Глава 39

Сердце бешено заколотилось, я быстро выхватила отцовский кинжал трясущимися руками. Если сейчас не сделаю, потом не смогу. Зажмурилась и… и не смогла. Просто не смогла! Одно дело – порезать палец или оцарапать ладонь, а вот так просто вскрыть вены на руках… Не могу!

– У нее кинжал! – взвизгнул кто-то. – Сейчас откроется проход!

– Какой проход?

– Ромка, что здесь происходит?

– Что это значит?

– Всем отойти! Уберите лишних!

– Ромашка, не смей! Я запре…

– Сделай это ради будущего!

Из общей какофонии звуков слух выхватывал знакомые голоса – Лары, Габриэля, Дункана…

– Взять всех!

– Убейте ее! Убейте!

– Молчать!

И холодный спокойный голос королевы:

– Если она не сделает этого, я с удовольствием прикончу твою подстилку, Луанард.

Я открыла глаза. Сама не заметила, когда их зажмурила. Быстро обежала взглядом поляну, страшась увидеть разъяренного мужа. Увидела… Он лежал в ногах его величества Луанарда, а над ним стояла эльфийка с камнем в руках.

– Спасибо, Вилма, – кивнул ей король и повернулся к матери.

Я сглотнула враз пересохшим горлом, но по нашей связи почувствовала, что с Габриэлем все в порядке, он просто без сознания. Вилма не стала применять магию, незатейливо стукнув его по голове. Она перехватила мой взгляд и задорно подмигнула, словно мы с ней находились на веселом уличном представлении, где убитые подскакивают после финального аккорда, а палачи обнимаются со своими жертвами. Но почему Габриэль был без защитного кокона? Неужели хотел сменить ипостась?

Я с трудом перевела взгляд на королеву и выругалась. Да-да, я знаю, что леди не пристало браниться и не подобает знать такие слова, но я их знаю и иногда даже произношу вслух! Лара застыла с нелепо вытянутыми руками, а вокруг ее горла блестела нить смертельного заклинания. Стоит королеве отпустить его, и голову моей подруги придется искать в кустах. Я представила, как Луанард Третий ползает по лесу, а голова откатывается и показывает язык, и нервно хихикнула. Светлые боги, что за мысли в моей собственной глупой голове?

– Отпусти леди Лару, и я позволю тебе уйти, – спокойно произнес король, буравя мать взглядом.

Та в ответ лишь шевельнула пальцами, и на шее Лары набухли красные капли. В моих руках задрожал кинжал, я испугалась, что уроню его, и сжала рукоятку до боли в мышцах.

– Она ведь уже брюхата твоим первенцем, сын. Не жалко?

– Что за выражение? – скривился король. – Ты же королева, а не уличная торговка!

– Если попробуешь применить ко мне свой дар, она умрет. Слышишь, герцогиня Годфрей? – Наконец ее величество великодушно обратила внимание на меня. – Подумай, стоит ли твое упрямство двух смертей?

– Я договаривалась с господином Хроносом, а не с вами, – улыбнулась я мило. – Вас наш договор не учитывал.

– Уж не думал ли ты, Виндер, что я оставлю алтарь без присмотра? – хмыкнула ее величество и скривилась. – И когда ты собирался сообщить мне о ней? – последовал кивок в мою сторону.

– Не вижу смысла оправдываться, – пожал плечами виконт и, подхватив жену под руку, попытался открыть портал, но у него ничего не вышло.

– Сюрприз, – криво усмехнулся прапрадед. – Никто не уйдет отсюда, пока все не закончится. Романна! – гаркнул он. – Тебе помочь?

– Как только Лара будет в безопасности.

Королева посмотрела отчего-то не на прапрадеда, не на меня, а на леди Джоанну, та ей едва заметно кивнула, и Лара с невидящими глазами пошла к королю. Медленно, осторожно ступая по вытоптанной траве, слепо выставив перед собой руки. Когда она отошла от королевы на несколько метров, с ее шеи исчезло заклятие, и спустя мгновение подруга оказалась в объятиях Луанарда.

Я помахала рукой с кинжалом. Прапрадед решительно прошел вперед, на долю секунды остановился у границы заклинания, на его лице мелькнула болезненная гримаса, но он все же переступил через выжженный защитным пламенем круг и двумя короткими резкими движениями вспорол мне запястья.

– Портал будет открыт, пока твоя кровь будет окроплять алтарь, – сказал он тихо. – Как только ты умрешь, он закроется навечно. Я подожду.

– Я тебя ненавижу.

– Ничего, это я как-нибудь переживу.

– Даже не извинишься?

– Нет.

– Габриэль убьет тебя, – прошипела я в спину некроманту.

– Если выживет.

– Если он не выживет, я убью Джоанну, даже если мне ради этого придется вернуться призраком.

– Я в тебе не сомневаюсь, не сомневайся и ты во мне, внучка, – прозвучало очень недовольно.

Мы с мужем связаны, моя смерть – смерть для него. Я медленно и грациозно улеглась на алтарь, стараясь, чтобы юбка не сильно задиралась, все же умирать нужно красиво, чтобы, когда вернусь, не было стыдно перед окружающими. Мысль о том, что прапрадед обманул, я старательно гнала от себя.

Я еще успела увидеть, как пришедшие с Габриэлем люди окружили короля и Лару, как ощерились мечами охранники королевы, как между небом и землей начал набухать кровавым контуром разрыв. А потом кто-то громко выругался, и ему ответил наглый голос прапрадеда:

– Еще один сюрприз! Когда работает портал, не работает магия, господа. Готовьтесь!

– Дорогой, – громко проворковала леди Джоанна, – ты забыл сказать, что не работает только людская магия.

Мгновение – и в воздухе разнесся драконий рык, а потом второй! И…

– Боги, как же ты красив, – пробормотала я, забыв и про портал, и про королеву, и про всех остальных людей, любуясь длинным гибким змеиным телом с переливающимися золотом кожистыми крыльями. – Как же я люблю тебя!

Виверн одним изящным движением метнулся к алтарю. Но дорогу ему заступил дракон Джоанны, рядом с нею на мощном белом хвосте, готовый к смертоносному броску, качался огромный змей. Габриэль пронзительно зарычал, но противники не позволяли ему приблизиться к алтарю.

– Хруповы подштанники, это кто?!

Неужели король? Но… Ладно, надеюсь, они не поубивают друг друга. Кровь текла и текла, а вместе с нею утекало и мое сознание. Ну что за несправедливость! Я не увижу все самое интересное! Повернула голову к порталу. По ту сторону расстилалась красивая зеленая долина, вдали виднелись белоснежные домики… без крыш… Высохшее русло реки, останки какого-то то ли зверя, то ли механизма… и ни одного человека.

– Что же вы застыли, ваше величество? – с издевкой спросил Дункан. – Вы так стремились в этот мир, так ступайте! И прихвостней своих заберите!

Вдали показался человек, он быстро приближался, сильно прихрамывая на одну ногу. Одет он был в странный зеленый доспех, на голове маска, полностью закрывающая лицо, вместо носа у нее была длинная зеленая трубка, уходящая в сумку на поясе. Мужчина оттолкнул королеву, которая оказалась у него на пути, и быстро ввалился в портал.

– Все назад! – стянув с головы маску, хрипло закашлялся он. – Назад, это опасно!

Все шарахнулись от портала, и он начал медленно сужаться, в глазах потемнело. Последнее, что я увидела, – как виверн хвостом сметает в портал королеву и верных ей охранников…

И все…

– Ромашка!

Свет померк.

Хруп! Хруп! Хруп! Я думала, что все закончилось, но по связующей нас с мужем нити ко мне устремилась обжигающая и тяжелая энергия. Вспышка боли – и сознание рывком вернулось.

– Нет! – крикнул Дункан. – Не делай этого!

Я повернула голову, в глазах начало проясняться.

Вот Джоанна отлетает в сторону, над ее горлом клацают огромные клыки озверевшего виверна. Драконица лежит на спине, не шевелясь, покорно распластав крылья по примятой траве. Я не вижу отсюда, жива ли она, но, судя по лицу Дункана, его любовница не пострадала. Огромный наг исчез, вместо него на взрыхленной земле стоит бледный до синевы король, он шатается, но от помощи отмахивается, устремляя руку к незнакомцу в зеленом костюме, к тому, кто пришел через портал. Это седой бородатый мужчина, изможденный, с желтой обезображенной язвами кожей. Он протягивает Луанарду Третьему тонкий венец, горящий так ярко, что на моих глазах появляются слезы. Монарх быстро кивает и надевает венец на голову. По поляне проносится такая мощная волна магии, что меня начинает тошнить.

– Всем стоять!

Люди застывают в тех позах, в которых их настигает громогласный приказ короля.

– Держите этого полоумного! Габ, я тебе приказываю!

Он смело шагает вперед и становится напротив виверна, такой маленький и беззащитный на его фоне, что мне становится страшно за короля. Габриэль же раздавит его одной лапой!

– Позволь ей умереть, брат. Ради вашего будущего позволь! Она сама так решила, так прояви уважение к ее решению!

Виверн энергично мотает огромной башкой, из его ноздрей валит дым, а энергия все идет и идет, мое тело приобретает чувствительность, и кровь вновь начинает сочиться на алтарь. Краем глаза замечаю, как второй раз открывается портал в запретное измерение…

– Она опять открывает портал! – кричит незнакомец. – Там радиация! Это смертельно для людей!

– Габриэль! Ты погубишь и ее, и нас! – твердо глядя в звериные глаза, говорит король. Усиленная артефактом ментальная магия прибивает всех к земле, даже мне хочется подчиниться этому властному голосу. – Я клянусь своей жизнью, что все будет хорошо. Верь нам. Все под контролем.

Виверн поднимает голову, и наши взгляды встречаются. В его глазах столько боли, что я не выдерживаю и, кивнув, первая отвожу взгляд. Он не заслужил этого. Я ощущаю себя виноватой, и мне от этого так больно, что слезы начинают стекать по щекам.

– Пожалуйста, поверь мне, – шепчу чуть слышно. – Поверь и прости.

Я через силу опять смотрю на Габриэля, который уже сменил ипостась, он стоит, сжав кулаки, и смотрит.

– Ты мне доверяешь? – шепчу сквозь рыдания.

Муж смотрит на меня пристально, отчаянно, но вот он медленно смыкает ресницы. Все получится. Он не даст мне умереть. Я верю! Верю только ему, самому любимому мужчине на свете!

Поток энергии исчезает, словно кто-то перекрыл ее русло. В воздух летит громкий жуткий и отчаянный крик.

– Я здесь. Я готов, – слышу голос прапрадеда. – Все теперь будет хорошо. Засыпай.

Он кладет ладонь на мой лоб, и я наконец умираю.