Глава 14. Сергей

Глава 14. Сергей

В районе бёдра будто грелка лежит, прям горячо. Шея, спина затекли, но я, кажется, выспался.

Открываю глаза.

Грелкой оказывается котёнок Кати, которого вчера мы вместе снимали с дерева.

Тело гудит от того, что я спал сидя, судя по тому, как за окном медленно разливается свет, до утра.

Так. А Мишка?

Тут же сосредотачиваюсь на кровати внука. На месте. Спит, раскинувшись на постели, а рядом, устроившись с краю, спит спонсор нашей сегодняшней ночи – Катя.

Чёрт! Вырубился, и ей пришлось остаться. Не добудилась, что ли?

Впрочем, чему удивляться? Я всегда мог похвастаться крепким сном, а уж после бессонной ночи, нервов прошедших дней странно, что стоя не уснул.

Разминаю тело. Шея, спина каменные, но вместе с этим ощущаю, что отдохнул. Хотя бы морально, перестал вариться в состоянии беспомощности. Это уже немало. А спину разомнём. Главное, что Мишка наконец-то уснул и имеет все шансы выспаться. Остальное мелочи.

Перед Катей не удобно, но муки совести оставляю в стороне. Если бы ей очень надо было уйти, вероятно была бы настойчивее и разбудила бы. А так, наверное, имела возможность остаться.

Подхватываю котёнка, встаю, а его опускаю в кресло, где мы с ним провели ночь. Но мелкий, видимо, выспался, потягивается и тихонько мяукает.

— Так. Не буди, — произношу тихо, шёпотом. — Пошли. Покормлю тебя.

Вопросом завтрака нужно озаботиться не только для котейки.

Если Катя обеспечила нам спокойную ночь, то я вполне могу организовать для всех собравшихся под моей крышей завтрак.

Наливаю коту молока. Он чуть фыркает, окунув нос в блюдце, но от угощения не отказывается.

Оставляю его уталять первый голод, а сам иду умываться, переодеваться.

Полноценные банные процедуры себе не позволяю, а то вдруг Мишка проснётся? Или Катя меня будет искать?

Надолго в ванную уходить нельзя. Но слегка освежившись, иду на кухню. И девушке надо как-то компенсировать неудобства и внуку кашу. Мишка её любит, без любимого полноценного завтрака оставлять внучонка нельзя.

Когда завтрак уже почти готов, кот сыт и трется внизу о мои ноги, слышу осторожные неуверенные шаги.

Мишка так бы ходить не стал бы, либо прибежал бы вприпрыжку на запах, либо позвал бы меня к себе.

Катя.

Оборачиваюсь, девушка, явно чувствуя себя не в своей тарелке, входит на кухню. Волосы явно пыталась убрать, но без расчески удалось это не идеально.

Растерянная, взволнованная, милая.

Почему-то проскакивает мысль, что она противоположность Оксаны. Почему об этом думаю, только не ясно.

— Извините, я случайно уснула. Не должна была ложиться с ребёнком, но…

Это её беспокоит? То, что с Мишкой в обнимку спала?

Да, Бога ради! Спала и спала. Главное, что Миша спал. Вот это важно. И, может быть, даже от того, что у него была компания, только слаще и спокойнее.

— Это я засыпать не должен был. А ты молодец, что не стала себя изводить и легла. У меня вторая бессонная ночь, непростой период, а у тебя голос очень мелодичный, красивый, убаюкался. Проходи, покормлю тебя.

— Ой, нет, спасибо, я пойду, и так неудобно получилось.

— Поёшь, приведешь себя в порядок и пойдешь. Мы тебя задерживать не будем, нам всё равно на работу с Мишей надо.

— С Мишей? На работу? — удивляется Катя.

— Да. Временно, пока няню не найду, — поясняю я и внимательно смотрю на Катю.

К ней Мишка сразу на руки запросился, и уложить его спать она может гарантированно. Она, кажется, говорила, что у нее работа есть, но кто знает, может там не полная занятость? Я понятия не имею, сколько людей ходит на вокал. По моим представлениям не много.

— У тебя как с занятостью? Может, сможешь подработать няней, хотя бы в какие-то часы? — спрашиваю, подумав.

— Нет, простите, это не для меня. Я не няня, я педагог по вокалу. Подрастет, приводите на занятия.

— А взрослых учишь? Мне бы колыбельные освоить.

Катя растерянно смотрит на меня. Наверное, пытается понять, шучу я или нет. Но я не шучу. Мне бы было куда проще, если бы Мишка под мои песни засыпал. Не каждую же ночь лазать по деревьям перед тем, как уложить внука спать. Да и не думаю, что каждый раз на орехе меня будет ждать такой урожай.

— А вы совсем не умеете петь? — интересуется девушка после паузы.

Пожимаю плечами.

— Не знаю. До того, как внук начал мне рот ладошкой закрывать, думал, что всё не так плохо.

— Если вы не шутите по поводу обучения, можете спеть, я послушаю, — осторожно предлагает девушка.

Ей по-прежнему неловко, поэтому не отказываюсь от просьбы, может, после оценки моих вокальных данных расслабиться. Показать себя с дурной стороны не боюсь, запеваю одну из песен, что вчера учил в офисе.

— Вы нормально поёте. Не знаю, что ему не нравится. Может, если он привык к женскому голосу, то инстинктивно ждёт его, — предполагает Катя.

— Возможно. Давай за стол.

Катя явно хочет отказаться, но тут по коридору раздаются бодрые шаги. Мишка с сияющей улыбкой влетает в кухню. Первым замечает котёнка, который так и остался у моих ног, и с криком “киса” бежит к нему.

Подхватывает. Прижимает.

Смотрю на эту картину, и даже мысль возникает кота завести. Мишке всё веселее будет. А если это будет кошка, разбавим нашу мужскую компанию.

— Доброе утро, Мишань, кушать будешь?

— Каса?

— Каша.

Он согласно кивает, направляясь к стулу, где я пока временно подложил подушку, чтобы выше было.

— И гостью нашу за стол зови.

Если мне Катя в совместном завтраке отказывает, ребёнку вряд ли откажет, у детей своя магия. А накормить её необходимо, негоже голодной отпускать.