Глава 33

Ночевать мы остались в Роби-холле. Леди Джоанна не появилась ни на ужине, ни на раннем завтраке, зато ночью дом пару раз изрядно потряхивало. Габриэль смеялся, что у тетушки за последние века накопилось немало претензий к бывшему любовнику, вот она их и высказывает со всей драконьей страстью. А я, нежась в объятиях мужа, тихонько радовалась за прапрадеда и самую загадочную женщину нашего королевства. Пусть и через много лет, но у них есть возможность встретиться и высказать в глаза обиды или попросить прощения… Я же больше никогда не увижу отца, не скажу ему спасибо за заботу, не посижу молча рядом.

– Габ… – Я погладила мужа по щеке, он тут же перехватил ладонь и поцеловал запястье. – Я знаю, как обойти печать молчания. Завтра мы с мэтром проведем ритуал, и я смогу тебе все рассказать.

Утром герцог ушел на службу, а я перебралась из уютной спальни в кабинет, меня ждали счета и письма.

Не люблю бухгалтерские книги! К одиннадцати часам в глазах начали мелькать мушки, а стройные ряды цифр превратились в падающие башни. Я решительно отодвинула домовую книгу и позвонила в колокольчик, чтобы принесли чай и легкий завтрак. Именно в это время в кабинет и ворвалась леди Джоанна.

– Выйди за дверь! – бросила она рыжему.

Маг все утро сидел в кресле у окна и читал газеты, копившиеся за последнюю неделю. Удивительно, но тетушку Эйрингауз он слушался беспрекословно, поэтому молча встал и вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.

– А скажи-ка мне, Романна! – Виконтесса Годфрей налила себе чай, бросила в него один кусочек коричневого сахара и поднесла к губам чашку. – Саркофаг этого подлеца все еще стоит в семейной усыпальнице?

Ик… Кусочек пирожного, который я так опрометчиво засунула в рот, застрял где-то между глоткой и плебейским вопросом: «Чего?» Джоанна дождалась, пока я откашляюсь, и повторила:

– Помню, его саркофаг стоял между гробом любимого пса твоей прапрапрабабки и урной дяди Маркуса. Надеюсь, он все еще там?

– Вы хотите отправить Дункана Робертсона на перерождение? – возмутилась я. – Он же наша достопримечательность!

– Представляешь, он обещал мне свадьбу на берегу моря, белые цветы, хижину у линии прибоя, жаркие ночи… – с мечтательной поволокой в глазах вспоминала леди Кошмар, покачивая чашку в изящной ладони. – А сам!

– Что?

– Сбежал в посмертие! Единственный мужчина, который посмел от меня сбежать! Нет, ты представляешь? Я так его оплакивала, искала его убийц, на несколько лет уехала в горы, а он все это время самым наглым образом придавался уничижительным мыслям обо мне в стенах родового поместья!

– И?..

– Я ему отомщу! Разрушу его уютное посмертие и заставлю страдать так, как страдала я!

– О…

Это было все, что я смогла сказать, потому что совершенно не представляла, как можно отомстить призраку некроманта.

– Ты со мной? – решительно поднялась леди Джоанна.

– В склеп? – уточнила я на всякий случай, ощущая, как на кончиках пальцев собирается предвкушение. Ведь это возможность проверить гроб маман, не привлекая к себе внимания. – С вами!

– Отлично. Нам нужны лопата, перчатки, ломик, пара свечей и нюхательные соли.

– А соли зачем?

– После того как я с ним поговорю, у него точно будет болеть голова! – зловеще пообещала леди, и я ей поверила.

Леди Кошмар и труп доведет до мигрени.

Через полчаса, вооруженные магическими светильниками и томиком светлых молитв, в сопровождении Себастьяна, который нес саквояж с заказанными виконтессой предметами, мы стояли у покрытой рунами двери семейного склепа. У меня слегка дрожали руки, но я старательно делала вид, что совершенно не волнуюсь.

– Готова? – спросила леди Джоанна.

И я вдруг поняла, что ни хрупа я не готова и больше всего сейчас хочу оказаться в теплой уютной комнате с чашечкой горячего шоколада и фривольным женским романом.

– Готова.

Рыжий сделал пасс, и дверь медленно открылась.

В склепе пахло склепом. Сосновым лесом, восковыми свечами и магией. Все как всегда. Под каменным потолком летали магические светильники, при нашем приближении они становились все ярче, и когда мы спустились в первый подземный зал, вокруг было светло как днем. Здесь стояли саркофаги родителей. Сердце защемило от боли и грусти, а душу залило стыдом. Я ни разу не приходила сюда после похорон матери. Ходила в нашу маленькую часовню, ставила свечи у ликов Темных богов, которые отвечали за посмертие, но к месту последнего упокоения родных не приходила ни разу. Даже когда хоронили дядю, я сюда не спускалась. За три года так и не смогла себя пересилить. И если бы не разговор с наставником, еще много лет обходила бы склеп стороной…

Осторожно провела рукой по мраморной крышке, на которой было выбито имя отца. Магия поддерживала чистоту, не было ни пыли, ни запахов тлена или грызунов. Просто комната… просто ящики… Возле саркофага матери я остановилась, попробовала сдвинуть крышку, но та даже не шелохнулась. А магией я пользоваться не хотела, боялась привлечь ненужное внимание. Мне было страшно, что мэтр прав, и еще страшнее, что он ошибся.

– Леди, – позвал меня рыжий маг. – Вам плохо?

Я мотнула головой, смахивая слезы, и поспешила за Джоанной, которая целеустремленно спускалась на более древний уровень. Сколько всего уровней в склепе, я не знала, но его заложили одновременно с рождением нашего рода, так что под нами минимум семь подземных этажей. Семейные летописи хранят имена всех Робертсонов, но мне никогда не было это интересно. Я знала свою родословную, потому что любой аристократ древней крови воспитывался на примерах доблестных предков, но мало кто из них вызывал во мне настолько сильный интерес, чтобы разыскивать его могилу. И вообще, тревожить ушедших – прерогатива некромантов, а не вспыльчивых магов огня.

– А вот и он, голубчик, – зловеще произнесла леди Кошмар и похлопала ладонью по черному мрамору без каких-либо надписей.

– Вы уверены, что это прапрадед? – Я с сомнением огляделась.

У стены стоял гранитный саркофаг, на котором лежала каменная кошка, а рядом в стене был вмурован камень с надписью: «Кроулинда Семнадцатая, лучшая кошка этого мира».

– Точно он! – Драконица хищно усмехнулась, и не успела я слова сказать, как она легко сдвинула крышку саркофага. – Я этого мерзавца чувствую! Ты только глянь, как замечательно устроился! А я десятилетиями совесть успокоить не могу, все думала, смогли бы его убить, если бы я с ним осталась?..

Леди Джоанна всхлипнула, но тут же тряхнула короткими кудряшками и решительно протянула руку рыжему.

– Давай кол и молоток!

– Вы хотите его окончательно упокоить? – деловито уточнил маг и полез в сумку.

Я же подошла ближе и заглянула в гроб. При жизни Дункан Робертсон был очень интересным мужчиной. Черные длинные волосы, алебастровая кожа, породистый нос с горбинкой, аккуратная бородка и длиннющие ресницы. Тонкие губы кривила застывшая во времени улыбка. Он был одет в белоснежный камзол, расшитый черным шелком, белые штаны с черными лампасами и высокие сапоги. Длинные пальцы как паучьи лапы обхватывали рукоять тонкого кинжала. Казалось, что некромант спит…

– Он точно мертв? – прошептала я.

На плечи легли тяжелые ладони, и я вскрикнула от неожиданности. Бедное мое сердечко, как оно только не разорвалось от испуга!

– Тш-ш… это я, – проворковал на ухо голос Габриэля, и муж обнял меня со спины. – Прости, не хотел тебя пугать. Я привел мэтра, но нам сказали, что вы в склепе. Это Дункан?

– Несомненно, это он, – проворчал Артор Венсент. – Доброго вечера, леди. И как это все понимать?

– О, некромант! Ты мне и нужен! – Леди Джоанна даже не подумала смущаться, она ухватила мэтра за руку и подтащила к гробу. – Что скажешь?

– Скажу, что вижу идеально наложенный посмертный стазис. Сейчас такого делать не умеют. А дух где?

– Здесь я, – донеслось ворчливо из стены. – Кто пустил сюда эту… женщину?

– Твою возлюбленную, дед? – невинно уточнила я и добавила: – Почему ты не вернулся, когда я так в тебе нуждалась? Почему…

– Потому что ты меня не видела и не слышала! А без помощи родной крови я не могу вернуться в тело, – буркнул он недовольно и, как мне показалось, грустно.

– Ба! – Габриэль строго посмотрел на виконтессу Годфрей и обнял меня поперек груди. – Ты притащила сюда Ромашку, чтобы использовать ее кровь?

– Всего несколько капель! Я узнала у Дункана, как провести ритуал, и собиралась попробовать.

Я заметила, как леди виновато покосилась на Артора.

– Глупая женщина! – взвился мэтр. – Уйди, пока я не превратил тебя в жабу!

Драконица собирается проводить ритуал смерти! Куда катится этот безумный мир?

Леди Джоанна открыла рот и закрыла его, смущенно склонив голову. Прямо пай-девочка, а не опытная и коварная шпионка. Я хихикнула, уткнувшись носом в рукав мужниного мундира.

– А у меня спросить не хотите, желаю ли я воскресать? – из стены вылезла призрачная голова.

– Нет! – дружно ответили мы с виконтессой.

Я хотела вернуть деда, она – возлюбленного, и мы были с ней солидарны.

– Женщина, мы с тобой, между прочим, расстались!

Призрак выплыл весь и завис напротив виконтессы.

– Вампир, я, между прочим, все еще жду предложения руки и сердца!

– Да ты ни разу мне на это даже не намекнула! А я защищал тебя!

– Ах вот оно что! Это была защита? Да ты только о вашем хруповом кинжале и думал!

– Я просто не хотел, чтобы мой ребенок подвергался опасности!

– А мне плевать! Своего ребенка я уж защитить сумела бы!

– Так ты украла документы, чтобы мне отомстить?

– А ты вообще умер, чтобы досадить мне!

– Тихо! – гаркнул мэтр. – Лорд Дункан, я учился по вашим учебникам, но, боюсь, без чуткого руководства провести обряд не смогу.

– Я подскажу. – Призрак посмотрел на пылающую огнем леди Джоанну. – Дорогая, ты сейчас загоришься, а здесь нет ни одного мага воды.

– Ба, возьми себя в руки. – Годфрей обнял меня за плечи и шепнул: – Хотел бы и я через столетия так же пылко с тобой ругаться, а потом очень пылко мириться…

Мы сели на надгробие одной из моих прапратетушек и смотрели, как мэтр чертит на каменном полу символы, а рыжий маг зажигает свечи. Виконтесса стояла у гроба и нервно кусала губы. Сильная женщина открылась сегодня с новой стороны – эмоциональная, немного взбалмошная и очень одинокая. А сейчас, с появлением надежды, у нее глаза горели, когда она смотрела на любимого.

– Внучка, подойди.

Подошли мы с Годфреем, потому что муж заявил, что, если хоть на мгновение усомнится в моей безопасности, ритуал он прервет.

Я вздохнула и повернулась к призраку.

– Что мне нужно делать?