меня разбудил на рассвете женский голос.

– Все уже собираются. Я сложила в дорогу мясных пирогов, – осторожно произнесла девушка, заглянув за шторку.

Я спросонья прокряхтела что-то в ответ и сползла с кровати, поправляя рубашку. Совсем не выспалась и чувствовала себя разбитой. Но у меня будет возможность вздремнуть по пути.

– Луция, а чего твой ребенок постоянно плачет? – вспомнила, встретившись взглядом с серыми глазами девушки, что держала на руках завернутого в пеленки малыша.

– Не знаю, его уже и лекарь смотрел, что был тут проездом. Он здоров.

– Тогда сними с него эти пеленки, пусть свободно болтает ногами, ему так будет лучше, – посоветовала я и, не став слушать возможные возражения, пошла на улицу – искать уборную.

Пока мы выехали обратно, мой сон совсем испарился. Оставалась только усталость, но меня, к счастью, никто не трогал. Поэтому я просто полулежала на сене, разглядывая перистые облака на небе, и жевала пирог, пока мы не выбрались на широкий тракт.

– Это еще что такое? – воскликнул Демид, обращаясь к нашему спутнику.

– Следы лошадей! Да сколько их тут! Всю дорогу вытоптали!

– Похоже, в сторону Запруды прошла целая рать!

Я аж пирогом подавилась от такой неожиданности. Мгновенно встрепенулась и села, откашливаясь и рассматривая рытвины на дороге, оставленные копытами тяжелых боевых лошадей. Сердце тревожно сжалось, ведь я понятия не имела, чье войско прошло тут на рассвете, направляясь в сторону Запруды вдоль берега Срединного озера. Насколько знала, земли Вештанского ордена, с которыми князь воевал, находились на запад от пресного моря, а это восточные берега.

Что вообще происходит?!

Тревога усиливалась по мере приближения к городку. Там остался Варгин, возможно, он сможет что-то рассказать. Я не находила себе места в телеге, даже пироги, которые дала нам в дорогу Луция, уже не радовали.

К счастью, мы проехали окраиной, не застав солдат, и вскоре приблизились к таверне. Я забежала внутрь и уж совсем неожиданно столкнулась с незнакомым парнем. Рыжеволосым и чем-то похожим на Демида, но без бороды и более худощавым. Он смерил меня высокомерным взглядом.

Я постаралась не обращать внимания, хотя под ребрами защекотало плохое предчувствие, юркнула к лестнице и затаилась, чтобы послушать его разговор с Демидом.

– Рулаф, ты решил вернуться?

– Я уехал, когда меня оговорили. Милка точно заставила бы на себе жениться, а ведь я ее пальцем не трогал. Да еще и дитя приплела…

– У меня уже есть помощник. Ты опоздал, Рул.

– Дядя, ты не возьмешь меня обратно? Я твоя родня. А этот пацан – кто? Разве он справляется лучше? Я ведь три лета у тебя работал, знаю обо всех делах в корчме.

– Можешь пока остаться здесь. Но мне нужно подумать, прежде чем принять решение. И Данилу я не уволю, не жди, – строго сказал Демид.

– А подслушивать нехорошо. Ты об этом знала, мяу-Данка? – неожиданно появился на лестнице кот, потеревшись о мою ногу.

Я замотала руками – мол, вали отсюда. Не хватало, чтобы выдал меня, черт хвостатый.

– Знаешь, что в городе творится? А я ведь говорил тебе, нужно уходить.

Я обернулась, вопросительно глядя на Варгина.

– Князь твой здесь, сам лично явился! Ведет войско свое из Вельмарога восточным обходом, чтобы отстоять южные рубежи и город Левандию, где правит Антоник. Вештаны решили обмануть князя. Все ждали нападения с севера, а те пришли с юга.

Альгерд здесь?!

Сердце зашлось болезненным спазмом.

Как я ни старалась не думать о князе, он все больше лез в мысли, прочно заняв в них свою нишу. Я помнила сладкие поцелуи, его прикосновения и то, как мы вместе парились в бане. И его признание звучало так волнительно…

Тот сон был таким реалистичным, он до сих пор будоражил кровь. Я не хотела вспоминать лишь последнюю его часть, когда князь испортил все мнение о себе своим гадким поступком.

За это я его ненавидела и боялась заранее. Я отлично осознавала: стоит поддаться чарам кольца – и я окажусь заложницей дракона, женой, которую он и за человека считать не будет.

Его собственностью.