Глава 15

Оставив горничных под присмотром магов охраны прибираться в лаборатории, мы переместились в хозяйский кабинет. Я села за стол, герцог развалился в кресле, вытянув ноги и поигрывая моим личным ритуальным ножом. Когда успел утащить?

– Я оставил тебя всего на пару часов, чтобы ты, как и положено молодой девушке, привела себя в порядок перед приемом во дворце. Разве это сложно? Вести себя как нормальная девушка, которая завтра выходит замуж?

– А с чего ты решил, что я нормальная? – огрызнулась, чувствуя, как закипаю. – И отчего решил, что счастлива от предстоящих событий? И какого хрупа ты нацепил на меня следилку?

– Романна, – скривил губы этот недожених. – Ты же леди, а выражаешься как…

– Как девушка, которой приходится общаться с разными мужчинами. С охотниками, псарями, поставщиками кормов, сборщиками податей, покупателями, анимагами… И каждый из этих мужчин считает своим долгом указать девице на ее место. Не умей я давать отпор, уже бы разорилась!

Светлые боги – свидетели, как мне сложно далось это спокойствие! Внутри все бурлило от негодования. Они разрушили папину лабораторию! Все, что я с любовью сохранила, все, что собирала годами, все мои наработки и зелья… и даже ни слова извинения!

– Раньше ты такой не была.

– За эти три года, Габриэль, я научилась многому. Ругаться, бить без предупреждения, лгать, договариваться. Если ты до сих пор видишь во мне семнадцатилетнюю влюбленную дурочку, тебя ждет разочарование, – продолжила я с холодностью в голосе. – Мне было трудно. Очень трудно. И никто не пришел на помощь. Никто! То, что я выжила и смогла сохранить титул и поместье, не твоя заслуга и не заслуга короля. Ты меня бросил в самый трудный период моей жизни. Исчез на три сложных для меня года, а теперь являешься весь такой самоуверенный и щедрый и требуешь повиновения и любви?

Мне надоело притворяться леди, хочет получить меня, пусть готовится заранее, что вместе со мной в его род придет пять свор элитных охотничьих и сторожевых псов, которых я люблю больше людей!

– Ромашка…

– Не смей меня так называть! – Я все же вспылила. – Ты не заслужил!

Я рванула на выход, мечтая оказаться как можно дальше и от герцога, и от короля, и от хруповых проблем, которые надвигались со всех сторон. Надоело!

Он действительно был быстр, нечеловечески быстр. Ведь только что сидел в кресле на другом конце комнаты, а уже обхватил меня за талию и прижал к себе.

– Пусти! – Я изо всех сил заколотила кулаками по широким плечам. – Не смей ко мне прикасаться! Ненавижу! Как же я тебя ненавижу!

– Тихо, тихо, малыш, – шептал он куда-то в макушку. – Ты не читала мои письма, не желала меня видеть, избегала встреч. Но я все время был рядом, я ждал, когда ты вырастешь. Я бы не позволил… Не могу рассказать всего. Не сейчас. Позже. Клянусь, я все расскажу тебе позже. После того как смогу защитить тебя кровью рода. Клянусь. Веришь мне?

– Нет!

– Колючая ромашка, – прошептал он с такой нежностью, что я бестолково разревелась.

Вот как так? Зачем я несколько лет тренировала выдержку, стояла перед зеркалом, вырабатывая бесстрастное выражение, делала упражнения на концентрацию внимания, если сейчас, вместо того чтобы гордо удалиться, стою и реву, уткнувшись носом в грудь ненавистного Годфрея. Позорище! Баронесса Романна Элизабет Робертсон, соберись! Ты сильная независимая женщина, и ты не нуждаешься в покровительстве всяких там герцогов! Хватит реветь, тряпка! Раз, два, три!

– Мне нужно умыться и переодеться. Я буду готова к выходу через два часа.

Он не стал меня задерживать, легко отпустил и, только когда я дотронулась до дверной ручки, сказал:

– В кольце маячок, который завязан на твои жизненные силы. По нему я всегда смогу открыть к тебе портал и прийти на помощь. Но я никогда не знаю, где именно ты в этот момент находишься. После ритуала единения в кольце откроются дополнительные функции.

Я кивнула в знак того, что услышала, и вышла. Ритуал единения – это первая брачная ночь. Но я не уверена, что хочу этого. Слишком много тайн, чтобы доверять герцогу.

Пока шла к себе, успокоилась, и стало стыдно за проявленную слабость. И перед кем? Перед существом самовлюбленным, алчным и скрытным! Перед драконищем, у которого мятежная душа, мысли туманны, а намерения коварны! И это не мои слова, так написано в справочнике по ушедшим расам!

Не дожидаясь Рику, пустила в ванну воду и сбросила запыленное платье. Стоя перед зеркалом, убрала волосы вверх и задумалась, рассматривая себя в отражении. Сколько времени прошло с момента, как я порезала руку, до появления Годфрея в лаборатории? Не больше десяти секунд… На это и будем ориентироваться в будущем. А охрана снесла дверь примерно через пять минут, значит, они отслеживают меня по каким-то другим параметрам. По каким? Или их предупредил герцог? Как же плохо не ощущать магию! Иногда я чувствую себя слепой и глухой, и это злит!

– Папа, зачем ты это сделал? И почему не рассказал?

Я опустилась в воду и прикрыла глаза. Если отец оставил подсказку в лаборатории, то сейчас там хозяйничают ищейки Годфрея… А они вряд ли расскажут мне, если что-то найдут. Вся надежда на того мага из Выселок, который запечатал мой огонь. Еще бы узнать его имя…

Видно, судьба поняла, что слишком много мне задолжала, потому что мое желание осуществилось буквально через час…

Я изнывала, сидя на жестком стуле, а Рика и пожилая служанка по имени Мрия в четыре руки сооружали на моей голове модную в этом сезоне прическу. Башню с цветочками!

– Терпите, госпожа, – уговаривала меня горничная. – Это же вам не какой-то прием в ратуше, это, чай, королевский дворец! А там их величества на вас смотреть будут, оценивать. Они же с женихом вашим почти что родня!

– Ай! – отвечала я.

– Ну я же не больно! – извинялась горничная.

– Ой! – не соглашалась с ней я.

Так и переговаривались. Наконец пытка горячими щипцами, ленточками и заколками закончилась и началась следующая. Чулки, белье, туфли и корсет! Зато еще через полчаса я крутилась перед ростовым зеркалом и была вполне довольна своим внешним видом. Думаю, час продержусь, а потом или в обморок грохнусь, или умру от нехватки кислорода. Выглядела я, как и было задумано, ужасно! Лет на десять старше и лет на двадцать несчастнее. Зато небесно-голубое платье от Вивьен село идеально, благодаря жесткому корсету моя небольшая грудь вообще исчезла, так что ничего не отвлекало от тонкой, подчеркнутой поясом талии. Густые голубые тени прибавили лет, выбеленное пудрой лицо украшала модная в этом сезоне мушка над губой. Мне показалось, что она придала моей внешности загадочности и легкомысленности, а тяжелая башня на голове сделала меня высокой и неприступной.

– Жуткая красота, – протянула Рика, придирчиво осматривая меня со всех сторон. – Знаете, госпожа моя, мне кажется, что это какая-то вредная мода. Она не красит…

– Ты ничего не понимаешь! – отмахнулась я от добродушной горничной. – Вивьен сказала, что это последний писк.

– Ну коль королевская модистка сказала… А может, хоть тени сотрем? Они вот совсем вам не к лицу!

– Оставь! Лучше подай помаду, ту, что поярче!

Рика посмотрела на меня скептически, но перечить не осмелилась.

– Все! Теперь я довольна!

Бр-р, надо постараться не смотреть в зеркала.

В комнату вошла леди Эйрингауз и застыла, глядя на меня с неодобрением.

– Оставьте нас, – махнула она служанкам. – Милая, выглядишь отвратительно! Но модно… да. Держи!

Она протянула мне маленькую хрустальную бутылочку с круглой пробкой.

– Что это?

– Нюхательные соли, – поджала губы тетушка. – У каждой приличной девушки должны быть с собой нюхательные соли! И не забывай, падать в обморок допустимо только на руки мужчине, стоящему выше тебя по социальной лестнице. В нашем случае это или герцог, или король. И будь предусмотрительна! Не упади мимо этих самых рук…

Я хихикнула, представив, как подбегаю к королю, распихивая придворных и отталкивая королеву-мать, и картинно падаю к нему в руки.

– Не смешно, – позволила себе тетушка легкий намек на улыбку. – Друг твоего отца лорд А́ртор Венсе́нт так и обзавелся женой. Она упала ему в руки, а он, чтобы облегчить даме дыхание, разрезал ее корсет… после этого ему пришлось жениться, как приличному человеку.

– Артор Венсент?

– Маг-универсал, после той самой свадьбы он сбежал от супруги в Выселки, там и живет последние годы. Ты готова, дорогая? Герцог уже прибыл, – резко сменила она тему.

– Только духами обрызгаюсь. – Точнее было сказать – обольюсь! – Вот теперь я готова покорять дворец!

Приподняв платье кончиками пальцев и гордо неся цветочную башню на голове, я прошла на выход, оставляя после себя тяжелый приторный запах.

– Мне кажется, ты слегка перестаралась. – Тетушка прижала к носу белоснежный платок. – Это вульгарно, – прогнусавила она.

– Они не стойкие!

Я беспечно махнула рукой и выпорхнула из комнаты в гостиную, где меня поджидал его светлость лорд Габриэль Годфрей. Красивый, элегантный и уверенный в себе. На герцоге был надет темно-синий костюм, в петлице – голубая роза в тон к моему платью. Надо признать, в отличие от меня, герцог выглядел сногсшибательно, на мгновение я даже испытала чувство сожаления и стыда за свой вызывающе пошлый вид. Но всего лишь на мгновение! Он поднялся мне навстречу и замер, принюхиваясь. Тонкие ноздри втянули аромат вечерних духов, и Годфрей раскашлялся.

– Выглядишь… – Видно, слов, чтобы оценить мою красоту, у герцога не нашлось, поэтому он быстро закруглился: – Романна, прими мои извинения за сегодняшнее.

Мужчина улыбнулся и протянул длинную темную коробку. Я несколько мгновений смотрела на нее, а потом все же взяла и, не открывая, передала вошедшей следом за мной тетушке.

– Благодарю, ваша светлость, – ответила как можно холоднее.

– Даже не посмотришь? – хмуро спросил Годфрей.

– Зачем? Я и так знаю, что там украшение и очередной магический артефакт, – пожала я плечами.

– И тебе не интересно, что именно? – Голос Годфрея становился все мрачнее и мрачнее.

– Уверена, маг в ломбарде мне все расскажет, – невинно похлопала я ресницами. – Надевать ваши подарки я больше не рискну, ваша светлость.

Думала, он разозлится и уйдет. Или хотя бы вспылит и даст мне повод обидеться и остаться дома, но вредный лорд только скрипнул зубами и протянул руку. Пришлось опираться на нее и чинно шествовать к карете.

– Ой, моя прическа в вашу карету не поместится!

– Ар-р-р…

Взмах руки – и под испуганный вздох высыпавших на крыльцо слуг крыша у кареты исчезла.

– Теперь, баронесса, вам ничто не помешает, – ухмыльнулся герцог и помог мне сесть в карету.

– Ветер! – капризно протянула я. – Он растреплет прическу.

– С ветром я справлюсь, моя дорогая, – вкрадчиво произнес Годфрей и нагло уселся рядом, хотя напротив было свободно целое сиденье! – А заодно помогу тебе избавиться от головной боли, – промурлыкал, словно не он пять минут назад скрипел зубами от злости.

– У меня не болит голова!

– Она обязательно заболит от резкого запаха благовоний, которые ты, конечно же, совершенно случайно разлила на себя!

Я попробовала отодвинуться в угол, но не преуспела, потому что вокруг нас возникла тонкая прозрачная преграда, защищающая от ветра и шума улицы и не позволяющая оказаться за ее пределами. Задохнемся! Но герцог улыбнулся, и воздух вокруг посвежел.

– Я оценил, – прошептал он на ухо, и карета тронулась.

Ничего, вечер только начинается, я все равно заставлю тебя отказаться от свадьбы!